“Свободный формат” Должны ли хостелы размещаться в жилых домах? - Тамара Буйлова, Алена Енова, Елена Церетели - Интервью - 2019-02-26

26.02.2019

“Свободный формат” Должны ли хостелы размещаться в жилых домах? - Тамара Буйлова, Алена Енова, Елена Церетели - Интервью - 2019-02-26 Скачать

А. Петровская

―

13 часов 6 минут. У микрофона Александра Петровская. Это программа «Свободный формат». Сегодня мы говорим о том, должны ли хостелы размещаться в жилых домах. Это история, которая тянется с 2015 года. Законопроект, который должен внести изменения в Жилищный кодекс в отношении хостелов и их размещении в жилых домах лежит в Госдуме с 2015 года, в 2016 был принят в первом чтении, и вот буквально на прошлой неделе все было готово ко второму чтению с поправками, но чтение было отложено. Но чтение было отложено. Мы сегодня попытаемся разобраться, почему, собственно, что не устраивает представителей рынка, чего хотят законодатели, и как найти компромисс. У нас в гостях Елена Церетели, председатель общественного совета по развитию малого предпринимательства при губернаторе Петербурга. Елена, здравствуйте!

Е. Церетели

―

Здравствуйте.

А. Петровская

―

Алёна Енова, руководитель некоммерческого партнерства Лига хостелов Петербург, владелец хостела «Тайга». Алена, добрый день.

А. Енова

―

Добрый день.

А. Петровская

―

ТамараБУЙЛОВА, президент Ассоциации малых гостиниц Петербурга. Тамара, здравствуйте!

Т.Буйлова

―

Здравствуйте!

А. Петровская

―

Что там случилось с этим вторым чтением? Почему законопроект во втором чтении не рассмотрели в Государственной думе, Тамара?

Т.Буйлова

―

Потому что законопроект с поправками депутата Государственной думы Хованской шел с многочисленными нарушениями регламента. Во-первых, она рассматривала этот законопроект у себя на комитете, комитете ЖКХ, 19 числа, внеся туда свои собственные поправки, которые были ни с кем не согласованы. Она отказалась полностью от поправок правительства. И, к сожалению, те поправки, которые были от г-жи Хованской, они не только запрещали сдачу посуточную любых жилых помещений, они еще и затрагивали нежилые помещения в многоквартирных домах, на которые вводились ограничения следующего содержания. Например, если вы собственник нежилого помещения, у вас там ресторан, вы завтра хотите поменять формат, сдать банку, то вы должны уже свои действия согласовывать с общим собранием собственников в доме. Поэтому этот законопроект с такими безобразными поправками был Думой 21 числа не рассмотрен, отправлен на дополнительное изучение, а мы как люди, которые связаны с этим законопроектом, с пресловутым законопроектом о хостелах, вот опять занимаемся, пытаемся решать каким-то образом этот вопрос.

А. Петровская

―

То есть, я правильно вас понимаю, что в 2016 году, когда прошло первое чтение, и уже вот стали поднимать этот вопрос и обсуждать в том формате, в котором закон существовал, он во многом редуцирует туристическую сферу городов, были внесены поправки, то поправки, который были предложены во втором чтении, еще больше ужесточали этот самый законопроект?

Т.Буйлова

―

Было не так. Были внесены поправки от Совета Федерации, от фракции «Единая Россия» в Государственной думе. И эти поправки не ужесточали, а изменяли этот законопроект с запретительного на разрешительный с указанием на то, что необходимо согласие соседей. Вето тех соседей, которые вокруг привыкают к потенциальному хостелу или малому средству размещения гостиницы, и общее собрание соседей – согласны соседи или нет. То есть, наоборот, поправки были….

А. Петровская

―

А куда эти поправки делись?

Е. Церетели

―

Эти поправки, если позволите, как они звучали? Я бы дословно, поправки «Единой России» звучали таким образом: «Предоставить общему собранию собственников помещения многоквартирных домов право принимать решение о возможности создания малого средства размещения. Собрание собственников помещений многоквартирных домов считается правомочным, если участвуют собственники, обладающие не более чем 50% голосов». Это разумно, потому что 100% - это нереалистично. И еще одна очень важная история: «Принятие решения на собрании собственников помещений многоквартирных домов большинство голосов от общего числа голосов, принимающих участие в данном собрании собственников. А также предоставить право вето собственникам смежных помещений на подтверждение или неподтвреждение». Это, с нашей точки зрения, более обстоятельно выстроенное, разумное и с отраслью согласованное предложение.

