Карла Бруни - Интервью - 2014-06-02

АНДРЕЙ ПОЗНЯКОВ: Бывшая первая леди Франции, одна из самых популярных певиц в Пятой республике Карла Бруни-Саркози выступает в Москве и Петербурге. Перед своим визитом она согласилась рассказать «Эху» о своих планах, жизненных принципах, музыке и любви.

Госпожа Бруни, спасибо, что согласились на это интервью. Давайте начнем с ближайших концертов. Ваши выступления анонсируют как презентацию последнего альбома «Французские песенки», Little French songs. С чем вы едете в Россию?

КАРЛА БРУНИ: Да, я действительно собираюсь представить мой последний альбом, но вместе с ним и другие песни, то есть в целом всё, что я сделала. Концерт длится полтора часа, там будут песни из моего первого альбома «Quelq'un m'a dit» («Кое-кто сказал мне»), из второго «Comme si de rien n'etait» («Как ни в чём не бывало») и потом ещё из моего четвертого альбома. То есть это сборник из трёх дисков, смесь практически всего-всего, что я написала.

А.ПОЗНЯКОВ: Прошло ведь уже больше года после выхода вашего последнего альбома. Можно ли ожидать на этих ближайших концертах новых песен, или всё-таки поклонникам надо ещё потерпеть?

К.БРУНИ: На самом деле, я написала несколько новых песен, но я ещё их не записала в студии и даже ещё не дала послушать моим музыкантам. То есть сейчас мы продолжаем турне, которое началось 9 месяцев тому назад, и это турне с песнями, которые существовали к тому моменту. Пока никаких новых песен, но надеюсь, они будут уже к следующему приезду.

А.ПОЗНЯКОВ: Ваш последний альбом Little French Songs. Его песни вызвали живое обсуждение в музыкальных изданиях. Вот, например, композиция Mon Raymond, "Мой Раймонд", - привлекла особое внимание прессы, журналисты тут же узнали в персонаже, о котором вы поёте, в Раймонде бывшего президента Николя Саркози. Это и правда песня о Вашем супруге?

К.БРУНИ: Да, это действительно песня о моём супруге, которая рассказывает о моём супруге. И в конце концов, это стих, а поэзия всегда метафорична. То есть в общем и целом речь идёт о моём супруге, но это метафора, то есть это не точная буквальная аналогия. Это всё-таки поэзия. Поэзия, а не, скажем, математика.

А.ПОЗНЯКОВ: У меня было ощущение, что некоторые критики восприняли текст этой песни более буквально. Но это, получается, не совсем как "Рафаэль", песня, которую вы посвятили вашему первому супругу?

К.БРУНИ: Нет-нет, это именно как "Рафаэль" с той лишь разницей, что Рафаэль - это была ещё и песня об имени, ведь Рафаэль - это очень особенное имя. Во Франции оно распространено и мужчины, и женщины носят это имя, различается оно лишь одной буквой, но звучит одинаково. В то же время, Раймонд - это имя я придумала для этой песни о моём муже, чтобы это было очевидно. Это, если хотите, такое подмигивание.

А.ПОЗНЯКОВ: Ваши песни - все или почти все, во всяком случае, популярные, те, что часто можно услышать, - получается, что они о любви и ни о чём кроме любви. Почему?

К.БРУНИ: (смех) Я не знаю. Это правда, что я не пишу песен об обществе, я не пишу о… Хорошо, если начистоту, любовь – это главная тема всех песен, всей музыки, эстрадной и народной, во всём мире. И даже опера рассказывает только о любви. Я думаю, что любовь – это такая спонтанная тема для песен, для поэзии и для романов. Я думаю, что любовь – это общая тема для всего, что связано с человеком, – вы так не думаете?

А.ПОЗНЯКОВ: Встречаются ведь разные взгляды. Для Вас – это такая особенность жанра, художественного стиля, или это важно для вас лично, может быть, как говорят, главное в жизни?

К.БРУНИ: Это без сомнения самое важное в жизни, наряду с другими вещами, но, вы знаете, это совсем не вопрос стиля. Знаете, ведь песни рождаются спонтанно. Что касается меня, я не погружаюсь в серьёзные раздумья, когда пишу. Это не то, что я делаю вдумчиво, если вы понимаете, о чём я. Это то, что идёт от эмоций.

