Владимир Жириновский - Интервью - 2016-08-08
08.08.2016
А. Соломин
―
20.05 в российской столице. Это голос Алексея Соломина. И Алексей Нарышкин сейчас его подаст. Добрый вечер.
А. Нарышкин
―
Добрый вечер.
А. Соломин
―
И мы рады приветствовать в нашей студии Владимира Жириновского. Владимир Вольфович наш давний коллега. Выступает очень много, рассказывает. Лидер ЛДПР, если кто не знает.
А. Нарышкин
―
Я сейчас лидера ЛДПР внизу на Новом Арбате видел, и безумная популярность. Все к вам подходят как к музейному экспонату фотографируются.
А. Соломин
―
А вы не устали от этого?
В. Жириновский
―
Тяжело. Потому что если здесь еще не так много людей, на Манеж, там вообще идет волна. От Америки до Японии вся Россия. И люди хотят, я же не могу стоять там целый час или сколько-то. Но вы забыли сказать, что вы меня давно не приглашали. Вот эта заморозка на два года почти мне непонятна. Я всегда к вам с уважением, вас четыре Алеши.
А. Соломин
―
Вас вспоминаем регулярно.
В. Жириновский
―
Вы вспоминаете. Оскорбляете меня или пытаетесь как-то унизить. Колкость какую-то.
А. Нарышкин
―
С учетом вашей популярности, про которую я сказал, свидетелем которой я был, вы что думаете, получите осенью.
В. Жириновский
―
Второе место, стать второй партией и в процентах конечно не меньше 20. Потенциал партии – 30. 23 мы уже получали. И с учетом того, что власть понимает, что трудно уже искажать результаты и обещает, что это будут самые честные выборы. А если бы еще КОИБы поставили, на КОИБах у нас всегда в два раза больше. Поэтому 30% мы вполне можем взять.
А. Соломин
―
А вы встречались…
В. Жириновский
―
И можем первое место занять даже. На втором бы «Единая Россия» - 29 и коммунисты – 15. И больше никто не пройдет.
А. Нарышкин
―
А как же правительство будем составлять.
В. Жириновский
―
Это только партийные списки. А одномандатники все перекроют, и у них снова будет 300. Вот в чем проблема. Они специально поменяли. Вы не заметили. Понимая, что по спискам им не победить, они напишут 40, реально будет 20, но количество депутатов будет больше.
А. Соломин
―
Так у вас сколько будет?
В. Жириновский
―
У нас будет сто максимум. А у них будет 300.
А. Соломин
―
А почему вы не пошли по этому пути? Тоже самовыдвиженцев ярких выставлять.
В. Жириновский
―
Почему мы должны унижаться и кого-то просить. Это же издевательство над демократией. Когда идут впереди известные люди, а сзади плетется партия, которая вызывает больше отрицательного, чем положительного.
А. Соломин
―
А вы сказали об этом Владимиру Путину? У вас же была встреча с ним.
В. Жириновский
―
Я конкретно на эту тему не говорил, но в принципе на общей встрече я сказал, что одни партии типа «Справедливой России» подбирают мусор, который выгребают. Вот ЛДПР мы выкинули - мошенники, воры, авантюристы. Они все это подбирают к себе. Я не понимаю Миронова. Как ему объяснить, зачем он берет воровку депутата из Архангельска. Уголовное дело уже пять лет в Архангельске. И он берет. Или коммунисты поставили в Красноярске нашего одного из депутатов бывших. Мы их из партии исключили.
А. Нарышкин
―
А у вас в партии все с безупречной репутацией.
В. Жириновский
―
Никого не взяли чужого. Единственная партия. Коммунисты взяли. «Единая» меньше, но есть у них на местных выборах, нашего в том числе одного. «Справедливая Россия» вообще мусор собрала. «Родина», «Патриоты России», то есть все как шакалы там, где падаль есть, скорее прихватить. У нас самые чистые списки. Вот их должны объявить. В плане никакой связи с криминалом, почти нет никого с судимостью.
А. Соломин
―
А почему про вас говорят все время другое. Говорят, что ЛДПР собирает в себе бандитов.
В. Жириновский
―
Никогда этого не было. Это они были в прошлом веке. 1999 год – выборы.
А. Соломин
―
Были.
В. Жириновский
―
Люди, у которых были судимости, и мы их всех вычеркнули. То есть первый список они были, а который окончательно прошел, мы пошли на выборы, там никого уже не было.
А. Соломин
―
А кто сейчас ваш электорат, например.
В. Жириновский
―
Сейчас самый широкий. Это уже социологи сказали, что ЛДПР единственная партия всего народа. Коммунисты все-таки левые.
В.Жириновский:У ЛДПР самый широкий электорат, единственная партия всего народа. Коммунисты все-таки левые
А. Нарышкин
―
Простите, какие социологи?
В. Жириновский
―
ВЦИОМ, типа ФОМ, прочие все, которые изучают общественное мнение.
А. Соломин
―
А вы не претендуете разве на левую аудиторию?
В. Жириновский
―
Частично левая, частично правая, частично националисты, частично консерваторы.
А. Соломин
―
Называетесь при этом либеральной, тогда как ваш электорат слово «либерал» ненавидит.
В. Жириновский
―
Это пропаганда сегодня. Также ненавидят слово «коммунист», «патриот», мы все слова испоганили. Вашу радиостанцию часто ругают. Потому что вы тоже выдерживаете слишком узкую линию. Два года вы меня не приглашали. Обиделись, всё.
А. Соломин
―
Да ну бросьте. Сколько раз, мы вам звоним постоянно.
В. Жириновский
―
И что? Звоните взять интервью. А сюда в студию боитесь. Я ответил на вопрос, вы чего надо убрали, а вот прямой эфир, как сегодня, это года два не было.
А. Нарышкин
―
Зато вы из телевизора не вылезаете. Я вас у Соловьева и на прочих каналах вижу регулярно.
В. Жириновский
―
А почему, Алеша? Вас здесь двое. Мне бы хотелось, чтобы у нас сложились какие-то особые отношения. Я имею в виду в хорошем смысле слова. Особые.
А. Соломин
―
Четвертого в любом случае не получится…
В. Жириновский
―
Четвертый Алеша есть еще Голубев. Третий. Есть четвертый Венедиктов Алеша.
А. Соломин
―
Есть. Осин у нас еще.
В. Жириновский
―
Осин есть. Я просто их мало знаю. С вами у нас, по-моему, третья встреча. И мне кажется, вы внутренне готовы к каким-то нашим особым отношениям. Я могу в чем-то помочь.
А. Соломин
―
Тем более, если у нас выстроились такие особые отношения, я попробую у вас спросить прямо. Тем более что подобный вопрос задавали многие слушатели «Эхо Москвы». Владимир Вольфович, вот вы сами говорите, кстати, что вы устали в определенном смысле от того, что все хотят сфотографироваться…
В. Жириновский
―
Я не устал, просто естественно, если сто снимков сделать за полчаса.
А. Соломин
―
Устанешь, конечно. У меня опыта такого нет…
В. Жириновский
―
А людям хочется пойти навстречу. Они с Камчатки, с Америки, с Греции, Калининграда.
А. Соломин
―
Скажите, так может быть вам с Зюгановым пора из ГД.
