Об инциденте с депортацией - Евгений Киселев - Интервью - 2014-10-23
23.10.2014
В. Костина
―
Что же случилось? И что сейчас происходит? Пропустили вас или нет? Объяснились, что говорили?
Е. Киселев
―
Произошел странный инцидент. Я на пару дней уезжал по делам за границу. Вернулся. Меня задержали на паспортном контроле в аэропорту Борисполь. И объявили мне, что некие компетентные, уполномоченные на то органы (какие именно, сказать они не смогли, или не захотели, или просто не имели права) приняли решение о запрете мне въезжать в Украину. Это было сделано очень вежливо. Пограничник: у меня никаких вопросов, никаких претензий. Мои коллеги, руководители редакции, сразу поставили всех на ноги. С одной стороны, оповестили всех журналистов, которые стали мне звонить. И буквально через несколько минут это стало первой новостью на лентах всех СМИ. А с другой стороны, стали действовать, что называется, и по официальной линии. И в сухом остатке я сейчас подъезжаю к работе. Меня впустили. С извинениями. Больше того, даже сам начальник СБУ принес мне лично извинения. Позвонил по телефону, сказал: простите, ради бога, это досадное недоразумение.
В. Костина
―
А у нас тут ходят слухи, что вас перепутали с Дмитрием Киселевым.
Е. Киселев
―
Ну, может быть, перепутали. Помните такую историю... Всякое бывает. Знаете, письмоводитель ошибся.
Меня в свое время российские спецслужбы прессовали...
В. Костина
―
Понятно. А вам что-нибудь сказали о причинах задержания?
Е. Киселев
―
Я еще раз говорю: они только проинформировали меня о том, что есть решение неназванных компетентных государственных органов о запрете мне въезжать в Украину. К таким компетентным органам относятся Министерство внутренних дел, СБУ (это эквивалент российского ФСБ). Может быть, какие-то другие структуры. Может быть, сама пограничная служба. Я не специалист в этом вопросе. Дальше мы вступаем на шаткую почву разного рода догадок и предположений. Во всяком случае то, что звонил мне и приносил извинения Валентин Наливайченко, директор СБУ, судя по всему указывает на то, что именно эта служба и направила в пограничные подразделения соответствующий документ.
Путин прямым текстом дал понять, что телефон мой слушают...
В. Костина
―
А сколько вы провели в Борисполе?
Е. Киселев
―
Два часа.
В. Костина
―
А у вас в порядке документы?
Е. Киселев
―
У меня все замечательно с документами. Всем бы иметь в таком замечательном состоянии документы.
В. Костина
―
А как вы думаете, это шумиха, огласка преодолела эти компетентные органы, которые решили вам воспрепятствовать?
Е. Киселев
―
Конечно. Все-таки сила общественного мнения, сила СМИ в Украине, особенно в наши дни, когда государственная власть постоянно декларирует свое уважение и желание сотрудничать с независимыми СМИ. Конечно же, СМИ – это сила, с которой считаются. Это четвертая власть, безусловно.
В. Костина
―
А вот эта двухчасовая задержка вас на границе как-то повлияет на вас? Что вы теперь будете делать? Будете себя осторожнее вести в вашем творчестве, в ваших передачах? Как-то отразится на вас это?
С тех пор меня трудно чем-нибудь напугать...
Е. Киселев
―
Знаете, после того, что мне в свое время пришлось пережить, когда меня российские спецслужбы прессовали, как я полагаю, по личному указанию Владимира Владимировича Путина, который дал мне это понять, когда была наша незабываемая и единственная встреча в Кремле в январе 2001 года. Тогда он прямым текстом дал мне понять, что телефон мой слушают, а распечатки моих телефонных разговоров ложатся к нему на стол, - так вот, с тех пор, знаете, трудно чем-нибудь напугать.