А.ПОЗНЯКОВ: Раз уж зашла речь о творческом процессе. Вы говорите, песни пишутся спонтанно. А быстро ли? Это вопрос вдохновения и одного момента?

К.БРУНИ: Это зависит от песни. Некоторые быстрее, другие дольше. Но сам процесс – он очень спонтанный. Во всяком случае у меня, не знаю как у других. Но я не сажусь и не решаю написать песню о любви, она приходит ко мне или не приходит. Понимаете?

А.ПОЗНЯКОВ: Но это песни, которые появляются из вашего личного жизненного опыта?

К.БРУНИ: Это песни, которые рождаются из моей жизни, из жизни других людей, из жизни, которую я наблюдаю, из того, что я чувствую и воспринимаю. В итоге получает своего рода смесь всего этого.

А.ПОЗНЯКОВ: Вам часто задают вопросы о любви… Любовь и плотская любовь – это разные вещи?

К.БРУНИ: Любовь – это единое целое для меня, совокупность самого разного. Я не пишу отдельно о плотской любви. Иногда я могу написать о страсти.

А.ПОЗНЯКОВ: Это не одно и то же?

К.БРУНИ: Нет. Не совсем. Страсть – это в широком смысле слова. Можно страстно желать многих разных вещей. По сути, страсть – это огонь нашей жизни.

А.ПОЗНЯКОВ: В 2007-м в интервью «Фигаро Мадам», если я не путаю издание, Вы сказали, что вам ужасно наскучила моногамия, и вы предпочитаете многоженство и многомужество. Несколько вопросов по этому случаю. Вы по-прежнему придерживаетесь того же мнения?

К.БРУНИ: Я на самом деле дала это интервью не в 2007-м, вероятно, это из архивных материалов, которые потом публиковались в разное время. Потому как в 2007… (задумчиво) Была ли я тогда уже замужем? Нет, свадьба была в 2008. На самом деле я изменила мнение, выйдя замуж (смех)

А.ПОЗНЯКОВ: Это любопытно! Меня поразила реакция СМИ на эти слова. Писали, что вот-вот Вы должны стать первой леди Франции, а верность – не самая сильная ваша сторона.

К.БРУНИ: Я не думаю, что вы хотите обсуждать мнение журналистов. Можно, конечно, но раз уж мы общаемся с Вами один на один, давайте лучше о моих взглядах. Ведь когда вы, скажем, достаточно знамениты, журналисты выражают свои мнения без моего участия. Многие вещи, о которых пишут, в общем, скажем, на 99% полностью не соответствуют действительности. Я не могу тратить своё время на оспаривание мнения журналистов. Я думаю так, они вольны думать всё, что им угодно. Но что касается меня, я не трачу время на чтение того, что говорят журналисты, потому что они обсуждают кого-то, кто совершенно на меня не похож. Вы понимаете? Например, если Вы поставите себя на моё место, Вы увидите, что многое из написанного – неправда. Я же не могу каждый раз, когда пишут что-то, что не соответствует действительности, тратить своё время, чтобы объяснять, как на самом деле обстоят дела. А.ПОЗНЯКОВ: То есть это образ, который конструируется в СМИ?

К.БРУНИ: Да, но это не я создаю этот образ. Ведь в СМИ невозможно создать некий образ, который оставался бы под контролем. Единственное, что можно сделать, это поддерживать контакты со средствами массовой информации, с некоторыми журналистами, и надеяться, что они напишут то, о чём им рассказали. Вы потом можете написать всё, что угодно. Если вы хотите поделиться своим мнением, вы можете его написать. Но я, понимаете, не могу это проконтролировать. К сожалению. Так что, ради своей работы я пытаюсь иметь непосредственный контакт с журналистами, которые часто являются очень хорошими профессионалами, и уже через эти контакты понемногу раскрывается, кем я на самом деле являюсь, и – возможно – это публикуется. А не только фантазии кого-то, кто меня не знает. Понимаете? Так что, понимаете, я не могу тратить время, чтобы объяснять одним журналистам, почему другие журналисты наговорили непонятно что. (смех)

Это ваша работа и ваша профессия.

