Я считаю аннексию Крыма аннексией - Драгош Йиржи - Интервью - 2018-06-26

- Е.Канакова: Как мы говорим в России – скажите, чей Крым, и я скажу кто вы. Господин Драгош, чей Крым?

- Й.Драгош: С моей точки зрения однозначно украинский. Я считаю аннексию Крыма аннексией. Я не руководствуюсь исторической перипетией – кто, когда и как – Крым для меня является частью Украины. Россия на основании будапештских соглашений гарантировала сохранение территориальной целостности Украины, поэтому мне здесь не о чем дискутировать. Для меня аннексия Крыма действительно была и остается аннексией.

- Е.Канакова: То есть Крым для Вас украинский.

- Й.Драгош: Да, украинский. То, что его в настоящее время заняли русские – это уже другое, но для меня это украинская территория.

- Е.Канакова: А совет господину Земану Вы дадите? По поводу яда «Новичок»? Он сказал, что он был произведен в Чехии. Вы думаете это был позор для Чехии – эти слова?

- Й.Драгош: Я не эксперт по яду новичок. Хоть я по образованию и химик, но я никогда не занимался ядами. С моей точки зрения ситуация ясна как минимум в том, что Милош Земан очевидно портит репутацию Чешской Республики перед союзниками. Видите ли, обсуждать разницу в словах «производство» и «подготовка» - это абсолютно бессмысленно для большинства людей. Когда президент, несмотря на то, что две чешские секретные службы информируют его о том, как все было, все равно говорит, что русские правы, потому что новичок здесь производился. И я не говорю о том, что это был новичок с тем-то или иным номером. Насколько я знаю, там отличается и спецификация - новичка, которым был отравлен Скрипаль и его дочь, и того что в количестве нескольких микрограмм тестировалось у нас. Для меня важно, что Милош Земан по факту выставляет на посмешище репутацию Чешской Республики в глазах международной общественности и союзников.

- Е.Канакова: Как Вы думаете, если это неправда, если это была его ошибка – а я так думаю – почему он тогда не принес извинения перед людьми? Что новичок у нас не производился и не тестировался, это моя ошибка?

- Й.Драгош: Насколько я помню, Милош Земан еще никогда ни за одну ошибку не извинялся. Я не знаю в курсе ли Вы разбирательства по поводу статьи Пероутки – это известный чешский журналист, которого Милош Земан обвинил в том, что тот написал статью, в которой он восторгается Гитлером. Статья, о которой Милош Земан сообщил, что она была опубликована в таких-то газетах слева внизу на первой странице – не нашлась. Большинство разумных людей сказали – хорошо, каждый из нас совершает ошибки и может что-то перепутать, почему бы тогда Милошу Земану не извиниться, что в этом такого? Кроме того, я думаю, что он был улучшил свою репутацию у народа, даже среди тех, кому он политически не близок. Но он упорно твердил, что видел эту статью, и что она существует. Статью так никто и не нашел, но Милош Земан за это извиняться не будет. Поэтому я не ожидаю, что он будет извиняться за «Новичок».

Й.Драгош: Здесь важно, что чешские секретные службы и министерство иностранных дел однозначно заявили, что «Новичок» у нас не производился. А Милош Земан сказал, что производился, потому что некто допускает, что у нас тестировалось какое-то минимальное количество «Новичка».

-Е.Канакова: Тогда, откуда информация, если это никто не может подтвердить?

- Й.Драгош: Он ссылается на директора военного исследовательского института. Сейчас он уже не является его директором, его сняли с функции. Однако это не меняет того, что заявления президента должно согласовываться с заявлениями секретных служб и министерства иностранных дел. Этого не произошло.

-Е.Канакова: Если бы Вы стали президентом Чехии, что бы Вы изменили в чешско-русских взаимоотношениях?

