Павел Астахов - Интервью - 2013-03-02

П. АСТАХОВ: Пока оглашены, насколько мы понимаем, предварительные данные проверки, расследования, которое проводилось по факту гибели Максима Кузьмина. Насколько мы понимаем из этих сообщений, которые вот сейчас пришли ко мне по нашим посольским каналам, утверждается, что умышленного убийства не было мальчика, мальчик погиб в результате несчастного случая. Предварительные выводы. И дальше говорится о том, что шериф рассматривает возможность в предъявлении обвинения в ненадлежащем обращении с ребенком и неумышленном причинении смерти. Вот насколько я понял из английских документов, которые только что получил. Перевод сложно сделать, но НРЗБ то есть, как бы, наркотиков не было найдено. Но, тем не менее, никто не отрицал, что ребенка кормили сильным психотропным веществом и за сутки до гибели перестали просто давать. Об этом говорил отец. Значит, версия, которая была озвучена, является рабочей, и по линии международного сотрудничества МИД, Генеральная прокуратура РФ, Следственный Комитет РФ, уполномоченные, будут требовать представить документы по этому расследованию. Мы имеем на это право, у нас есть договор о взаимной помощи по уголовным делам, и в рамках консульских отношений мы должны получить все документы. Пока никаких официальных документов нам не представлено. Поэтому, как только все документы мы получим, мы сформулируем свое отношение к данному заключению и к данному решению. К сожалению, гибель Максима стала таким фактом, влияющим на политические отношения. Потому что, с одной стороны, ребенок погиб, это тяжелейшая трагедия. С другой стороны, очень непрозрачно всё с самого начала было. Заявлялось одно, и у нас есть документы о том, что предварительные были свидетельства и службы опеки и врачей, которые говорили, и представители полиции, что это странная смерть. Про лекарства говорили. Теперь вывод о том, что… Кстати, было сказано о том, что экспертиза будет в течение 8 недель проведена, я напоминаю. И вдруг оказывается, за один день все сделали и представили результаты накануне родительского марша в Москве. То есть, наверное, политика имеет значение в этом деле. Потому что отношение, к сожалению, в области иностранного усыновления, у нас с США были не самые лучшие. Я считаю, что сейчас две задачи перед нами стоят. Первое – все-таки добиться справедливости в этом деле, и выяснение реальных причин гибели мальчика. А второе – все-таки добиться установления отношения в части контроля и обеспечения благополучия детей, которые уже вывезены, и живут в Америке. Чтобы это дело стало последним в наших сложных отношениях. Я имею в виду, последняя гибель, чтобы была. Дети не должны погибать ни в результате умышленных действий, ни в результате неосторожности действий со стороны приемных родителей. Потому что оставлять ребенка во дворе с двухлетним братом, трехлетнего малыша, я не могу сказать это о надлежащем отношении со стороны приемных родителей. Поэтому я считаю, что сейчас мы направили в Вашингтон свои предложения по поводу восстановления рабочих контактов, поскольку президентская рабочая группа перестала существовать по детям. Должен быть создан какой-то другой механизм, где мы могли бы спокойно выяснять наши отношения, а не обмениваться взаимными упреками, а уж тем более разворачивать какие-то контр-пропагандистские, пропагандистские воины, политически мотивированные. Поэтому вот эта задача конечно. Но, к сожалению, факт остается фактом, мальчик погиб.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Павел Алексеевич, но ведь у нас дети беспризорные и в российских семьях. И одни остаются, и похищаются.

П. АСТАХОВ: Ну, опять вы… Понимаете, вы опять начинаете говорить: «А вот у нас». А кто сказал, что мы не занимаемся нашей внутренней ситуацией? Кто сказал? У нас все силы брошены внутри России, мы занимаемся Россией, но почему-то…

КОРРЕСПОНДЕНТ: Как, каким образом?

П. АСТАХОВ: Журналистов больше интересует американская история. Каким образом? Вы не замечаете, что только за последние 2 месяца, два указа президента вышло, направленных на помощь детям? Детям-инвалидам, детям-сиротам, детям, оставшимся без попечения родителей, приемным детям. Два указа президента, таких указов не было никогда за последние 20 лет. Вышло постановления правительства, в котором предлагаются и вводятся новые меры поддержки. Поэтому мы занимаемся этими вопросами. Я не вылезаю из детских домов, из регионов. Я только прилетел, сейчас снова улетаю. У меня тут все детские дома, мы занимаемся ими. Все регионы, каждый регион заставляем сейчас принимать стратегии по детям, программы обеспечения детей. Родной семьи, восстановление родной семьи, возвращение в кровную семью из детского дома, передача детей в приемные семьи. Перед нами стоит задача сформулированная, мы её решаем. В этом году на 30 тысяч уменьшить число детей, которые содержатся в детских домах, на 30 тысяч. Амбициозная задача. То есть за 3 года мы в принципе можем полностью, практически все детские дома в РФ расформировать, останутся только специализированные, или самые лучшие. И другая задача – это в два раза сократить число детских домов, в течение следующих 5 лет. Это все задачи сформулированы, мы их решаем и выполняем. И обо всех несчастьях, ЧП, убийствах, насилии в отношении детей, каждый день вы можете прочитать на сайте уполномоченного. Каждый день. Посмотрите графу «розыск детей». За это время, пока мы обсуждали дело Максима погибшего, как минимум 5 детей пропало. Мы занимаемся их розыском точно так же. Поэтому Россия, внутри России ситуация нас волнует гораздо больше, и 99% всех усилий мы тратим на то, чтобы внутри нашей страны навести порядок. Если мы отказались от американского усыновления, то мы решили самостоятельно решать эти вопросы. Про детей-инвалидов, про которых написали вчера в газетах, по каждому из них мы занимаемся, по каждому. Это горе, когда такое ребенок есть, горе. И горе матери, что она не может положиться на социальные службы. А социальные службы не находятся не в Москве, и не в Кремле. Они не федерального значения, а местного значения. И наша задача – заставить исполнительную власть каждого региона принимать соответствующие и законодательные меры, и исполнительные действия, чтобы каждый такой ребенок был обеспечен помощью, защитой, социальной поддержкой. Вот над этим мы сейчас и работаем.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Спасибо огромное Павел Алексеевич.

П. АСТАХОВ: Пожалуйста.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Всего доброго.