Сергей Капков - Интервью - 2013-09-19

А. ВЕНЕДИКТОВ – Добрый вечер. У микрофона Алексей Венедиктов. У нас свежий переназначенный министр правительства Москвы Сергей Капков. Добрый вечер.

С. КАПКОВ - Добрый вечер.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сначала о вашем переназначении. Ходили массовые слухи по культурному рынку, ходили слухи, что вы выставили условия, что вам выставили условия, что вы хотели занять пост вице-премьера, но вам не дали, что вы хотели уйти на ВВЦ, но вы не захотели. Что вы уходите в администрацию президента, министром культуры или замминистра культуры. В чем правда и в чем неправда?

С. КАПКОВ - Правда в том, что никаких условий я не выставлял. Основное условие оно не поменялось, если мне разрешают и позволят делать то, что я делал на протяжении последних двух лет, то меня это устраивает.

А. ВЕНЕДИКТОВ - А я устал, я ухожу?

С. КАПКОВ - Это другой политик говорил.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Но вы говорили об усталости с мэром.

С. КАПКОВ - Я разговаривал с Сергеем Семеновичем о том, что я устал, мне надо немного отдохнуть, собраться и продолжать свою работу. И надеюсь, что я в октябре схожу в отпуск и вернусь, уже полным сил.

А. ВЕНЕДИКТОВ - А Сергей Семенович сказал, не хрен, работать надо.

С. КАПКОВ - Нет, это мы уже разговаривали после выборов. И даже после инаугурации его, поэтому мы разговаривали просто про будущее, какие вызовы ждет город. Какие задачи ставит он мне, что он видит, куда мы двигаемся. И от этого задачи наши понятны.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Но мы еще вернемся к задачам города, и к угрозам для города в вашей сфере. Прежде всего, в сфере культуры. Сегодня президент Путин не исключил того, что он будет избираться на новый срок, правда это было сделано в такой шутливой полемике с бывшим премьер-министром Франции Фийоном. Но, тем не менее, он произнес эти слова и Фийон из него это выжал. Надо признать. Это 24 год, вам сколько будет? Полтинник где-то.

С. КАПКОВ - Где-то так.

А. ВЕНЕДИКТОВ – И откомментируйте такую возможность.

С. КАПКОВ - Понимаете, Алексей, я уже, по-моему, это говорил, и это правда моя позиция, для меня не существует пять лет Собянина, пять лет Путина, для меня пять лет моей жизни.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Пять лет Капкова.

С. КАПКОВ - Да, я понимаю, что за пять лет в той системе координат, в той работе, которую мы ведем, в том климате, в котором мы живем, можно сделать. И эти года я имею.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Кстати, про года. Там на встрече на Валдае моя подруга Ксения Собчак задала вопрос президенту Путину о том, что в политику идет новое поколение, она сказала 30-летних, но совершенно очевидно, что она имела в виду чуть постарше, потому что там сквозило.

С. КАПКОВ - Женщинам принято занижать свой возраст.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Она не про свой возраст, она про ваш возраст, я имею в виду возраст вашего поколения. Она имела в виду поколение Алексея Навального, хотя его не назвала. Алексею Навальному 37, вам – 37, Рамзану Кадырову – 37. Скажите, пожалуйста, что это за поколение, что вас ведет в политику? Вы все равно политик, что бы вы ни говорили. Министр культуры правительства Москвы это политик. Что вот это за поколение, которое пришло, такое разное…

С. КАПКОВ - Мне кажется это все-таки поколение людей, которые еще успели быть пионерами, но уже не попали в комсомол.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А это что-то определило?

С. КАПКОВ - Ты был октябренок, пионер, было ощущение идеологии, ощущение великой большой страны за тобой.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А в 15 лет оно рухнуло.

С. КАПКОВ - В 15 лет рухнуло и ты видел, если про меня, когда мой старший брат, который на 7 лет старше, который врач, как жизнь начинает его мотать.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Смотрите, как интересно, для меня это такой был, я так накопал, что Рамзан вы и Навальный. Люди совершенно разные, Рамазан в 15 лет бегал с оружием и воевал против федеральных войск. Я не знаю, что вы в 15 лет, Навальный в 15 лет побежал, лазил через забор защищать Белый дом…

С. КАПКОВ - Я приехал из Нижнего Новгорода защищать только не Белый дом, а во время ГКЧП, приехал на поезде.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Защищать Белый дом тоже. Понятно, вот это поколение подростковое, которое оказалось в буре событий разных, вот вы чего-то из этого вынесли, это подростковое на вас осталось? На вас лично.

С. КАПКОВ - На мне осталось в том плане, что ты не ощущаешь себя человеком-функцией.

А. ВЕНЕДИКТОВ – То есть. Не понял.

С. КАПКОВ - Вообще если посмотреть на это более широко, то, наверное, да, в мою совсем школьную молодость последние старшие классы, я же из Нижнего Новгорода, у нас хотели ребята ходить в каких-то кожаных куртках, была такая криминальная романтика. Она существовала, ощущение красивой жизни. Быстрых денег, первые кооперативы. Но нам это было недоступно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вы маленькие были.

С. КАПКОВ - Да, конечно. И казалось, что люди, которые умеют этой жизнью управлять. Я думаю, что мы такое поколение проактивных людей, которые сами что-то хотят сделать. Это же не только пример Рамзана, Алексея Навального. Много таких людей. И многие из них попытались пойти в бизнес, потом в бизнесе у них что-то не получилось, потому что экономика поменялась…

А. ВЕНЕДИКТОВ – А им было 22-25.

С. КАПКОВ - Конечно. И они не готовы служить в больших корпорациях, и дольше ждать своего продвижения по службе.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Такая прослойка. Я все время думал, что у меня цифра 37 вызывает. И я вспомнил.