- Й.Драгош: Безусловно я бы вел переговоры с Россией как представитель страны, у которой есть свои политические обязательства, у которой есть собственное представление о пути своего политического развития. Это не значит, что я бы не пытался договариваться с Россией или что я бы не был способен встретиться с Владимиром Путиным. Проблема в том, что, по моему мнению, и не только по моему, Чешская Республика является страной прочно закрепленной в Европе, является частью Евросоюза, и частью НАТО. Это значит, что у нас есть свои союзники – экономические и военные – и об этом нужно говорить. Милош Земан своим способом выражает сомнения по поводу этого союза по альянсу – я не вижу на это причин. Чешская Республика есть и должна оставаться неотъемлемой частью НАТО.

- Е.Канакова: Почему должна?

- Й.Драгош: Потому что, по моему мнению, и не только по моему, это единственный способ сохранить свободу и демократию в Чешской Республике. На протяжении истории мы убедились, что, если мы будем сами по себе – такой, например, была Чехословакия перед Второй Мировой войной, когда мы были практически единственной демократической страной в Центральной и Восточной Европе; хоть у нас и были тогда союзники – но это был союз совсем другого уровня, чем сейчас в альянсе – у нас были союзники во Франции, Великобритании – несмотря на это, ситуация привела к Мюнхенскому соглашению и тому, что в общем-то эти державы подставили нас под давление Германии, что привело к захвату Чешской Республики немцами. А в 1968 году, который я пережил как студент на своем личном опыте, к нам пришли так называемые дружеские войска. Это были не только русские войска, но конечно решающее слово в руководстве союзническими войсками тогда было за Россией, за Советским Союзом. Также к нам пришли дружественные войска и помешали контрреволюции. Однако никакой контрреволюции здесь не было, это было лишь силовое действие, осуществленное Советским Союзом и его восточными союзниками. Этих фактов мне достаточно для того, чтобы считать наше членство в НАТО гораздо более важным и действующим. Согласно Североатлантическому договору, государству, на которое напало другое государство и которое является членом НАТО, другие члены НАТО обязаны прийти на помощь. Для меня это гарантия демократии и независимости Чешской Республики и гарантия того, что у нас есть союзники на случай необходимости.

- Е.Канакова: Хорошо, Вы ответили что Вы бы изменили в чешско-русских взаимоотношениях. А какие три вещи Вы бы изменили в первую очередь, если бы Вы стали президентом?

- Й.Драгош: Я бы открыл Пражский град. Я не знаю в курсе ли Вы как у нас все там устроено – если Вы хотите туда попасть, то это очень сложный процесс. Поэтому я бы открыл Пражский град для общественности, конечно же с сохранением всех уровней безопасности для главы государства. Это само собой. Это был бы первый шаг. Второй шаг тоже в общем-то административный – я бы ознакомился с административной ситуацией на Пражском граде и обязательно провел бы там ряд изменений. Я бы точно заменил спикера, и так далее. Это что касается града. Далее я бы ясно заявил, как на Запад, так и на Восток, что Чешская Республика является частью Евросоюза, что она готова вести переговоры со всеми странами, которые к ним готовы – это касается России, Китая, республик Средней Азии. Я не вижу причин, почему Чехия не должна на равных вести переговоры со странами, с которыми она хочет договариваться. Это не является ни антироссийским, ни антиамериканским, ни, например, антиказахским. Чешская Республика просто является страной с собственной внешней политикой, и не позволяет любому в нее вмешиваться.

- Е.Канакова: А третья вещь?

- Й.Драгош: Такой бы вот был посыл. А третье – я бы заверил наших партнеров по Евросоюзу и НАТО, что Чешская Республика является стабильным членом этих структур. Это значит, что я бы никогда не делал заявлений, подобно Милошу Земану, что он ездит в Китай учиться как стабилизировать общество – это я считаю нелепым высказыванием – но это не так важно. Важно, что я бы заверил наших союзников и партнеров, что мы являемся стабильным членом данных структур. То есть это были бы сигналы во все стороны плюс открытие града – первый внутреннеполитический шаг.

- Е.Канакова: Интересно. Я видела, как проходили выборы, я была в Чехии. Благодаря Вам это было очень интересно. У нас так интересно никогда не бывает – знаете почему. Что бы Вы сказали людям, которые Вас не поддерживали из-за того, что у Вас нет опыта в политике перед тем, как начали проводить эту президентскую кампанию?