А.ПОЗНЯКОВ: Да, да, это правда. Но Ваше отношение к этому образу, это интересно – он Вам нравится, этот созданный СМИ образ?

К.БРУНИ: Я его не признаю. Я его не признаю. Не то, что я его не люблю, я его не признаю. Это нормально. Это как аватар. Вы смотрели фильм «Аватар»? Так вот, у меня есть аватар, которого зовут «Карла Бруни», который мне совсем не близок, но этот аватар не только говорит то, что я не говорила, но он делает вещи, которые я не делала.

А.ПОЗНЯКОВ: Но в итоге это очень романтичный аватар. После Ваших песен может показаться, что Вам должна быть близка романтика и романтичные персонажи.

К.БРУНИ: Если Вы хотите узнать, что я на самом деле думаю, я раскрываю это в моих песнях. В моих песнях уже не мой аватар. Понимаете? В моих песнях – реальность, правда о том, кем я являюсь и что чувствую. А.ПОЗНЯКОВ: Ещё одна сторона этой истории… Уж простите, что я так за неё зацепился, но интересно то, как Вас воспринимали, ссылаясь на то, что вы станете первой леди. Обладать таким статусом – первой леди – это тяжело? Это вообще изменило что-то в Вашей жизни, Вы ведь к тому моменту были очень известным человеком во Франции.

К.БРУНИ: Это просто вопрос обязательств. Появилось множество обязательств, которые не имеют ничего общего с моими занятиями музыкой. Но это удовольствие сопровождать мужа, это как необычное приключение. И да, многое переменилось, но это было недолго. И в конечном счёте, это была большая честь для меня – представлять мою страну, сопровождая моего мужа, и, возможно, помогать ему немного в вопросах представительства, в протокольных делах.

А.ПОЗНЯКОВ: О каких обязательствах идёт речь?

К.БРУНИ: Были очень простые обязательства, в основном связанные с протоколом. Надо было делать что-то, представляя страну. Государственные визиты, например, такие обязательства. Кроме того, я пыталась делать много всего другого интересного, когда мой муж ещё был президентом, я пыталась заниматься гуманитарной деятельностью. Я пыталась помочь как можно большему количеству людей, пока я обладала этим званием, которое упрощает гуманитарную деятельность, потому что можно с большим успехом объединить больше людей, можно добиться получения средств на помощь другим, и эта часть была самой интересной для меня. Даже человеку искусства очень многое даёт возможность дать что-то другим, потому что жизнь артиста по сути – это жизнь очень одинокая и сосредоточенная на себе самом. И сама возможность работать, например, с фондами, которые участвуют в гуманитарной борьбе, помогать другим людям, – мне это дало очень многое.

А.ПОЗНЯКОВ: Вы ведь и дальше продолжаете гуманитарную деятельность. Стало ли сложнее после того, как Вы перестали быть первой леди?

К.БРУНИ: На самом деле, не особенно. Это не стало само по себе более сложным. Но когда вышел мой альбом и я отправилась в турне, у меня стало немного меньше времени. Потому что турне – это почти 50 мероприятий, и это каждую неделю, каждую неделю, каждую неделю. И у меня осталось значительно меньшей свободного времени. Теперь, когда турне подходит к концу, я надеюсь, что у меня появится больше времени, чтобы снова запустить гуманитарные программы и вернуться к работе, которая важна для меня.

А.ПОЗНЯКОВ: Кстати, учитывая всё вышесказанной, остаётся ли ещё место для мечтаний?

К.БРУНИ: На самом деле у меня куча, просто бесконечное множество мечтаний. Конечно, сны, но ещё и мечтательные размышления, когда видишь сны, но не спишь. И конечно остаётся место для фантазий. Время на мечтания – это на самом деле, время на творчество. Ведь когда пишешь, надо немного поработать с мечтами. И, наверное, язык для написания песен – он связан с миром грёз.

А.ПОЗНЯКОВ: Вашу жизнь часто делят на два этапа. В прошлом – это карьера топ-модели. Теперь – музыка. Почему Вы решили погрузиться в музыкальную деятельность, или, может, Вы занимались этим всегда?