ПЕСНЯ ВЫСОЦКОГО

А. ВЕНЕДИКТОВ – Откуда он знал про это все?

С. КАПКОВ - Мне кажется ощущения поколения же не меняются. Что в 37 лет я думаю, Владимира Семеновича Высоцкого волновали те же проблемы, что волнуют его ровесников сейчас.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ну и что вас волнует?

С. КАПКОВ - Меня волнуют, если мы все-таки на Москву…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Пожалуйста.

С. КАПКОВ - Разобщенность большая.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Так это же хорошо, можно сказать разобщенность, а можно сказать разнообразие.

С. КАПКОВ - Это не разнообразие на мой взгляд. Это все-таки разобщенность.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Тогда поясните.

С. КАПКОВ - Деление людей на своих и чужих.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Так было всегда, особенно в искусстве.

С. КАПКОВ - А я же не про искусство, я про город. Деление на своих и чужих, разделение на это хорошо это плохо и каждая сторона считает, никто не хочет принять, что мы все разные. Мы отличные друг от друга и каждый из нас достоин уважения, потому что мы просто люди.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сергей Капков. Давайте посмотрим в вашей сфере, потом, может быть, вернемся к этому вопросу. Представляется, что сейчас говорят, Питер является культурной столицей России и как связка с этим туристической столицей России. То есть для вас, я знаю, что туризм не находится в вашей сфере, но совершенно очевидно, что если вы занимаетесь музеями условно говоря и другими культурными ценностями, то сюда туристы должны приезжать. Видите ли вы возможность построить так политику, чтобы Москва стала культурно-туристической столицей. Перехватила у Питера.

С. КАПКОВ - Мы не конкурируем с Питером.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Но за туристов конкурируете.

С. КАПКОВ - Просто у Питера есть конкурентное преимущество. Это круизные лайнеры из Скандинавии, Финляндии, тех стран, которые приезжают на несколько дней посмотреть красоты Питера, архитектуру. Санкт-Петербург конечно, архитектура я считаю часть культуры, она является заметным таким, империя российская империя, символом.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Таких имперских городов по Европе извините, конечно. От Мадрида до Венеции.

С. КАПКОВ - Да, но скандинавам ближе ехать из Хельсинки или финнам в Санкт-Петербург. И это город конечно с другим ритмом, с другим коротким, но ярким месяцем белых ночей. И конечно это дает то конкурентное преимущество. Для нас конкурентное преимущество мне кажется это зима. Потому что мы должны уметь ее продавать иностранцам, европейцам. У нас есть статистика, что в зимние январские для нас каникулы около 30% только отелей свой гостиничный фонд реализуют, остальные номера простаивают, потому что бизнес-туризм замирает, то есть люди, которые приезжают на несколько дней подписывать контракты, а туристы не едут. Но здесь работа больше должна быть с пограничной службой и с наличием дешевых отелей.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Но зима это скорее Бирюков. А вы-то?

С. КАПКОВ - Это парки, катки, ощущение такой зимней сказки.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сергей, вы сказали слово «катки». Посчитали ли вы, сколько людей в прошлый сезон пользовались катками в Москве.

С. КАПКОВ - Да, около 3 миллионов.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Три миллиона заходов?

С. КАПКОВ - Да, то есть те люди, которые заплатили.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это число росло по сравнению с предыдущими годами или оно в пределах ошибки?

С. КАПКОВ - Увеличилось на несколько порядков. Потому что просто появились катки с искусственным льдом, появилось ночное катание. Появилась просто площадь катка в парке Горького, это один из самых больших катков в Европе. А в Парке Сокольники один из самых больших в мире, и конечно это ощущение массового катания, когда на льду может находиться 20 тысяч человек, которые катаются, звучит музыка, это такое ощущение русской зимы.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вы выбрали уже всех людей с катками или вы собираетесь что-то еще делать с катками, давайте на катках пока остановимся. Или уже все сделано, что сделано.

С. КАПКОВ - Нет, мы планируем просто иметь зимний фестиваль, мы еще не знаем, как он будет называться. Может быть от банального – «Белоснежная Москва», до каких-то…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Банально «Белоснежка и семь гномов».

С. КАПКОВ - Это интересно, все-таки так как город большой то зима в городе всегда тяжело переносится. В парках она переносится по-другому, нет реагентов, можно ходить по сугробам, необязательно чистить до асфальта территорию. И главное просто потеплее одеться. И мы пытаемся просто оживить город, потому что для нас все-таки культура это отношение между людьми. Что на какое-нибудь замечание на вас не бросается человек с ножом и травматическим пистолетом, а выслушивает.

А. ВЕНЕДИКТОВ – В этой связи вопрос? «Как вы, Сергей Александрович оцениваете непристойный бесстыжий кич, постепенно заполняющий ЦПКиО и Нескучный сад. Ограду Нескучного сада между 28 и 30 домами по Ленинскому проспекту видели, что за мерзавцы заказали, спроектировали и делают уже целое лето».

С. КАПКОВ - Видел.

А. ВЕНЕДИКТОВ – И чего?

С. КАПКОВ - Ограда Нескучного сада с Ленинского проспекта была похищена и сдана на металлолом еще в далекие 90-е года, и там не было просто ограды. Мы по старым бумагам 50-х годов возобновили ту ограду, которая была нарисована и спроектирована архитекторами прошлого. Вот мы такую…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Хрущевский кич.

С. КАПКОВ - Конечно, она может нравиться, может не нравиться, она по закону, мы восстанавливаем ту историческую справедливость. Которая там была.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сергей, если говорить о парках. Мы еще вернемся к ЦПКиО. Я читал, что после переизбрания мэр принял решение расширить парковую зону, если я правильно понял. Что ожидает московские парки в этом сезоне, что будете делать? И где? Новации я имею в виду.