А. Петровская

―

С ходу вопрос. Куда эти компромиссные поправки делись 21 числа?

Т.Буйлова

―

19 февраля они были отклонены на Комитете ЖКХ, они были просто отклонены общим собранием комитета, потому что Галина Петровна дезинформировала всех, внося свои собственные поправки. Она сказала следующее, что это ее поправки являются поправками правительства, все остальные поправки – чепуха, мои принимаем, все остальные отклоняем. И эта легенда о том, что эти поправки внесла Галина Петровна, согласованы с правительством. Она ходила по Думе до 21 числа. Я разговаривала с депутатом накануне потенциального голосования 21 числа, он мне сказал, что я его ввожу в заблуждение, утверждая, что правительственные поправки отклонены, и что сейчас они пойдут принимать именно правительственные поправки. То есть, извините, с нашим законопроектом, который хозяйственный законопроект, депутат, с чьим именем это связано, это законопроект о хостелах имени Галины Петровны Хованской, которая все подтасовывает.

А. Петровская

―

Давайте не будем пока никого обвинять, пока ситуация не очень понятна. Зачем тогда этот закон? Кому он нужен? В чьих он интересах?

Т.Буйлова

―

В первую очередь, он нужен депутатам. Мы не должны забывать о том, что партия «Справедливая Россия» теряет очки, она прямо теряет очки, извините, единомандатник Галина Петровна Хованская – она пытается свои очки набрать любыми способами.

А. Енова

―

Очки-то есть, чем набирать. ЖКХ – это очень такая тема…

Т.Буйлова

―

Понимаете, с бизнесом удобно сражаться. Это потенциальные враги, которых всегда можно выставить как врагов-врагов, когда заинтересованы люди. Какие очки можно набрать в ЖКХ? Я не знаю этих очков. Мусорная реформа буксует, потому что у нас неправильное законодательство. Еще что-то не в порядке, потому что у нас неправильное федеральное законодательство. Галина Петровна слабый профессионал, но хороший PR-щик.

Е.ЦЕРЕТЕЛИ: Как только бизнес начинает испытывать большое давление с законодательной стороны, он не становится на биржу. Он уходит в серую схему.

А. Петровская

―

Так, ну, мне очень жаль, что Галина Хованская не дала нам комментариев. Мы просили дать нам телефонный комментарии на этот счет. Очень жаль, потому что сейчас у нас такая, немножко односторонняя история выходит. Давайте тогда от поиска виноватых и правых перейдем уже к текущей ситуации. Как сегодня выглядит ситуация? Если бы этот закон был бы принят с учетом тех поправок, которые вносила фракция «Единая Россия» и правительство, то это был бы компромиссный вариант между законодателями и бизнесом. То есть, вы как представители бизнеса, Алена, Тамара, готовы были бы под ним подписаться?

Т.Буйлова

―

Мы готовы под ним подписаться.

А. Енова

―

Конечно, были логические предложения, потому что право вето на что? Право-лево, соседи, которые действительно знают, с которыми мы сталкиваемся и с которыми потенциально сталкиваются наши гости. То есть, они действительно видят, либо это ночлежка, либо это достаточно приятный хостел или малый отель. Опять же надо понимать, что это не только закон о хостелах. Малая система размещения – это и хостелы, и апартаменты, и малые отели. То есть, в принципе, если мы говорим про сдачи, то те самые бабушки, которые так же сдают свою одну комнату, они так же с нами в одной лодке. Нужно это понимать. Я вам скажу, объектов, которые размещают действительно хорошие законопослушные средства размещения, там соседи говорят «слава богу, что они появились».

А. Петровская

―

А чем вообще тогда вызвана изначально идея с необходимостью этого регулирования? Много жалоб от жителей многоквартирных домов?

