Россия и Грузия - 5 лет спустя - Зураб Абашидзе - Интервью - 2013-08-09
З. АБАШИДЗЕ - Это одна из самых драматических страниц новейшей истории Грузии. К сожалению, мы не все знаем об этом, а в России совсем мало знают об этом, совсем мало. Наше видение таково, что Грузия в августе 2005 года стала жертвой агрессии. В результате: погибли люди, новый поток беженцев, которые до сих пор не могут вернуться, территории, которые по нашему законодательству считаются оккупированными – это приблизительно 20% Грузии. И, что самое худшее: признание с российского стороны государственности Абхазии и Южной Осетии – то, что создает в правовом плане заколдованный круг; и никто не знает, как отсюда выйти - ни в Тбилиси, ни в Москве.
Вместе с тем, мы самокритично стараемся подойти к тому, что там произошло; к тому, как наши власти действовали и в предвоенные период и во время самого конфликта. Мы считаем, со стороны Грузинских властей были допущены самые серьезные ошибки. Но эту страницу, наверное, все-таки, надо как-то перевернуть. Забыть будет невозможно – это еще долго и долго, поколениями будет портить наши отношения. Но надо смотреть в будущее. Мы считаем, что надо было начать диалог, и мы этот прямой диалог уже начали, рассматриваем кое-какие вопросы практического, прагматического значения: торговые, экономические связи, восстановление транспортных коммуникаций, отдельные гуманитарные вопросы – в этом плане есть определенное продвижение, определенные результаты.
Будем сейчас стараться после завершения этого первого этапа нашего диалога перейти потом к более сложным вопросам. Еще трудно судить, какие будут вопросы, но мы намерены конструктивно продолжить этот диалог. Агрессивная риторика немножко уменьшилась, и тональность изменилась. Премьер-министр России дал два обширных интервью и российскому телеканалу и грузинскому «Рустави-2». Мы – опять я возвращаюсь к оценкам пятилетней давности – в оценках, видимо, долго еще не согласимся, но были соседями и остаемся соседями; и надо стараться, чтобы выйти как-то из этого тупикового положения хотя бы небольшими маленькими шагами и постараться выстроить более-менее нормальные межгосударственные отношения. Дипломатических отношений у нас нет, на данном этапе мы на это пойти не можем, поэтому, на повестке дня это не стоит.
Наши российские коллеги, в принципе, понимают нашу позицию. Восстановив дипломатические отношения, - если бы пошли на это - это бы означало практически признание государственности Абхазии и Южной Осетии, на что мы согласиться никак не можем. Но через какой-то период, если в процессе этого диалога, этого продвижения, будут достигнуты какие-то ощутимые, солидные, скажем, прорывные отношения в отношении самых конфликтных наших вопросов, - тут вопрос, безусловно, дипотношений станет на повестке дня. Что еще вам сказать, я не знаю.
КОРРЕСПОНДЕНТ -Зураб Ираклиевич, скажите, как простые грузины, которые не связаны с политикой, воспринимают эту войну, изменилось ли как-то это восприятие? Если мы отойдем в сторону чуть-чуть от политики к простым жителям – что они думают об этом конфликте?
З. АБАШИДЗЕ – В общем, от имени народа как-то не привык разговаривать. Есть какие-то социологические опросы, более менее показатели сходятся: где-то 80% опрошенных за все это время – с декабря прошлого года проводятся ежемесячно такие опросы – поддерживают начатый диалог с Россией и попытки отрегулировать отношения с Россией. Где-то почти такое же количество людей – возможно меньше, около 70% - считают Россию самой главной внешней опасностью. Вот, эти цифры сами по себе что-то говорят. Моя мечта, чтобы вторые показатели, вторая цифра, как можно быстрее уменьшилась, и по возможности должны быть на нулевой отметке. Но это, безусловно, быстро не произойдет. Нужно время, мы каких-то иллюзий себе не создаем, что все быстро произойдет, и наши люди тоже это все время подчеркивают, что, чтобы они не строили, себе какие-то иллюзии чрезмерные.
Наше правительство настроено конструктивно, и в части риторики в Москве вы тоже чувствуете, что в этом плане тоже кое-что изменилось. Но от критики России, этой красной линии, которую она нам установила – я опять-таки возвращаюсь к нашим конфликтным регионам – мы отказаться не можем, так же, как отказаться от принципов нашей территориальной целостности. Так, что эти красные линии – самая большая проблема. Даже президент Путин пару раз сказал, что ситуация, на самом деле сегодня выглядит, как тупиковая: Россия отказаться от своего признания не может, Грузия отказаться от территориальной целостности тоже не может. Так, что где выход – пусть специалисты думают об этом. Все мы будем думать.