Игорь Горевой - Интервью - 2013-06-13

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: У микрофона – Матвей Ганапольский. Я нахожусь в студии радио «Эхо Москвы» в Благовещенске, и мой гость – министр внешнеэкономических связей, туризма и предпринимательства правительства Амурской области Игорь Геннадьевич Горевой. Здравствуйте, Игорь Геннадьевич.

И.ГОРЕВОЙ: Добрый день, добрый день.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Слушайте, ну, конечно, удивительный регион. Вот эта серия передач, которые я записываю для «Эха Москвы» в Благовещенске, для «Эха Москвы» в Москве и, собственно, для страны, для всех городов, которые нас принимают. Город абсолютно поразительный. И я очень рад беседе с вами, потому что только вы, наверное, сможете рассказать, как обстоят дела и какой-то исторический аспект вот этого развития отношений с китайской стороной.

Я напомню радиослушателям, что это Благовещенск – уникальное место, ибо в 700 метрах... Вот город, вот река Амур, та самая, классическая, знаменитая река по фильму «Угрюм-река», вы знаете этот фильм знаменитый. И вот там находятся небоскребы, цветные лампочки, торговые центры, гостиницы и то, что называется, полный спектр услуг. Это город Хэйхэ. И вот уже на протяжении долгих лет происходит то более близкое, то какое-то (ну, там в зависимости от исторических обстоятельств) более разобщенное, но взаимодействие с городом китайским.

И вот я хотел бы, чтобы вы как-то рассказали, как это все происходило и как налаживались эти контакты.

И.ГОРЕВОЙ: Во-первых, я хочу вас поблагодарить, Матвей Юрьевич, за то, что вы сказали сейчас про Благовещенск. Я, действительно, как человек, родившийся здесь и любящий свой родной город, я считаю, что к нему внимания должно быть приковано гораздо больше из-за этой уникальности этой международной такой агломерации, которой нет нигде больше ни в России, ни в Китае.

Образовалось это все исторически. Хэйхэ был основан примерно 300 лет назад как деревенька Сахалян. Благовещенск был основан примерно 155 лет назад как военный пост, и уже через 2 года стал городом Благовещенском. То есть стремительное развитие было, в общем-то, города.

Угадали отцы-основатели, разместив его именно в этом месте. Это был опорный пункт по развитию всего Дальнего Востока. Хабаровск основан был людьми, которые поплыли из Благовещенска.

Мы говорим о развитии. Нам нужно понимать, смыслы какие вкладывались. Вот, вначале это был смысл военный пост. Потом шло бурное развитие капитализма, и за 50 лет город стал практически одним из самых крупнейших городов Сибири и Дальнего Востока. По темпам развития это были небывалые темпы развития для России. Потом с наступлением советских времен все притормозилось. Город стал провинциально-уездным.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Причем, кроваво притормозилось.

И.ГОРЕВОЙ: Кроваво. Порядка 3 тысяч человек за 2-3 дня по льду Амура просто бежали. Это был цвет нации, это были дворяне, это были зажиточные, а, значит, и умные люди. Это был март 1918 года.

Затем развитие, как бы, прекратилось. Я пытаюсь найти сейчас источники, 20-е, 30-е, 40-е годы. Кроме рассказов моей бабушки я никаких источников печатных, письменных не могу найти – провал в истории.

Потом как-то все начало закручиваться.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Оживать постепенно.

И.ГОРЕВОЙ: Да. Советская сторона поняла, что Дальний Восток нужно развивать, потом БАМ, стройки ГЭС. Это уже на нашей памяти, 60-70-е.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть подождите, Игорь Геннадьевич, я так понимаю, что вы, вот, целый период, как бы, пропустили вынужденно. То есть вы берете уже период БАМа.

И.ГОРЕВОЙ: Я беру уже где-то 60-70-е.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. А начиная где-то с 20-30-х все здесь замерзшее было, да?

