Анджела Стент - Интервью - 2013-06-20

Н. АСАДОВА: Добрый день, у микрофона Наргиз Асадова. И в нашей питерской студии я рада приветствовать директора центра исследования Евразии, России и Восточной Европы в Джорджтаунском университете Анжелу Стент, здравствуйте.

А. СТЕНТ: Здравствуйте.

Н. АСАДОВА: Анжела, мы были на дискуссии между американцами и российскими официальными лицами и бизнесменами, обсуждали не очень хороший инвестиционный климат в России. Почему так происходит? Почему торговый оборот между Россией и США падает, инвестиционный климат ухудшается, инвестиции из Америки не растут, хотя в этом так заинтересована Россия, и все время говорит президент Путин?

А. СТЕНТ: Большое спасибо. Ну, во-первых, торговый оборот между США и Россией никогда не был большим, потому что у нас экономики не так тесно взаимосвязаны. Россия экспортирует оружие, энергию и нефть и газ. Но нам не нужны нефть и газ, у нас есть собственные ресурсы. И нам не нужно оружие. Но в целом у нас есть компании, которые уже инвестируют в Россию, они делают это уже давно, они понимают российскую экономику. Например, есть энергетическая компания, есть компания Boeing, у которой хорошее партнерство с российскими компаниями. Но очень часто проблема заключается в вопросах, таких вопросах, как верховенство права, проблема коррупции.

Н. АСАДОВА: Правильно я понимаю, что те компании американские, которые уже находятся на российском рынке, они вряд ли уйдут с него, несмотря на плохие новости? Но новые компании не придут на российский рынок. Вот недавно в своем интервью Сергей Гуриев, который вынужден был покинуть страну, сказал, что он слышал от одного из бизнесменов американских, что он не будет вкладывать деньги в страну, которая приняла антиамериканский закон по усыновлению.

А. СТЕНТ: Да. Компании, которые уже работали с Россией, уже инвестировали в Россию, они будут продолжать инвестировать в Россию. Они останутся здесь. Но проблема заключается вот в чем: поскольку у нас нет сильных торговых отношений, у нас нет серьезного лобби в американском Конгрессе в том, что касается торговли с Россией. И в прошлом году Конгресс принял закон Магнитского перед тем, как Россия вступила в ВТО. России это не понравилось, и поэтому Госдума приняла «закон Димы Яковлева», который запрещает американцам усыновлять российский детей. И вот этот закон очень сильно влияет на Америку, потому что было очень много американцев, которые уже были в процессе усыновления, и поэтому все эти вопросы оказывают влияние и на то, как думают об инвестициях американские компании. И я бы очень хотела еще подчеркнуть сложность политических взаимоотношений между США и Россией. И о чем думают сейчас американцы? Они думают о рисках, о возможной прибыли, и им необходимо думать о политических демотиваторах, как я называю эти факторы.

Н. АСАДОВА: Но вы лично, вы общаетесь с бизнесменами американскими, я знаю. И вы лично слышали их мотивацию, их аргументы, почему они не хотят вкладывать в Россию? То есть, часто ли среди этих аргументов звучат, там, вот именно упоминания «закона Димы Яковлева», или закона об НКО про иностранных агентов и так далее?

А. СТЕНТ: Многие из предприятий, с которыми я общалась, действительно, хотят инвестировать в Россию, но они понимают, что нужно обладать очень большой выдержкой, и скорее всего на это потребуется огромное время. Существует огромное количество компаний в энергетической отрасли и в потребительской отрасли, они работают в России. Россия – огромный рынок, большое количество потребителей, россияне становятся богаче, они хотят покупать новые товары. Но компании, которые пока не инвестируют, они опасаются того, будут ли надежно защищены их инвестиции. Я думаю, что это становится важнее, чем даже политические вопросы.

Н. АСАДОВА: Мы в последнее время все чаще слышим об охлаждении отношений между Америкой и Россией. И вот на последнем саммите Большой восьмерки очень часто демонстрируют фотографию выступления Обамы и Медведева, где два лидера стеклянными глазами смотрят в разные стороны, избегая глядеть друг другу в глаза. Личное отношение между президентами играют большую роль? Ведь до этого был президент Медведев, у которого, казалось, сложились довольно теплые отношения с Бараком Обамой. Президент поменялся, началось охлаждение. Вот личность, роль личности, насколько она сильна?

А. СТЕНТ: Итак, личные отношения между российским и американским президентами слишком преувеличены, слишком важны, именно потому, что у нас нет серьезных бизнес отношений. Большинство наших взаимоотношений касаются проблем, которые возникли еще в «холодную войну». Это проблема сокращения ядерного вооружения. Поэтому личные взаимоотношения действительно важны. Да, казалось, что президент Обама и Медведев, они из одного поколения, они говорили о высоких технологиях, о преодолении пережитков «холодной войны». И казалось бы, у них были хорошие отношения. И вроде бы они чего-то добились при президенте Медведеве. И многие говорят, что этого бы они не смогли добиться, если бы президент Путин возражал. Он тогда был премьер-министром. Безусловно, взаимоотношения между Путиным и Обамой гораздо более сложны, они встречались лишь однажды, в самом начале первого срока Обамы в 2009 году. И эта встреча была достаточно сложной. Но речь не только о взаимоотношениях, речь о проблемах, с которыми сталкиваются США и Россия. Например, Сирия. Есть различия между тем, чего хотят США, другие страны Большой семерки и Россия, в том, что есть проблемы, которые связаны с противоракетной системой.

