Павел Ливинский - Интервью - 2018-05-24

И. Землер― Добрый день, в студии «Эха Москвы» на Петербургском экономическом форуме Павел Ливинский, генеральный директор компании «Россети», здравствуйте.

П. Ливинский― Добрый день.

И. Землер― Павел Анатольевич, вот буквально там час, может быть, полтора назад вы сказали, что дали региональным подразделениям команду готовить модель цифровизации «Россетей»,

П. Ливинский― По цифровизации «Россетей» мы работаем уже давно, данный вопрос уже где-то полгода обсуждается. Мы подготовили стратегию развития цифровых сетей, и порядка трех месяцев назад уже стали имплементировать модели построения цифровых сетей, на конкретные регионы. Наше дочернее общество под конкретную топологию сетей, под конкретные особенности той или иной энергосистемы с учетом ее структуры потребителей, ее проблем и задач, которые перед ней стоят.

И. Землер― А можно чуточку поподробнее, что означает вот эта терминология цифровизация в приложении к электросетям?

П. Ливинский― Да, цифровизация сетей, когда мы говорим об этом явлении, это сеть, в которой все управляющие воздействия осуществляются в цифровом формате передачи данных. Это наблюдаемая сеть, где мы как учет электроэнергии, так и все параметры, качество электроэнергии видим, и принимаем данные сигналы в онлайн режиме, в цифровом формате данных, это раз. Второе – собираем всю критически важную информацию по состоянию сети, за счет устройств, датчиков и каналов передачи данных. Система, где управляющее воздействие с учетом телемеханики в дистанционном режиме осуществляется, плюс в любой аварийной ситуации поврежденные участки выводятся из работы, восстанавливается в автоматизированном режиме работа по прописанным заранее алгоритмам, без участия человека. И программа верхнего уровня, которая всем этим управляет, собирает данные, big data. Правильно даже отметить, что цифровая сеть – это сеть, где все элементы созданы как цифровые образы. Мы собираем информацию, можем накапливать, использовать ее, чтобы задача модели, понимать ни в тот момент, где что-то повредилось, что нужно ремонтировать, а заранее мы понимаем, что при таком-то сопоставлении факторов возможно будет такое повреждение. С высокой степени вероятности это предугадываем. И исходя из этого, формируем и ремонтные программы, планируем инвестиционные мероприятия, и так далее.

И. Землер― Простите, я правильно понимаю, что в первую очередь речь идет о повышении надежности передачи данных, и всей информации?

П. Ливинский― Эффекты от реализации мероприятий по построению цифровой сети – это сокращение потерь, на треть целевая задача, это сокращение операционных затрат, тоже на треть, и уменьшение капиксов, капитальных затрат без уменьшения физического объема, ввода основных средств, уменьшение затрат на реализацию инвест-программ на треть. Вот 30, 30, 30, плюс, конечно, это в разы улучшение надежности, как по скорости восстановления, так и по количеству технологических инцидентов. И увеличение доступности инфраструктуры. Поскольку мы ее лучше начинаем видеть и управлять, мы можем увеличивать и пропускную способность сети, задействовать ранее неиспользуемые мощности, для того, чтобы присоединять потребителя.

И. Землер― То есть, повышать КПД?

П. Ливинский― Безусловно.

И. Землер― А еще для потребителя, какие будут плюсы? Ну, я как рядовой потребитель хочу знаь, будет ли дешеветь ваша услуга при переводе на цифру?

П. Ливинский― Основные плюсы для потребителя. Первое - т просто глазами потребителя мысли, в том числе как мы с вами. Первое: если рядом нерадивый сосед воровал электроэнергию, а ты за него платил, это уйдет. Платится только за себя, платится по удобному профилю нагрузки. Причем ты можешь, например, когда наиболее дорогое электричество, использовать тариф по времени суток, например в ночь включать те или иные свои приборы. Ты можешь… Это первое, уходит режим онлайн передачи данных, невозможно ни присоединиться, ни как-то несанкционированно использовать сетевую инфраструктуру. Вы с учетом негативных факторов для соседних потребителей или для системы, это раз. Второе - качество электроснабжения. Это уже становятся не просто слова, и какой-то ГОСТ, написанный на бумаге. Это уже конкретные параметры частоты, и напряжения, и их контроль на границе балансовой принадлежности с потребителем. Вот точка, где он присоединился, мы ему гарантируем, и это видим в режиме онлайн, и можем этим управлять. И любое изменение тут же на щит к диспетчеру, чтобы он предпринял соответствующие меры по нормализации параметров электроснабжения. Это основное уменьшение количества инцидентов, что потребитель поймет, что у него всегда качественное, бесперебойное электроснабжение. Вот три основных пункта почувствовать потребителя. И, безусловно, новые сервисы, которые можно будет использовать.