С. КАПКОВ - Была ситуация, что мы много делали для парков, но наших парков было всего 14 и мы задавали некий тренд, то есть его копировали, то, что нравилось нам, москвичам, потом делали другие организации, кому тоже принадлежали парки. В Москве вообще всего 130 парков. Которые принадлежат префектурам, различным другим департаментам. И в итоге мэр принял решение из структуры Мосзеленхоза, была такая организация, еще со времен Юрия Михайловича Лужкова передать 56 парков департаменту культуры. К концу года мы их примем вместе с деньгами.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Их 56.

С. КАПКОВ - У нас в итоге будет 70 парков, за которые будет отвечать департамент культуры.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это будет некая централизация.

С. КАПКОВ - Да, но и скверы, вокруг Новодевичьего монастыря, где пруд.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А бульвары?

С. КАПКОВ - Бульвары мы отвечаем только за культурную программу, потому что бульвары все уже реконструированы. Все 11 бульваров центра реконструированы. И пешеходные зоны.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сейчас мы поговорим про пешеходные зоны. Говоря о парках, хочу задать вопрос, я его сейчас не могу найти, но был очень длинный вопрос про Ходынку. Что там должен был быть разбит парк, или бульвар, который должен был превратиться в парк, а сейчас вроде бы принято решение после выборов строит огромный центр торговый и жители возмущаются, они хотели парк. А будет центр.

С. КАПКОВ - Там будет парк, там будет торговый центр и там будет музей современного искусства.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Но про парк тогда, что там будет.

С. КАПКОВ - Алексей Алексеевич, я считаю своей заслугой, что мы разработали московский городской стандарт парка. Мы понимаем, какая плитка должна быть в парках…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сказал слово «плитка» напрасно сейчас. Все взорвется.

С. КАПКОВ - Гранитная плитка. Все равно это пешеходная зона, какие лавочки, какая степень озеленения, какие спортивные площадки, включая для детей с ограниченными возможностями. Какие столы для пинг-понга, какая танцевальная площадка. У нас есть определенный перечень. И это будет парк с теми принципами, которые мы разработали, честно скажу, опытным путем в Парке Горького.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сейчас я скажу страшную вещь, может это хорошо, может плохо, я не знаю, все парки на одно лицо будут?

С. КАПКОВ - Нет, все парки должны предоставить определенный стандарт качества для того чтобы вы не ехали, предположим, в центральные парки. Вы можете знать, что в пешей доступности, это та децентрализация, вы можете дойти до парка, у вас будет возможность поесть, воспользоваться определенными услугами. Список этих услуг у нас существует. Наша задача, чтобы они были универсальны для всех возрастов.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Понятно. Это будет в каждом районе? Какова перспектива? Или только те парки, которые уже существуют. Вот вам передали 56.

С. КАПКОВ - Они многие неблагоустроенные. Часть благоустроенная, часть нет.

А. ВЕНЕДИКТОВ – То есть первая задача благоустраивать то, что есть.

С. КАПКОВ - Конечно. Другая задача это создать тот сервис, к которому привыкли жители в центре. Что греха таить.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Следующая тема. Следующий вопрос – пешеходные зоны. Кстати к вопросу о культурной столице, туризме, заодно о бутиках. Какой план развития пешеходных зон, то есть что сделано на сегодняшний день и что нас ожидает в следующем году.

С. КАПКОВ - На сегодняшний день сделано 11 пешеходных зон. Это и Крымская набережная, Никольская, Кузнецкий мост и Дмитровка, которая имеет одну полосу для проезда автомобилей. И фактически 4 полосы для широкого тротуара.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А вы кстати посмотрели. Там же ОВД Тверское знаменитое и им негде парковать свои полицейские автомобили.

С. КАПКОВ - У них спецавтомобили. Они имеют право парковаться там. А напротив Совета Федерации для них сделана стоянка. Зато ОВД Тверское обеспечивает безопасность по всей этой улице. И соответственно на следующий год будет еще 21 пешеходная зона. Она будет…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Например, я не прошу все, конечно. Это центр?

С. КАПКОВ - Нет, это мы пойдем в другие районы. Пойдем в места массового скопления людей, может быть традиционно, может быть от метро к жилому массиву. И эти пешеходные зоны мы рассматриваем даже такие как площадь вокруг гостиницы «Москва», там огромное количество туристов, там сквозной проход на Красную площадь, там была несанкционированная торговля. Сейчас мы все это узаконили и это уже есть некая атмосфера. У меня даже есть надежда, что у людей есть ощущение, что там стало более безопасно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вокруг Кремля это конечно важно, потому что центральная туристическая зона. Понятно, что нужна пешеходная. Но если идти дальше, а зачем там пешеходные зоны в каких-то спальных районах. Вот зачем?

С. КАПКОВ - Город очень агрессивный. Москва большой шумный динамичный город, который вечером стоит в пробках, утром все летят на работу, нужны места, как я их называю, хотя это неправильно - тактильные. Места, где можно погасить агрессию города. Где можно пройти пешком, где тебя не обрызгает мимо проезжающий автомобиль, где есть возможность погулять. Люди хотят ходить ногами.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А там какая инфраструктура должна быть, кроме плитки, по которой люди ходят ногами.

С. КАПКОВ - Вы не поверите.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Нет.

С. КАПКОВ - В Москве…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Скажите, я поверю.

С. КАПКОВ - В Москве люди все акции, что мы делаем Ночь музеев, проводим потом опросы, люди не за культурой и искусством идут, люди идут общаться. Мы живем в определенных своих рамках. Любимая работа, надеюсь, дом. И около двух часов по дороге домой и на работу. Еще есть какие-то вылазки. Поэтому все, что мы делаем это политика третьего места. То есть про все можно говорить. Если библиотека, это уже не библиотека, это московская городская гостиная, там необязательно записаться и сидеть с книгой…

А. ВЕНЕДИКТОВ – С формуляром.

