О "черном списке" невъездных в Россию политиков ЕС - Мария Захарова - Интервью - 2015-05-31
А.Климов
―
Мария, добрый вечер, здравствуйте!
М.Захарова
―
Добрый вечер, здравствуйте!
А.Климов
―
Собственно, вопросы прозвучали – вы должны были их слышать. Существует ли такой, так называемый «черный список», и кто в него входит?
М.Захарова
―
Вы знаете, это вообще история просто уже на грани какого-то абсурда. Кратко я вам могу рассказать всю последовательность событий. Как вы знаете, в начале 2014 года США, а потом за ними вслед и Европейский союз приняли санкционные списки, в которые были включены ряд российских граждан. Причины ввода этих санкционных списков, стоп-листов были названы – что они угрожали территориальной целостности Украины. Вот пример но в таких формулировках.Сразу же после того, как эти списки американцами – ну сейчас не о них речь, у нас с Евросоюзом сейчас разгорается скандал – сразу после того, как эти списки были введены, Министерство иностранных дел прокомментировало, что, во-первых, санкционная политика- тупиковая, если она не одобрена Советом безопасности, во-вторых, мы адекватно ответим. И вот на протяжении практически полутора лет – без малого полтора года прошло против этих событий – на разных уровнях – и на переговорах, не международных площадках - публично наши дипломаты и представители говорили только одно: списки есть, они – зеркальный ответ списков, которые принимал Евросоюз; это международная практика, и так далее. Мы их не публиковали, потому что это соответствует нашему законодательству, таковы его требования, и, собственно говоря, потому что мы не хотели из этого делать какое-то политическое шоу. Это вынужденная ответная мера была.
М.ЗАХАРОВА: Мы пошли навстречу просьбам официального Брюсселя и передали по дипломатическим каналам эти списки
Так вот, я еще раз говорю, что мы сегодня пошли на то, что на сайте «Российской газеты» привели вселишь несколько, порядка 5-6 цитат с конкретной датой из конкретного источника, когда наши представители, такие как заместитель Министра иностранных дел Мешков, постпред России при Евросоюзе Чижов, официальный представитель МИДа Лукашевич, говорили и разъясняли, и подтверждали наличие таких списков. Но история была не в этом. История заключается в том, что действительно европейские политики, которые были в этом списке, им было сказано, что «если вы сомневаетесь, не можете ли вы оказаться в этих списках, пожалуйста, проверяйте эту информацию в российских посольствах и консульствах».
Как вы понимаете, речь идет о достаточно узкой прослойке лиц, которые являются дипломатических паспортов, потому что, если у вас обычный паспорт, то вы приходите в российское посольство и там вам либо дают визу, либо не дают. А вот те, у которых есть дипломатические паспорта, именно эта категория лиц въезжает не территорию России без визы, и именно им было рекомендовано обращаться в российские загранучреждения, чтобы проверить не являются ли они фигурантами этого списка. Это абсолютно нормальная международная тоже практика.
А.Климов
―
Как тогда вы прокомментируете, что некоторые европейские страны уже потребовали от Москвы объяснения по поводу состава и причин внесения в эти списки?
М.Захарова
―
Я про это и говорю. И в ходе переговоров, опять же публично- это все содержится в цитатах, о которых я говорю. Мы рекомендовали нашим партнерам обращаться в наши посольства и консульства для получения этой информации. Затем Брюссель попросил нас по дипломатическим каналам предоставить эти списки, потому что этим людям, которые фигуранты списка, может быть, лень, может быть нет времени – ну не хотят они обращаться в наши посольства. Мы пошли навстречу просьбам официального Брюсселя и передали по дипломатическим каналам эти списки, которые существовали сразу после введения аналогичных списков в Евросоюзе. Я бы даже сказала, это наши аналогичные списки, а оригиналы были у них, потому что наши – это просто ответная мера.
М.ЗАХАРОВА: Где был Гудков, когда в отношении российских граждан вводились соответствующие санкционные списки
И вы себе не представляете, – мы, честно говоря, тоже не поверили, - как только мы им передали в ответ на их просьбу, для их же удобства, в этот же самый момент они кидают это все в прессу, и что самое фееричное – что они в этот же день, после того, как вся эта информация утекла, выступают с официальными выступлениями к Москве разъяснить природу этих списков.