В. Жириновский
―
Вот видите, опять те же самые вопросы. Ну давайте этот вопрос зададим всем остальным. У нас есть люди, которые еще старше.
А. Соломин
―
Тоже пора.
В. Жириновский
―
Я был автором проекта закона, чтобы ограничить по возрасту и по срокам. Срок один – пять лет для всех. Директор бани и президент. ГД, министры, губернаторы. Один срок. Только пять лет. Потому что если два срока, он будет работать на второй срок в первый срок. Он не будет заниматься чем-либо.
В.Жириновский:У ЛДПР самый широкий электорат, единственная партия всего народа. Коммунисты все-таки левые
А. Нарышкин
―
Вы говорите про законопроект, который ограничил бы ваше присутствие.
В. Жириновский
―
Не проходит.
А. Нарышкин
―
А зачем вам ждать законопроект, просто сами не баллотируйтесь.
В. Жириновский
―
Значит предать избирателей.
А. Нарышкин
―
У вас ЛДПР на одном Жириновском что ли держится.
В. Жириновский
―
Нет, но избиратели хотят меня видеть.
А. Нарышкин
―
Значит, партия одного человека. Это очень печально.
В. Жириновский
―
Нет, это все партии такие. А что «Единая Россия» какая партия? Или Путина или Медведева.
А. Нарышкин
―
Как это называется. Вождистского типа партия.
В. Жириновский
―
Нет, ничего вождистского нет. Всем руководит высший совет. 13 человек. Я иду сюда, потому что вы меня позвали. Позовите Лебедева, чего вы не зовете.
А. Соломин
―
Тоже звоним регулярно. Всем предоставлено слово.
А. Нарышкин
―
Объясните, зачем идти в ГД? Смотрите, вы избираетесь в сентябре, а потом уходите.
В. Жириновский
―
Зачем?
А. Нарышкин
―
Что вы сделали хорошего за прошлый созыв ГД?
В. Жириновский
―
Возьмите статья 282. По которой сидят только русские. И ни одна партия не хочет поддержать нашу инициативу эту статью убрать. Несколько лет бьемся. У нас есть другие статьи, которые предусматривают наказание за разжигание национальной розни и так далее. Но и очень много делали и делаем. Потому что просто вы этого не замечаете. Не фиксируете.
А. Нарышкин
―
То есть вы хотите отменить, но вы же ее не отменили.
В. Жириновский
―
То что мы делаем. Запретить коллекторов. Но не получается. Прошел другой проект. Частично ограничивает деятельность. Рекламу табака и алкоголя, наоборот рекламу пива запустила «Единая Россия». Черные списки пассажиров дебоширов не хотят вводить. Снова из Сахалина…
А. Нарышкин
―
Вы сейчас перечисляете то, что не получилось. Так зачем в ГД, если у вас хорошие инициативы, но вам не удается их проводить.
В. Жириновский
―
Вы же в школе учились. Чтобы провести инициативы нужно 226 голосов. Страна созреет, что ЛДПР победит, если не на этих выборах, в 2021 году победит, в 2026-м, в 2031-м.
А. Нарышкин
―
Сколько уже зреет ЛДПР ваша.
В. Жириновский
―
30 лет. Самая старейшая партия.
А. Нарышкин
―
Все не набирает…
В. Жириновский
―
Мешают. Вот сейчас взяли и поменяли…
А. Нарышкин
―
Ну так уйдите. Хватит бороться с режимом-то.
В. Жириновский
―
У вас позиция отвратительная. Тогда все должны уйти. Вот человек болеет, - не ходи в поликлинику, все равно ты умрешь. Очень много таких больных. Но он же ходит, он надеется. И на работу идете все счастливые? Вам повезло… Я в какой-то степени вам протежирую, и вы еще работаете «Эхо Москвы». А сколько человек потеряли работу в Турции, или на Украине.
А. Соломин
―
Про Турцию мы еще поговорим. Я немножко о другом. Я же не говорю о том, что вам на пенсию надо уйти по возрасту. Вы на возраст сразу перескочили. Зачем вам сидеть в ГД. Вы популярный человек, вы можете как Маяковский ездить с концертами по России. В смысле выступать.
В. Жириновский
―
У меня одна командировка – в Кремль. Всё. ГД и Кремль. У меня остался вариант - председатель правительства и после этого президент страны. Глава России. Верховный правитель. А вы мне предлагаете куда-то уйти, куда-то ездить. Я никуда вообще не должен ездить.
В.Жириновский: У меня одна командировка – в Кремль. Председателем правительства и после этого президентом страны
А. Нарышкин
―
Царь. Я вижу вас царем России.
В. Жириновский
―
Я объехал всю страну десятки раз. И сегодня ушел наш поезд и с января по июнь ходил. Вы же не отражали ни разу. Ни разу не сообщили. Сегодня день альпиниста. Вы поздравили альпинистов? Нет. Вот я их поздравляю сейчас. А вчера день железнодорожника. Поздравили?
А. Нарышкин
―
Конечно.
В. Жириновский
―
Я почетный железнодорожник. Можно было меня отдельно поздравить.
А. Нарышкин
―
А вы когда-то управляли что ли.
В. Жириновский
―
У меня много людей на железной дороге работает.
А. Нарышкин
―
А вы-то почему почетный железнодорожник?
В. Жириновский
―
Я много ездил. Столько, сколько я проехал, извините, это рекорд. Дважды вокруг земного шара.
А. Нарышкин
―
На поезде?
В. Жириновский
―
На поезде.
А. Нарышкин
―
И по океану тоже.
В. Жириновский
―
Нет, на поезде. Железные дороги.
А. Соломин
―
Владимир Вольфович, знаете, сколько человек проходит каждый день от метро до метро, по пять километров в день.
В. Жириновский
―
Это одна и та же дорога. Дорога домой, на работу. А я объехал всю страну и облетел весь мир.
А. Соломин
―
Хорошо. Вот Гавриков2007 спрашивает: вас не пугает появление конкурента такого как Медведев?
В. Жириновский
―
Он уже конкурент с 1999 года. Чего нам пугать. Наоборот это хорошо. «Единая Россия» честно как бы ведет себя, она боится проиграть по спискам. Меняет систему выборов. Теперь она получит большинство техническое.
В.Жириновский:«Единая Россия» меняет систему выборов. Теперь она получит большинство техническое
А. Соломин
―
То есть вы говорите, что Медведев нечестно играет.
В. Жириновский
―
Нет, просто так можно делать. Но нежелательно менять правила. Потому что преимущество к той партии, которая эти правила делает под себя. Они округа поменяли. Раньше был городской округ, вытянули и на сельский замкнули. Чтобы было выгодно. Что по городскому проходит какой-нибудь вам подобный интеллигентик, а сельские жители его завалят. Это можно делать. Но это нежелательно.
А. Нарышкин
―
А вот про Медведева. Он сейчас на своем месте в правительстве?
В. Жириновский
―
Видимо, на своем. Это команда президента.
А. Нарышкин
―
А почему вы не требуете отставки Медведева?
В. Жириновский
―
А чем он хуже, допустим, Фрадкова, Степашина?
А. Нарышкин
―
А сколько он говорит последнее время гадостей.
В. Жириновский
―
Какие гадости? Давайте назовите.
