Нил Муйжниекс - Интервью - 2013-11-12

Н. МУЙЖНИЕКС: Добрый день.

Т. ДЗЯДКО: Да, добрый день господин комиссар, огромное спасибо, что нашли время для разговора с нами, с радиостанцией «Эхо Москвы». Если позволите, тогда я начну с первого вопроса. Меня зовут Тихон Дзядко, очень приятно с вами разговаривать мне. Мой первый вопрос следующий, вот вы представляете сегодня доклад по итогам своего визита в РФ в апреле, доклад по ситуации с правами человека. На чем вы фокусируете свое внимание на этот раз, иначе говоря, что больше всего вызывает какой-то ваш интерес, и вашу обеспокоенность одновременно?

Н. МУЙЖНИЕКС: Ну, надо сказать, что это уже второй продукт моего визита. Мы опубликовали доклад о законодательстве РФ, и некоммерческих организаций уже делали, но срок этого доклада, нового доклада – это система правосудия. И самое главное, по-моему, это вот ярко выраженный обвинительный уклон системы правосудия. Вот, что если вы попали в систему, значит вы обвинительный приговор – это вот почти гарантировано. И тоже почти автоматически вы можете попасть в предварительно захудшение. И вот это связано и со статусом (неразборчиво), и с неравенством сторон. В профессии значит очень широкие полномочия прокуратуры, и отсутствие гарантий для адвокатов, доступ к адвокатам, и тоже их правовые гаранты в процессе. Это самое главное, но есть тоже определенный прогресс. Вот акт о компенсации – это очень хороший шаг вперед, но тоже мое внимание именно это связано тоже с очень многими делами перед Европейским судом по правам человека. И там вдвойне ясно, видно все эти проблемы судебной системы в России.

Т. ДЗЯДКО: Скажите, пожалуйста, а вот в тот момент, когда вы обращали пристальное внимание на судебную систему в РФ, вы выделяли какие-то конкретные дела?

Н. МУЙЖНИЕКС: Нет, это не моя задача – заниматься индивидуальными жалобами. Но если вы внимательно читаете наш доклад, там я использую как примеры - проблемы. Например, проблема вот условия предварительного заключения, или доступ к медицинским услугам, или автоматически почти примирение, предварительное заключение. Вот это видно в очень многих громких делах сейчас в России.

Т. ДЗЯДКО: Ну, это какие, например?

Н. МУЙЖНИЕКС: Ну, например дело Болотное, там предварительного заключения использован почти во всех случаях. Дело «Pussy Riot», условия предварительного заключения тоже проблема, очень много этих дел. Вот тоже доступ к медицинским услугам – это дело Магнитского, давления на экспертов, это видно в деле Ходорковского. Так что это не моя задача – анализировать отдельные дела, но все эти громкие дела показывают на системные проблемы, которые существуют в очень многих делах.

Т. ДЗЯДКО: Скажите, ну вот если говорить, например, про Болотное дело. Вы говорите, что там почти у всех, действительно почти у всех фигурантов в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу. Насколько на ваш взгляд, это заключение под стражу выглядит избыточным, что ли?

Н. МУЙЖНИЕКС: Ну, по-нашему предварительное заключение – это надо будет исключение (неразборчиво). И я думаю что риск, что они будут как-то мешать расследованию, или исчезнут, это (неразборчиво) маленький. И вот это очень широкая проблема в России, вот это предварительное заключение. Я думаю, что доклад мой – мы рекомендуем, что надо (неразборчиво) альтернативу предварительного заключения, и это очень редко сделать.

Т. ДЗЯДКО: Скажите, пожалуйста, а вот у вас есть объяснение, ответ на вопрос – почему именно предварительное заключение выбирается в абсолютном большинстве случаев, а не подписка о невыезде, не домашний арест, не залог, и не какие-то иные альтернативные меры пресечения?

Н. МУЙЖНИЕКС: Я думаю, что это связано с обвинительным уклоном. Потому, что есть такая ну презумпция, почти презумпция, что мы виноваты, что лучше держать в заключении, чем освободить. И вот это связано с этой самой важной проблеме в системе, что вот эта машина, обвинительная машина почти.

Т. ДЗЯДКО: А вы во время вашего визита сюда в апреле, у вас была возможность общаться на эти темы с представителями различных ветвей судебной власти, и представителями руководства российских правоохранительных органов.

Н. МУЙЖНИЕКС: Да-да, у меня был целый ряд встреч и с председателем народного суда, и конституционного суда, и в Татарстане с представителями судебной власти и с адвокатурой, и с экспертами и с неправительственными организациями и с депутатами. Со всеми, кто связан с этой системой, и вот они тоже знают, какие проблемы в системе, но очень трудно изменить мышление судей, изменить вот эту систему, в которой есть давление и со стороны СМИ, и общества, и тоже со стороны председателей судей. Внутри системы есть тоже давление на деятельность судей. И это очень трудно ломать эту систему.