Е. Церетели

―

Позвольте, я вам статистику приведу очень любопытную, на мой взгляд, статистику по Москве. Вначале по цифрам. Эта статистика за 2014 год Общественной палатой эти статистика проанализирована. Значит, на 2014 год 16-17 миллионов туристов в год приезжало в Москву. 6 миллионов из них останавливались в гостиницах. Гостиницы имеются в виду на 4, 5, 3 звезды. Остальные – это около 10 миллионов останавливались не в гостиницах. Следовательно, в малых средствах размещения. Это те форматы, о которых коллеги и сказали. Что произошло? По данным Роспотребнадзора на 2015 год поступило 312 жалоб от соседей. На 2016 год – 360 жалоб. При этом согласно ответу управления Роспотребнадзора, по запросу Общественной палаты, по Москве в адрес Общественной палаты количество хостелов по всему городу, на которые поступили жалобы, 80. Вы понимаете? Это совершенно несоразмерная история. Следующее, ответ был получен Общественной палатой. В ходе анализа… анализировалось не что-нибудь, а район Арбата, где концентрация малых средств размещения особенно сильна. Так вот, можете себе представить, по району Арбат Общественная палата предоставила следующую информацию. Поступило за 2014-2015 годы более 34 000 жалоб, из них всего 40 жалоб на малые средства размещения. Я вам хочу сказать, почему я про Москву, чтобы вы понимали. Эта история – не проблема отдельно взятого города, не Москвы, не только Санкт-Петербурга, хотя это 20% номерного фонда. Это 90% практически Крыма, это Сочи. Я беру такие вот знаковые места, где концентрация бизнеса, который пострадал бы в результате принятия подобных правок, она просто оглушительная. Я вам скажу больше, на протяжении двух лет к нам на Форум малого бизнеса Санкт-Петербург, который мы проводим как оператор, общественный совет, приезжает Фонд Крыма по поддержке бизнеса. Коллеги из фонда говорят, что они смотрят на Петербург, как на спасительный регион с точки зрения вообще всего туризма Крыма. Почему? Потому что размещение – это ключевой фактор мотивации приезда в тот же Крым. И в случае, если произойдет то, о чем сегодня коллеги говорят, г-жа Хованская позволит себе быть более убедительной, чем все разумные доводы, это приведет к трагическим просто последствиям. Понимаете? Но самое интересное, мы же должны тоже понимать, я на протяжении 10 лет в рамках совета постоянно провожу анализ разных отраслей с точки зрения появления, доминирования каких-то факторов и так далее. Как только бизнес начинает испытывать большое давление с законодательной стороны, что происходит? он не становится на биржу, он не идет туда. Он уходит в серую схему. А еще страшнее – он уйдет в черную схему.

А. Петровская

―

То есть, это еще история – потеряет не только бизнес и конкретные предприниматели, потеряет город.

Е. Церетели

―

Хотите цифры? Давайте 2018 год я беру. Мы анализировали, потому что письмо, мы очередную справку готовили для Совета федерации. Хочу сказать, что в 2016 году, коллеги не дадут соврать, одной из спасительных историй стало наше обращение в Совет федераций со стороны региона. Наша позиция была поддержана Георгием Сергеевичем. Сегодня я рассчитываю и надеюсь, она будет поддержана Александром Дмитриевичем. Так вот, разговор о чем идет? мы обратились в Совет федерации с просьбой выступить в Совете федерации с нашими аргументами, привести цифры региона. Озвучиваю. По оценкам представителей отрасли на 2018 год в Санкт-Петербурге осуществляли свою деятельность 4012 апартаментов, 965 мини-отелей, из которых до трети находится в жилом фонде без возможности перевода в нежилой. 370 хостелов, из которых 80% размещены в жилом фонде без возможности перевода. 192 гостевых дома, 96 отелей типа «постель и завтрак, они также размещены в жилом фонде. Итак, давайте по цифрам, около 5000 из 7000 малых средств размещения работают в жилом фонде. Понимаете, сколько? 80%, да. Что означает запрет? Это около 5000 предпринимателей, которые лишатся бизнеса, а это примерно 25 000 рабочих мест. Мы учитываем семьи. Это все синергетический эффект. Закрытие хостелов влечет за собой закрытие прачечных, кафе, такси, клининговых компаний, понятно почему, и услуги перевозчиков. Мы их всегда приглашаем на обсуждение, потому что они в связке с отелями. Следующая история, на 2018 год, я вам напомню, МРОТ в нашем городе – один из наиболее высоких, 18 000. В бюджет было бы не дополучено социальных налогов, в случае, если бы это произошло, 127,5 миллионов рублей, это только по МРОТу. Это я имею в виду, если минимальная зарплата 18 000. Налог на доходы физических лиц, уплаченной заработной платы сотрудников еще на 55 миллионов 250 тысяч, это мы посчитали просто грубо. Объем хостелом и мини-отелей в жилом фонде оценивается примерно в 3,5 миллиарда рублей без учета квартир. Это означает, что выпадающие доходы для нашего бюджета в случае ликвидации составят порядка 200 миллионов рублей. Давайте сейчас всю эту картинку, действительно, даже если мы где-то там усилили ситуацию, не усилили, вы видите масштаб. Это очень серьезная история. И почему еще коллеги утверждаю, что эти 20% номерного фонда? Это же не просто, понимаете, какой-то сегмент рынка, который приезжает и отдыхает. Это люди, которые не могут себе позволить отдыхать в дорогих отелях….

