Дмитрий Орешкин - Интервью - 2016-01-18
Дмитрий Орешкин
―
Я думаю, Российская оппозиция и все мыслящие люди Российской Федерации должны сказать Рамзану Ахматовичу Кадырову большое спасибо, потому что он поставил точки над «и» в том процессе, который давно идет. Процесс возвратной советизации и, соответственно, азиации нашей страны. Сталин строил Советский Союз по лекалам азиатского деспотизма, где один главный человек все решает, а все остальные перед ним пресмыкаются. Кто против Сталина – тот против Родины.Рамзан Ахматович Кадыров, используя сталинскую риторику насчет врагов народа, дает ясно понять, что путинская вертикаль возвращает нас к таким же вот вполне азиатским образцам построения власти. Если у кого-то еще были сомнения, то после такого рода высказываний все становится совершенно очевидным: Рамзан Ахматович Кадыров – главный патриот России, он главный патриот «Русского мира», он не дает в обиду главного хана «Русского мира». То есть это та самая ситуация, которую описывал Алексей Константинович Толстой, который спрашивал: «Что за хан на Руси своеволит?» Ну вот маленький хан – это Рамзан Ахматович, а большой хан – это тот аллах, который ему дает деньги.
Что будет дальше? Ничего дальше не будет, потому что Рамзану Ахматовичу центральная власть в Москве, главный султан позволяет делать все для того, чтобы сохранить контроль над территориями. Поэтому и сам наш главный начальник вынужден все больше и больше сдвигаться в сторону азиатской системы ценностей. В конце концов, естественно, это приводит к очередному распаду социокультурного пространства и государства вместе с ним. Европейская часть и европейски мыслящие люди уходят в одну сторону – я надеюсь, что эта сторона не Колыма – а азиатские элиты, азиатские регионы с азиатскими системами ценностей будут ориентироваться на другие идеалы типа Туркмении… Средней Азии.
Таким образом, закладывается основание для культурного и государственного коллапса нашей страны. Это жаль, но что делать, если так устроена наша власть.
Наказывать за такие слова его, естественно, не будут, даже не пожурят, сделают вид, что ничего не состоялось. Но слова сказаны, и понятно, куда мы теперь идем даже тем, кому еще недавно было непонятно.
Алена Вершинина
―
То есть в принципе нас стоит ждать, если Кремль никак не отреагирует, что будут еще жесткие прецеденты, начнут расправляться с кем-то конкретным уже? Получается так.
Д.Орешкин
―
Я думаю, на самом деле, если говорить про конкретные вещи, то уже, прошу прощения, расправились с Борисом Ефимовичем Немцовым. Как раз даже под официальным соусом – как бы он раздражал некоторых людей, которые очень истово веруют в ислам. На самом деле, конечно, это сказка, но сама по себе сказка характерная: нельзя раздражать людей, которые истово веруют в ислам и заодно - во Владимира Владимировича Путина.Конечно, может быть, максимум, на что можно рассчитывать – это, что в Кремле – не называя имен и не называя конкретной ситуации – призовут к большей терпимости и социальному миру, что будет воспринято как поощрительное похлопывание по плечу. Так что не стоит ожидать каких-то серьезных действий, просто потому что сама сущность вертикали, она ведет к султанскому образцы государства; просто получили это в вербальном подтверждении из достаточно надежного источника, только и всего. Тренд, по-моему, был ясе в течение последних десяти лет, и просто с каждым месяцем мы получаем все больше и больше месседжей, начиная от трех пуль в спину Бориса Немцова и кончая краткими, емкими формулировками, исходящими из уст руководителя Чеченской республики.
А.Вершинина
―
Неужели никто кроме президента не боится, что Кадыров может выйти из-под контроля и вместо несистемной оппозиции вполне скоро под эту критику попадет кто-то другой, из более близких Путину людей?
Д.Орешкин
―
Дело в том, что у Кадырова очень много врагов в центре, но к их числу не принадлежит Владимир Владимирович Путин, потому что система управления в азиатских султанатах так и строится: надо, чтобы при дворе, при подножии султана были конкурирующие группы, которые друг с другом расправлялись, друг на друга доносили и судьбу которых определял главный человек, возвышающийся в центре. Поэтому сказать, что Кадыров угрожает кому-то из элитных групп, мне кажется, неправильным, потому что, если бы он всерьез им угрожал или они могли его каким-то образом нейтрализовать, они бы это сделали. Если они не нейтрализовали, раз Кадырову позволено больше, чем всем остальным, значит, у них нет для этого ресурсов.Идет вполне нормальная бюрократическая конкуренция главного визиря с неглавным визирем. Какая, собственно, разница? Поэтому угрозу для элитных граждан слова Кадырова не представляют. Они представляют угрозу для тех, кто покажется Кадырову нехорошим человек, и которого потребуется, как ему кажется, нейтрализовать для того, чтобы укрепить государство и еще больше отодвинуть его от западных векторов на Восток.
Убийство Немцова, естественно, должно было провести еще более четкую грань между Евросоюзом, европейскими ценностями и современной Российской Федерацией. Эта цель не была достигнута, но, понятно, что она была поставлена. Так или иначе России отодвигается от Европы. Так что убийство Немцова, может быть, даже было излишне даже, с точки зрения функциональных интересов, акцией. Но, конечно, очень многие силовики в Москве считают, что это недопустимо не потому, что это противозаконно, а потому что это их территория – а тут кто-то пришел и начинает управлять ситуацией на той территорией, которая ему не принадлежит. Вот этом проблема. По их понятиям такого человека надо было бы нейтрализовать. Но мы же видим, что его не нейтрализуют. Это значит, что в той системе ценностей, которую исповедует верховный султан – контроль над Чеченской республикой и над Кавказом – стоит дороже, чем соблюдение законов Российской Федерации. То есть по понятиям важно, чтобы был человек, который контролирует Чечню и, может быть, даже соседние республики Кавказа Северного, а то, что он там делает – ну уж это, извините, издержки процедур. Ну такой вот он непростой человек, но функциональную задачу свою главную он исполняет. Он обеспечивает контроль, он обеспечивает цифры голосования в 99,8% за президента Путина – в 12-м году это произошло. А как он это сделает – это уже его суверенное дело. Не следует серьезного человека по пустякам волновать.