Ирина Левонтина - Интервью - 2014-03-05
О.Христофорова - Ирина, расскажите, пожалуйста, как у вас сейчас дела, самочувствие после вчерашнего задержания?
И.ЛЕВОНТИНА – Самочувствие нормальное.
О.Христофорова - Как у вас было все?
И.ЛЕВОНТИНА – Все было тихо, никто меня не обижал, не бил. Я же совершенно не оказывала сопротивление. Ну, мы провели несколько часов в отделении. Это, конечно, утомительно, но пережить можно. Вот, предстоит суд.
О.Христофорова - Ирина, скажите пожалуйста, почему вы вчера вышли к министерству обороны?
И.ЛЕВОНТИНА – Потому что я не хочу войны. Потому что это очень страшно, когда начинают приходить цинковые гробы. Потому что разговоры о том, что есть какие-то причины для войны, это просто не серьезно. Даже, если эти причины есть – а, безусловно, так есть проблемы – не о чем говорить – то война – это последнее средство, которое остается, когда испробованы все остальные: дипломатия и так далее. Ничего не испробовано, ничего не сделано. И те причины, которые приводятся, абсолютно могут быть оправданием агрессии.
О.Христофорова - Ирина, скажите, пожалуйста, не жалеете, что вчера вышли, задержали и так далее?
И.ЛЕВОНТИНА – Нет, я совершенно не жалею. Я огорчена, что было мало народу, но все-таки больше, чем в 68 году. В 68 году, когда было вторжение в Чехословакию, всего несколько человек вышло на Красную площадь, но мы их помним, и все равно они сыграли свою роль. Кроме того я разговаривала там с полицейскими. И, конечно, разные среди них есть. Есть такие, до которых трудно достучаться. А есть, в общем, вполне человеческие люди, с которыми можно говорить, обсуждать. Это, мне кажется, тоже очень важно. Кроме того, хоть народу было мало - да, но с другой стороны, что меня порадовало – это гигантская поддержка со стороны не только моих личных друзей, но просто, вообще, выражаясь высокопарно, гражданского общества. Я поняла, что, когда сейчас такие массовые начались задержания, это способствует консолидации гражданского общества. Потому что уже прямо в автозаке, немедленно стали переписывать, чтобы не один человек не пропал, чтобы не оказалось, что судьба его неизвестна. Сразу составлялись эти списки, появились адвокаты, привезли воду и так далее. Стоило написать, сказать, что туалет до 11 будет закрыт – это сообщение немедленно появилось в интернете. В отделение стали звонить люди, спрашивать. Потом, нас отпустили поздно за полночь. Приехали люди с машинами, развезли всех по домам. Я считаю, что это все очень хорошие признаки того, что все-таки гражданское общество постепенно у нас формируется.
О.Христофорова - Ирина, скажите, пожалуйста, что вас сейчас ждет, что вам приписали?
И.ЛЕВОНТИНА – Суд. Участие в несогласованном мероприятии.
О.Христофорова - Суд будет.
И.ЛЕВОНТИНА – Суд будет, да.
О.Христофорова - Когда?
И.ЛЕВОНТИНА – Я не могу сейчас сказать число – там не очень понять – но, скоро. В какой-то момент это будет известно.
О.Христофорова -Спасибо! Тогда вы нас скажите, когда суд будет.
И.ЛЕВОНТИНА – Хорошо. Мы с вами разговариваем, а я подхожу к Замоскворецкому суду, где сейчас вот должен начаться суд над академиком Васильевым, который тоже был задержан у суда на Татарской улице несколько дней назад. Так что, посмотрим, как все будет происходить.