Т.БУЙНОВА: Мы ссылаемся на Жилищный кодекс, в котором сказано, что запрещено устройство предприятий, и ничего не сказано про запрет предоставления гостиничных услуг в жилом фонде.

А. Петровская

―

Ну, понятно, это не значит, что они вдруг перестанут ездить в хостелы, а начнут ездить….

Т.Буйлова

―

Никуда не будут ездить.

А. Енова

―

Мне кажется, такой момент, Елена Отарьевна сказала цифры, и вот, если мы говорим про 80 жалоб, это не значит, что жалобы на 80 объектов. Жалобы повторяющиеся. Получается, что объекты, на которые жалуются, их еще меньше. Если сравнивать предпринимательство, в любой сфере есть недобропорядочные. Мы же не будем закрывать весь общепит, это, наверное, следующая история г-жи Хованской, когда, например, на какую-то шаверму пожалуются, давайте все мишленовские рестораны тоже закроем. Тем не менее, на самом деле наша история, цифры, которые Елена Отарьевна озвучила, на самом деле действительно очень показательные.

А. Петровская

―

Да, действительно, показательные. И у меня вопрос здесь в отношении позиции администрации города. Понятно, что это федеральная история, регион не может выпасть отдельно из всех законопроектов, которые принимаются Государственной думой. Но, тем не менее, есть, наверное, и позиция со стороны города?

Е. Церетели

―

Вы знаете, я, наверное, позволю себе, хотя я не чиновник, я общественный деятель, который представляет интересы всех отраслей, не только хостельеров. Так получилось, что в эту проблематику Совет очень серьезно вник уже более 8 лет назад. И мы были инициаторами с коллегами из отрасли даже законопроекта, который бы регламентировал возникновение, скажем, отдельной отрасли.

А. Петровская

―

Отдельного законопроекта?

Е. Церетели

―

Да.

А. Петровская

―

Не такого типа?

Е. Церетели

―

Рамочного, скажем. Мы с вами знаем, что есть, естественно, определенная иерархия. Необходимо появление документа федерального уровня, в рамках которого наш рамочныё документ стал бы реалистичен. Но дело даже не в этом. Это говорит о чем? Сознание, во-первых, наших хостельеров – оно на очень высоком уровне не только с точки зрения возможности эмоционально проявить, что плохо, но и сформулировать свои предложения. Вы понимаете, сегодня в отельной жизни так получилось, не с чем сравнивать, здесь сложилась вот такая уже огромная серьёзная интеллектуальная мысль, которая в результате чего сложилась? Вы понимает, да? Это люди, которые даже сидящие здесь, это люди, которые расселяли коммунальные квартиры. Вы понимаете, какой это был колоссальный труд. Находили возможности удовлетворить всех жильцов, а это очень большие проблемы. Это возможность не просто ассимилироваться, осесть в каком-то доме, но предоставить услугу. Это пионеры отрасли, иными словами. И понятно, что они от А до Я понимают все нюансы этой истории. И кто, как не они, должны писать закон?

/Говорят одновременно/

Е. Церетели

―

Моя точка зрения. Я 20 лет занимаюсь, по сути, лоббистской деятельностью. Много лет назад я объединяла торговлю города. У меня была общественная организация. И вы знаете, первое, что я осознала, проанализировав законодательство, больше 25 даже лет, я поняла, что ряд документов, в частности, упрощенная система налогообложения, не учитывала специфику работу торговли. И тогда, связавшись с депутатами, первое, что мы сделали, мы сказали «выслушайте отрасль, послушайте, это корифеи отрасли. Они скажут вам, что должно быть в доходной части». В доходно-расходной, вы знаете у нас две формы налогообложения. И одна из инициатив наших была включена тогда. Понятно, тогда было немножко проще.

Т.БУЙНОВА: Сейчас все запреты, которые существуют, в том числе, и по борделям, они просто не действуют.