Ну вы знаете, это просто какая-то ситуация неадекватная. Зачем это делается? Единственное объяснение: может быть, это какое-то очередное политическое шоу, а то, знаете, какое-то затишье наметилось?
А.Климов
―
Но вы можете подтвердить цифру – 89 имен – из каких стран, из каких организаций? Какие-то персонально можете называть?
М.Захарова
―
Это абсолютно мы не будем делать и изначально предупреждали, что не собирались этого делать, потому что еще раз говорю: мы эти списки вводили не для того, чтобы кому-то сделать больнее или кого-то уколоть, или кому-то показать, что он не друг России – это наша ответная мера была согласно установленной международной практике. Мы вынуждены были на это пойти. Но мало того, те цитаты, которые мы привели сегодня в Российской газете, там написано было- и наши дипломаты об этом говорили, - что, как только Евросоюз, западные страны пойдут на снятие этих ограничительных мер в отношении российских граждан, мы точно так же пересмотрим и свое отношение к этому: точно так же будут сделаны зеркальные шаги.
А.Климов
―
Мария, скажите, если я правильно понял депутата Гудкова, он упрекает МИД в том, что решение принималось кулуарно, в частности, с Госдумой никто эти списки не согласовывал. Как вы ответите на эти упреки?
М.ЗАХАРОВА: Мы эти списки вводили не для того, чтобы кому-то сделать больнее – это наша ответная мера была
М.Захарова
―
На самом деле это страшно, потому что, насколько я поняла – может быть, у меня какая-то неправильная информация, но я уточнила на сайте Государственной думы, -господин Гудков входит в один из комитетов по законодательству. Там их несколько, вот он входит в один из них. Получается представитель законодательного собрания, мало того, член комитета по законодательству не знает российского законодательства и просит МИД ему его разъяснить. Вообще-то это люди, которые… Мы – исполнительная власть. Мы исполняем те законы, которые принимают депутаты, и, честно говоря, я, как гражданин Российской Федерации очень хочу надеяться, что те люди, которые принимают законы, они хотя бы о них знали.Конечно, я думаю, я уверена, что на депутатский запрос господина Гудкова будет дан достойный и адекватный ответ, естественно, полноформатный, но, вообще, всегда предполагалось, что депутаты российской Госдумы будут защищать интересы российских граждан. Где был господин Гудков, когда в отношении российских граждан вводились соответствующие санкционные списки. Писал он какие-то гневные письма, например, в Брюссель? Если писал – честь ему и хвала. Пусть опубликует тогда, мы тоже, в общем-то, почитаем.
И еще один такой, знаете, немаловажный момент. Я, конечно, не знаю, как там все в Госдуме устроено, но, вообще-то, там есть разные комитеты, в том числе, и по международным делам и можно посоветоваться просто с коллегами, если ты чего-то не знаешь, – какие законы у нас, как это все регулируется, – и коллеги тебе подскажут.
А.Климов
―
Если я вас правильно понимаю – просто еще раз, для уточнения – то есть ответ по официальным каналам из МИДа на запрос депутата Гудкова будет?
А.Климов
―
У нас по российскому законодательству есть понятие «депутатский запрос».Я же не знаю, что направил господин Гудков. Если речь идет о депутатском запросе, то в установленные сроки, в соответствии с российским законодательством буден дан ответ. И, что самое интересное, что господин Гудков говорит о том, что депутаты не участвовали в обсуждении, не знали – очень пафосно выступил по этому поводу, - я просто хотела обратить внимание еще раз, что публично наличие списков, причина введения этих списков и принципы, по которым они формировались – публично МИД об этом сказал в марте 2014 года, то есть без малого полтора года назад. Вопрос остается открытым: Где был господин Гудков практически полтора года и почему отреагировал он только после того, как к России с этим вопросом обратились министерства иностранных дел зарубежных стран?
А.Климов
―
Спасибо, Мария! У нас на прямой телефонной связи была заместитель директора департамента информации и печати МИД России Мария Захарова. Речь шла о так называемых «черных списках» невъездных в Россию граждан ЕС.