С. КАПКОВ - …если ты не сидишь с книгой, тебя оттуда выгоняют. Мы везде создаем третье место. Так вот про пешеходные зоны. Наличие систем видеобезопасности. Освещенной убранной территории, с наличием лавочек. С некой политикой первых этажей. Потому что вы понимаете, когда мы перекрываем движение, то те же кассы Аэрофлота, что были…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Не подъедешь.

С. КАПКОВ - Так они уезжают. Они съезжают, находят другое место и там открывается некая точка общепита. И появляется политика первых этажей. И соответственно эти улицы летом выставляют зонтики, лавочки. Они оживают. И наша задача оживить город через это. Это уже достаточно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А вот интересно…

С. КАПКОВ - Что такого нового, извините, в Парке Горького. Ничего.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Порядок.

С. КАПКОВ - Порядок. Есть правила поведения. В Москве эти правила поведения отсутствуют. В широком понимании.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сразу вопрос, я просто зацепил вопрос, я только сейчас до него доберусь. Ник, ник это подпись: «Почему убрали колесо обозрения с ЦПКиО и ВДНХ?»

С. КАПКОВ - Колесо обозрения в Парке Горького убрали еще до меня. Поверьте мне, Ник, еще в 1998 году.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ну так верните же.

С. КАПКОВ - ВДНХ не знаю, почему убрали.

А. ВЕНЕДИКТОВ – ВДНХ это федеральная.

С. КАПКОВ - Пока да. По поводу колеса обозрения я уверен, что обязательно в Москве появится.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Где-то же надо смотреть на город сверху.

С. КАПКОВ - Да.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Воробьевы какие-нибудь небось.

С. КАПКОВ - Там будут все против. Мы уже пытались, было на Проспекте Вернадского, около цирка проект, но он нигде не вписывается. Потому что надо понимать, что к такому объекту около 4 миллионов человек ежегодно поедут. Это туристы и москвичи, и юбилеи, свадьбы. Это должна быть еще транспортная доступность.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А почему Воробьевы будут против? Потому что живут в этих особняках.

С. КАПКОВ - Оно очень большое, если надо делать, то надо делать 120-метровое. Большое. Чтобы вся панорама Москвы. Для этого надо выбрать очень локальное место. Колесо обозрения достаточно понятная инженерная конструкция. Есть всего несколько компаний, которые умеют делать. Есть две модели, либо выбирается такое историческое место как Воробьевы горы. Либо опыт Лондона и Сингапура, наоборот брали заброшенные территории города, бывшие промзоны, либо морской порт…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Замоскворечье какое-то было.

С. КАПКОВ - Они ставили, и вокруг колеса обозрения, так как это большой якорь и к нему много людей едет, обживали всю набережную.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Конечно, это не просто колесо…

С. КАПКОВ - Поэтому две модели есть. Мы рассматриваем эти варианты.

А. ВЕНЕДИКТОВ – То есть вы ищете, грубо говоря.

С. КАПКОВ - Да.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Хочу вернуться к выборам. Вы говорите об устройстве сначала центра, вы два года или полтора обустраивали этот центр, этот центр проголосовал против мэра Собянина. Не оценили.

С. КАПКОВ - И?

А. ВЕНЕДИКТОВ – И?

С. КАПКОВ - Так мы же делаем это все равно для людей. Мне кажется, нас в меньшей степени интересуют политические взгляды москвичей. Нас интересует…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вы политическая команда мэрии все-таки.

С. КАПКОВ - Да.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ну как вас могут не интересовать.

С. КАПКОВ - Я не думаю, что это такой большой козырь, что за это будут москвичи голосовать. У жителей центра требования к власти намного больше. Зависимости от города намного меньше. И с ними нужна другая риторика.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это Сергей Капков, министр правительства Москвы, руководитель департамента культуры. Сразу после новостей мы к риторике и подойдем. Новости на «Эхо Москвы».

НОВОСТИ

А. ВЕНЕДИКТОВ – 20.33. Сергей Капков. Я забыл закрыть, обычно мы гостям закрываем. Но на правах гостя. Что интересного пишут, Сергей то вы нашли такого, на что вы хотите ответить.

С. КАПКОВ - Алексей, честно я сам открыл. Здесь все вопросы понятны, пока даже никаких оскорблений нет.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Хотите оскорбления. Просьба, уважаемые…

С. КАПКОВ - «Был недавно в Тбилиси, что внедряется вами, очень похоже, что там сделано. Вы интересовались опытом грузинских властей?» Я был в Тбилиси года три назад, то, что там делается, они просто привлекают консультантов, мы также привлекаем. Потому что прогресс неизбежен и я считаю, что хороший чиновник должен слушать консультантов, экспертов и иметь возможность проверять свое мнение.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вернемся к результатам вашей работы. Отраженным электорально Сергей, все-таки. Было очевидно, что поскольку вы представляли мэрию, городская власть сделала некий остров обитания и люди там опять велодорожки, парки, пешеходные зоны, кафе и так далее. Как говорит один наш с вами хороший знакомый высокопоставленный: неблагодарные. Я им все, а они мне как. Почти цитата.

С. КАПКОВ - Я к этому все равно отношусь спокойно. Мы это делаем для того, чтобы и выборы пройдут, и власть когда-нибудь поменяется. Москва останется. Мы задаем тренд, мы создаем среду.

А. ВЕНЕДИКТОВ – То есть Капков увековечивает свое имя, работает на нетленку.

С. КАПКОВ - Я не увековечиваю свое имя, мы делаем это для людей, которые ходят, которые голосуют ногами. Я думаю, что большинство наших потребителей, они вообще на выборы не пришли. Они не голосовали ни из одного из кандидатов.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А вас не упрекали ваши коллеги в мэрии, вот вы им все, вы деньги вышибаете для этих хипстеров, прости господи, понастроил им тут. Или упрекали.