Т. ДЗЯДКО: Скажите, пожалуйста, вот если… Мне кажется, что любую ситуацию интересно, и как-то полезно смотреть в тенденции, и смотреть на какие-то изменения. И соответственно либо на ухудшение, либо на ухудшение, либо на то, что ситуация как-то сторнирует. Если оценивать российскую правоохранительную систему, вы бы отметили какую тенденцию? Ситуация становится лучше, ситуация становится хуже, ситуация не меняется? Как?

Н. МУЙЖНИЕКС: Очень противоречивая ситуация потому, что вот если говорить о (неразборчиво), о прогрессии, там вот встречи, которые выделены в системе, довольно много сейчас технологий, внедрений технологий. Вот создание этой общественной комиссии наблюдения, вот закон о компенсации, знание представителей судебной системе о стандартах и нормах европейской конвенции улучшится. Вот то, что опубликовал доклад комитет по предвышению пыток, то что все меньше и меньше молодые люди… Они все меньше и меньше в предварительном заключении – это прогресс. Но вообще вот этот (неразборчиво) это процент тех, которые в предварительном заключении очень высоко те, что вот сопроводительные приговоры очень мало. То, что всё меньше и меньше вот этих судей присяжных, и что вот дело в Европейском суде по правам человека, который показывает на эти судебные проблемы, продолжается и очень широкие полномочия префектуры, который очень видно именно в инспекциях НКО. Вот очень противоречивая ситуация, есть прогресс в определенных областях, но проблемы очень серьезные видны.

Т. ДЗЯДКО: Скажите, на протяжении долгого времени, и в частности, например во время работы вашего предшественника на посту комиссара Совета Европы по правам человека, господина Хаммерберга, много обращалось Советом Европы внимания о происходящем на Северном Кавказе. Насколько вот, если брать именно Северный Кавказ, ситуация с действиями правоохранительной судебной системы так же либо меняется в лучшую сторону, либо напротив?

Н. МУЙЖНИЕКС: Мне трудно так оценить именно потому, что те же самые жалобы продолжаются. Я получил информации, доклады о очень попытках жесткого обращения, давления со стороны правоохранительных органов на адвокатов, на (неразборчиво), и я пока не посетил этот регион, я собираюсь это делать. Но в нашем докладе есть маленький анналист по этому поводу именно насколько это связано с неисполнением решения Европейского суда по правам человека. И там эффективное и независимое расследование на каждое дело, где было жесткое обращение. Люди исчезли, пока нету. Там я не вижу огромного прогресса, я вижу проблемы до сих пор и те же самые, которые были 10 леи назад. И надо упредить все (неразборчиво), чтобы решить эти проблемы. Потому, что иначе какой-то мир долгое время не будет, если будет не будет нормального расследования.

Т. ДЗЯДКО: Скажите, пожалуйста, господин комиссар, наверное мой последний вопрос. Хотелось бы услышать ваш комментарий о событиях, которые произошли уже после того, как вы находились с визитом в Россию, но они так же относятся к деятельности правоохранительной судебной системы. Это все то, что происходит вокруг суда над «Арктик Санрайз», и экипажем этого корабля, активистов «Гринпис». Как бы вы могли оценить эту ситуацию, то, что эти люди уже почти 2 месяца находятся в заключении?

Н. МУЙЖНИЕКС: Это тоже показывает на проблемы, которые существуют в других регионах России. Вот предварительное заключение без решения судей, и очень долгое предварительное заключение, и я думаю, что доступ к адвокатам и доступ к переводчикам – это неравенство сторон и обвинительный уклон системы видно в этих делах как в очень многих других делах.

Т. ДЗЯДКО: Скажите, какой реакции вы ждете от РФ в ответ на появление вашего доклада?

Н. МУЙЖНИЕКС: Ну, я надеюсь, что они будут внимательно изучать наш доклад, что будут создавать дискуссии о реформах в судебной системе. И я надеюсь, продолжать дело и с депутатами Госдумы, и с Парламентской ассамблеей, и с министрами, и с представителями гражданского общества. Я надеюсь регулярно посещать Россию не только чтобы готовить доклады, но чтобы участвовать в мероприятии и работать вместе с вашими структурами по защите прав человека как совет при президенте, как омбудсмен, как региональный омбудсмен, так… Я думаю, что это начало процесса диалога, и надеюсь, что наш доклад будет полезен для всех, кто хочет реформировать систему правосудия. Это только начало.

Т. ДЗЯДКО: Спасибо вам большое. Спасибо, что нашли время для разговора с нами.

Н. МУЙЖНИЕКС: Спасибо.

Т. ДЗЯДКО: Спасибо, всего доброго.

Н. МУЙЖНИЕКС: Всего доброго.