- Й.Драгош: Ну это не совсем правда, что у меня нет политического опыта. Я никогда не был членом ни одной партии и поэтому никогда не политиканствовал «партийно». Однако в качестве председателя Академии Наук ЧР, что является достаточно важной функцией – по факту на уровне министра – единственная разница, что не нужно посещать заседания правительства, но можно быть туда призванным премьером; 8 лет я общался с премьером и министрами, то есть участвовал в политике, но беспартийно.

- Е.Канакова: В другом ракурсе?

- Й.Драгош: Да. Поэтому я решительно не согласен с утверждением, что у меня нет политического опыта. Он есть, но как я говорю – на самом высоком уровне, не на уровне коммунальной политики партий, а на уровне переговоров с правительством, премьером и президентом.

- Е.Канакова: Ну по факту, я скажу, как человек, который смотрел дебаты – что произошло? Это был плохой журналист? Почему Вы не «добили» Земана на дебатах? Что происходит?

- Й.Драгош: Смотрите, моя кампания строилась на нескольких основных принципах. Один из них, о котором я часто говорил – что, если бы я стал президентом, я бы хотел повысить этический уровень нашей политики. Я не хочу равнять всех политиков под одну гребенку – это было бы несправедливо. Есть ряд политиков – от региональных до парламентских, которые действительно заинтересованы в развитии Чешской Республики, они не играют этой политической картой. Но многие люди там быть не должны. Кроме того, уровень переговоров – от самых низких до высоких – часто ужасен. Эти высказывания, культура речи, взаимные обвинения и оскорбления… Я хотел повысить уровень политической сцены. И если вы в кампании говорите об этом, то не можете потом начать бить ниже пояса. Это, пожалуй, было главной проблемой. Меня били ниже пояса постоянно – лживые аргументы, неправда… конечно эти аргументы не исходили от Милоша Земана, он не участвовал в кампании, в первом круге он официально кампанию не проводил. За него это делали люди из его окружения. Но опять – чтобы я вдруг начал указывать на то, что состояние здоровья Милоша Земана не идеальное…мне это казалось неэтичным и нечестным, я не строил кампанию на таких вещах, и не хотел к этому прибегать и на дебатах. Я старался придерживаться определенного уровня. Возможно кто-то скажет, что это была ошибка, но я не такой человек, который бы это сделал.

- Е.Канакова: Тогда я хотела бы знать – что еще Вы не могли сказать на тех дебатах, но хотели? Журналист Вам не дал возможности, или, например, тема была не та. Было ли что-то еще, что Вы хотели бы сказать на тех дебатах, были ли у Вас какие-то аргументы, но не было возможности их использовать?

- Й.Драгош: Открытые дебаты проходили дважды. Первые транслировал телеканал Прима, вторые – государственный канал ЧТ1. Дебаты на Приме были плохи тем, что Прима не соблюла множество наших договоренностей. Охват тем был выбран непосредственно перед дебатами – курение, оружие – темы, которыми вообще не должен заниматься президент. Курение – это не президентская тема. Я хочу сказать, что на Приме дебаты были очень проблематичные, кроме того технически они не справились, мы друг друга с Милошем Земаном, или по крайней мере я его, периодически вообще не слышал, потому что они позвали приверженцев обеих сторон. С моей стороны люди были достаточно культурные, со стороны Земана я слышал грубые оскорбления в свой адрес, но из-за этого балагана я иногда не слышал ни себя самого, ни Милоша Земана. То есть со стороны Примы техническая реализация провалилась, ведущий не справился. Я ожидал, что он будет давать слово – он должен был говорить «теперь Вы, господин президент, а сейчас Вы, господин Драгош» - но Милош Земан там говорил, что хотел, а ведущий не дал мне слово, хоть я и просил. В следующий раз я бы конечно реагировал иначе. Я бы ничего ни с кем не обсуждал и говорил бы, например, на протяжении 10 минут все, что хочу и не позволил бы себя прерывать. Ну это опыт.