К.БРУНИ: Это в той или иной мере было на протяжении всей моей жизнь, с детства, от родителей, которые были музыкантами. Занятие музыкой для меня, как мне кажется, было спонтанным решением. Я увлекалась этим ещё будучи маленькой девочкой, но профессионально заниматься музыкой я стала значительно позже.

А.ПОЗНЯКОВ: Известна история о том, как Вы показали свои тексты песен Жюльену Клерку, а он затем положил их на музыку, альбом получил популярность, и это положило начало вашей музыкальной карьере. Но что Вас подтолкнуло к этому шагу, к другой профессии?

К.БРУНИ: Меня подтолкнуло то, что больше не было работы как для модели. Когда достигаешь определённого возраста, 25-30 лет, – у тебя больше нет работы. И я искала другую работу, другой род деятельности. И раз уж я всегда писала песни, я сказала себе: «Теперь, когда я больше не модель, пришло время опубликовать эти песни, может быть, кого-нибудь они заинтересуют». Я не знала, привлечёт ли это чьё-либо внимание. И рискнула, как рискуют, пойти ва-банк.

А.ПОЗНЯКОВ: Всё-таки, что для Вас музыка. Какое бы вы дали определение этому понятию?

К.БРУНИ: Какое бы я дала определение музыке? Это непросто - подобраться слова для чего-то настолько прекрасного, настолько чистого, настолько важного, как музыка. Не знаю. Наверное, я бы повторила высказывание Ницше: «Без музыки жизнь была бы ошибкой».

А.ПОЗНЯКОВ: Красиво сказано.

К.БРУНИ: Красиво. Я обожаю эту фразу. Просто обожаю. Без музыки - жизнь - была бы ошибкой.

А.ПОЗНЯКОВ: А какую музыку Вы слушаете помимо своих композиций? Какая музыка Вас вдохновляет?

К.БРУНИ: Я никогда не слушаю свою музыку. Когда она написана, я её не слушаю, я её пою. А так я слушаю практически всё. Всё-всё-всё. Я не большая поклонница, так сказать, дискотечной музыки. Но в остальном я слушаю любую музыку. Я слушаю джаз, я слушаю поп, я слушаю рэп, я слушаю старые народные песни, я слушаю старый блюз, я слушаю всех американских джаз-вумен от Билли Холидей до Эллы Фитцджеральд, я слушаю Ten Tree. Я бы ОЧЕНЬ хотела послушать российскую музыку. Российскую поп-музыку. Я бы очень хотела послушать, что сейчас делают в России молодые артисты. Мне это очень интересно. Русские ведь великие-великие артисты.

А.ПОЗНЯКОВ: Вы знаете, может быть, Пугачёву? Газманова?

К.БРУНИ: Я знаю эти имена, да. Но хочется услышать больше, немного расширить свои знания. Я немного знаю русскую классическую музыку. Но я совершенно не знаю актуальную российскую музыку.

А.ПОЗНЯКОВ: Вы ведь выступаете и делаете совместные проекты с другими артистами. Такой проект возможен в России?

К.БРУНИ: О да, я была бы счастлива. Русский – один из самых красивых языков мира. Он напоминает… Вот это, это язык для романтики, правда ведь? Для меня русский язык напоминает обо всём, что вызывает самую сильную страсть. И я не понимаю русского, я не говорю на нём, но я бы очень хотела сделать совместный проект с кем-нибудь из российских исполнителей, с российским певцом или певицей.

А.ПОЗНЯКОВ: И правда очень хочется услышать подобный дуэт. Есть ведь и эстрадные артисты старого поколения, и молодые…

К.БРУНИ: Возраст не имеет значения, есть люди, которые в свои 70 лет сохраняют свой стиль, Леонард Коэн, Боб Дилан, например. Мне кажется, в любом возрасте можно писать музыку. Вот настоящее преимущество занятий музыкой, я думаю, – она вне времени.

А.ПОЗНЯКОВ: И с музыкой сложно представить себе уход на пенсию, сказать, что вот здесь моя карьера завершена…

К.БРУНИ: Это так, это так.