А. Нарышкин
―
Денег нет.
В. Жириновский
―
Слушайте, денег нет во всем мире. У вас у самих нет денег, Алеша. Вы помните, спрашивал, там сидели, говорю, а чего Алеша там сидит. Надо зарабатывать, семью. Может вам с семьей расстаться. Вот вы мне говорите уйти, я вам говорю, у вас не хватает денег на жизнь, расстаньтесь с семьей, вам будет хватать. Это же тоже можно…
В.Жириновский:Слушайте, денег нет во всем мире.
А. Соломин
―
Ну так он любит семью. А я хочу от вас услышать, что вы любите свою работу.
В. Жириновский
―
Я любою свою работу. Моя вся работа посвящена защите наших граждан. Защите России. Самый высокий уровень работы, которую я осуществляю. Ведь Зюганов хороший человек, идея коммунизма хорошая. Но это Карл Маркс все сделал. Энгельс, Ленин, Сталин, Хрущев, Брежнев. Вклада Зюганова здесь нет никакого. «Единая Россия», весь Кремль стоит за ней у государства. То есть я, идеи ЛДПР мы боремся с государством. Не боремся, конкурируем. Вы должны это оценивать. Если ЛДПР займет второе место, считайте, что это первое место. Потому что «Единая Россия» это не партия…
В.Жириновский:Я любою свою работу. Моя вся работа посвящена защите наших граждан
А. Нарышкин
―
Это сказки.
В. Жириновский
―
Это часть государственной системы.
А. Нарышкин
―
Давайте не будем рассматривать этот вариант, что ЛДПР займет второе место.
В. Жириновский
―
А кто займет?
А. Нарышкин
―
КПРФ.
В. Жириновский
―
А почему?
А. Нарышкин
―
Потому что они красные.
А. Соломин
―
У них ядерный электорат.
В. Жириновский
―
Он уходит, вы этого не замечаете. Стареет постоянно.
А. Нарышкин
―
Я хожу как корреспондент, всегда там и молодые люди.
В. Жириновский
―
Позвали наемники. Посмотрите список его, средний возраст…
А. Нарышкин
―
Слушайте, кто бы говорил. К вам знаете, кто ходит на акции. Прекрасно я знаю, и сколько раз сам был. Потом талончики вы раздаете.
В. Жириновский
―
Нет, нет.
А. Нарышкин
―
Ну что нет, нет. Я сам талончики получал.
В. Жириновский
―
Это приезжали активисты с регионов.
А. Нарышкин
―
И потом по талончикам деньги получали.
В. Жириновский
―
Даже деньги даем, на питание. Люди приехали, они из бедных семей.
А. Нарышкин
―
Вы покупаете людей. Поэтому к вам приходят.
В. Жириновский
―
Москвичам нет. Вот сколько было последних митингов, мы уже с периферии никого не зовем.
А. Нарышкин
―
Денег нет потому что.
В. Жириновский
―
Полно…
А. Нарышкин
―
Правильно Медведев говорит.
В. Жириновский
―
Деньги есть.
А. Нарышкин
―
Определитесь.
В. Жириновский
―
Политическим партиям деньги выдают из бюджета те, которые положены. А в принципе речь шла, видимо, о повышении пенсий. Действительно они повысили только 4% под инфляцию, а инфляция 8-10-12. Люди обижаются. В Рязани мне жаловались. Пенсию повысили 4%, рублей 200 максимум, 300, 150, а транспорт городской на 14%. Это что же делать. Получается, реально положение пенсионеров только ухудшилось.
В.Жириновский:Если ЛДПР займет 2-е место, считайте, что это 1-е место. Потому что «Единая Россия» это не партия
А. Нарышкин
―
А про образование, преподавателей.
В. Жириновский
―
То же самое. Он что имел в виду. Что в системе образования в России при царе, при коммунистах, сейчас очень много заработать будет трудно. Потому что у нас массовая школа и очень много тысячи, десятки, сотни тысяч учителей. Он говорит, что если мечтаете много зарабатывать, то нужно идти не в педагоги, допустим, а в другую сферу. Это нормально. Он просто объяснял, что будут стараться повысить зарплату учителям, преподавателям. Но если они мечтают получать все 300-400 тысяч в месяц, пока этого не будет.
А. Соломин
―
Мне все-таки кажется, что вы в каком-то смысле побаиваетесь Медведева.
В. Жириновский
―
Ни в коем случае.
А. Соломин
―
Вы человек, который особенно на предвыборном этапе никогда не стеснялись ни крепких выражений. Это же борьба. Это политикал-шоу.
А. Нарышкин
―
А когда говорит про Медведева, чувствуется какой-то зажим.
А. Соломин
―
Не зажим…
В. Жириновский
―
Я жестко критиковал «Единую Россию».
А. Нарышкин
―
Где?
В. Жириновский
―
Возьмите наши ролики.
А. Нарышкин
―
Вы требуете отставки Медведева? Медведева вы хотите отправить в отставку?
В. Жириновский
―
Все правительство конечно с удовольствием.
А. Соломин
―
С удовольствием или это решение назрело?
В. Жириновский
―
С удовольствием, мы пойдем на выборы президента…
А. Нарышкин
―
Хорошо, за что. Медведева в отставку за?
В. Жириновский
―
Правительство - мало денег на сельское хозяйство. Можно было уже быстрее закончить, чтобы у нас не было никакой зависимости. Мы поднялись хорошо, в среднем 80%, мы независимы. Но процентов 20 до сих пор мы зависимы. При таких землях. Сам Медведев был президентом, я ему сказал, у нас много земель куплено и не используется. Давайте примем закон об изъятии тех земель, которые не используются три года. Да, давайте. Приняли закон в 2013 году. Прошло три года – ничего нет. То есть неисполнение.
А. Нарышкин
―
Так, с землями понятно. А еще за что еще его в отставку.
В. Жириновский
―
Здравоохранение. До сих пор у нас с вами проблема есть…
А. Нарышкин
―
Извините, вы огурцом сидите, чего вы жалуетесь на здравоохранение.
В. Жириновский
―
Каким огурцом?
А. Нарышкин
―
Вот вы в самом расцвете сил.
В. Жириновский
―
Это называется огурец?
А. Нарышкин
―
Конечно. Здоровый, крепкий. Хрустящий.
В. Жириновский
―
…То предлагаете мне куда-то уйти. То есть люди недовольны. Мы исходим из этого.
А. Нарышкин
―
Со здравоохранением какие проблемы?
В. Жириновский
―
Не могут подлечиться. Вот конкретно… Мама жалуется, парень лежит в Сергиево-Посадском госпитале, была травма, ему хирург говорит, что у тебя нога не срастается. Ну дикость какая-то. Мы этого парня обязательно в другую больницу переведем. Ему еще сделают операцию, нога срастется. То есть наплевательское отношение. «Скорая помощь» иногда не берет, рожают в машине. В том же Орле в январе умерло 8 младенцев подряд. Многие услуги стали платными. В вузах меньше мест бесплатных. Вот сейчас мы сделали вклад, пускай это Зюганов сделает – никогда. Миронов. Коммерческий вуз принимает на первый курс бесплатно. Пожалуйста. Институт мировых цивилизаций, метро Красные ворота. Первый Басманный, дом 3. Самое больное место – общежитие. Ребята иногородние жалуются – у них нет денег платить за общежитие. Вот бесплатное общежитие. То же самое вуз. Вклад, мы это сделали уже. Потому что это от нас зависит. А принять закон, мы только можем предложить. И большинство наших законов «Единая Россия» отвергает. А потом вносит от себя. Коллекторы - мы внесли. Они от себя внесли. По земле снова внесли. И снова приняли закон, у нас два аналогичных закона.