- Е.Канакова: Господин Драгош, мой начальник говорит – никто Вам не должен давать слово, Вы должны его брать, почему Вы его не брали?

- Й.Драгош: Подождите. Я хотел сказать, что затем были дебаты на ЧТ («Ческа телевизе»), там уже были учтены недочеты дебатов на Приме. Дебаты были на совершенно другом уровне, и ведущая с ней справилась отлично. Дебаты проходили так, как должны. Я с Вами согласен, что на Приме мне лучше надо было слово брать, но я человек, привыкший к культурным дебатам, то есть он должен был говорить – «итак, господин президент, итак, господин Драгош»… но этого не было. На ЧТ однако было именно так, и с моей точки зрения дебаты проходили корректно.

- Е.Канакова: Да, корректно. Раз мы говорим о телевидении, я бы хотела задать вопрос о пропаганде. Каков процент пропаганды в Чешской Республике, по Вашему мнению?

- Й.Драгош: Пропаганда существует везде.

- Е.Канакова: Да, но сколько процентов?

- Й.Драгош: Ну, общественное телевидение, ЧТ и Чешское радио («Чешский розглас»), как общественные СМИ, стараются доносить информацию уравновешенно. Затем есть каналы типа ТВ Баррандов, директором которого является господин Соукуп, практически состоящий в команде Земана, с которым он каждый четверг проводит популярные интервью, не важно – кампания или нет. Господин президент не участвовал в кампании, но каждый четверг говорил в СМИ то, что ему нужно… поэтому я бы сказал, что на общественном телерадиовещании ситуация уравновешенная. Очень проблематичными я считаю социальные сети, потому что в особенности выборы президента продемонстрировали то, что частично проявилось и во время парламентских выборов – что множеству людей у нас не хватает медиа-информационной грамотности. Они не способны выбрать из потоков информации то, что важно. То есть если им кто-то посылал е-мэйл, которых ходили сотни тысяч, что Йиржи Драгош, если его выберут, сократит им пенсии или отберет их – люди этому верили. Это плохо. Именно в социальные сети был перенесен центр пропаганды, а не государственные каналы, да и не на остальные. Эти источники каким-то образом информируют, но большой вопрос – на скольких людей влияют большие СМИ, а на скольких – социальные сети. Мне кажется, что пропаганда в социальных сетях сейчас огромная, и даже те, у кого нет доступа к интернету, узнают от своих знакомых и друзей, что «если будешь голосовать за Драгоша, так знай, что он СТБшник (СТБ – Служба Государственной безопасности Чехословакии), я об этом слышал уже из 10 разных источников», это остается у них в памяти и они говорят себе – «лучше буду голосовать за Земана».

-Е.Канакова: Вам важно, что о Вас пишут в сетях?

- Й.Драгош: Само собой. С другой стороны, когда я баллотировался, я должен был это учитывать. Я не учитывал только, что в финале второго круга пропаганда в социальных сетях, и особенно в е-мэйлах, будет такой массовой. Она была огромной. Мы заказали подсчет количества е-мэйлов, которые посылались в основном пенсионерам, но не только, и уже за 14 дней в январе их набралось примерно полтора миллиона. Это были различные е-мэйлы – «Драгош – СТБшник», «Если хотите педофилию в школах – голосуйте за Драгоша», «Он отберет у вас пенсии», «Он обокрал фонд детей-инвалидов» - и так далее. Это была действительно массовая пропаганда. Разумеется, у части людей она оставалась в памяти и этим они руководствовались при голосовании.

- Е.Канакова: Как Вы думаете, господин Земан боится СМИ?

- Й.Драгош: Он выгодно пользуется тем, что у него есть собственный СМИ – канал ТВ Баррандов – по-своему он там может говорить, что хочет и практически, когда хочет. Он также знает, что ряд журналистов критически настроен по отношению к его фигуре, поэтому зачем ему связываться с общественным телевидением. Иногда он что-то скажет, но в целом он убежден – «журналистов надо ликвидировать» (рус.). Это его высказывание в Китае… пардон, в его беседе с премьером Путиным. И даже президент Путин его должен был поправить.

