Олег Вьюгин - Интервью - 2013-06-20

О. БЫЧКОВА – Добрый день, Олег Вячеславович.

О. ВЬЮГИН - Добрый день.

О. БЫЧКОВА – Если можно, мы находимся, конечно, на Экономическом форуме в Санкт-Петербурге, но здесь все говорят о серьезных и профессиональных вещах. Можно ли мне спросить, как волнуются обыватели. Только что мы наблюдали странные всякие истории с рублем, долларом и евро. Когда все вдруг заговорили об ослаблении российской валюты, все вспомнили, что еще зимой были разные предсказания о том, что летом рубль должен очень сильно упасть. И конечно, несмотря на то, что сейчас вроде как все вернулось на прежние уровни, но при этом беспокойства никуда не делись. Что это было и какой прогноз?

О. ВЬЮГИН - Я думаю, что началось с того, что Бернанке, это председатель Федеральной резервной системы США, очень удачно продал идею о том, что он когда-нибудь примет решение о прекращении количественного смягчения, потому что американская экономика вроде как выздоравливает. Понятное дело, что на этом количественном смягчении держалось очень многое. В том числе эти деньги шли и в Россию. И реакция наступила очень быстро, и она сейчас продолжается. Падают рынки и в Америке тоже. В этом случае инвесторы вынимают деньги из наиболее рискованных активов, Россия считается рискованным активом. Несколько могут сократиться цены на нефть и на другие сырьевые ресурсы, что тоже происходит. Правда, не очень интенсивно. Но это для рубля означает как раз фактор ослабления. Но надо сказать, что пока торговый баланс остается сугубо положительным и весь платежный баланс положительный. Но есть отток капитала. То есть, фундаментально для ослабления рубля до сих пор нет факторов серьезных. Он ослабевает на ожидания, связанные с тем, что что-то будет, потому что ФРС сказала, что может быть, что-то когда-то изменится. Это собственно, то, что происходит.

О. БЫЧКОВА – Да, но получается, что каждый из факторов недостаточен для того, чтобы что-то серьезное произошло и очень заметное.

О. ВЬЮГИН - Да.

О. БЫЧКОВА – А если складываются все вместе.

О. ВЬЮГИН - Я думаю, что так. Вообще от более сильного укрепления рубля его защищает то, что есть сильный отток капитала. То есть представьте себе, что 60-80 млрд. оттока капитала за год, которое имело место, этого бы не было. Эти деньги были бы в России. Тогда рубль бы еще сильнее укрепился бы. На самом деле Игнатьев, ныне еще председатель ЦБ, его надо слушать. Он сказал совершенно верно. Он сказал, что фундаментально признаков для ослабления рубля на данный момент вот лето, осень, их нет. Пока нет. И что даже наоборот, скорее есть факторы в сторону укрепления.

О. БЫЧКОВА – Это более вероятная история?

О. ВЬЮГИН - Я думаю, что укрепление, конечно, вряд ли мы увидим, потому что в данном периоде мы все-таки переживаем период острой реакции на возможность сокращения смягчения денежного США. Это везде сопровождается, это во всех странах происходит. В Китае сейчас это происходит, в Бразилии, Индии. Оттоком капитала, попыткой увести средства с рынков и это приводит естественно к ослаблению валюты.

О. БЫЧКОВА – А в Бразилии, Китае и Индии это выглядит так же, как у нас или везде своя специфика, а у нас какая-то другая.

О. ВЬЮГИН - Нет, самое интересное, что очень похоже. С точки зрения размера падения курса валюты, Россия в меньшей степени упала. Потому что все-таки Россия это нефть, а нефть пока еще не упала. Все-таки 100 долларов мы имеем.

О. БЫЧКОВА – И на самом деле неочевидно, что упадет в ближайшее время.

О. ВЬЮГИН - Видимо, такая среднесрочная тенденция к снижению. Если, правда, Бернанке не просто продает идеи, но потом их осуществляет. Это вполне возможно, что такая тенденция, к этому надо готовиться. Но вряд ли будет резкое падение. Оно будет сползание очень медленное.