А. Соломин
―
Хорошо, вы становитесь председателем правительства. Представим такую ситуацию. Сейчас кто-то, может быть, из слушателей зажмурился, но где деньги-то взять на все это.
В. Жириновский
―
Пожалуйста. Объясняю. У нас триллион рублей висит на счетах.
А. Соломин
―
Так они обесценятся. Если вы их с этих счетов выведете.
В. Жириновский
―
Мы их пустим туда, где они не обесценятся. Нужно деньги направить на производство. Вот кредитная политика, Набиуллина, ее немедленно уберу. Я подчиню банк либо ГД, либо правительству. Так не годится, чтобы был ЦБ независимый. У нас не Федеральная резервная система.
А. Нарышкин
―
Если позволите, голосование запустим.
В. Жириновский
―
Запустите голосование. Все ли согласны с тем, чтобы Жириновский был назначен председателем правительства. И вдохнет ли он новую жизнь и станет ли крепче, сильнее Россия.
А. Нарышкин
―
Хотите ли вы, чтобы Жириновский возглавил российское правительство.ГОЛОСОВАНИЕ
В. Жириновский
―
Смотрите конкретный результат. Наш губернатор Островский, я там буду в понедельник, что он сделал. Коррупция в его регионе понизилась на 50%. Разве это не успех? В два раза ниже коррупция. В том субъекте, где наш губернатор.
А. Нарышкин
―
А причем здесь ЛДПР. Губернаторы встроены настолько в эту вертикаль.
В. Жириновский
―
Не надо, а чего другие встроенные не понизят коррупцию в своих регионах. Чего у коммунистов два губернатора не могут понизить коррупцию. Это единственный регион, где коррупция понизилась в два раза. Поэтому если я председатель правительства, коррупция рухнет. Мы наберем другую полицию, мы наведем порядок. Внешняя политика, к сожалению, в руках президента, но внутренняя. То есть никто, на рынках все места будут предоставляться только местным производителям. Когда они свои товары вывезут на рынок, тогда мы разрешим внешним. Из СНГ или из-за границы. С нитратами ничего не будет. Вот сейчас по всей стране на рынках 80% продукции с нитратами. Вас травят каждый день.
В.Жириновский:Когда я стану председателем правительства, коррупция рухнет
А. Нарышкин
―
Ну и вас травят.
В. Жириновский
―
У меня нитратомер, у меня свой огород есть. Все фрукты, овощи и мясо, вот в Орле мясо измерил. Свинина нормальная и баранина. Говядина – превышение нитратов.
А. Соломин
―
Потому что мало говядины производим.
В. Жириновский
―
Да нет, потому что зависит от кормов. Привезли корма, где применяли в излишестве минеральные удобрения. То есть если я председатель правительства, пища будет здоровая. Жилье, мы будем строить системы ЖСК, кооперативы.
А. Нарышкин
―
Деньги откуда?
В. Жириновский
―
Граждане дадут. Сегодня ипотека.
А. Нарышкин
―
Кто даст?
В. Жириновский
―
У людей есть деньги первый взнос.
А. Соломин
―
То есть налоги повысим.
В. Жириновский
―
Ни в коем случае. Повысим на богатых, конечно. Зачем нам 13%…
А. Нарышкин
―
Сколько?
А. Соломин
―
Богатые уедут.
В. Жириновский
―
Никто не уедет. Закроем. Для них, для богатых. А всем остальным оставим.
А. Нарышкин
―
Богатый это с какого уровня дохода?
В. Жириновский
―
Введем налог на сверхдоходы. Вот заработал миллион, 800 тысяч в доход государства.
В.Жириновский:Введем налог на сверхдоходы. Вот заработал миллион, 800 тысяч в доход государства
А. Нарышкин
―
Миллион долларов?
В. Жириновский
―
Миллион рублей. Все в рублях, забудьте доллары. Минимальная зарплата будет 20 тысяч. Сегодня мы сделали 7500. В три раза можно поднять вполне. И максимальная – 200 тысяч.
А. Соломин
―
А вы же наверняка встречаетесь с очень богатыми людьми, Геннадий Тимченко, Игорь Иванович Сечин.
В. Жириновский
―
Не встречаюсь, но знаю их.
А. Соломин
―
Он к вам как относятся после таких заявлений?
В. Жириновский
―
Я не знаю. Я думаю о миллионах наших граждан. Вот 90% граждан России поддержат это. Даже 95.
А. Соломин
―
То есть раскулачить?
В. Жириновский
―
Нет, нет.
А. Нарышкин
―
И национализировать еще.
В. Жириновский
―
Пусть все становятся богаче. Я уже сделал призыв. Показывали мое хозяйство под Москвой, что все становитесь кулаками, помещиками. Вы меня с Зюгановым не путайте. И с коммунистами России. Я хочу, чтобы все были богатые. Но сверхбогатые должны свои деньги бросить на производство. Если они будут строить фабрики…
В.Жириновский:Я хочу, чтобы все были богатые. Но сверхбогатые должны свои деньги бросить на производство
А. Нарышкин
―
С какой радости, если они своими навыками, умениями добиваются этих успехов.
В. Жириновский
―
Да, это воровство все.
А. Нарышкин
―
А где дела тогда.
В. Жириновский
―
Стройте фабрики.
А. Нарышкин
―
Подождите. Сечин ворует?
В. Жириновский
―
Не знаю.
А. Нарышкин
―
Напишите запрос депутатский. Вы же говорите, что все богатые воруют.
В. Жириновский
―
Пускай будет Счетная палата, в ФСБ все списки есть. Они легально получают сегодня высокую зарплату. Это давайте остановим. Миллион в день.
А. Нарышкин
―
Вы же говорите, воруют. Определитесь.
В. Жириновский
―
Вот они кто-то там имеет большие деньги, и они не будут строить фабрики. Будут строить. Я их позову.
А. Нарышкин
―
Сечин что построил?
В. Жириновский
―
Ничего. Я позову их всех. Их сто человек, не больше. И скажу, вот 90% денег бросьте на производство. Немедленно.
А. Нарышкин
―
Или?
В. Жириновский
―
Или мы отберем у вас все. И никуда не уедете. Везде достанем.
А. Соломин
―
Сажать нужно?
В. Жириновский
―
Нет. Выпускать будем из тюрем. Сегодня в тюрьмах 700 тысяч, мы оставим 200 тысяч. Только убийцы и мошенники. Все остальные на свободу. Больше домашний арест, больше исправительные работы. Но ни в коем случае не лишать свободы.
В.Жириновский: Выпускать будем из тюрем. Сегодня в тюрьмах 700 тысяч, мы оставим 200 тысяч, убийцй и мошенников
А. Нарышкин
―
Жириновский настоящий либерал прямо.