С. КАПКОВ - Кто-то упрекал.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А вы сказали, а вы дайте мне больше денег.

С. КАПКОВ - Тот, кто мудрее… У нас же нет задачи через это подкупить москвичей.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это же не подкуп, абсолютно нормально всегда власти города, имея в виду выборную власть, пытаются угодить различным категориям москвичей. Очевидно, что ваша работа была угодить определенной категории москвичей. Плюс, плюс, плюс еще такие задачи, но все-таки угодить.

С. КАПКОВ - Нет, вывод из этих выборов можно сделать только один, те, кто голосуют, а это люди старшего поколения, они также и голосуют. А молодые избиратели они менее рациональны, более романтичны и их легко привлечь на ту или иную сторону.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ну чего же вы своей работой…

С. КАПКОВ - У меня не было в этом задачи. Если бы она была, я бы с ней хорошо справился.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сергей Капков. Давайте вернемся, так долго вынимал из вас. Как Фийон из Путина, честное слово уже. «Уважаемый Сергей Капков, вы теперь весь в белом, и как ощущение?» - спрашивает Ирена.

С. КАПКОВ - Да я до этого был в белом.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вы не получили дополнительных полномочий, не получили дополнительного бюджета. Я посмотрел проект бюджета, как вы догадываетесь. Москва очень тяжела в поворачивании. Это огромный лайнер, третьей точкой не занималась почти никогда и почти никто.

С. КАПКОВ - Я был знаком даже с Ю. М. Лужковым, он людей до 40 лет вообще не видел, он говорил, что они все равно не избиратели. Они все равно не голосуют, он был прав.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Так вот я и говорю, он шел электорально.

С. КАПКОВ - Но это не значит, что они здесь не живут и что не нужно формировать среду для молодых, активных, неравнодушных людей. Непохожих на нас с вами. Потому что…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Но мы тоже молодые активные неравнодушные…

С. КАПКОВ - … формируют повестку, у них есть требования к городу и есть право быть другими. Если у них есть право быть другими, они, к сожалению, нам не дают с вами право быть другими…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Мы сами возьмем.

С. КАПКОВ - Мы как мудрые люди должны разрешать им быть другими. Или помогать им быть другими.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сергей, вы же в избирательной кампании не новичок. Вы занимались выборами, по-моему, еще в Нижнем Новгороде. Не сами баллотировались…

С. КАПКОВ - Я сам избирался два раза депутатом ГД.

А. ВЕНЕДИКТОВ – В те времена, когда особого труда на это не требовалось.

С. КАПКОВ - Почему?

А. ВЕНЕДИКТОВ – А вот вы организовывали кампанию. Ну ладно. Вот какой, можно задам так, урок вам преподнесли эти выборы? Вот вам как министру культуры правительства Москвы. Не как Сергею Капкову. А как министру культуры правительства Москвы.

С. КАПКОВ - Что избирательную кампанию надо вести.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А вам какой урок как министру культуры. Понятно, что ее надо вести.

С. КАПКОВ - Сейчас попробую сформулировать.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Безумно интересно. Вывод.

С. КАПКОВ - Эта избирательная кампания показала, что пока ни в Москве, ни в России нет никакого политического кризиса. Есть и появляется глубокий эстетический и поколенческий кризис. Люди начинают получать информацию из разных источников. Есть люди, которые до сих пор получают и будут продолжать получать информацию из телевизора. Есть люди, которые получают информацию из Интернета и огромное количество людей получает информацию из радио. Потому что люди стоят в пробках, едут на машинах.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Мы за пробки. Я большой любитель пробок.

С. КАПКОВ - И поэтому вопрос в том, что существует, я уже говорил много раз четыре России, и сейчас видно, что существует две Москвы. И моя задача, я это вижу, сближать эти две Москвы.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Они должны встречаться в парках, в третьих точках. А где еще должны встречаться две Москвы?

С. КАПКОВ - В парках, в третьих точках, будем считать, что это библиотека.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я имел в виду пешеходные зоны сначала. А еще?

С. КАПКОВ - Я думаю, что большое будущее за домами культуры.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сейчас поговорим.

С. КАПКОВ - И в общегородских объединяющих акциях. Неважно, что это Масленица, Новый год.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Праздники. Давайте про дома культуры. Шо цэ такэ, я помню ДК МАИ, все, что я помню.

С. КАПКОВ - Они все равно существуют, их около 200 в Москве.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А что они делают и что они должны делать?

С. КАПКОВ - Есть уникальные, уникальные они стали в последний год, такой как культурный центр ЗИЛ. Завтра туда переезжает Политехнический музей, и мы открываем всю экспозицию, все секции, кружки и всю работу теперь будут вести там. Есть достаточно чистые, милые, но и даже милые в той политике, которую они формируют для жителей близлежащего района, а есть конечно совсем тяжелые учреждения, где есть и мы сейчас это выявляем и коррупция, и непрофильное использование помещений.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это понятно, я сейчас не про это.

С. КАПКОВ - Вы хотите про будущее?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я хочу сказать, что будет с центром в Гольяново, с центром Южного Бутово, Митино, Марьино, поможем Алексею Навальному. Что там будет. Что такое центр в Марьино, Гольяново?

С. КАПКОВ - Они уже сейчас существуют. Это торговый центр в первую очередь, потому что там есть кинотеатр, безопасность…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вот мне пишут про Гольяново: ни одного кинотеатра.

С. КАПКОВ - Они есть, но они за МКАДом. Я соглашусь. И это вообще проблема города, когда 80% учреждений культуры находится в пределах Третьего транспортного кольца.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Серьезно, да.

С. КАПКОВ - Конечно. Поэтому у нас есть самая широкая сеть это библиотеки…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Да я вообще не понимаю, что такое библиотека.

