Жак Аттали - Интервью - 2017-05-08
08.05.2017
В Дымарский
―
Итак, первое интервью после победы Эммануэля Макрона на президентских выборах во Франции. С нами на связи Жак Аттали, французский, я бы сказал, европейский интеллектуал, политический деятель, в течение 10 лет бывший ближайшим советником Франсуа Миттерана, экономист, возглавлявший Европейский банк реконструкции и развития, человек, наконец, принявший самое активное участие в предвыборной кампании Эммануэля Макрона.Так что, господин Аттали, Эммануэль Макрон – президент Французской Республики. Чувствуете ли вы себя победителем?
Ж.Аттали
―
Я достаточно внешний человек по отношению к этой кампании, хотя и единомышленник. И поэтому я считаю, что господин Макрон победил. И я как внешний наблюдатель не могу считать себя победителем.
В Дымарский
―
Означает ли победа Макрона победу глобализма над антиглобализмом?
Ж.Аттали
―
Нет, конечно. Это победа французской демократии, победа демократа, проевропейца, который считает, что нужно, чтобы Франция оставалась великой европейской державой в рамках Евросоюза. И никакого нет глобализма карикатурного, который, я даже не знаю, что означает.
В Дымарский
―
Но вас часто в российских СМИ представляют как такого идеолога глобализма, как чуть ли не ученика Рокфеллера, а значит, по нашим нынешним российским меркам – противник Кремля.
Ж.Аттали
―
Это полный абсурд. Мне даже не нужно защищаться от таких обвинений. Я даже не знаю, что отвечать на такие абсурдные обвинения, о которых вы мне сейчас говорите. Я когда открыл Европейский банк развития и реконструкции, я посчитал, что самая главная задача – это привлечь Россию е европейскому сотрудничеству. И я всегда защищал то, что Россия – европейская держава, и никакая не карикатура, как вы представляете, и кто такой Рокфеллер, я вообще не знаю…
В Дымарский
―
В какой мере, тем не менее, новому президенту придется учитывать настроение избирателей, которые голосовали за Марин Ле Пен? Все-таки трудно игнорировать, наверное, волю одной трети граждан.
Ж.Аттали
―
В полной мере должен учитывать мнения тех, кто голосовал и за Марин Ле Пен и за других кандидатов в первом и втором туре. Он ясно сказал в своей вчерашней речи, что он президент всех французов, и те, кто голосовали за других кандидатов, должны быть выслушаны. И я уверен, что он будет слушать.
Ж.Аттали:Я думаю, что президент должен создать условия для равновесных отношений с Россией
Во Франции такая ситуация, что есть, конечно, огромный потенциал развития, но есть люди, которые недовольны бюрократизацией Европы, и они недовольны институциями европейскими в полной мере. И он ясно сказал вчера – Эммануэль Макрон, - что не нужно будет голосовать за экстремистов для того, чтобы быть выслушанными.
В Дымарский
―
Это значит, что что-то нужно менять в политике Евросоюза?
Ж.Аттали
―
Прежде всего, нужно сделать так, чтобы было больше социальной справедливости, чтобы люди были более уверены в своем будущем, чтобы было меньше безработицы. Это, конечно, вопрос внутренней политики в гораздо большей степени, чем политики европейской. И, конечно, европейская политика должна быть модифицирована.
В Дымарский
―
Господин Аттали, чего ждать России от нового французского президента: он продолжит линию Олланда. Совпадающую, в общем, с общей линией Евросоюза или будет что-то менять в отношениях с Москвой?
Ж.Аттали
―
Я не могу говорить за него, я все-таки не его представитель для прессы, не пресс-секретарь. Но Россия всегда была очень важна для Франции. И важно подчеркнуть, что Россия – это часть Европы. И мы должны создать такие отношения, которые будут позитивны для обеих стран, и что наши концепции демократии должны быть сходными, и мы должны понимать друг друга. И мы должны в Европе добиться мирной жизни. Это самая главная моя задача. И поэтому был создан Банк реконструкции и развития – чтобы создать гармоничные европейские отношения, включая Россию. Это должно быть главное направление развития Евросоюза – создание модус вивенди, в который была бы включена Россия.
В Дымарский
―
Вы считаете ошибкой политику Кремля, который достаточно откровенно в последнее время поддерживал на выборах госпожу Ле Пен и явно не хотел президентства Макрона? Я говорю о Кремле, а не о России.
Ж.Аттали
―
Я так это не вижу. Я думаю, что президент должен создать условия для равновесных отношений с Россией. А французские избиратели – это вполне взрослые люди так же, как и российские избиратели и голосуют согласно своим убеждениям и в интересах своего народа.
В Дымарский
―
Что вы думаете по поводу санкций, к которым Москва достаточно чувствительна?
Ж.Аттали
―
Рано еще говорить о том, какую роль сыграли санкции. И новый президент Республики должен посмотреть документы, проанализировать ситуацию для того, чтобы принять решение.
В Дымарский
―
А что бы вы посоветовали?
Ж.Аттали
―
Когда я советую нечто по этим вопросам, я это делаю в приватной обстановке.
В Дымарский
―
Господин Аттали, а кто, на ваш взгляд, будет первым главой государства или правительства, с которым встретится новый президент Франции - это будет Мадам Меркель, это будет господин Трамп, или вдруг господин Путин?
Ж.Аттали
―
Я повторяю: я не пресс-секретарь нового президента. Но есть такая традиция, согласно которой в послевоенной Франции президент Французской Республики встречается с руководителем Германии, с канцлером Германии. И я не могу ничего конкретно сказать. Только есть традиция, которая ставит франко-германские отношения во главу угла. И прежде всего, французский президент, я думаю, встретиться с канцлером Германии госпожой Меркель.
В Дымарский
―
Во всяком случае, Олланд свой последний визит совершил в Германию.
Ж.Аттали:Отношения Франции и Германии – это фактор мира в Европе
Ж.Аттали
―
Ну, в России, как всегда, всё знают лучше, чем у нас. Но я бы хотел что сказать – что Россия когда-то очень заплатила огромную человеческую цену за то, когда враждовала Франция и Германия и то, что происходило 70 лет назад – это было очень страшно, и огромные жертвы понесли русские. И отношения Франции и Германии – это фактор мира в Европе.
В Дымарский
―
И теперь совсем последний вопрос: в какой степени русские хакеры, вся эта история, повлияли на ход президентской кампании, или это было все-таки второстепенное событие?
Ж.Аттали
―
Прежде всего, я хочу подчеркнуть, что французские избиратели совершенно взрослые, самостоятельные люди так же, как и российские избиратели. И конечно, они голосовали так, как хотели.
В Дымарский
―
То есть вы не сильно верите не в саму эту историю, а в то, что она оказала какое-то влияние на выборы?
Ж.Аттали
―
Я вам уже ответил.
В Дымарский
―
Спасибо большое!