В. Жириновский
―
Конечно. Свобода прессы. Вот сейчас на выборах журналисты должны зарегистрироваться за несколько дней. И только в одном месте от одного агентства полная свобода. Съемки любые производить, КОИБы поставить. Разве это плохо вот такая демократия.
А. Нарышкин
―
Давайте перерыв.
В. Жириновский
―
Какой перерыв. Вы специально.
А. Нарышкин
―
Новости, реклама. У нас регламент как у вас в ГД.
В. Жириновский
―
Новости - это я сюда пришел.
А. Нарышкин
―
Через 5 минут мы продолжим. Владимир Жириновский в эфире «Эхо Москвы».НОВОСТИ
А. Соломин
―
Владимир Жириновский. Мы закончили рекламные блоки и Владимир Вольфович возмущается, что голос его звучит иногда в анонсе передачи.
В. Жириновский
―
«Ганапольское». Это же нарушение авторского права. Это мой голос, мой текст.
А. Соломин
―
Но вы же не против, вы сами сказали.
В. Жириновский
―
Так скомпоновали ролик рекламный, что получается, что я уважаю и люблю эту передачу.
А. Соломин
―
Нет, вы делите, говорите, что есть и плохие и хорошие. Что правда.
В. Жириновский
―
Недавно был казус, события в Армении были. Там захватили полицейский участок. Мне звонит ночью какой-то журналист какого-то канала. Я говорю: да оставьте меня в покое с этой Арменией. Я имел в виду с информацией. Ну, кого она интересует. Олимпийские игры кого интересуют. Сколько можно одно и то же. А там обиделись.
А. Соломин
―
Вы еще сказали про Армению, что там живет столько жителей, и они все разъехались.
В. Жириновский
―
Там было 6 миллионов…
А. Соломин
―
Это же оскорбительно для них. Вспомните тот инцидент с беременной журналисткой.
В. Жириновский
―
Его не было никакого, выдумали все.
А. Соломин
―
Это зафиксировано на видео и это отвратительно.
В. Жириновский
―
Я ее знать не знаю.
А. Соломин
―
Ну, Владимир Вольфович, это было отвратительно.
В. Жириновский
―
У меня был диалог с журналисткой Интерфакса. Она задала вопрос, я ответил. Но была опаска, давайте похристосоваться, они все про Донбасс. Да хватит про Донбасс, - говорю, - сейчас Пасха идет, Христос воскресе. Идите, поцелуйтесь. Просто толпа девушек. До нее же не дошли. И что она беременная никто не знает, мы же не можем знать какая женщина, где беременная. Она же не несет вперед себя живот.
А. Соломин
―
Это не поведение лидера либерально-демократической партии.
В. Жириновский
―
Почему не похристосоваться в день Пасхи?
А. Соломин
―
Почему нельзя незнакомому человеку приказывать целовать девушку или обнимать тем более…
В. Жириновский
―
Алеша, заблуждаетесь. Вы не православный. В день Пасхи она длится почти месяц, все имеют право христосоваться.
А. Соломин
―
Не заставлять других христосоваться.
В. Жириновский
―
Так это же шутка была. Они же не стали христосоваться. Они не подошли. Это же оборот речи.
А. Соломин
―
Мне кажется, девушка очень испугалась.
В. Жириновский
―
Смотрите, Алеша, когда мы говорим: слушай, ты вообще меня изнасиловал. Речь не идет, что тебя изнасиловали. Ты надоел кому-то. Отстань от меня, ты уже изнасиловал.
А. Соломин
―
Так не говорят уже давно…
В. Жириновский
―
Оборот речи такой есть – «я тебе голову сейчас оторву». Никто голову не отрывает. Вот человеку, чтобы он понял. Бывает в бытовом языке.
А. Соломин
―
Вы не считаете тот инцидент ошибкой своей. Вы жалеете об этом.
В. Жириновский
―
Я больше вообще не разговариваю ни с кем. И Пасху, ничего не вспоминаю. Вот ответил на вопрос и ушел. Я с ними шутил, рассказывал анекдоты, раз такое отношение, я все прекратил. По Армении меня будут спрашивать – все хорошо в Армении, процветающая великая страна. Да здравствует великий армянский народ, и наша база никакого значения не имеет. Пусть убирают завтра, армяне сами себя смогут защитить.
В.Жириновский:Наша база в Армении никакого значения не имеет. Пусть убирают, они сами себя смогут защитить
А. Соломин
―
Такое бывает, как если бы вам Медведев после этого позвонил, накричал бы на вас за ваше поведение и вы таким образом еще обиделись на него, и сказали: да идите вы все с этой Арменией, с этими журналистками и так далее. Вы о чем-нибудь в жизни сожалеете?
В. Жириновский
―
Ну конечно, какие-то случаи бывают. Я слишком добрый бываю. По линии семьи некоторые вопросы вспоминаю. Я не пошел навстречу маме. Потому что я не понимал, была разница большая в возрасте. Она говорит: хочу питаться с рынка. За два месяца до смерти. Рижский рынок недалеко от нас. Я как будто жадность проявил. Говорю, что все деньги можно проесть. Мне еще 39, меня пища не интересует. Меня интересует будущее. Купить дачу, машину. Я же не понимал, что человек старший возраст, она скоро умрет, она хочет хоть немножко покушать свежего парного мяса. Я отказал. Кроссовки были модные лет 30 назад, она говорит «дай мне кроссовки». Я отдаю сыну. Да он сто кроссовок поизносил. Она хотела хоть одеть один раз, почувствовать. То есть я не всегда понимал своих близких, своих людей и не родственников. То есть трудно понять, мы же редко, у нас не хватает времени для общения. И именно у меня. Потому что я занят руководящей работой. Это очень тяжело. Руководить оппозиционной политической партией в период революции.
В.Жириновский:Это очень тяжело, руководить оппозиционной политической партией в период революции
А. Нарышкин
―
Но такие ли вы уж оппозиционеры ЛДПР.
В. Жириновский
―
Конечно. Смотрите, ни одна партия не говорит о другом государственном устройстве. Только мы. Отойти от национального деления, только области, губернии какой-то, территориальной, как во всем мире. В мире нигде нет национального деления внутри. Только мы говорим…
А. Нарышкин
―
А что плохого?
В. Жириновский
―
А это ведет к сепаратизму, к войне.
А. Нарышкин
―
Где у нас сепаратизм?
В. Жириновский
―
Мы потеряли, 15 частей страну разделили. 20. Страну разделили на 15 частей.
А. Нарышкин
―
А сейчас же все нормально.
В. Жириновский
―
Что нормально? Вы не знаете, процесс идет.
А. Нарышкин
―
Где?
В.Жириновский:Ни одна партия не говорит о другом государственном устройстве. Только мы
А. Соломин
―
Запрещено уже вести процессы. Уголовный кодекс.
В. Жириновский
―
Везде. Антирусская пропаганда, везде меняют учебники истории, везде пытаются из памяти все вырвать.
А. Нарышкин
―
Какой регион самый опасный в плане сепаратизма?
В. Жириновский
―
Сегодня я думаю, я имею в виду бывшие наши республики. Сегодня ну что там может быть, отдельные действия могут совершать какие-то группировки в Татарии, на Северном Кавказе. Но СССР был какой.