А. Петровская

―

Что можно сегодня сделать?

Е. Церетели

―

Мне кажется, очень нужно сфокусировать на одной цифре – 25 миллионов. Цифра, которую озвучил президент с точки зрения нашей сверхзадачи, которая сегодня одной из национальных политик объявлена на уровне… вот я вынуждена апеллировать к таким, может быть, пафосным темам. Но, понимаете, нам приходится делать, поскольку подминаются совершенно какие-то вещи, которые выработаны на уровне экспертов. Совет Федерации подключился. И вдруг какой-то отдельно взятый депутат фактически, понимаете, интерпретацию дает тому, что наработали и государственные умы, и отрасль. Понимаете, я даже не знаю, как к этому поступку отнестись, но то, что сегодня в ручном режиме удалось бизнесу остановить этот процесс рассмотрения. Более того, на уровне государственном люди Думы введены в заблуждение. Это, мне кажется, это отдельная история, которая должна быть рассмотрена. Но город в лице профильного комитета всегда выступал нашим соратником. И сегодня, буквально за две недели до этого эфира, участники были на том же совещании, встречались с одним из руководителей профильного комитета, и мы определили, какие сегодня проблематики. Вы знаете, полномочия переданы регулирования туризма из одного министерства в другое. Тут же свои нюансы. Классификация будет осуществляться в рамках другого уже законопроекта, который уже утвержден документом. Поэтому есть свои нюансы, есть, чем заниматься. Но люди вместо того, чтобы транслировать хорошие, позитивные тренды, они занимаются борьбой за выживание.

А. Петровская

―

Борьба, причем, я так понимаю, идет очень давно. Четыре года, да, или сколько, эта борьба продолжается? как можно предположить, чем эта история закончится? Потому что я поняла, что все-таки в начале марта второе чтение должно состояться.

Т.Буйлова

―

Оно обещано на данный момент, но мы не рискуем давать каких-либо прогнозов, потому что ситуация на самом деле очень тяжелая. В том смысле, что мы реально рассматриваем возможность запрета, полного запрета. Это правда. Мы рассматриваем возможность возвращения к поправкам правительства Российской Федерации, которые, правильно говорит Елена Отарьевна, были выработаны большим конгломератом умных и образованных людей. Я не про себя, я про Совет Федерации, я про Министерство культуры, я про Министерство экономического развития – это все те, кто помогали нам писать эти поправки. Соответственно, может быть возвращение к поправкам. Могут этот законопроект опять замотать.

Т.БУЙНОВА: Надо вернуть поправки правительства, которые выработаны со стороны бизнеса, со стороны правительства, со стороны жильцов, которые довольны, что у них есть хостел.

А. Петровская

―

То есть, он так же повиснет?

Е. Церетели

―

И мы к вам будем регулярно ходить.

А. Петровская

―

Пока не идет дело дальше, действуют ГОСТы, которые с января 2015 года были внесены в Гражданский кодекс, и которые позволяют организовывать хостелы в жилых помещениях, правильно? То есть, пока эта история не разрешается, живем по ГОСТам 2015 года.

Т.Буйлова

―

Мы ГОСТами пользуемся, потому что они есть, но они на самом деле добровольные. То есть, мы на самом деле ссылаемся на тот же самый Жилищный кодекс, в котором сказано, что запрещено устройство предприятий, и ничего не сказано про запрет предоставления гостиничных услуг в жилом фонде. То есть, мы просто этим пользуемся.

А. Петровская

―

То есть, то, что не запрещено, то разрешено.

Т.Буйлова

―

Да, да.

А. Енова

―

По большому счету ГОСТы, требование классификации, это те документы, по которым нам нужно метраж иметь, сколько у нас вешалок. По большому счету, это внутренняя начинка нашей внутренней сети размещений. Так же, какие документы должны быть. Эти ГОСТы обеспечивают некий стандарт, чтобы этих жалоб, о которых мы с вами поговорили, чтобы их и не было. В этом случае, если законопроект будет принят, в каком он сейчас стоит на обсуждении, это значит, что мы теряем все эти объекты размещения и теряем возможность сдачи внаем жилья посуточно.