И.ГОРЕВОЙ: Ну, давайте посмотрим, что через 700 метров в начале 30-х годов встали японские оккупанты. Маньчжоу-го, марионеточное государство. И здесь даже было постановление закрытое не строить никаких промышленных предприятий. Здесь был административный центр, сначала так, уездный, потом в 1948 году сделали область Амурскую и перенесли центр из Хабаровска. После этого началось какое-то развитие, когда административным центром стал Благовещенск.

И только в 70-е годы – это уже великие стройки наши, это и БАМ, это и Зейская ГЭС, потом Курильская ГЭС, это развитие мощное сельского хозяйства, скажем даже, восстановление развития, потому что до революции оно тоже стремительно развивалось.

Мы получили такой бренд советский «Житница Дальнего Востока», больше половины пашни всего Дальнего Востока находится в Амурской области, и сегодня продолжает развиваться – это одна из отраслей Амурской области. Но все это было в режиме закрытого города. Сюда можно было проникнуть только по паспортам, только по приглашениям живущих здесь. Стояли пограничники на всех въездах, пограничники заходили в самолеты, в поезда, проверяли всех пришедших. С одной стороны, город был тихий.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это было до какого периода?

И.ГОРЕВОЙ: Это было до начала 90-х годов.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Даже так только?

И.ГОРЕВОЙ: Даже так. Потом смыслы стали резко меняться. Полная открытость. Такая, скажем, вакханалия народной торговли на границе.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это 90-е.

И.ГОРЕВОЙ: Начало 90-х. Кличка Благовещенску «Адидасовск», потому что Адидасы, в скобочках Абибасы (потому что писали по-разному), они распространялись по всей России и все были вовлечены в этот оборот. Это, действительно, город торговал с городом.

Многие нынешние бизнесмены как раз сколотили свои первоначальные капиталы именно так, и памятник «челноку» об этом говорит.

И вот прошло 20 лет вот такой торговли. И сегодня мы ищем новые смыслы города. Итак, военный пост, промышленный центр дореволюционный, закрытый город потом, административный город, закрытый город, бурная народная торговля. А сегодня что дальше? Вот, я отвечаю на этот вопрос для себя.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А дальше я задаю этот вопрос министру внешнеэкономических связей, туризма и предпринимательства правительства Амурской области, заодно напоминаю радиослушателям, Игорю Геннадьевичу Горевому. И что сейчас?

И.ГОРЕВОЙ: Ну, вот, 2 года назад меня пригласили работать в правительство на эту должность. И я подумал, проанализировал, посмотрел. Собственно, отношения – это конкуренция, да? Не будем скрывать.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да.

И.ГОРЕВОЙ: Чем мы можем конкурировать с такой огромной, великой, много...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Многожанровой страной.

И.ГОРЕВОЙ: Многожанровой, да, мягко говоря, страной как Китай? Проанализировав их трудолюбие, проанализировав их потенциал культурный, технологический теперь уже потенциал, финансовый, несопоставимый с нами потенциал. Я понял, что выход будет в туризме, как это ни странно. А почему туризм?

Во-первых, потому что в туризме китайцы нам не конкуренты. То есть нельзя получить... Что такое туризм? Это производство впечатлений. Нельзя получить впечатления о России в Китае. Ну, то есть можно в какие-то эрзацы сходить, там, типа русская постройка, типа русская деревня а-ля рус. Но это будет не Россия.

Здесь мы настолько близко расположены и настолько много китайских туристов сегодня на внутреннем китайском рынке... Я сейчас назову несколько цифр. В прошлом году в провинции Хэйлунцзян, в одной лишь провинции самой северной...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это, вот, где находится...

И.ГОРЕВОЙ: Харбин, город Харбин, центр. 100 миллионов внутренних туристов.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ух ты.

И.ГОРЕВОЙ: 100 миллионов. Вот в этом городе, о котором вы проанонсировали, Хэйхэ 4,5 миллиона китайских туристов приехало. Что это такое для сравнения? Вообще в РФ в прошлом году заехало из Китая примерно 250 тысяч туристов всего, со всего Китая во всю Россию. В том числе в Благовещенск заехало около 40 тысяч китайских туристов.