А. Нарышкин
―
СССР давно был.
В. Жириновский
―
25 лет всего прошло. Вот сейчас будет ГКЧП, кто поддержал, - только ЛДПР и я лично. А сегодня все готовы поддержать программу ГКЧП. Только вы, «Эхо Москвы» выступили против. Вы нам сорвали ГКЧП. А если бы ГКЧП удалось бы, то мы бы с вами жили в СССР, но с реформами.
А. Нарышкин
―
Какая радость.
В. Жириновский
―
Я вас всех требую, чтобы вы пришли «Эхо Москвы» в полном составе 22-го августа в четверг на Пушкинскую площадь в 12 часов. Вы, Алеши, будете оба вести репортаж прямой. Только мы будем выступать в защиту того прекрасного дня 19 августа 1991 года.
А. Нарышкин
―
22 августа у нас день рождения «Эхо Москвы». Мы к вам не придем.
В. Жириновский
―
А что у вас будет?
А. Нарышкин
―
День рождения.
В. Жириновский
―
В 12 часов дня. А потом вместе поедем на день рождения.
А. Нарышкин
―
У нас итоги голосования есть. 33% слушателей хотят, чтобы Жириновский стал главой правительства. 66% не хотят.
В. Жириновский
―
А это ваша аудитория самая рафинированная, интеллигентная. Умножайте на два теперь. В масштабах страны на два. Итого получается больше половины. Они всю программу не слышали.
А. Соломин
―
Мы можем и те 66% умножить на два. Аудитория, которая против.
В. Жириновский
―
Нет, у нас всего сто. Так не надо. Всего сто у нас. И в этих 100 ваших 33…
А. Нарышкин
―
Какая разница. Умножай, не умножай, Жириновский на выборах все равно больше 10 не получит.
В. Жириновский
―
Кто это сказал?
А. Нарышкин
―
Давайте поспорим.
В. Жириновский
―
На что?
А. Соломин
―
На сто рублей.
В. Жириновский
―
Леша, ящик коньяка.
А. Нарышкин
―
Нет.
А. Соломин
―
Это у вас много денег.
В. Жириновский
―
Сто рублей всего? Нет, 50 тысяч.
А. Нарышкин
―
Нет.
В. Жириновский
―
Алеша, я вам дам деньги, даже если я выиграю.
А. Нарышкин
―
Тысячу рублей.
В. Жириновский
―
Хорошо.
А. Соломин
―
Давайте я разобью.
В. Жириновский
―
Я говорю больше, роли не играет сколько, 11-12, 20-25. Побеждаю я.
А. Соломин
―
Договорились. Владимир Вольфович, вы завтра поедете встречать Эрдогана?
В. Жириновский
―
Я бы с удовольствием. Но это в Санкт-Петербург. На встречу с президентом. И никто не приглашает нас. Если бы он был в Кремле, обычно в Кремле дается званый обед в честь президента.
В.Жириновский:На встречу с Эрдорганом нас никто не пригласил
А. Соломин
―
И вы бы с удовольствием пришли.
В. Жириновский
―
Я бы пошел обязательно. Наши этого не делают, понимаете. Вот Каддафи был когда – был обед. Медведев был президент. Меня позвали. Я бы что сказал, - что сейчас у президента Турции великолепный случай развернуть Турцию на север. Попытка на Запад идти. 300 лет они идут, их не принимают. Вот Германия принимала в Первую мировую в свой союз, во Вторую. Турция только проигрывала. Поэтому только союз с Россией даст возможность Турции подняться на новую ступень. Что я предлагаю – создать еще один союз на юге. Россия-Турция-Иран, сейчас встреча идет в Баку. Сирия и Ирак. Когда в Сирии закончатся все террористические явления. Вот пять государств. Новый ближневосточный союз. 500 миллионов населения.
А. Соломин
―
Это невозможно, вам объяснит любой специалист по Востоку. Из-за многовековых разногласий суннитов, шиитов, различных религиозных течений.
В. Жириновский
―
Шанс появляется все это примирить. Все, кто говорят, они не специалисты. Я к вам пришел, я единственный специалист-практик по Турции, Ирану, арабским странам. Я этим занимаюсь полвека. Вы только имя произносите с трудом. Эрдоган. Спросите имя-отчество, вы уже не знаете.
А. Соломин
―
Реджеп Тайипович.
В. Жириновский
―
Вот видите. То есть вы понимаете, что именно много столетий они конфликтуют. Вплоть до войны сейчас. Иран с Ираком воевал. Сейчас Турция, Сирия напряженные отношения. А сейчас появляется шанс Турции развернуться на север. И тогда там будет много туристов, хорошие экономические связи. И Турция получит ядерный зонтик, она выйдет из НАТО. Никто не сможет напасть на Турцию. И база Инджирлик будет нашей базой. То есть столько плюсов. Минусов ни одного.
А. Соломин
―
В какой части вашего обращения к Эрдогану прозвучит имя погибшего российского пилота и российского военного.
В. Жириновский
―
Ни в какой.
А. Соломин
―
Почему?
В. Жириновский
―
Ни о чем не надо говорить. Вот вы Восток не знаете. Зачем нажимать на больные точки. Все прошло. Пускай юристы занимаются, компенсация, что-то еще. Не надо нажимать.
В.Жириновский:По поводу Турции. Зачем нажимать на больные точки? Все прошло. Не надо нажимать
А. Соломин
―
Владимир Путин назвал его предателем.
В. Жириновский
―
Не надо трогать курдский вопрос. Не надо поднимать армянский вопрос, греческий, болгарский. Сунниты, шииты.
А. Нарышкин
―
Слишком много уступок получается.
В. Жириновский
―
Какие уступки? Это не наше с вами дело. Это внутреннее дело Турции. Давайте не трогать это, только Россия-Турция. Экономические отношения доводим до 100 млрд. долларов. Было 44 самое максимальное. Вполне можно довести к 2020 году. Это оборот крупнейших двух государств. Давайте, из НАТО выходят. Проводим совместные военные учения. Получаем базу воздушную Инджирлик, военно-морскую в портах Средиземного моря. Давайте в Турцию будут ездить не 3 миллиона, а 5 миллионов туристов. Это 5 млрд. долларов дохода.
А. Нарышкин
―
А вы так уже настроились на Турцию, на добрососедские отношения. Вы же и не то вы еще несколько месяцев назад кричали, что Турция враг. Владимир Путин начал это, сказав про удар в спину. Как быстро происходит переориентация.
В. Жириновский
―
Да нет, не быстро. Мы не знаем реально, вот что хочет Турция. Сейчас мы видим, там была попытка военного переворота. Уже армия готова была сместить Эрдогана. Это делают американцы. И Европа не принимает в ЕС. Шенген не дают. Ничего не дают. Сейчас Эрдоган совершит исторический прорыв. Он повернется к России. И ему не надо унижаться ни перед кем. Он давно просится наблюдателем ШОС. Мы сейчас примем его. Возможно, он вступит в Таможенный союз. Мы его примем.
В.Жириновский:Там была попытка военного переворота. Армия готова была сместить Эрдогана. Это делают американцы
А. Нарышкин
―
И смертную казнь введет.
В. Жириновский
―
Пусть введет. И не будем внимания обращать. Не наш вопрос.