С. КАПКОВ - Сейчас. У нас будут парки, общественное пространство, и дома культуры, где есть возможность родителям с детьми, приведя своего ребенка, остаться там и не сидеть…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сергей, дом культуры это дом пионеров?

С. КАПКОВ - Дом пионеров нет. Дом пионеров у него узкая направленность.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вы сказали с детьми. Родителям с детьми.

С. КАПКОВ - Конечно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – То есть это семейная история.

С. КАПКОВ - Это семейная история.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Дом культуры станет семейная история…

С. КАПКОВ - Мы здесь ориентируемся на французский опыт, когда вне зависимости от вашего возраста вы можете получить, предположим, услугу, которую мы традиционно считаем, что если в детстве не получил, то уже поздно. Предположим, заняться судомоделированием или изучать музыкальный инструмент. Что у нас не принято во взрослом возрасте. Или какие-то танцы, но уже более-менее современные, в другой стилистике, в другом зале. А не только заниматься некой местной самодеятельностью. Поэтому…

А. ВЕНЕДИКТОВ – То есть это открытая история.

С. КАПКОВ - Это именно европейская, хотите американская пусть меня за это критикуют, история, когда люди, пришедшие, давайте возьмем какой-нибудь фитнес-центр, один может быть пожарным, а другой солистом Нью-йоркской оперы и они занимаются в одном зале. Эта задача наша сделать. То есть культура это плавильный такой котел, мы становимся ближе через нее.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я хочу пройти по вопросам из Интернета. Сейчас пойдем вразброс. «Вы обещали встретиться с жителями Гагаринского района и Раменок по вопросу возвращения Воробьевых гор ООПТ. Не знаю, что это такое…

С. КАПКОВ - Особо охраняемые природные территории.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вы уклоняетесь от встречи, а ваши сатрапы на Воробьевской набережной уничтожают газоны, рубят корни лип, бетонируют поставленные скамейки и заменяют это рулонным газоном». Ну и так далее.

С. КАПКОВ - Да. С жителями я обязательно встречусь. Территория Воробьевых гор присоединена к территории Парка Горького и Нескучного сада. Те две аллеи, которые около МГУ будут возвращены также назад префектуре округа.

А. ВЕНЕДИКТОВ – И там будет?

С. КАПКОВ - И там будет то же самое, что было.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Аллеи.

С. КАПКОВ - Да, и поверьте мне, что с Воробьевыми горами будет то же самое, что было и 70 лет назад.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это хорошо или плохо?

С. КАПКОВ - А каждый по-разному ощущает.

А. ВЕНЕДИКТОВ – «Сергей, добрый день. Многие московские театры и концертные организации уже работают с различными электронными билетами, но законодательной базы нет - старое "Положение о билетном хозяйстве" уже давно ничему не соответствует. Планируете ли помогать театрам в этом вопросе?»

С. КАПКОВ - Да, но здесь в вопросе есть уже ответ. Что мы ждем федерального закона об электронных билетах, которые конечно сразу облегчат работу всех наших театров.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Есть ли какие-то изменения по ЦДРИ на Пушечной. Если это московское.

С. КАПКОВ - Я не знаю.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это федеральное, наверное. А вот хороший вопрос от Бобгуна. Он вспомнил, что вы вице-президент РФС.

С. КАПКОВ - Российского футбольного союза по развитию.

А. ВЕНЕДИКТОВ – «Я так и не понял, можно или нельзя дразнить чернокожих бананами? Свободу футбольным болельщикам».

С. КАПКОВ - Мы про культуру больше.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это совершенно абсолютно про культуру.

С. КАПКОВ - Дразнить нельзя. Даже если это делают избранные депутаты ГД.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Никому нельзя.

С. КАПКОВ - Никому.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вам ответили. Далее. Про школу… «Сергей Александрович, в Перми в течение несколько лет проходил эксперимент «Пермь - культурная столица» (сейчас он, вероятно, закончился). Следили вы за ним и как вам его итоги?» - Екатерина из Перми спрашивает.

С. КАПКОВ - Отвечаю Екатерине из Перми. Я посматривал в его сторону, но вообще против экспериментов. То, что мы делаем в Москве это системная работа и это новая культурная политика. И останусь ли я на своем месте, когда-то уйду, те люди, которые пришли и те агенты изменений, а их больше 50, они будут продолжать эту работу.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ответил, вы понимаете, следующее место работы Капкова в Министерстве иностранных дел. Очень дипломатично.

С. КАПКОВ - А я для себя ничего не закрываю ни одну дверь. Имею всегда возможность пойти заниматься любимым делом.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Какое у вас любимое дело?

С. КАПКОВ - То, чем я занимаюсь сейчас. А вообще любимое дело у меня чинить мир.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Весь?

С. КАПКОВ - Тот, который мне дают. Мне очень нравится ремонтировать парки, театры.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Понятно. Про собачек. «Пожалуйста, помогите, снимите запрет на выгул маленьких собак в парке «Таганский». В Центральном парке культуры и отдыха им. Горького и в парке Сокольники разрешается гулять с собаками, а в Таганском парке запрещено»

С. КАПКОВ - И в Эрмитаже запрещается.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Почему?

С. КАПКОВ - Потому что люди не убирают за своими собаками. Это же такая позиция, хотите жить как в Европе, живите как в Европе. Тогда убирайте за своими собаками.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А запрет единственная мера была? А где гулять людям с маленькими собаками?

С. КАПКОВ - Парк Таганский или предположим, Сад Эрмитаж это 4 гектара. То есть у некоторых дача больше. И до этой территории есть несколько театров, дорожки, соответственно зеленой территории остается мало. По этой зеленой территории ходят, бегают дети, у нас там детские площадки. Если еще приходят туда собачники, то всегда происходит конфликт интересов.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Куда приходить собачникам, Сергей?