Реально абсолютно, что сюда будут ездить миллионы, потому что это будет стоить дешево, это должно быть удобно. И китайцы готовы. Мы, конечно, координируем наши планы развития туризма в Амурской области, туризма Хэйхэ.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, насколько я знаю и сразу об этом скажем, они требуют от России развития туристической инфраструктуры, потому что надо что-то тут посмотреть кроме памятника Ленина. Хотя, они чтут Ленина и фотографируются на его фоне, но что-то еще нужно, правда?

И.ГОРЕВОЙ: И тут мы встаем перед проблемой, насколько понимает руководство, то есть люди, которые принимают решения на региональном уровне, на всероссийском уровне о значимости этого направления как туризма. Вот, в частности, для Благовещенска.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, кто как понимает. Ваши местные, наверное, понимают.

И.ГОРЕВОЙ: Понимаете, мне пришлось выходить, ну, с нулей. Потому что пока Хэйхэ 20 лет занимался туризмом планомерно, каждую пятилетку, выполняя пятилетние планы... Я взял последнюю пятилетку. По факту каждый год в Хэйхэ тратилось на развитие инфраструктуры прямо структурированно по брендам порядка 8 миллиардов рублей в год. Хэйхэ. Это даже не Харбин тратит на туризм.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть вот этот город, который рядом с вами, такие деньги тратит? В год?

И.ГОРЕВОЙ: Там 4 города. То есть Хэйхэ – это округ, да? Там есть 4 города, территория примерно 66 тысяч квадратных километров у этого административного деления.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но это огромные деньги.

И.ГОРЕВОЙ: Это огромные деньги. Я сравню, что у нас сейчас программа по туризму федеральная разработана на 5 лет до 2018 года, вот там заложено порядка 96 миллиардов рублей на всю страну на 5 лет. Округ Хэйхэ – 8 миллиардов в год, 40 миллиардов за 5 лет. Вот сопоставимые вещи.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть давайте поясним радиослушателям.

И.ГОРЕВОЙ: А люди вкладывают деньги в развитие.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Давайте поясним радиослушателям. Итак, Китай со своей стороны сделал так, вложив немереные деньги, что весь этот туристический поток вот здесь рядом в 70 метрах, вот он.

И.ГОРЕВОЙ: Вы абсолютно верно угадали. Они уже заплатили за нас.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: При этом вот она, Россия, которую можно, типа, за 5 копеек посмотреть, просто переехав 700 метров на речном трамвайчике.

И.ГОРЕВОЙ: Как вы из Хургады едете в Каир, только гораздо ближе и дешевле.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот. 700 метров. Повторяю, 700 метров. Плюс не надо визы, да? Ничего не надо. И все уже они здесь, вот эти вот туристы, вот они стоят. И?

И.ГОРЕВОЙ: В этом-то и мое некое недоумение, что... Это нужно донести. Понимаете, если бы я был бизнесменом, я бы вкладывал все деньги в развитие туризма сюда. Если говорить про возможности и потенциал, то у Благовещенска потенциал, учитывая все вот эти факторы, он, наверное, самый высокий в России. Не у Питера и у Москвы, а у Благовещенска.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А вот это я не понимаю. Ну, давайте скажем прямо (я не очень, наверное, оскорблю ваши патриотические чувства), что смотреть-то здесь особо нечего. Это такой, в общем, советский город, не хочу сказать «унылый» и никакой инфраструктуры нет. Я вот разговаривал здесь с китайским бизнесменом. Да, он хочет построить тут огромный развлекательный комплекс – он называется «Венеция» - и в нем будут ездить настоящие гондолы. Ну хорошо, ради гондол, опять же, китаец это сделает. А что тут еще можно сделать? Ради чего переходить речку-то?