А. Соломин
―
А наша репутация…
В. Жириновский
―
Отличная репутация. Это наш сосед.
А. Соломин
―
Он станет головорезом и мы с ним будем дружить. Мы сами не станем, попахивать не будет от нас.
В. Жириновский
―
А Америка не головорезы? Там смертная казнь. Смертная казнь в большинстве стран мира есть. Кроме Европы. А Европа это 30 государств. А в мире 200 государств. Получается, три четвертых государств в мире имеют смертную казнь.
А. Соломин
―
Дело не в самом факте смертной казни, она кстати у нас тоже есть, у нас мораторий просто. Дело в том, что он арестовывает пачками людей. Не только генералов, военных, но и учителей, интеллигенцию.
В. Жириновский
―
Алеша, ваша ошибка, вот Алексей Нарышкин, Алесей Соломин, Голубев, Венедиктов, я вас всех четверых люблю какой-то особой любовью. Хочется иногда вас так обнять, обнять…
А. Нарышкин
―
Ганапольского забыли.
В. Жириновский
―
…и придушить. Он Матвей.
А. Соломин
―
Ты не дослушал: обнять, обнять и придушить.
В. Жириновский
―
Да, то есть понимаете, что зачем нам в это влезать. Ну, причем здесь смертная казнь. Мы никогда не сможем выстроить отношения. Вот там смертная казнь, там курды, там такой вопрос. Там геноцид, там Сирия. Там боевики. Убили нашего летчика. Как можно межгосударственные отношения выстраивать. А Гитлер сколько погубил у нас. 30 миллионов. Вообще с Германией никаких отношений. У меня фабрику дважды забрали немцы в Костополе, Западная Украина. И что, я должен всегда ненавидеть немцев, украинцев, поляков. Нельзя так. Вы журналисты, вы хотите копаться, копаться.
А. Соломин
―
Дело не во взаимодействии с турками. А во взаимодействии с правительством, о котором мы сказали, что они ударили нас в спину, о котором мы сказали, что они спонсируют террористов. И прикрывают.
В. Жириновский
―
Всё. И давайте остановимся.
А. Соломин
―
Но мы с этими террористами воюем в Сирии.
В. Жириновский
―
И начнем с чистого листа. И сейчас мы договоримся, что Турция не будет помогать террористам и их пропускать в Сирию. Она закрывает турецко-сирийскую границу. Отлично.
В.Жириновский:Начнем с чистого листа. Договоримся, что Турция не будет помогать террористам и их пропускать в Сирию
А. Соломин
―
А присутствие в Сирии это наше дело?
В. Жириновский
―
Да, это наш вопрос. Мы сами будем решать, сколько мы там будем находиться, и какая будет наша помощь.
А. Соломин
―
Мы сами решаем, куда влезать, а куда не влезать.
В. Жириновский
―
Да.
А. Соломин
―
В смысле Владимир Путин.
В. Жириновский
―
Да, он решает. За внешнюю политику отвечает только президент, в крайнем случае, частично министр иностранных дел. Жириновский не отвечает. Но я имею полное право высказать свое мнение. И позицию ЛДПР. Я говорю, перестроить немедленно отношения с Турцией. Если меня слышит помощник президента Ушаков, он должен подсказать президенту. Я ему направил все свои предложения. Как мы перестраиваем отношения с Турцией. Направил Эрдогану.
В.Жириновский:За внешнюю политику отвечает только президент, в крайнем случае, частично министр иностранных дел
А. Нарышкин
―
Факсом?
В. Жириновский
―
Связью. Проблем нет. То есть я все это изложил там. И культурные отношения, экономические, военные, союзные. Договора, международные. Все, сейчас можно все повернуть. Это Турции выгодно и нам.
А. Соломин
―
Турции выгодно от безысходности уже.
В. Жириновский
―
Так всегда. Все отношения устраиваются, когда наступил кризис. Когда развод происходит? – когда не могут жить вместе. Когда наоборот сходятся пары? – полюбили. Есть плюс от их союзных отношений, от брачного союза. Сейчас у Турции исторический перелом. Она больше не будет стоять в очереди в ЕС. Она получит великого союзника – Россию. Впервые за всю историю.
В.Жириновский:Сейчас у Турции исторический перелом. Она получит великого союзника – Россию
А. Нарышкин
―
Россия что получит?
В. Жириновский
―
Россия получит южный берег Средиземного моря. Выход к портам.
А. Нарышкин
―
Ну да, России хорошо, мы в изоляции сидим сейчас.
В. Жириновский
―
Какая изоляция? Вот пармезан кушали когда-нибудь?
А. Нарышкин
―
Нет.
В. Жириновский
―
Пропади он пропадом, я его никогда не видел в магазине вообще. Полно сыров. Все магазины завалены. Все есть. Все уже свое есть. Повторяю, Турция, Иран, Сирии, Ирак нам дадут все, что нам нужно от южных стран. Средняя Азия - то же самое. Мы там боремся с Афганистаном, нужно было давно делать заказы на сельхозпродукцию. И афганские крестьяне лучше бы выращивали овощи, хлопок, шерсть, чем героин. То есть неправильная внешняя политика. Она до сих пор такая неправильная. Мы покупаем в Греции, Италии, Испании вино. Чего мы не покупаем на Северном Кавказе, в Средней Азии и так далее. Та же Турция поставит вино, если надо.
А. Нарышкин
―
А оно такое же по качеству.
В. Жириновский
―
Нормально все. Те же виноградники, что в Италии. Она много одежды производит и куда дешевле, чем все эти…
А. Нарышкин
―
А мы сами-то почему не производим ничего?
В. Жириновский
―
Мы северная страна. У нас всегда мало хлопка. Мало шерсти. Мало мяса. Три месяца лета.
А. Нарышкин
―
А что мы вообще производим.
В. Жириновский
―
Оружие, замки. Машины, инструменты, мы выходим в космос. Мы совершаем великий технический прорыв. Вот наши корабли все начали строить, знаете такие высокоскоростные пассажирские. Это наш летчик, не летчик, наш конструктор. Наших кораблей. Недавно только о нем говорили. Владимир Юркевич, инженер кораблестроитель. Корабль «Нормандия» первый на несколько тысяч человек. Анатолий Китов – кибернетика, создатель Интернета. Это мы делаем все. Глушко – изобретатель вакуумного транспорта. Сейчас американцы предлагают, а Глушко в 85-м году это все предлагал. Можайский еще в 1870 году изобрел самолет наш.
А. Нарышкин
―
Это давно все было. А сейчас что.
В. Жириновский
―
Алексей Пажитнов, искусственный интеллект, создал игру Тетрис. Мы же все это завалили.
А. Нарышкин
―
Тетрис в каком году-то был?
В. Жириновский - В 1980
―
м. А мы начали перестройку.
А. Нарышкин
―
А сейчас ничего нет, Владимир Вольфович.
В. Жириновский
―
Кто вам сказал.
А. Нарышкин
―
Ничего не делаем кроме замков.
А. Соломин
―
Вы сейчас играете на поле коммунистов опять. Хвалите образование.