С. КАПКОВ - В большие парки. Там можно и у нас есть собачьи площадки в Сокольниках, в Измайлово. То есть где парк позволяет 100 гектар, пожалуйста.

А. ВЕНЕДИКТОВ – «Какова судьба киоска на Пушкинской, единственное место, где продавались толстые журналы».

С. КАПКОВ - Я не знаю судьбу на Пушкинской киоска.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Не ваше. Скажите, пожалуйста, как вы относитесь к пиратству в Интернете?

С. КАПКОВ - Сначала надо понять критерии, что такое пиратство.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вот для вас. Давайте собственное, от Капкова.

С. КАПКОВ - Я стараюсь всегда пользоваться доступным контентом. Покупая его. У меня есть такая возможность. Я же еще когда-то был первым заместителем председателя комитета по информационной политике и связи, мы этим занимались. Мы не можем дать тонкий и четкий критерий, что такое пиратство. Соответственно мы не можем спросить с потребителя, пиратство это или нет. Если я в своих социальных сетях различных или у себя на почте, мне пришел какой-то контент, то автоматически мой диалог с компьютером устроен так, что я открываю его и смотрю, не задумываясь, откуда он.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Легальный он или нет. Сергей, какая-то новая среда, которая должна регулироваться совсем не по законам 20 века.

С. КАПКОВ - Пока не удалось ни Китаю, ни каким другим, ни арабским странам создать какой-то фильтр или контроль за Интернетом. Интернет это территория свободы. Всегда производитель любого контента должен понимать, что рано или поздно это окажется в Интернете. Либо он должен предоставлять бесплатно, либо он должен создать такую универсальную, легкую и недорогую модель, что я могу этим воспользоваться, не нарушая закон. Поэтому здесь ответственность вообще за моделирование рынка на производителях большого контента. Потому что сколько плюсов от пиратства, они тоже есть, предположим…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это доступ к культуре. Бесплатный.

С. КАПКОВ - Мы знаем, сколько сейчас появилось так называемых интернет-звезд, которые через Интернет, через Ютуб вышли на большие арены и о них узнали люди.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ровно благодаря тому, что они были доступны. Татьяна пишет: «Вас поддержала Новая Москва, может быть все усилия направить на благоустройство тех районов, оставьте в покое старую Москву, она рискует потерять лицо вашими усилиями. Простите».

С. КАПКОВ - Не стоит извиняться.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Просто, когда вежливо, даже жесткая критика. «Раздавленные резиновые человечки на Фрунзенской набережной пугают детей, смешны на фоне сталинского ампира». Я не знаю, о чем здесь.

С. КАПКОВ - Я думаю, что граффити на асфальте, которые показывают, что это велодорожка. Но зато запоминают люди. По поводу уродуем ли мы Москву. Мне кажется только то количество отремонтированных фасадов, освещенных, и пешеходные зоны не уродуют Москву, или уродуют ее не меньше, чем хаотично разбросанные машины, незаконные парковки и нелицензионные таксисты, которые крутились вокруг этих торговых центров, потому что все-таки пешеходные зоны делаем там, где есть активность и политика первых этажей. А сосредоточиться на работе с Новой Москвой, так мы и так делаем, это наша задача, тот уровень культуры, который мы взяли в ДК, в библиотеках хотя бы дотащить до уровня нынешнего существующего в Москве. По Интернету, по количеству книг, по количеству предоставляемых услуг.

А. ВЕНЕДИКТОВ – «Что будет с парковой частью стадиона Лужники к 2018 году к чемпионату мира по футболу»?

С. КАПКОВ - Как я понимаю, стадион Лужники не участвует в чемпионате мира, он не будет сертифицирован под чемпионат мира. Но парк там будет и повторюсь, что там еще появится Музей современного искусства. Тот же район общий.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Андрей спрашивает: «Почему на Страстном бульваре вместе со старой плиткой убрали и книжный киоск экспресс-хроники, там было приличные книги и толстые журналы».

С. КАПКОВ - Потому что все-таки бульвар это не место для торговли. Это место для прогулок, пробежек, для проведения какого-то времени. Москва меняется. Это факт.

А. ВЕНЕДИКТОВ – «Не могу простить кондитерскую в Столешниковом и аптеку Феррейна».

С. КАПКОВ - Аптека Феррейна находится в частных руках. Там как я знаю, сейчас ресторан и магазин. И почему не могут простить?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Что ее нет, видимо. Аптека номер один.

С. КАПКОВ - Это было выкуплено еще по-моему, 15 лет назад или 17.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Алик пишет: «Пляжи! Коломенское, Щукино, Братеево, Строгино, Борисовские пруды и другие».

С. КАПКОВ - Пляжи будут, мы сделали два пилотных проекта парк Северное Тушино, где есть пляж, бассейн, опущенный в акваторию Москвы-реки и такая же модель в парке Фили. И если мы говорим зимой, что будут катки, то следующее лето это будет лето пляжей. И даже зоны купания, потому что не везде можно купаться.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Лида спрашивает: «Высокие цены в театры и крупные музеи лишают московских пенсионеров достойного досуга, как вы смотрите на ту проблему или вы ее не видите?»

С. КАПКОВ - Я ее вижу, но у нас есть скидки для пенсионеров, для людей из различных социальных групп. Но дешевле билеты просто уже нет возможности делать.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А чего делать, Сергей. Если реально. У пенсионеров доходы небольшие. В Москве большие доходы, но у пенсионеров…

С. КАПКОВ - Билет тоже может стоить от 300 рублей до 800 и понятно, что есть даже за 15 тысяч рублей билеты.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Хороший вопрос: кто так изуродовал Триумфальную площадь. Что там будет?

С. КАПКОВ - Имеется в виду это павильон Чайхана. 30 октября его уже не будет.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Совсем.

С. КАПКОВ - Да.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Чего-то как-то круто вы взялись.