И.ГОРЕВОЙ: Мы подумали, чем мы могли бы отличаться от остальных регионов, то есть так называемые уникальные наши преимущества и бренды. Это динозавры. Я коротко перечислю. У нас самое большое захоронение динозавров в России прямо на окраине города находится. И на этой основе можно сделать все, начина там от парка Мелового периода, Музей естественной истории Земли. Вопрос в деньгах, сколько вложить, да?

Второй уникальный бренд – это развитие космодрома и всего связанного с ним туризма. Потому что 180 км до космодрома Восточный. Мы сейчас это прорабатываем.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть можно людей возить туда и показывать ракеты, да?

И.ГОРЕВОЙ: И на запуски в том числе. Почему бы космодрому не сделать музей? Мыс Канаверал в США, да? Там, ведь, все связано. То есть можно и на запуск не посмотреть, но ты видишь все развитие отрасли, видишь историю космонавтики, историю воздухоплавания.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А можно целево возить на запуски и смотреть, как взлетают ракеты.

И.ГОРЕВОЙ: Мы отрабатываем сейчас этот вопрос с Роскосмосом.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Потрясающе.

И.ГОРЕВОЙ: Потому что китаец, например, стоя космодром на Хайнане, свой космодром... Это туристический центр, это остров, где круговорот туризма. Они предусматривают трибуны на многие тысячи даже мест как раз для просмотра запусков космических аппаратов.

И третий бренд – это, собственно, наши города-близнецы. Это тоже можно так подать, что вот эти смешения культур, эти субкультуры на нашем берегу, на том берегу – вот, пожалуй, основные направления. Причем, по некоторым у нас уже есть инвесторы – вы это знаете прекрасно. У нас есть 2 крупных частных проекта в сфере туризма. Я думаю, одни из крупнейших в России. Каждый из них стоит 10 миллиардов рублей. Это частные инвестиции.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это вот один из них, который я сказал, вот эта «Венеция»?

И.ГОРЕВОЙ: Один из них – это «Венеция», это частные деньги, это китайский капитал. И второй из них – это проект канатной дороги через Амур. Он тоже стоит примерно 10 миллиардов, включая строительство гостиниц рядом, шоппинг-центра.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть будет канатная дорога, мне сказали, по 15 человек вагончик, да? Или?.. Я, вот, не помню, по сколько.

И.ГОРЕВОЙ: Ну, я думаю, не имеет значения вместимость каждой кабинки. Это примерно 4-5 миллионов в год. Переместимость, оборот этой канатной дороги. Сегодня весь оборот около миллион 200 Благовещенск-Хэйхэ. Это пассажиропоток в год.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть можно сказать, что, все-таки, канатная дорога будет уже? Будет реально, да?

И.ГОРЕВОЙ: Сегодня идет реальная работа...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я, знаете, я поясню радиослушателям, почему я об этом говорю. Потому что все здесь, ну, не очень явно... Ну, вы можете сделать, Игорь Геннадьевич, вид, что я при вас этого не говорил. Но все говорят о довольно сильном лобби, которое запрещает и фактически через Москву давит, чтобы ничего здесь не было построено нового, и чтобы люди только переезжали на вот этих речных судах, которые принадлежат, скажем так, одному владельцу. И билеты, я вам хочу сказать, за вот эти 700 метров... Ты платишь сколько? 2200 рублей. Это непомерные деньги. В общем, люди как-то хорошо живут у вас. Надо бы тут к вам приехать и тоже свои трамвайчики купить, если меня не убьют.

И.ГОРЕВОЙ: Любое новое – оно всегда противоречит чему-то старому, да?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так вот потому я и спрашиваю: будет эта канатная дорога?

И.ГОРЕВОЙ: Вы знаете, этот вопрос лоббируется губернатором.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Или надо Путину писать для того, чтобы присмирил местных радикалов, которые только себе в карман хотят?

И.ГОРЕВОЙ: Я думаю, нашего обсуждения вполне пока достаточно, потому что сегодня этот вопрос уже на уровне российского правительства. Даны поручения и работа идет.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Замечательно.