- Е.Канакова: Я это оставлю, это будет отлично. Еще у нас в России есть шутка, что сначала Путин решил, кто будет президентом в Америке, а потом решил кто будет президентом в Чехии. Как думаете, в этой шутке есть доля правды?

- Й.Драгош: Часть правды конечно. Я убежден, что влияние на выборы, особенно президентские, со стороны России у нас несомненно было. У нас есть такие серверы, как Аэронет, Спутник, которые являются однозначно прорусскими, у которых невозможно найти владельца, или кого-нибудь, кто за ними стоит. Поэтому Вы можете задать себе вопрос – хорошо, с одной стороны один кандидат в президенты – прорусский, провосточный, с другой стороны кандидат прозападный, который говорит, что Чехия должны быть членом НАТО – так кто будет заинтересован во влиянии на выборы, чтобы действующий президент Милош Земан победил на выборах? Хоть и нет прямых доказательств, но все об этом говорят – влияние на выборы в США, в Западной Европе, и у нас несомненно было.

- Е.Канакова: Кого бы Вы хотели видеть на посту премьер-министра? Бабиш, по-Вашему, хороший премьер?

- Й.Драгош: Партия АНО победила на выборах. В своей президентской кампании я часто говорил, когда меня спрашивали, как бы я решал ситуацию после выборов в Парламент, что премьер-министр не должен быть привлеченным к уголовной ответственности. С моей точки зрения, это большое препятствие. На выборах победила партия АНО, так пусть номинирует на пост премьер-министра, и они победили справедливо с 30 процентами, пусть номинируют кого-нибудь другого помимо Андрея Бабиша.

- Е.Канакова: Есть ли какой-то кандидат, которого Вы бы хотели видеть на месте Бабиша?

- Й.Драгош: Нет, и я бы предоставил это партии АНО. Там есть, например, фигура вице-премьера Брабца – я не вижу причин, почему он не мог бы быть подходящим человеком, который бы составлял правительство. Ситуацию, по-моему, тогда можно было решить, если бы Андрей Бабиш признал, что пока не закончен судебный процесс в отношении него, то мы уважаем победу партии АНО, но назначенным премьером должен быть кто-то другой.

- Е.Канакова: Как реагировать, когда первое лицо государства, например, Трамп, обращается к России и говорит, что будет запускать ракеты по Сирии? Как должен реагировать Путин? Тоже отвечать в Твиттере, как 15-летняя девочка, или как-то иначе? Что Вы можете сказать об этом?

-Й.Драгош: Мне кажется, что сегодня социальные сети, Твиттер, как способ ведения мировой политики – это мне кажется просто абсурдом. О важных вещах не должны вестись переговоры с помощью твитов.

- Е.Канакова: А какая Ваша любимая социальная сеть – Фейсбук или Твиттер?

- Й.Драгош: У каждого своя роль. Твиттер – это сеть скорее для журналистов и общественности, которая очень интересуется политикой. Фейсбук – типичная сеть, где Вы конечно можете выражать свои политические взгляды и давать политические комментарии – то же, что и в Твиттере – но Вы также можете там публиковать любую незначительную информацию, в моем случае, например, что мы с женой были в отпуске после кампании, на неделю на Мадейре. Каждый СМИ играет свою роль.

- Е.Канакова: Евро или крона?

- Й.Драгош: Меня часто ругали на протяжении кампании, что у меня нет четкой позиции по этому вопросу. Я всегда отвечал, что вводить евро в стране где 70 процентов, сегодня, наверное, уже 80, против – это бессмысленно. Сначала мы должны объяснить этим людям преимущества евро. Это значит провести кампанию, которая объяснит людям, что евро – это не только Греция, или итальянские банки, но что у него есть другие преимущества.

- Е.Канакова: Какие, например? 3 аргумента почему евро, а не крона?

