О критике воронежскими казаками профессора Стернина - Лариса Дьякова - Интервью - 2013-04-14
ЛАРИСА ДЬЯКОВА: Произошло следующее, 2 недели назад казаки воронежские направили письмо ректору Воронежского госуниверситета Яндавицкому. Я не буду его цитировать полностью, письмо большое, но поверьте мне, это риторика вообще 30-х годов. Ну, два маленьких фрагмента: «Одно время выступал за легализацию ненормативной лексики, точнее мата. Затем, после критических обращений он стал выступать против мата», и так далее. Финал этого письма: «Язык всегда рассматривается как носитель нравственной составляющей общества, и важнейший элемент национальной безопасности. Поэтому вышеупомянутые деяния Стернина весьма смахивает на действия представителя зарубежных фондов и организаций. Например, фонда Сороса, деятельность которого запрещена сегодня в России». Казаки просят оградить жителей Воронежа и области от неблаговидных деяний, и некомпетентных высказываний этого специалиста. Они берут слово специалист в кавычки. А я должна вот, что сказать. Вот эти неблаговидные деяния. Как сформулировали казаки – это огромная просветительская работа на благо русского языка и культуры общения, это создание регионального предмета по культуре общения во всех школах области, написание учебников. Это создание первой в России службы русского языка, это просветительские встречи, лекции. То есть, огромная работа Стернина, и его большой команды. Вокруг него очень много таких же подвижников, как он сам, это настоящие просветители. И почему вот это вот началось? Для меня загадка. Оказывается, это письмо пришло к ректору 2 недели назад, Стернин писал по нему объяснение, это была закрытая история. И вдруг позавчера – вчера появляются листовки, вот эта история обнародуется. То есть, кому-то захотелось, чтобы о ней знали все. Но ещё более… Да, 28 марта... Вот, о чем я хотела вам ещё сказать. Все началось ещё 28 марта, когда прошел круглый стол Воронежской русской палаты. Теперь ведь открытые письма и списки составлять. И вот такой у нас сейчас составлен список Виталия Конищева в Воронеже, и туда внесли профессора Стернина, который… Это я цитирую: «Который по мнению членов русской палаты, активно загрязняет русский язык, и мораль общества в целом». Мне это все очень странно, мне не понятно это. Как-то знаете, хочется все-таки выступить за справедливость, и когда ты видишь, что человек много работает, много делает для людей, для языка, и вдруг его обвиняют во всех грехах… Где были эти казаки, когда они слушали выступления матерные наших депутатов, чиновников разных уровней? Этого они не видят. Вдруг они свой праведный гнев, как им кажется, праведный, обратили именно на профессора. И его сегодня обвиняют в том, что падает культурная составляющая. В том, что падает уровень русского языка, в том, что мы вот ругаемся матом, что в Воронеже речевая культура очень низкая, все безграмотные, и так далее. Оказывается, виноват профессор Стернин.
КОРРЕСПОНДЕНТ: Скажите, пожалуйста, а есть какая-то реакция ректора?
Л. ДЬЯКОВА: Ректор вероятно запросил объяснение, коль скоро его писал Стернин. Публичной реакции пока не было. Я через пресс-службу ВГУ отправляла ссылку на вот это решение круглого стола, которое я только что процитировала, вот 28 марта, где составлен список Конещева. Мне хотелось узнать вообще реакцию. Но ответа я не получила. Правда это я сделала в Фейсбуке, но я послала именно на пресс-службу ВГУ. Попросила, покажите ректору, как-то он должен отреагировать. Но оказалось…
КОРРЕСПОНДЕНТ: А скажите, пожалуйста, Ларис, профессор – он же преподает естественно, да? Стернин.
Л. ДЬЯКОВА: Конечно, он…
КОРРЕСПОНДЕНТ: А его не отстранили от уроков, лекций и что там?
Л. ДЬЯКОВА: Нет, он работает. Но вы знаете, по странному совпадению… Возможно это простое совпадение, а возможно в этом есть какая-то логика. Все это происходит на фоне выборов декана филологического факультета. Я не могу сказать, что это вот связано как-то с выборами, я не имею права так говорить. Но совпало именно вот с этим событием. Имеет к этому отношение, не имеет – не знаю.
КОРРЕСПОНДЕНТ: А они были в непростых отношениях? Или…
Л. ДЬЯКОВА: Да, дело в том, что ректорат продвигает свою кандидатуру, Стернин поддерживает другого кандидата. Кандидата, на которого не делает ставку ректорат. Возможно это вот (неразборчиво).
КОРРЕСПОНДЕНТ: Чем на ваш взгляд все это может закончиться?
Л. ДЬЯКОВА: Да, наверное, не чем. Мне знаете, вообще представляется, что этих казаков кто-то использует. Потому, что вот я когда прочла их письмо, вряд ли они вообще знают вот эти термины, которые цитируют тут. Вряд ли они вообще могут так писать эти письма. У меня такое ощущение, что писал филолог. Кто-то вот за этим стоит, возможно, даже из коллег профессора. Но больше всего меня возмущает в этой истории, вот эта ставшей уже традицией, когда у нас жертва превращается в преступника. И человек, который действительно делает благо, вдруг в него все стрелы-то и летят, его и превращают в козла отпущения. Вот это мне не понятно, почему именно так. Но реакция знаете, какая? Вот в Фейсбуке все очень поддерживают. Собственно Стернин – он… Я понимаю, что он расстроился, но он боец, он не сойдет с дистанции, крыльев не опустит. Он прекрасный оратор, его лекции не пропускают студенты, его очень любят. Он же ведь выступает и перед учителями, и перед детьми, и перед чиновниками. Но он у нас воронежский Корнеги. Его очень любят, единственный раз, попав на его лекцию, ты будешь ходить, и слушать его, открыв рот. Я знаю, что он не опустит руку, он будет бороться, он вообще боец. Но трудно ему это все дается, я так чувствую.
КОРРЕСПОНДЕНТ: Ну, да. А сколько ему лет?
Л. ДЬЯКОВА: Ему за 60. В прошлом году он перенес инфаркт. Мы, честно говоря, ему даже не говорили вот об этих письмах. Мы думали, что он не узнает. Оказывается он знал, он писал ответы на эти письма. И он не говорил нам, своим ученикам, чтобы нас не расстраивать. Вот такая история получилась, мы друг друга щадили. Но мне кажется, все будет нормально. Потому, что девиз Стернина – доказывать надо делом. А он настоящий трудоголик, университет для него – это вся его жизнь, работу он очень любит. И он сейчас ещё более сосредоточится на работе, вот я так чувствую. Пойдет вперед, вот это его принцип. Отмели вот эти все невзгоды, все эти проблемы, забыли, и пошли вперед, будем работать.