С. КАПКОВ - Нет, там будет тоже мощение, и там будет некая пешеходная зона, удобный выход из метро.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вопрос про детские площадки. «Что же все детские площадки под копирку сделаны? Нет разнообразия».

С. КАПКОВ - Это большая проблема вообще для Москвы. Причем даже в Питере другая ситуация. Очень мало поставщиков. В Питере разнообразные площадки, там Финляндия близко и они закупают многие разные. Это монополия определенных поставщиков. Но они неплохие, нельзя сказать, что плохие. В парках везде разные, от российских, финских, канадских и американских. Мы наоборот пытаемся играть форматами.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я читаю сейчас подряд вопросы, которые идут по время передачи, я просто не читаю имена, потому что они такие, Дайнисе, что такое. «Просьба к Капкову. Панорама Бородинской битвы чудесный парк, но собачники гадят там, превратили его в собачью площадку».

С. КАПКОВ - Видите, люди меня поддерживают.

А. ВЕНЕДИКТОВ – По-разному.

С. КАПКОВ - Так поэтому и надо друг друга слышать.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сергей из Зеленограда пишет: «Почему в зеленоградских парках демонтировали урны и пакетницы для уборки за собаками. Причем выгуливать собак не запретили».

С. КАПКОВ - Я не знаю, но я выясню.

А. ВЕНЕДИКТОВ – «А с чего вы взяли, что москвичам нужна была пешеходная зона на Крымской набережной. Вы заблокировали все Замоскворечье».

С. КАПКОВ - Потому что мы проводили вместе с департаментом транспорта исследования, количество проезжающих там машин, и здесь некое лукавство, потому что там художники, которые торговали картинами, просто превратили эту набережную в парковку газелей, где они хранили эти картины. Теперь мы им построили вернисаж охраняемый, с возможностью оставлять картины там на месте. И конечно это меняет город. То есть транспортного коллапса не случится. Зато теперь можно от Крымской набережной, когда появится мост, к Красному Октябрю легко взять велосипед, и проехать до Воробьевых гор и даже на улицу Мосфильмовская и теоретически через Мосфильмовскую, через Улофа Пальме оказаться на Поклонной горе. То есть появился большой длиннющий пеший и велосипедный маршрут.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сергей Капков. В конце передачи напомню 20.55, у нас еще 4 минуты. Я возвращаюсь к поколенческой теме. Мы тут бурно обсуждали Робеспьера. Фигуру. Я напомню, когда я учился в школе, Робеспьер был очень положительным героем. И главное его прозвище было Неподкупный. И мы все конечно говорили, вот надо быть как Робеспьер. Когда мы доросли до института, мы выяснили, что у него было другое прозвище – Бешеная Гиена. А Пушкин его назвал сентиментальным тигром. Рубил головы всем противникам и был абсолютно нетерпимый. Даже своего школьного друга Камиля Демулена вместе с женой отправил на гильотину за политические расхождения. Такая сложная фигура. Кстати, погиб он в 37 лет.

С. КАПКОВ - Ему тоже отрубили голову.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ему тоже отрубили голову.

С. КАПКОВ - Я помню.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Так вот у меня вопрос, как вы относитесь к такой фигуре?

С. КАПКОВ - Как я помню, Максимилиан Робеспьер говорил, что народом надо управлять с помощью разума, с врагами народа управлять с помощью террора. И соответственно сейчас эта риторика возвращается. И очень легко стать врагом народа за разные вещи. И вы меня спрашивали, что меня волнует. Как с той стороны, потому что ты работаешь в мэрии города, с другой стороны также можно стать, потому что ты иных политических, сексуальных или каких-то других взглядов.

А. ВЕНЕДИКТОВ – У нас в основном за этические взгляды по голове бьют.

С. КАПКОВ - Да, и ты можешь легко быть приравнен к любому врагу народа. Я умудряюсь быть врагом, мне кажется и там и там, но…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это очень хорошая позиция.

С. КАПКОВ - Это самая лучшая, наверное, позиция и самая честная.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ну вот Робеспьер. Идеальный герой поначалу казался. Я не знаю, как в ваше время преподавали в школе.

С. КАПКОВ - Это всегда идеальный герой, Великая Французская революция. Потом начинаешь разбираться, что любая революция это кровь, насилие, мародерство. И на смену одиозным политическим романтикам приходят зачастую люди уже даже психически нездоровые. Которые просто получают удовольствие от этого террора. Я не думаю, что 1917 год намного был или менее кровавый и трагичней для страны как российская империя, чем Франция. Поэтому вообще у меня нет, еще раз повторю желания сломать, изменить, разрушить мир. У меня есть возможность и короткая жизнь, чтобы ее чинить.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я говорил нетленку сделать, увековечить себя. Я понимаю.

С. КАПКОВ - А для чего тогда мы в эту жизнь посланы.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это у него спросить надо.

С. КАПКОВ - Да, а по поводу Робеспьера, мне кажется, что главное, чтобы Жаком Дантоном никто не был. А Робеспьеры, переживем и Робеспьеров. Потому что это на словах все. Главное не дать возможности им закатать рукава. Разным людям. Я понимаю, что слушатели «Эхо Москвы» будут слышать свое.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Естественно, люди всегда слышат свое.

С. КАПКОВ - Но надо просто работать и попытаться как-то объединяться. На общих каких-то человеческих принципах.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А в парках объединяться, в пешеходных зонах, в Жан-Жаке.

С. КАПКОВ - Да, в ощущении, что это твой город, москвичи, что я тебе не враг, ты мне и неважно, какие у нас взгляды и неважно, как мы смотрим на мир, и кто из нас сколько зарабатывает. И кто из нас кем работает.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ну точно Сергея Капкова нахлобучат с двух сторон после этой передачи. Напоминаю, министр правительства Москвы, руководитель департамента культуры был в прямом эфире. Спасибо большое, Сергей.