И.ГОРЕВОЙ: И по поводу цены. Пока предполагаемая цена пересечения... Вы назвали около там 2,5 тысяч сегодня.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, 2200.

И.ГОРЕВОЙ: Да, 2200. Пока по моим данным 600-700 рублей цена, заложенная в бизнес-план по канатной дороге.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо. Значит, я напомню радиослушателям, Игорь Геннадьевич Горевой, министр внешнеэкономических связей, туризма и предпринимательства правительства Амурской области, ведет программу Матвей Ганапольский, мы находимся в уютной студии «Эха Москвы» в Благовещенске и говорим о будущем этого удивительного города, или, как еще называют это место, «Две страны, один город», потому что еще раз напоминаю радиослушателям, в зоне прямой видимости и сначала, когда приезжаешь, это воспринимается просто как какой-то отдельный жилмассив Благовещенска. Стоят высотные дома, торговые центры, вечером все это сияет, мелькает и так далее. По утрам делается на набережной китайской физзарядка. И потом выясняется, что это китайский город Хэйхэ. И вот так они вместе рядом живут, и в 90-е годы, о чем сказал Игорь Геннадьевич, Хэйхэ спасал Благовещенск – не было ни товаров, ничего, а тут ходили модники, правда, в поддельных, но совершенно недорогих модных нарядах. Как вы сказали? Абибас?

И.ГОРЕВОЙ: Абибас, да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: И мы говорим о том, как этому региону стать краше, ярче и осмысленней. Ну, давайте продолжим. Значит, это строительство какой-то инфраструктуры здесь, да?

И.ГОРЕВОЙ: Это самое узкое место на сегодня. Вы понимаете, что когда пумы, не всякий человек вообще заберется. Это вообще техника, рассчитанная на геодезистов. Когда идет ледоход, у нас суда на воздушной подушке ходят – это не очень удобно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А пумы вот это вы называете?

И.ГОРЕВОЙ: Да-да-да, мы называем их «пумами». Это зимой автобусы, в межсезонье осенне-весеннее – это пумы и это кораблики, тоже которые часто, бывает так, что ходят не по расписанию (кого-то задержит таможня где-то).

Все должно работать как часы, потому что туризм – это комфорт, прежде всего, сегодня. А когда идет героическое преодоление трудностей, то мы, конечно, много денег не заработаем.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо. Китайцам интересно ездить сюда. Это уже понятно и причины вы назвали. А вот такой какой-то туризм отсюда в Китай – он существует?

И.ГОРЕВОЙ: Он не только существует, он сегодня превалирует. То есть сегодня наших туристов едет туда больше, чем китайцев к нам.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот так?

И.ГОРЕВОЙ: В прошлом году впервые за последние, может быть, 10 лет это число сравнялось по итогам июля-месяца. Это мы восприняли как достижение. В этом году, возможно, по итогам года мы сравняемся, то есть китайцев будет равно или больше, чем наших едет туда. Но тут причины разные. Во-первых, перенаправлен поток. То есть сегодня летают чартерные рейсы у нас и в Таиланд, и полетят во Вьетнам, и многие просто переориентируются с Китая на юга, южные страны. Ну и то, что китайцев становится больше.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Понятно. А вот такие какие-то китайские курорты существуют, куда ездят наши граждане?

И.ГОРЕВОЙ: Здесь 3 часа буквально от Хэйхэ есть курорт такой, всекитайского значения.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: 3 часа самолетом или?..

И.ГОРЕВОЙ: Нет, это на автобусе даже 2,5, называется он Удалянчи. Они добились включения этого курорта в перечень Юнеско – там молодые остывшие вулканы, около 10 вулканов и целебные лечебные воды. Поэтому здесь не только амурчане едут на этот курорт, но и из Якутии, и с Камчатки. То есть такой, для дальневосточников курорт. Из Хабаровска тоже.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Чем берет? Ценой?

И.ГОРЕВОЙ: Во-первых, ценой, нетрадиционной китайской медициной, лечебными водами целебными, видами, ландшафтами, комфортом и вот этими достопримечательностями в виде вулканов. Там, действительно, неплохо и интересно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: И это прямо видно, да?

