Для самых больших: Почему финские школы занимают первые места в международных рейтингах лучших школ? - Елена Вавилова - Интервью - 2019-04-22
А. Петровская― Добрый день! У микрофона Александра Петровская. Это программа «Для самых больших», и сегодня мы говорим о финском образовании. И не случайно, потому как довольно много программ для тех, кто еженедельно слушает программу «Для самых больших», не секрет, что мы уделяем огромное внимание именно образовательной тематике в нашей передаче. И, если говорит об образовании, то невозможно пройти мимо обсуждения и рассмотрения феномена финской образовательной системы, которая не только субъективно считается одной из лучших, но и, в общем, вполне объективно, потому как по рейтингам PISA, рейтинги, которые оценивают школьное образование, Финляндия находится на первых местах всегда. И как финнам удалось достичь этих показателей, в чем секреты и какие из этих секретов могут быть перенесены в нашу российскую почву, мы сегодня узнаем у нашей гостьи, Елены Вавиловой, руководителя проекта Martela EdDesign, ресурс про архитектуру образовательных пространств. Елена, здравствуйте!
Е. Вавилова― Здравствуйте!
А. Петровская― Ну что ж, давайте раскрывать секреты. Действительно, известно и объективно, и субъективно, что финское образование заслуживает внимания. В чем секрет?
Е. Вавилова― Такой, мне кажется, многосторонний вопрос. Наверное, ответить одним словом на него очень сложно, потому что вот мы в рамках нашего проекта очень много посещаем финские школы, и почти все наши друзья, партнеры, коллеги, наверное, сами, когда мы оказываемся в Финляндии, мы первым делом задаем всем финским директорам, ректорам этот вопрос: «Ну, давайте, расскажите, в чем особенности вашего образования? Почему вы такие классные? Почему у ваших детей такие успехи?» И на самом деле все нам дают достаточно разные ответы, но я думаю, что эти ответы – паззл одной большой картинки. Поэтому я даже не знаю, с чего тут можно начать. Наверное…
А. Петровская― Давайте начнем по порядку.
Е. ВАВИЛОВА: В Финляндии очень высокий конкурс на позицию учителя, и стать педагогом, преподающим в средней общеобразовательной школе достаточно сложно
Е. Вавилова― Да, давайте начнем с учителей. Каждый раз, когда мы оказываемся в финской школе, первое, что… ну, не первое, но один из таких, волнующих всех, вопросов – как финские учителя сдают отчетности, как устроена система контроля за их эффективностью. И всех обескураживает ответ, что никакой жесткой отчетности и, уж тем более, никакого жесткого контроля просто не существует. И когда нам говорят, что мы доверяем своим учителям, вот просто доверие – это базовая вещь. И это не то, чтобы мы придумали. Это нам говорит, например, мы приглашали для участия в одной московской конференции представителя Департамента образования города Хельсинки, это был практически первый постулат, который она декларировала, что мы доверяем своим учителям, мы верим, что это высококлассные специалисты. В Финляндии очень высокий конкурс на позицию учителя, и стать педагогом, преподающим в средней общеобразовательной школе достаточно сложно. У педагогов очень достойные зарплаты, и сам образ учителя, отношение к нему – оно очень почтительное, очень уважительное. В учителях видят не просто инструмент передачи знаний. Они сами по себе являются исследователями. Более того, у них даже есть возможность влиять на ту образовательную программу, которую спускает Департамент образования в школы. То есть, они, с одной стороны, ощущают себя такими настоящими воинами образования, но при этом они понимают, что в их власти есть определенный момент, на который они могут повлиять. То есть, они ощущают себя творцами, в том числе. Мне кажется, это очень важная такая комбинация – доверие, возможность творчества, возможность исследования. И поэтому, конечно, это очень сказывается на общей атмосфере, которая царит в школах. При этом последняя тенденция также заключается в том, что учителя очень тесно работают друг с другом. То есть, в финских школах сейчас практически невозможно встретить работы педагога как бы соло. То есть, звездный педагог, на которого придут, скажем, все дети, как часто у нас бывает. Нет, такого нет. Считается, что все школы – хорошие, все педагоги – квалифицированные. И они как бы подпитываются друг у друга. Например, два педагога начальных классов, они будут работать вместе, они будут планировать вместе свои занятия, у них будет общее для двух начальных классов пространство в архитектуре школы, где они будут встречаться со своими классами, что-то обсуждать, рефлексировать, планировать. И мне кажется, это очень также мотивирует к работе. Есть общий такой (неразборчиво) в рамках которого прописаны рекомендации относительно образования, программы и, в том числе, например, относительно архитектуры, какой должна быть архитектура школы. Я хотела бы просто подчеркнуть, что интересно, что в Финляндии к этому подходят очень-очень комплексно. То есть, образование – оно вписано в очень такой сложный контекст. Дети – они вписаны в социальный контекст, в социальный контекст, если строится новая школа, она должна учесть архитектуру, она должна учесть ту образовательную программу, в которой дети будут потом вариться. То есть, это такая, очень сложная, система, и вот она как бы спускается потом в школы. И школы, получая эту программу от Департамента образования, имеют возможность внести какие-то небольшие локальные корректировки. То есть, мне сложно привести конкретные примеры, но сами школы – они понимают, какие у них есть слабые, сильные места, и что в рамках этой программы они могут что-то подкорректировать, ориентируясь на своих учеников.