И. Землер― Какие?

П. Ливинский― Когда, поскольку у нас появляется интеллектуальный учет, и канал передачи данных, мы же в том числе можем анализировать профиль нагрузки данных потребителей, и предлагать ему те или иные сервисы, которыми он может воспользоваться. Плюс это же инфраструктура, это фактически промышленный интернет, который появляется. Сетевая инфраструктура дотягивается абсолютно для всех, можно использовать эти каналы сетевые для того, чтобы любую цифру получить нашим потребителям.

И. Землер― Ну, собственно стабилизация частоты в сети – это то, о чем еще Чубайс говорил, когда был в РАО ЕЭС. Сейчас насколько остро стоит вопрос, именно о стабилизации частоты? Потому, что это в конечном итоге надежность опять же, работы системы.

П. Ливинский― Первое: здесь нужно разделять. Одно дело, когда мы что-то говорим, другое дело, когда появляется конкретный инструментарий. Мы сейчас работаем над выходом закона по интеллектуальному учету, с доотрабатыванием инициативы, безусловно потом это вопрос к правительству и к Государственной думе по принятию данной инициативы. Но если мы установим единые стандарты для интеллектуальных систем учета, и функционал, который у них должен быть, мы тогда как раз-таки и начинаем видеть… Аппаратно простраиваем весь механизм, чтобы видеть, и уметь контролировать, и дистанционно управлять режимами потребления у потребителя. Это уже не просто слова, это уже конкретные действия. Конкретные разработки, которые будут в ближайшее время внедрены. Мы планируем, что интеллектуальным учетам в течение ближайших трех максимум пяти лет, мы должны вообще без периметра закрыть. Причем неважно, кто будет ставить эти приборы, главное, что это будет стандартизированное решение, с ответственностью за его работоспособность, и с требованиями по сбору информации, и по управлению данными системами, это раз. Второй вопрос: вы говорите про частоту регулирования параметров. Это дополнительные услуги, которые могут быть. Сегодня есть ГОСТ на параметры электричества, каким он должен соответствовать. И, безусловно, наша работа настроена на это, на две вещи. Для одних это не критично в работе, те или иные параметры качества, а для кого-то, у кого высокоточное оборудование используемое, медицинское оборудование, научное оборудование…

И. Землер― Для жизнеобеспечения.

П. Ливинский― ... которое очень капризно к скачкам напряжения не дай Бог, или частоты. Для них мы можем оказывать дополнительную услугу, чтобы установить стабилизаторы тока. Ее предоставить тому, кому это критически важно, и это правильно.

И. Землер― Павел Анатольевич, еще один вопрос. Вот мы сейчас говорим о том, что без участия человека, передача больших данных по специальным линиям идет. А хакеры, а компьютерная безопасность? Вот это как учитывается, прорабатывается?

П. Ливинский― Это одна из составных частей, это и серьезные вложения в кибермероприятия по защищенности сети, кибербезопасности. Безусловно, когда нет цифровизации, воздействовать достаточно сложно на сеть извне. Потому что у него нет канала обмена информации. Когда мы оцифровываем, когда мы видим сеть онлайн, обратная сторона медали – вопросы, которые насущные по кибербезопасности. Это отдельная работа по тому, чтобы защищать от несанкционированного воздействия, от хакеров как на уровне нижнего периметра приборов учета, так и на уровне верхнего, непосредственно самих управляющих систем. Центр управления сетями, куда стекается информация, и осуществляется управляющее воздействие. Этот блок у нас глубоко проработан, наработки отечественные в этом очень сильны. Это и криптозащита, это и фильтры для уровня доступа к информации, это все то, что неизбежно связано с внедрением цифровых технологий, при построении цифровой сети. Мы все это делаем, учитываем в своих планах.

И. Землер― Вы знаете, когда вы говорили о том, что можно распределять нагрузку по времени суток там… Ну, чисто по тарифам, чтобы это было выгодно. Я вспомнила о том, что по возрастающей нагрузке в ночное время, у нас научились вычислять фермы по майнингу криптовалют. Это действительно так, или это такой миф?

П. Ливинский― Ну, фермы действительно существуют по майнингу, и…

И. Землер― Я имею в виду именно вычисление их по возрастающей нагрузке.

П. Ливинский― По профилю нагрузки, конечно же, можно понять стереотипы того или иного потребителя. И если тому или иному потребителю свойственно определенный профиль нагрузки, можно сделать допущение, с чем ты столкнулся, что это от того или иного типа потребитель, конечно.

И. Землер― И можно ли этим как-то воспользоваться, с точки зрения вашей работы? Ну, например, повысить тариф для вот таких вот аномальных мест, где вдруг возрастает потребление электроэнергии.