Е. Церетели

―

Да, это правда. А еще на самом деле то, о чем мы еще не говорили, мы двигаемся ближе к террористической угрозе, потому что сейчас все жильцы, приезжающие в малые средства размещения, гостиницы, хостелы, находящиеся в жилом фонде, регистрируются через системы ФМС в тот же самый день. Когда это все уйдет в тень серую или черную, кому что больше нравится, регистрация прекратится. Если прекращается регистрация, у нас повышается террористическая угроза, потому что мы не знаем, совсем не знаем, кто живет, кто приехал, зачем приехал и так далее. Понимаете? Это тоже немаловажный такой аспект, который тоже будет усугублен в значительной степени.

А. Петровская

―

Мы сейчас прервемся на московские новости и, кстати, поговорим, что делать тем, кто сдает квартиры через RNBNB. Как с этой ситуацией быть? Здесь тоже могут быть недовольные.

НОВОСТИ.

А. Петровская: 13

―

34, мы продолжаем, у микрофона Александра Петровская, Елена Церетели, Алена Енова и ТамараБУЙЛОВА у нас сейчас в гостях. Мы говорим о хостелах и малых средствах размещения. Я хочу, перед тем, как мы продолжим разговор, объявить голосование, проголосовать, как относятся наши слушатели. Вот мы сейчас цифры какие-то называли – за, против. Давайте прямо сейчас в прямом эфире проверим, если бы в вашем доме открывался хостел, были бы вы против – 904-42-01. Или нет, вы были бы не против, только за, больше порядка, больше чистоты – 904-42-02. Голосуем. Вы голосуете, мы продолжаем обсуждение. Мы остановились как раз на вопросе тех людей, которые сдают свои квартиры посуточно, частным образом или через сайт RNBNB. И как раз во время московских новостей мы с вами пришли к выводу, что на самом деле объединять в одну лодку, как Алена сказала, всех тех, кто занимается такой частной, индивидуальной сдачей квартир или комнат, и тех, кто все-таки ведет бизнес – это хостелы и малые гостиницы, наверное, было бы неправильно. Правильно регулировать это как-то отдельно. Правильно я вас поняла?

Е. Церетели

―

Да, это индивидуальные средства размещения, когда семья, предположим, приезжает в отдельную такую сдаваемую комнату или квартиру. И их на самом деле надо регулировать либо подзаконными актами, либо отдельными законами, и тоже выводить в светлую часть экономики. Но у нас просто до них руки пока не дошли, потому что мы пока боремся за свое существование.

А. Петровская

―

А что касается сегодняшней ситуации, у предпринимателей, Алена, какое настроение сегодня?

А. Енова

―

Настроение, я думаю, это самое правильное слово в данном вопросе, потому что, я скажу, если бы у нас не было ощущения поддержки от комитетов, и в том числе от Елены Отарьевны, на самом деле ускорение, погружение рыночного сектора экономики было бы достаточно быстрым. Объясню на примере. Я общаюсь постоянно с коллегами, и буквально на днях мне ребята сказали очень хороший ход, топовые рейтинги и на TripAdvisor, и на букингах, и везде. Платящие налоги, есть ребята сумасшедшие, классные администраторы, которые работают уже не первый год. Они говорят «нас что-то достало это все, мы что-то боимся уже, просыпаемся каждый день и думаем, придут к нам или не придут, квартиры у нас все в собственности, мы сегодня выложили на Avito, мы становимся апартаментами и работать будем через RNBNB и свою наработанную базу много лет». И тогда у меня что-то сжимается, я понимаю, что, как гражданин, я понимаю, что у них сейчас уйдет персонал, меньше налогов, меньше рабочих мест. Они не будут проверять пожарку, они не будут ставить на миграционный учет, и так далее. И от этого мне становится, как гражданину, страшно. Соответственно, и как потребителю, и как коллеге. Потому что мы так же с коллегами ходили, и, получается, руководитель хостела, звонит мне какая-нибудь бабушка и говорит «а вы проверяли объект?», и получается, я, с одной стороны, должна сидеть, заниматься RMN-менеджментом, а мне звонит, и я, получается, как общественный деятель, должна что-то делать. И мы ходили по средствам размещения, и там действительно такие клоповники. И мы разговариваем, например, как потребители, «а вот закон…». Они говорят «какой закон, простите, не слышал». То есть, мы сейчас, получается, затапливаем только легальный сектор экономики. Теневые и те, кто черные, они даже не слышали.

А.ЕНОВА: Если законопроект будет принят, как он сейчас стоит на обсуждении, это значит, что мы теряем все эти объекты размещения и теряем возможность сдачи внаем жилья посуточно.