А. Петровская― Что касается еще внутренней организации. Вы сказали о слабых и сильных учениках, и я сразу вспомнила еще об одном моменте, то, что я читала про финские школы. Есть некое стремление ориентироваться на слабых. То есть, если у нас в школах принято тянуть на медаль, то в финской школе работают с теми индивидуально, кто отстает.
Е. Вавилова― Возможно, да. Я думаю, что есть специальная работа с теми, у кого что-то не получается, но я бы сказала, что общая тенденция немножко имеет другой фокус. У каждого ученика есть своя индивидуальная траектория развития. То есть, они не то чтобы ориентируются на сильных или на слабых. Они ориентируются на конкретного ученика в принципе. Здесь как бы даже получается, что снимается этот критерий – сильный, слабый, одаренный, не одаренный ребенок. Он личность такая, какая есть, со своими разными талантами, недостатками, неумением освоить какой-либо предмет или навык. Но учитель – он выстраивает индивидуальную траекторию каждого ученика, общается с каждым учеником и понимает, где нужно подтянуть, а где можно ослабить хватку относительно каждого ученика. И такой мониторинг ведется сквозной. И у учителей потом, которые курируют тот или иной класс, на руках есть полноценная картина развития для каждого ребенка.
А. Петровская― А вот это заявление об отказе от предметного образования – как там все устроено?
Е. Вавилова― Мне кажется, что наиболее таким интересным примером является одна школа, на примере которой я могу рассказать, как у них устроена вся эта история. То есть, явление называется Phenomenon-based learning. То есть. То, что пытаются сейчас активно внедрять финские школы – это образование, обучение на основе реальных явлений.
А. Петровская― Как центр «Эврика» в Хельсинки.
Е. ВАВИЛОВА: Все познавательные процессы, учебные, они стараются приблизить к жизни
Е. Вавилова― Ну да, между прочим, да. Что-то в этом духе. То есть, все познавательные процессы учебные они стараются приблизить к жизни. То есть, это воспитание, скорее, навыков, а не получение каких-то отдельных, более академичных конкретных знаний. Как выстроен этот процесс в школе. В Хельсинки есть такая школа, которая называется Яткясаари. Это достаточно молодая школа, существует всего пару лет, и в следующем году у них откроется невероятное новое здание, которое мы все надеемся увидеть и посмотреть, как там все будет организовано. Их день начинается с того, что дети приходят в такое открытое пространство, open space, в котором у них просто собрание. Они обсуждают, какие у них планы на день, строят какие-то интересные задумки. Очень часто к ним присоединяется специалист, который рассказывает что-то детям в рамках темы, под знаком которой проходит у них семестр. Поскольку мы говорим о явлениях, то каждому учебному семестру посвящена какая-то конкретная тема. Эта тема, как зонтик, пронизывает эти проектные истории, над которыми работают дети. У самых маленьких это может быть что-то очень простое. Например, моя семья, культура моей страны, безопасность и экология. У детей постарше это будет что-то более сложно сформулированное. Но интересно то, что эти темы сквозные, и дети постарше могут присоединяться к тем, кто помладше, работать вместе. Ну, не всегда, но как бы точечно, что, безусловно, влияет очень позитивно и на тех, и на других, воспитывает навык такой более серьезной коммуникации, совместной работы. И потом они работают, после этого собрания они расходятся, работают над какими-то своими скорректированными задачами, проектами. Этой работе посвящено утро, ну а потом, после перерыва, они возвращаются к предметному образованию. Здесь мы видим совершенно классическую историю. Для этого в финских школах по-прежнему существуют классы.
А. Петровская― Спасибо большое. Елена Вавилова, руководитель проекта Martela EdDesign, это ресурс про архитектуру образовательных пространств, была у нас сегодня в гостях. Елена, спасибо за интересный разговор.
Е. Вавилова― Спасибо.