Н. АСАДОВА: Вы говорите про Сирию. Действительно, это ну, сложный сейчас вопрос в отношениях. У меня вопрос такой: Россия считает, что нельзя вот так вот убирать, да, там, режим Башара Асада, на чем настаивают Соединенные Штаты Америки, потому что некому будет страну восстанавливать. Среди оппозиции сирийской российские власти не видят никого, кто бы мог навести порядок. А американская сторона, вы видите среди оппозиции таких лидеров, которые могли бы взять ответственность на себя?

А. СТЕНТ: Это очень сложный вопрос, я имею в виду то, что касается сирийской оппозиции. Многие арабские страны, США и европейские партнеры наладили взаимоотношения с одной из групп из сирийской оппозиции, которые хотят быть конструктивными. Но есть еще многие джихаддисты, радикальные элементы, которые связаны с Аль-Каидой. На мой взгляд, проблема заключается в том, что и США, и европейские страны, и большинство арабских стран, например, Турция, хотели бы добиться от России соглашения, что должен быть переход к другому режиму. Безусловно, Россия согласна на это, но, тем не менее, она не хочет говорить о переходе, пока она не поймет, кто будет во главе страны. Конечно, сейчас мы сближаем обе стороны, и у нас будет назначена конференция. Но проблема в том, состоится ли эта конференция, приедет ли оппозиция. Поэтому это очень сложные вопросы, на них сложно найти ответы. Но мне кажется, что США и другие страны Семерки хотели бы добиться соглашения о переходе от правительства Башара Асада, но этого не хочет Россия.

Н. АСАДОВА: А почему тогда американская сторона настаивает, жестко настаивает на том, что Асад должен уйти?

А. СТЕНТ: Мне кажется, американская общественность видит, что уже погибло около 100 тысяч человек, хотя, безусловно, оппозиция тоже несет определенную ответственность за часть этих жертв, и американская общественность воспринимает Асада как человека, который будет продолжать убивать, именно поэтому так и говорят, поэтому США и настаивают. Но вопрос того, кто будет за Асадом, по-прежнему стоит очень остро. Американцы задаются вопросом: хорошо, если мы посмотрим на Ливию, если мы посмотрим на другие страны, кто пришел к власти? Очень сложно определить векторы дальнейшего развития, но в целом в США есть понимание того, что у Асада руки в крови, и поэтому он не может быть лидером.

Н. АСАДОВА: Еще одна причина для разногласий, это разное отношение к вопросу о том, применял ли Асад химическое оружие против своего народа, или нет. Россия считает, что фактов нету доказанных. Америка верит в то, что так это и было. Есть ли действительно доказательства у американцев, у американских спецслужб, что действительно применялось химическое оружие? Не будет ли такая же ситуация, как с Ираком? Когда искали оружие массового поражения, так и не нашли.

А. СТЕНТ: Проблема с химическим оружием заключается в следующем: было ли оно использовано, и кто это сделал? Мне кажется, что есть определенные доказательства, что химическое оружие было использовано. Вопрос, кто это сделал. Вот по этому поводу и ведутся споры. Знаете, мы читаем газеты, так же как и вы, но американскому правительству предстоит доказать. Оно говорит, что есть такие доказательства. Россия не согласна. И Пан Ги Мун, Генеральный секретарь ООН, также сомневается в этом. Но, честно говоря, у меня нет других знаний, кроме того, что говорит правительство США.

Н. АСАДОВА: Вы несколько раз вспоминали про общественное мнение. Так вот, общественное мнение по последним опросам в Америке, американцы все хуже и хуже относятся к России, там 48% относятся к России, ну, не очень хорошо. Да и в России тоже растет общественное мнение антиамериканское. Как вы считаете, в принятии политических решений общественное мнение играет важную роль? И насколько важную? Вот, в Америке.

А. СТЕНТ: Общественное мнение в США действительно играет важную роль. Отношение к России, безусловно, определяется тем, что они видят в новостях по телевизору. И мы слышали жесткие антиамериканские заявления за последние несколько месяцев из Кремля с декабря 2011 года. И если мы помним, возникают и другие истории, это закрытие американских НКО в России, и есть другие НКО, которые поддерживали российское гражданское общество, они тоже вынуждены были уйти. Когда люди видят это по телевизору, это оказывает на них влияние. Но если администрация хочет развивать хорошие конструктивные отношения с Россией, то необходимо улучшать общественное мнение. Но, безусловно, и мнение россиян об Америке тоже определяется тем, что они видят по телевизору. Но с американской точки зрения, многое сейчас определяется тем, что происходит с гражданским обществом в России.

Н. АСАДОВА: А вы являетесь членом Валдайского форума много лет, и вот хочу вам, как члену Валдайского форума задать вопрос. Можно ли сказать, что ухудшение отношений, охлаждение отношений между Россией и Америкой связано с приходом к власти, возвращением в президентское кресло Владимира Путина?

А. СТЕНТ: Я только что закончила книгу о российско-американских отношениях. И даже если мы посмотрим на 90-е годы, к концу эпохи Ельцина российско-американские отношения уже были осложнены. Поэтому мы всегда видим то понижение, то повышение уровня взаимоотношений. И, конечно, мы уже говорили о личных взаимоотношениях между Обамой и Медведевым. Но перезагрузка, по-видимому, сработала не так эффективно. Были некоторые достижения, вроде бы, было улучшение. Но, мне кажется, ухудшение отношений, в частности, конечно, взаимосвязано с личностями. Но это также взаимосвязано с изменениями в мире, с арабской весной, с восстаниями, с позициями, которые занимает Россия и США, с различиями в этих позициях. И с оппозиционными демонстрациями, и мы помним, как Кремль обвинял США в этих демонстрациях.

Н. АСАДОВА: Спасибо вам большое, напоминаю, что у нас в эфире была Анжела Стент, директор центра исследования Евразии, России и Восточной Европы в Джорджтаунском университете. Спасибо, Анжела.