О. БЫЧКОВА – Сейчас у нас июнь, осталось полгода этого года. Если рисовать такую перспективу, то в течение этого года таких серьезных оснований для опасений быть не должно.

О. ВЬЮГИН - Смотрите, уже на самом деле рубль девальвировался к доллару и к евро. Меньше, чем на 10, но близко процентов. Это серьезная девальвация. Она по факту уже произошла и, похоже, что дальше уже таких факторов нет. Волноваться всегда надо, потому что мы же когда рассуждаем, мы действуем в рамках нынешнего сегодняшнего понимания ситуации. А глобальная экономика сегодня это такой очень сложный объект для понимания. Потому что такой загнанный внутрь кризис в мире, он продолжается. Долги остались, не исчезли. Экономики, которые перегружены долгами, растут медленно и вообще очень чувствительны к изменениям. Это я говорю об Америке, Европе. Китай, к сожалению, сегодня была панельная дискуссия, где представитель китайских научных кругов, академик сказал, что реально китайский долг больше 100% ВВП. Имеется в виду внутренний и внешний. Потому что там очень большой теневой банковский сектор.

О. БЫЧКОВА – То есть они превращаются в Америку.

О. ВЬЮГИН - Это угроза того, что в дальнейшем темпы роста Китая будут существенно ниже, чем было эти десятилетия. А Китай потребитель металла, нефти, меди, газа и так далее. А мы это все производим.

О. БЫЧКОВА – Наши клиенты.

О. ВЬЮГИН - Наш клиент слабеет.

О. БЫЧКОВА – Да, то есть ладно наш клиент в Европе ослабел, с этим уже начинаем смиряться. А тут еще оказывается, на Востоке тоже слабеет.

О. ВЬЮГИН - Это мировая экономика.

О. БЫЧКОВА – Инфляция, конечно, всех сразу начинает беспокоить. Потому что понятно, что тут же меняются цифры на ценниках и во всем, что касается жизни. В России.

О. ВЬЮГИН - Мы имеем порядка 7% инфляцию. Наверное, такой уровень движения курса, который мы наблюдали, а возможно еще будет какой-то отскок в обратную сторону, он не может сильно поменять ситуацию. Поэтому пока скорее инфляция зависит от того, какие будут дальнейшие действия в области фискальной политики, и что будет делать ЦБ. Сейчас на ЦБ давят аккуратно, чтобы он снижал процентные ставки, в общем, чтобы ослаблял денежно-кредитную политику. Если ЦБ на это пойдет, то да, инфляция будет 7 и выше. Если он на это не пойдет и фискальная политика останется более-менее контролируемой, то будет 7 и ниже. Поэтому сейчас на перепутье. Я, например, услышал, что правительство собирается взять средства из Фонда национального благосостояния для того, чтобы построить очередные железные дороги. Что хорошо, железные дороги стране нужны. Другие инфраструктурные проекты. Но надо понимать, что это есть использование опять доходов от нефти. То есть они накоплены были. Это в принципе инфляционное решение. Здесь вопрос зависит от того, какой будет масштаб. Если масштаб небольшой, то воздействие будет незаметным, если большой, воздействие будет.

О. БЫЧКОВА – А неинфляционное решение какое было бы?

О. ВЬЮГИН – Неинфляционное решение чего?

О. БЫЧКОВА – В этом случае. Использовать для строительства железных дорог деньги вы говорите.

О. ВЬЮГИН - Надо их заработать. Нужно посмотреть по тем компаниям, которые называются естественные монополии или просто государственные компании, посмотреть, какие у них затраты, насколько эффективно работают, какая производительность труда. Никто не считает, частные компании все это считают. И все время акционеры говорят: ребята, нам не нравится, у вас… слишком высокое или еще что-то. Значит сейчас только в эффективности. Только здесь есть резервы. Ну что делать, ресурсы всегда ограничены, а сейчас они будут особо ограничены.

О. БЫЧКОВА – Спасибо большое.

О. ВЬЮГИН - Пожалуйста.