А. Петровская

―

А зачем, собственно? Если там другие законы не соблюдаются, то о чем тут говорить? я напоминаю, что мы голосуем – 904-42-01, если вы за хостел в своем многоквартирном доме, и 904-42-02 – ваш номер телефона, если вы против организации хостела и любых других малых гостиниц в вашем жилом доме. Вы голосуете, мы продолжаем. Еще одна важная история. Как сегодня, вообще, проходит судебная практика по работе с этими самыми хостелами, когда люди оказываются, например, недовольны, потому что, во-первых, вы сказали, бывают разные хостелы, разная степень добросовестности предпринимателей, во-вторых, бывают тоже разные жильцы, по-разному трепетно относящиеся к своему жилому помещению, ситуация бывает разная. И, как я, когда готовилась к сегодняшней программе, видела, что ситуация закрытия по суду хостелов в Москве уже происходили и происходят. Есть ли это в Петербурге? Почему? На основании каких законов в данном случае, потому что закона-то нет. Алена?

А. Енова

―

На самом деле да, практика у нас ест. Причем обычно мы наблюдаем очень тщательно за Москвой, потому что то, что происходит там, через несколько месяцев происходит у нас. И у нас уже были прецеденты закрытия малых средств размещения в жилом фонде. На самом деле проблема в том, что сейчас нет запрещающих документов, нет разрешающих. Из-за этого получается, что просто пришли проверять одного… я думаю, Елена Отарьевна сейчас более подробно расскажет об этом замечательном случае… а закрыли другого. Просто повесили табличку. Таким образом, происходит закрытие просто потому, что ты прошел классификацию, ты вчера еще награды получал, а сегодня к тебе пришли. Говорят «слушай, мы тут обнаружили, что 10 лет ты сидел, все замечательно, а у тебя же нет отдельного входа, пожалуйста, закрыт». То есть, вчера ты был молодцом, а вот сегодня ты уже не молодец.

А. Петровская

―

Подождите, есть же какие-то регламенты, какие-то ГОСТы. Если должен быть отдельный вход, значит, должен быть.

А. Енова: Гост

―

это рекомендуемый все-таки документ, это не закон. И, вы знаете, что скажу? Это для того, чтобы сейчас, кто голосует, перед тем как нажать кнопку «за» или «против», практика складывается какая? Выгоняют хостелы. Недавно разговаривала с коллегами – говорят, нас как раз выгнали соседи, буквально пинками под зад. Мы выехали. Собственник помещения, естественно, что сделал? Опять выложил в аренду помещение, и заехал бордель, такой полноценный махровый бордель. Звонят соседи, говорят «вы можете вернуться?». Они говорят «как мы вернемся, это наше детище, мы его убили, всё, персонал распущен, бизнес закрыт, мы не вернемся к вам». Они теперь плачутся, почему мы вас не любили.

Т.Буйлова

―

Потому что с борделем им точно не справиться, потому что бордель, извините, взятки дает правоохранительному органу и держится очень хорошо в течение многих лет на самом-то деле. Им вообще любые законы – все равно. Понимаете? И мы на самом деле считаем, что, если включить эти поправки от правительства, при котором собрание собственников жильцов и прилегающие квартиры могут сказать свое мнение, то это будет, в том числе влияние на бордели, потому что сейчас все запреты, которые существуют, что, можно в жилом фонде бордель открывать, я извиняюсь? Сейчас все запреты, которые существуют, в том числе, и по борделям, они просто не действуют.

А. Петровская

―

То есть, в данном случае собрание собственников будет таким способом регулирования?

Т.Буйлова

―

Да, потому что мнение жильцов коллективное в каждом доме не учитывается. Понимаете? А если бы было мнение жильцов коллективное в качестве бумаги для какого-то собственника, который хочет там устроить бордель, сауну, я не знаю, еще что-нибудь, это было бы влияние общественного мнения. Вот оно, гражданское общество.

Е. Церетели

―

Хочу добавить, я с коллегами абсолютно солидарна. Мы формулировали следующую историю. Когда я анализировала все жалобы, которые в определенный период времени поступали в профильные комитеты у нас здесь, на уровне региона, стало абсолютно четко понятно, что ведь речь идет не о том, что все безупречны, все замечательны, нет. Вопрос же, понимаете, подменяются вопросы администрирования, которые должны выполнять профильные комитеты и управление, тем, что есть негатив. Понятно, что чаша весов – жалобы горожан совершенно правомочные, когда, вы знаете, на асфальте рисуется телефон, и завтра в твоей парадной… на собственном примере хочу сказать, что, заселяясь в новый дом, мы с супругом поднимались, а житель этого дома спросил «а вы на шестой этаж?», я спросила «что на шестом», он говорит «бордель». И человек спросил… мне было очень забавно это услышать, но я поняла – в этом доме мы не купили квартиру. Но я для себя отметила – вот это да. И жители знают.