П. Ливинский― О повышении тарифа мы не говорим, и это было бы не правильно. Мы живем в рамках соцэкономпрогноза. Фактически тариф и корректировка на инфляцию, а где-то даже инфляция минус, чтобы было стимулирование к снижению издержек. Но то, о чем вы говорите, понимание профиля нагрузки, это возможность дать ему предложение. Если мы понимаем, что он потребляет нагрузку в ночное время, ну правильно, чтобы он потреблял ее по более низкому тарифу, когда разгружается система, для того, чтобы выровнять. А если человек потребляет в более дорогое время, можно ему предложить такой тарифный план… Например, если он готов снизить свой пик потребления, удешевить ему. Но это возможно только повсеместно, когда все потребители будут видны наблюдаемые, и у всех можно будет видеть профиль. Чтобы пики потребления одного, нивелировались уменьшением потребления другого, вот в этом и состоит выравнивание.

И. Землер― Это цифровые сети.

П. Ливинский― В первую очередь… Именно это цифровизация и дает.

И. Землер― И последний, наверное, у меня вопрос, вот мы с вами в Петербурге, на Международном экономическом форуме. С точки зрения развития отрасли, что вы ждете здесь, есть ли у вас какие-то перспективные встречи с партнерами, может быть иностранными?

П. Ливинский― Конечно, для этого данная площадка и существует. И работаем, и надеемся, и видим открытый диалог с нашими зарубежными партнерами из Германии, Японии, Кореи, Италии, Франции. Мы встречались со «Шнайдер электрик», договорились по пилотным решениям, по локализации их здесь именно, чтобы это было отечественное производство. Да, встают вопросы интеллектуальных прав наших коллег. Мы понимаем, что они их должны защищать, но мы все, что реализуем здесь, только отечественные решения. Коллеги из Японии, «Электрический де Франс», подписали большое количество соглашений с зарубежными коллегами, используя их опыт, в том числе и по цифровым сетям. Многое, что у нас черпают коллеги, наши разработки. Те кейсы, которые мы разрабатываем, те решения по цифровизации комплексной, они будут интересны всем. Много цифровых решений, но кто-то это делал раньше нас. Мы реализуем это сейчас, уже в наше время, в 2018 год, с перспективой до 30 года, используя лучшие разработки будем интересны всем. Причем эти лучшие разработки мы масштабируем, и те масштабы можем использовать, поскольку у нас самая крупная сетевая компания в мире, потому что самая крупная территория. И от этого можно достичь серьезный эффект как в целом для страны, так и наработки, которые будут зарубежные для других, третьих стран.

И. Землер― А вот, кстати, извините, вот эта оцифрованная сеть синхронизирована с Европой с остальной?

П. Ливинский― Здесь…

И. Землер― Можно ли как-то наладить общую сеть?

П. Ливинский― Ну смотрите, вот общая сеть, это работа в одной частоте. Это вопрос не цифровой сети, это вопрос режимов работы, параметров работы сети. Если мы говорим про цифровую сеть, это что такое? Это набор устройств в системы управления, это вторичное оборудование. Когда все сигналы, как я уже отметил, управляющее воздействие в цифровом формате передачи данных функционируют. Наше решение можем тиражировать без проблем. Если наши коллеги видят, что им это выгодно и приводит к уменьшению их затрат, они будут в этом заинтересованы. Вот в этом, собственно говоря, и наш посыл для продвижения экспортных продуктов инновационных на внешний рынок. Площадка, отвечая на ваш вопрос, интересна тем, что можно видеть тенденции и в других отраслях, много стендов интересных представлено наших коллег, те задачи, которые перед ними стоят. Обмениваясь информацией и опытом, как раз-таки мы и можем быть взаимны друг другу, интересны, взаимноинтересны друг к другу. Понимаем, к чему они развиваются, предлагаем решение, так же как многие предлагают нам. Много у нас дискуссий, в том числе сегодня прошла по цифровой трансформации. Два губернатора присутствовали, высказали, как они видят цифровизацию. Это и Антон Андреевич Алиханов, и Андрей Сергеевич Никитин, губернаторы Калининградских, Новгородских областей соответственно. Главное, что в единых подходах все, и это меня радует, что если мы не будем заниматься цифровизацией, удешевлять базовую инфраструктуру, мы не сможем создать нормальную платформу для роста экономики этих регионов, вот это вот основное. Они в первую очередь говорят, нам нужна надежность. Потому что проблемы с отключениями – это не только проблемы энергетиков, это в том числе и в первую очередь, проблемы власти, потому что люди сразу же апеллируют к ней. Вот здесь мы едины.

И. Землер― Спасибо большое, Павел Ливинский, генеральный директор компании «Россети», я Инесса Землер, спасибо.

П. Ливинский― Спасибо вам большое, спасибо.