- Й.Драгош: Если Вы поговорите с людьми из промышленности, из бизнеса, они в основном за евро, потому что для них это упростит ситуацию на рынке, снизит расходы на транзакции. Чешская крона была введена в 1892 году, то есть существовала еще во времена Австро-Венгрии. Я знаю, что у этой валюты давние традиции и нужно квалифицированно оценить – я не экономист, я стараюсь быть политиком – но в случае с евро я бы предоставил слово экономистам – какие есть преимущества и недостатки введения евро. Однако часть экономистов говорит «евро – никогда», а часть – «евро – да», не говорят, как можно быстрее, но надо его ввести. Так как должны разобраться в этом обычные люди, когда экономисты не способны договориться между собой? Поэтому я говорю, что важно сначала провести предметную дискуссию. Договоримся, что плохого в евро, а что хорошего, какие были бы плюсы, а затем решим есть ли смысл его вводить. Но «евро – да или нет» - это не ответ.

- Е.Канакова: Но Вы лично видите какие-то плюсы введения евро в Чехии?

- Й.Драгош: Для среднего чеха евро не принесет никаких выгод, кроме того, что когда Вы путешествуете по Европе, то в основном платите в евро.

- Е.Канакова: Только лишь комфорт.

- Й.Драгош: Да, комфорт. Поэтому людям нужно показать другие преимущества, но как я говорил – я не экономист, и не хочу рассуждать что позже может быть плюсом, а что минусом. Я приверженец предметных дискуссий на какие угодно политические темы. Я не хочу рассуждать что такое хорошо и что такое такое плохо, нужно обсуждать какие есть аргументы за, и какие против.

- Е.Канакова: Ок. По Вашему мнению, кто лучший политик мира? В прошлом или сейчас.

- Й.Драгош: Политиков было огромное множество. Не знаю насчет мира, сложно классифицировать. В Чешской Республике, в Чехословакии, был Томаш Гарриг Масарик – основатель Чехословакии. Он был одновременно профессором университета и политиком. Конечно это был просто человек со своими недостатками и приоритетами, но для Чешской Республики он сделал очень много. После 1989 года первым президентом был Вацлав Гавел – тоже очень яркая фигура во времена Чехословакии после 1989 года и Чешской Республики. На мировом уровне… когда меня спрашивали кто мне нравится в качестве президента, не как мировой политик, а в роли президента, то мне нравится, как с ней справлялся Йоахим Гаук в Германии. Это очень деликатный президент, который не писал в Твиттере каждый день, и не сидел в соцсетях, и когда он что-то говорил, то немцы относились к этому с уважением. Это и есть роль президента, по моему мнению. Президент, или его пресс-секретарь, не должен комментировать каждый день мелкие политические события, но когда он что-то заявляет, то это должно быть сказано со смыслом. Я уверен, что знаком с ситуацией в Германии, у меня там есть друзья, и когда я обсуждал как выполняет эту функцию Йоахим Гаук, то они были очень довольны. Поэтому таким примером политика, которого я уважаю в качестве исполнителя президентской функции, мог бы быть Йоахим Гаук.

- Е.Канакова: Вы когда-нибудь кому-нибудь давали взятку?

- Й.Драгош: Нет.

- Е.Канакова: Никогда в жизни…?

- Й.Драгош: Нет.

- Е.Канакова: И на дороге какому—нибудь полицейскому тоже нет?

- Й.Драгош: Я бы не решился. Нет. Я не знаю, как у Вас в России…

-Е.Канакова: И отлично, что не знаете.

- Й.Драгош: …у нас тоже конечно говорилось, что где-то есть коррумпированные полицейские, но мне бы такое даже в голову не пришло. Кроме того, я не так часто платил штрафы, поэтому если Вы превысите скорость и заплатите штраф 500 крон, то это не так уж страшно. И я должен признать, что действительно превысил скорость, что я совершил правонарушение. Поэтому нет, мне действительно ни разу в жизни не приходилось давать взятку.

- Е.Канакова: Я хотела спросить, как обстоит ситуация с коррупцией в Чешской Республике?