А.ЕНОВА: Проблема в том, что сейчас нет запрещающих документов и нет разрешающих. Из-за этого просто пришли проверять одного… а закрыли другого.

А. Петровская

―

Знают, и как они? Не реагируют?

Е. Церетели

―

Я возвращаюсь к чему? Вы понимаете, давайте мы отбросим какие-то лирические вещи. Есть абсолютно четкие механизмы. Какие? У нас есть правоохранительные органы. У нас есть Комитет по законности, которому тоже вменено в обязанности контроль за подобными вещами. Есть еще ряд управлений и комитетам, которым просто в обязанность вменено наведение порядка. Вы хотите сказать, что участковый, который привязан к тому или иному дому, не владеет информацией? Если мы, жители, владеем информацией, что находится в нашей парадной, это один механизм. Но я всегда за общественную еще историю. Вспомните, у нас выбраны советы домов. И хотя это формализованная история, во многих местах это совершенно навязанные председатели, но есть совершенно нормальные советы домов, где функционируют активно жители домов. Поверьте, что было хорошего из нашей прошлой жизни, идеологии, это так называемое общественное мнение. Помните, когда на доме висела табличка «Дом образцовой культуры». Такой рейтинг был дому или парадной присвоен. Но это не шутка. Мы на своем уровне выработали такой механизм и хотели его запускать. Я не исключаю, что мы к этому вернемся. Я хотела бы обратиться в профильный комитет, Жилищный комитет, который регулирует деятельность жилкомсервисов, с тем, чтобы провели работу по… это не может быть в обязанность жилкомсервисам, но просто, чтобы вы понимали, у нас 80% жилого фонда регулируется жилкомсервисами с участием города. У нас такой монополизм городской. Так вот, ровно такая же история в Москве я уверена абсолютно, что на уровне жилкомсервиса можно отрегулировать или взять на контроль такие дома. Мы будем знать совершенно четко всю эту историю, и, соответственно, общественное порицание. А почему нет? Мне, конечно, не все равно, если в моем доме, извините, у меня маленькие дети. И мой ребенок будет ехать в лифте, понимая, условно говоря, что в этом доме осуществляет свои услуги понятно кто. Понимаете, этот механизм вообще не надо со счетов сбрасывать. Я уповаю на то, что мы сегодня с коллегами вернемся к этому разговору. Более того, мы уже принимали на одной из наших рабочих встреч это решение, но тогда, скажем, произошла определенная рокировка в руководстве города. Я хочу к этому вернуться. Именно к этой вещи.

А. Петровская

―

То есть, выполнение правоохранительными органами своей работы и общественное мнение, контроль за происходящим, в том числе в лице жилкосмсервисов, все это позволит, скажем, найти тот компромисс между какой-то анархией и хаосом, который может происходить, и снять напряженность. Но действительно, наверное, это один из способов, один из вариантов. Я напоминаю, что у нас идет голосование. И вот буквально давайте еще пару секунд, 10-20 проголосуем. 904-42-01 – если вы за то, чтобы у вас появился хостел в доме, и 904—02 – если вы против. Интересно, как в ходе нашего обсуждения меняются результаты голосования. И остается у нас 20 секунд до конца программы. Вот главное, что сегодня должно быть в этом законопроекте, за который будут голосовать в марте? Самое главное, на ваш взгляд?

Т.Буйлова

―

Надо вернуть поправки правительства, которые выработаны со стороны бизнеса, со стороны правительства, со стороны жильцов, которые довольны, что у них есть хостел. Надо понять, что мы как бизнес договор способны, чего не скажешь о председателе Комитета ЖКХ Государственной думы Галине Петровне.

А. Петровская

―

Оставим это. Подвожу итоги голосования. 46% за то, чтобы у них появился хостел, 54% против. Буквально эта ситуация вырулилась и изменилась в последнюю минуту нашего разговора. Спасибо вам большое за сегодняшнюю дискуссию.