Николай Цискаридзе - Интервью - 2014-11-29
29.11.2014
Н. Селиванова
―
Как вы поступите с теми, кто был против вашего пребывания в академии и даже писал письмо министру культуры Мединскому с просьбой отозвать решение о назначении?
Н. Цискаридзе
―
Во-первых, письмо писали президенту. Письмо признано подложным. Раз письмо поступило – должны разобраться. Представители администрации президента приехали, письмо оказалось подложным. И все те подписи, которые были там поставлены... Есть свидетельские показания, все сказали, что поставили свои подписи под письмом, которое было внутриколлективным. Письмо, которое они подписывали, адресовалось мне. А человек, чья фамилия тоже уже установлена, об этом пресса писала не раз, взял, подменил письма и отправил их в администрацию президента. Это первое. Второе. В августе месяце истекал договор у всего коллектива, потому что предыдущее руководство, шантажируя их тем, что, кто будет не согласен с их мнением, мы подписывали договор на год, и этим самым шантажировало каждого несогласного. Так как все договора истекали, я в первые дни им сказал: я как трудовик понимаю, что это безобразие, это только метод шантажа. Я со всем коллективом в августе месяце подписал договор. В основном это на 5-3 года. Основная часть на 5 лет подписала. Потому, независимо от сегодняшнего результата и от результата, кто бы пришел другой человек или получится, что еще придет, они были все защищены. Потому они сегодня, приходя на конференцию, за себя уже никто не волновался, потому что с начала сентября договор действует на 5 лет. Никто их не может, не нарушая закон, уволить. Ни одного противника за год, ни один человек не ушел сам, ни один человек не был уволен.
Н. Селиванова
―
А вот, зная вашу крепкую дружбу с Анастасией Волочковой, вы не планируете ее принять в коллектив в качестве преподавателя?
Н. Цискаридзе
―
Почему у вас возникает такой вопрос?
Н. Селиванова
―
У нее в последнее время трудности большие с этим...
Н. Цискаридзе
―
Я не знаю о трудностях. Я просто удивлен вашему вопросу.
Н. Селиванова
―
Почему?
Н. Цискаридзе
―
Потому что я не понимаю ваш вопрос.
Н. Селиванова
―
Она занимается преподавательской деятельностью. Вы с ней в хороших, приятельских отношениях. У человека трудности.
Н. Цискаридзе
―
Можно я вас перебью?
Н. Селиванова
―
Да.
Н. Цискаридзе
―
Вы не понимаете разницу между вузом и преподавательской деятельностью? Для того чтобы преподавать в вузе, надо прежде всего иметь высшее образование. И те многие люди, которые в последнее время здесь что-то говорили, что якобы не дают им идти на выборы в качестве ректора, просто элементарно не имеют высшее образование. А вы у них почему-то берете интервью и комментарии. И точно так же вы мне сейчас задаете вопрос. Анастасия – да, я очень люблю и уважаю этого человека, но вот сейчас, задавая этот вопрос, должны прежде всего сами подумать, ко мне он как-либо может относиться? Почитайте элементарно, наверное, биографию человека. У него есть высшее образование?
Н. Селиванова
―
Но это не помешало ей танцевать в Большом театре? Что может помешать?
Н. Цискаридзе
―
А при чем танцы и педагогическая деятельность? Они плохо...
Н. Селиванова
―
Она же занимается преподавательской деятельностью? Если нет – то нет. Вопрос снят.
Н. Цискаридзе
―
Я еще раз объясняю. Я просто не понимаю ваш вопрос. Вы не понимаете разницу между преподавательской деятельностью и преподавательской деятельностью в вузах и школьных заведениях?
Н. Селиванова
―
На посту ректора вы что-то собираетесь менять в Вагановке? Или все остается в классическом варианте?
Н. Цискаридзе
―
Если что-то поменяется, вы об этом узнаете. Репертуарная политика давно заявлена на том уровне, на котором не может предъявить ни одно учебное заведение в мире. Тот репертуар, который никто не может сделать.
Н. Селиванова
―
Спасибо вам большое, не сердитесь. Николай Максимович. Правда, было интересно.
Н. Цискаридзе
―
Я не сержусь. Я очередной раз потрясаюсь желтизне ваших вопросов.
Н. Селиванова
―
Да нет, ну какая желтизна. Я просто недавно читала интервью с Анастасией...
Н. Цискаридзе
―
Еще раз говорю: вы же должны понимать разницу между учебным заведением, между вузом и просто преподавательской деятельностью.
Н. Селиванова
―
Знаете, у нас не все специалисты и на руководящих-то постах.
Н. Цискаридзе
―
Я человек с двумя высшими образованиями. Меня не просто так Министерство культуры привлекало к этой деятельности. И об этом много раз говорил и министр культуры, и вице-премьер, и замминистра культуры, и Департамент по науке и образованию Министерства культуры. Много раз об этом говорило, много раз на это указывало. Но журналисты как-то очень странно делают вид, будто никто ничего не слышит. Очень странно. Мне, правда, очень странно. Я не злюсь. Просто есть вещи, которым я удивляюсь.
Н. Селиванова
―
Хорошо, Николай Максимович. Какой бы вы хотели от журналиста услышать вопрос в связи с назначением, переназначением, даже скажем так, потому что восторжествовала справедливость.
Н. Цискаридзе
―
Никакого. Я как работал этот год, я так же и продолжу работать во славу моего любимого балета. Просто я был исполняющим обязанности, а теперь я ректор. Вот и все. Уже официально, когда я подпишу с Министерством новый договор, совсем другие у меня самого права как у человека.
Н. Селиванова
―
Еще раз примите наши поздравления. Спасибо вам огромное.