Выводы Сергея Цыпляева - Интервью - 2018-03-24
Прошедшие президентские выборы демонстрируют, что наша страна приближается к «идеальным пропорциям» политической системы – 90-60-90. Что это за фигура в политике? Явка на выборах не меньше 90%, возраст зрелости политика не меньше 60 лет, голосование за «вождя» не меньше 90%.
Сторонники сильной власти воспринимают результаты подобного свойства как благо, как свидетельство успешности политического лидера. Но у этих идеальных пропорций есть и обратная сторона медали – фундаментальная слабость власти.
В «клубе избранных» с подобной системой власти мы не найдем стран-лидеров постиндустриального мира, лидеров по уровню жизни своих граждан. Еще Гегель учил нас, что источник развития – это единство и борьба противоположностей. В нашем случае – политическая конкуренция. Нет второй и третьей системной политической силы в обществе – нет развития, начинается застой. В случае серьезных проблем у основной политической силы в обществе развивается неустойчивость. Велик риск скатиться в хаос, так как нет альтернативной политической структуры общества, нет второго пилота, способного взять управление на себя.
В результате страна вместо гладкой траектории непрерывного развития, пусть с зигзагами и откатами, вычерчивает сложную траекторию с разрывами, с изломами, где периоды длительной унылой стабильности прерываются точками неопределенности и скачка - точками смены «бессмертных вождей».
Лев Толстой пробовал на понятном языке объяснить это Николаю II. « Самодержавие есть форма правления отжившая, могущая соответствовать требованиям народа где-нибудь в центральной Африке, отделенной от всего мира, но не требованиям русского народа, который все более и более просвещается общим всему миру просвещением. И потому поддерживать эту форму правления и связанное с ней православие можно только, как это делается теперь, посредством всякого насилия: усиленной охраны, административных ссылок, казней, религиозных гонений, запрещение книг, газет, извращения воспитания, и вообще всякого рода дурных и жестоких дел». Николай II Толстого не понял, не услышал. Результат нам известен. Можем и желаем повторить?