И.ГОРЕВОЙ: По ним ходишь, по этим вулканам. Сделаны прогулочные дорожки.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть прямо видишь, вот, там что-то кипит?..

И.ГОРЕВОЙ: Нет, там не кипит. Он извергался последний раз 300 лет назад, но это все видно все равно, и как лава текла, и прямо наплывы лавы. Так что это все вовлечено в туристический бизнес.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Насколько корректируется и осмысленно помогается в вашей работе и местной властью, и центром? Вот, вы сказали, что у вас тут залежи... Вы оговорились, но это очень смешная... Залежи полезных ископаемых, и в каком-то смысле динозавры – это полезные ископаемые. Представляете? Вот, например, я хочу сказать, что в Грузии есть там одно место, где нашли не останки динозавров, а следы динозавров, и они сделали музей, и люди туда приходят и смотрят. Это реально и без обмана следы динозавров. Вот, представляете? Они зарабатывают там хорошие деньги. Они сделали музей и продают какие-то там сувениры и прочее. Вот, насколько это все осуществимо? Это же, все-таки, деньги должны быть гигантские, скажем так.

И.ГОРЕВОЙ: Я бы хотел, чтобы кто-то из частных инвесторов поверил в то, что тема динозавров как туризм очень перспективна, как многие поверили уже в канатную дорогу (10 миллиардов), в «Венецию» (10 миллиардов). Вот, хотя бы 2-3 миллиарда кто-нибудь из частников бы дал на Динопарк, поскольку государственных денег я пока не вижу таких шансов получить в такой сумме. Хотя, вы говорите, в Грузии смотрят на следы, а у нас в музее стоят ведра с костями динозавров, не вовлеченные в тур-оборот. Понимаете? Из них можно делать просто сувениры, талисманы и так далее.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: (смеется) Смешная фраза «Динозавров еще не включили в тур-оборот». Хорошо. А вот скажите мне, пожалуйста, все говорят так, намекают или говорят впрямую, что федеральная таможня (она подчиняется федеральному центру) получает огромные деньги. Мне вчера назвали сумму 6 миллиардов там что-то за год или за полгода, и все до копейки уходит в федеральный центр. И как мне сказал человек, «нам не оставляют ни копеечки». Вот, нельзя ли как-то договориться с федеральным центром, чтобы вот этот Клондайк, который тут существует, все-таки, оставлялись даже не копеечки, а рубли местной власти?

И.ГОРЕВОЙ: Ну, знаете, есть единая... Мы же единое экономическое пространство, единая страна с единым законодательством. И, соответственно, наша таможня как и другие таможни подчиняются этому закону. Вряд ли для Благовещенска сделают такое исключение.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не-не-не, вы не поняли меня, я не имею в виду, что прямо отсюда...

И.ГОРЕВОЙ: А, таможенные сборы имеете в виду?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не, я не имею в виду, что прямо таможня идет в местный банк и оставляет часть денег. Я имею в виду, что поскольку этот регион...

И.ГОРЕВОЙ: А, понятно: перераспределение бюджетных денег в эту сторону.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Перераспределение бюджетных денег, немного, да.

И.ГОРЕВОЙ: Ну, мы сейчас затронули такую, скучную и бесперспективную тему...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Для меня не скучную.

И.ГОРЕВОЙ: ...как межбюджетные взаимоотношения.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да.

И.ГОРЕВОЙ: Ну, я думаю, что здесь проси, не проси, наверное, получишь столько, сколько даст тебе Госдума. Я думаю, что мы должны по-другому поступать. Мы должны сейчас поднимать на всех уровнях, в том числе с помощью вашей передачи показывать, насколько перспективно для России в целом вкладывать деньги сюда, в развитие туризма, вот этих брендов и так далее.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так это же мейнстрим нашей политики – об этом Путин и Медведев говорят бесконечно.