- Й.Драгош: Я бы сказал, что ситуация у нас не хуже, чем во множестве других стран. Разумеется, коррупция здесь существует, проблема, как оказалось, заключается в том, что она существует не только на уровне дачи взяток полицейским на дороге – это чаще всего плохо закончится для такого человека, полицейские уже очень внимательно за этим следят; однако существовала коррупция на уровне европейских фондов, дележ государственных и европейских дотаций от Евросоюза. Это большая проблема. И я бы сказал, что для многих людей, которые стоят на более низких уровнях это большое разочарование, что наверху делились деньги на основании того, что кто-то с кем-то дружит.

- Й.Драгош: Но с другой стороны – я сейчас не уверен на каком месте Чехия в списке стран по коррупции – знаю, что не очень хорошо, но и не так ужасно. Конечно, я был бы рад если бы мы стояли на одном уровне со Швейцарией, Швецией, но давайте будем реалистами. Коррупция здесь существует, но я бы не посыпал себе пеплом голову, что у нас дела хуже всех. Это нет.

- Е.Канакова: Что бы Вы сказали Путину, если бы Вы его встретили?

-Й.Драгош: Прежде всего поздоровался, это вежливость.

- Й.Драгош: Ну, тем, на которые мы могли бы говорить, много. Я уже некоторые обозначил – Чешская Республика – суверенное государство, да, у нас есть интерес к торговле с Россией, обсуждать этот вопрос. Тем было бы много. Это президент мировой державы, и даже если взгляды Йиржи Драгоша на многие вопросы в отношении России критичны, но если бы я говорил с президентом как президент, то такой разговор должен проходит в соответствующем формате. Начался бы он с приветствием, а затем бы речь пошла о темах, которые интересуют обе стороны. Я бы точно не слушал только то, что интересует его, а он бы, наверное, не слушал только то, что интересно мне.

- Е.Канакова: Что Вам нравилось из того, что делал господин Земан? Назовите три вещи.

- Й.Драгош: Три не назову, это уже много. Я считаю правильным, что Милош Земан ездит по регионам.

- Е.Канакова: Ну это нормально.

- Й.Драгош: Это не изобрел Милош Земан или кто-то другой, президент должен это делать. Когда меня спрашивали, что я ценю в Милоше Земане, то я говорил, что я не то что бы ценю это, я бы тоже конечно ездил по регионам – вопрос, что им там Милош Земан говорит, и что он от них хочет слышать. В этом мы бы очень отличались. Я бы им говорил что-то совершенно иное, и из того, что они бы мне говорили, выбрал бы другие вещи. И это, наверное, единственное.

- Е.Канакова: Слушатели нашего радио писали вопросы к Вам. Самый популярный вопрос я Вам задам, и он не имеет отношения к политике. Какой последний русский фильм смотрел господин Драгош?

- Й.Драгош: Последний русский фильм… тут Вы меня застали врасплох. Я должен сказать, что еще студентом ходил в киноклуб в Праге, и там показывали сложные фильмы – японские, Акиро Куросава, польские, Анджей Вайда – там тогда показывали фильм, один из первых хороших советских фильмов, которые я видел – Король лир. Он был отличный. А последний русский фильм… я пытаюсь вспомнить. В кино я нечасто хожу.

- Е.Канакова: А дома онлайн?

-Й.Драгош: Дома у меня есть какие-то диски, иногда что-то в Интернете, но и на это у меня очень мало времени. Я не хочу говорить, что последнее, что я видел, было «Ну, погоди!». Нет, я серьезно пытаюсь вспомнить, но не могу. Скорее я видел ряд театральных постановок русской классики – Чехов, Тургенев, Гоголь, Достоевский. Это моя любимая тема уже со студенческих лет. Но русские фильмы я давно не видел, не помню, извините.

- Е.Канакова: А еще спрашивали – блондинки или брюнетки?

- Й.Драгош: У моей жены темные волосы, поэтому брюнетки.

- Е.Канакова: Блондинки – у Вас нет шансов.