В. Жириновский
―
Это все те, кого коммунисты выгнали, Алеша. Они их всех выгнали. Все в Америке. Сикорский, Зворыкин. Всех выгнали. Или здесь погубили. Пожалуйста, вам Бызов, каучук, в 34-м году погиб при странном стечении обстоятельств. Он открыл первый искусственный каучук и его ликвидировали. Конкуренты. То есть то, что я назвал имена, Глушко последний. Советская власть. Горбачев загубил. То есть у нас много того, чего можем производить. В этом плане не надо думать, характерно брюзжание интеллигентов. Да у нас ничего нет, да мы не можем. Потому что мы в состоянии трудном. Против нас постоянно ведется война. Скрытая. Сейчас же идет война по всему миру. Вы же не видите. Теракты по всему миру. Везде ракеты запускает та же Северная Корея. Афганистан горит, Ирак, Сирия, Ливия, Югославия. Везде теракты. Донбасс горит. Бомбят каждый день.
А. Соломин
―
Я правильно понял…
В. Жириновский
―
Война идет гражданская.
А. Соломин
―
Я правильно понял, вы предлагаете закрыть глаза на то, что сейчас Эрдоган проводит чистки, репрессии фактически начал.
В. Жириновский
―
Это чистки. Это антигосударственные элементы, которые участвовали в попытке совершения государственного переворота. В любой стране мира…
А. Соломин
―
Тысячи учителей и судей тоже.
В. Жириновский
―
Да, это все сторонники Гюлена. Как у нас было с троцкистами...
В.Жириновский:Чистки проводят со сторонниками Гюлена. Как у нас было троцкисты…
А. Соломин
―
Правильно ли я понимаю…
В. Жириновский
―
Сталинисты, хрущевисты, брежневисты, горбачевцы, ельцинисты.
А. Соломин
―
Вы сейчас в одну кучу…
В. Жириновский
―
Каждая эпоха.
А. Соломин
―
Раз троцкисты…
В. Жириновский
―
Вот их вычищает он сейчас.
А. Соломин
―
Как вы относитесь к Сталину?
В. Жириновский
―
Отрицательно. Потому что он был малограмотный человек. Мы поссорились с Америкой. Вы знаете, как хорошо к нам относился Вудро Вильсон. Президент США. Молодцы. Царя скинули. Теперь будет республика. Он думал, что будет нормальная республика. Мы взяли и устраиваем советскую республику. Да оставьте вы… правительство Керенского. Нет. Потом дальше кулаков разгоняют, церкви закрывают, уничтожают. Интеллигенцию, науку остановил Сталин. Кибернетика - нельзя, генетика – нельзя. Электроника – да что делает вообще. Рузвельт хотел с нами …
А. Соломин
―
А что делать со сталинистами?
В. Жириновский
―
Они должны уходить. Они уходят. Они почему хотят сегодня Сталина. Они устали от того, они становятся беднее, кто-то богаче. У нас огромный разрыв. Разрыв в сто раз. Для революции достаточно в семь раз разрыв. У нас в сто раз разрыв. Надо остановить это. Вот ЛДПР предлагает: давайте сделаем разрыв между доходами в 10 раз. Если Венедиктов получает в месяц сто тысяч, наверное, мало, 300 тысяч, значит, минимальная зарплата у вас должна быть 30 тысяч. Разрыв должен быть только в 10 раз. То есть вы поймите, что при Сталине страна достигла действительно каких-то успехов. Кровавые, ГУЛАГ, заключенные. Но люди хотят, чтобы кто-то навел порядок. И вот 33% ваших зрителей, слушателей хотят тоже наведения порядка. И я наведу порядок. ЛДПР. Только мы. «Парнас» Касьянов не сможет. Ну все эти партии. Все. Коммунисты не смогут. «Справедливая Россия» лепетать начинает какой-то рэп, уже ничего не соображает. «Единая» ничего.
А. Нарышкин
―
В «Парнасе» Мальцев очень перспективный.
В. Жириновский
―
Он националист.
А. Нарышкин
―
Заберите себе его.
В. Жириновский
―
Это разве партия. Вот они говорят, что они западно-демократическая. Берут националиста. Навальный был в «Яблоко». Потом стал националистом. То есть чехарда на политическом поле.
В.Жириновский: Навальный был в «Яблоко». Потом стал националистом. То есть чехарда на политическом поле
А. Нарышкин
―
Ротация называется.
В. Жириновский
―
Единственная чистая честная партия - ЛДПР. С самого начала одна доктрина. Одна концепция. И один стиль. И это все намного лучше. Это и прельщает избирателей. Они хотят голосовать только за ЛДПР.
А. Нарышкин
―
Вам на sms очень много вопросов.
В. Жириновский
―
Все sms отдайте, я все отвечу обязательно.
А. Нарышкин
―
Из Свердловской области вопрос: боитесь ли вы Кадырова.
В. Жириновский
―
Я никого не боюсь. Никого.
А. Нарышкин
―
А я не помню, чтобы вы Кадырова за что-то критиковали.
В. Жириновский
―
Да вы что, запретил нашу партию на территории Чечни. Вы что, вы даже не знаете ничего.
В.Жириновский: ЛДПР запретили на территории Чечни. За позицию по Кавказу. По террористам
А. Нарышкин
―
Не знаю.
В. Жириновский
―
Единственную партию, запрещена деятельность это на территории Чечни.
А. Соломин
―
А почему?
В. Жириновский
―
За позицию по Кавказу. По террористам. В Волгограде помните было подряд три теракта. Троллейбус, вокзал.
А. Нарышкин
―
Два.
В. Жириновский
―
Два минимум.
А. Соломин
―
А вы встречались, обсуждали эти проблемы?
В. Жириновский
―
Нет. Я обсуждал на каком-то телешоу. И вот ему не понравилась моя позиция. Я говорю, надо принимать меры, так же нельзя. Три года тишина. Власть навела порядок. Затихло все. Поэтому чего тут критиковать. У нас терактов практически нет. Они все предотвращаются. Отлично работает ФСБ. Надо переименовать ее в КГБ.
А. Соломин
―
Вы довольны работой Рамзана Кадырова?
В. Жириновский
―
Я вообще об этом не думаю и не знаю. Чем я должен быть доволен. Я недоволен всеми губернаторами нашей страны кроме Смоленской области. Потому что я сейчас был на Манеже, подходит женщина, говорит, что мы из Смоленской области. Спасибо вам за Островского. Они благодарят, что Островский по главе области. Я ни от кого не слышал, ни в одной области, чтобы они говорили и хвалили своего губернатора. Был в Рязанской области, поеду в другие регионы. Никто нигде не хвалит губернатора. Поливают их самым таким способом. Последними словами. Не хочу их здесь произносить. И потом оценить работу могут только граждане. Я там не живу. Может быть, там где-то и хорошо, но я там не живу. Я живу только в Москве.
А. Соломин
―
Владимир Вольфович, всё, закончилось время…
В. Жириновский
―
А чего вы так заканчиваете. Видите, вы боитесь вести дискуссию.
А. Соломин
―
А у нас эфир заканчивается.
А. Нарышкин
―
У нас голоса дрожат уже.
А. Соломин
―
Владимир Жириновский в эфире «Эхо Москвы».
В. Жириновский
―
Все на Пушкинскую площадь. 22 августа в 12 часов.
А. Соломин
―
Счастливо.