И.ГОРЕВОЙ: Но мы находимся так далеко. И спросите в Москве, где находится Благовещенск, сколько людей ответит правильно? Я не уверен, что каждый 10-й.

Мы должны делать вначале пиар (такое, модное слово, но необходимое на сегодня) и после этого только люди осознают. Больше того, мы должны сделать пиар Благовещенску в самом Благовещенске, потому что то уныние, которое у людей возникло в 90-е годы, в начало вот этих, в нулевые годы, ведь, у людей у многих как-то пропадает вера. А дальше что? Что дальше? Они для своей семьи многие не видят и ищут там, куда бы уехать. Хотя, здесь лежат все эти богатства.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот это тоже большая проблема отъезда людей отсюда.

И.ГОРЕВОЙ: Да, это проблема. Потому что нету пропаганды, прямо скажем. Пропаганды места, где вы живете. Потому что Россия, правильно, она состоит из частей. Для меня Россия – это Благовещенск.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, ну, дорогой Игорь Геннадьевич, что такое пропаганда места? Для местных не надо никакой пропаганды...

И.ГОРЕВОЙ: Надо. Матвей Юрьевич, надо.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Если он здесь может зарабатывать крутые деньги...

И.ГОРЕВОЙ: Ему нужно еще показать и убедить его в этом. Потому что степень разуверенности в собственных силах... Я, знаете, когда главой района пришел Благовещенского, для меня главная задача... Я поездил по селам, я понял, что главная-то задача – людям веру в самих себя вернуть. Без этого грустные глаза, стеклянные взгляды и всё. То есть нужно показать людям будущее.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, хорошо. Какой же мы вывод делаем из всего нашего разговора? Я-то свой вывод делаю и описываю там, и буду описывать в разных статьях. Но вам как специалисту чего надо больше всего, чтобы все здесь засияло?

И.ГОРЕВОЙ: Во-первых, мне нужно привлекать внимание, потому что без внимания, информации ничего не получится ни с властями, ни с людьми, для которых это делается. Нужно пиариться и там, и там.

Второе. После этого мне необходимы инфраструктурные вещи, в частности, нормальный пограничный переход с канатной дорогой, с высокого уровня качеством обслуживания. Дальше подтянутся сами частные инвесторы как они уже подтягиваются, просчитывая все эти потоки туристические. Вот, на самом деле-то, и всё. Многого-то не надо. То есть нужно внимание, разумное предложение и прагматизм. То есть должно все просчитываться.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Можно ли сделать такой политический вывод, не экономический, а политический, что в политическом смысле для развития этого региона нужно, чтобы даже не столько давали дополнительно, сколько не обирали и не мешали?

И.ГОРЕВОЙ: И административно помогали ускорять все процедуры. Потому что у нас есть памятник административной глупости, я не знаю, бюрократизму – это понтонный мост, который построен был в начале января и простоял до начала апреля, не эксплуатируясь. Он просто простоял, потому что что-то Минтранс не договорился с Минюстом, и вот эти письма ходили туда-сюда, несмотря на усилия губернатора, который писал там и одному министру, и второму министру. И люди уже смеются. Люди построили, потратили деньги и из-за крючкотворства в Москве он работал неделю, а простоял 3 месяца.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну что ж. Вот, вы в финале передачи сказали про такой памятник... Как вы назвали? Крючкотворству?

И.ГОРЕВОЙ: Бюрократизму, да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Мне только хочется пожелать вам успехов. Видя, какие возможности, реально находясь на этой земле и видя, какие возможности здесь существуют, я вам, Игорь Геннадьевич как человеку абсолютно молодому и полному сил хочу пожелать, чтобы ваша мечта и ваши усилия увенчались успехом. Спасибо вам.

И.ГОРЕВОЙ: Спасибо, Матвей Юрьевич.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я напоминаю, что в студии «Эха Москвы» в Благовещенске мы говорили с министром внешнеэкономических связей, туризма и предпринимательства правительства Амурской области Игорем Геннадьевичем Горевым. Программу вел Матвей Ганапольский. До свидания.