Скончался Алексей Герман - Павел Лунгин - Интервью - 2013-02-21
ПАВЕЛ ЛУНГИН: Надо понять, что ушел гений вообще. Ушел гений, гениев мало, они уникальны. И ушел человек огромного масштаба, художественного, личностного. Совершенно уникальный, ни на кого не похожий, создавший свой мир, свое кино, свой язык, который на многие годы определили развитие русского кино, и мирового кино каким-то образом. И это огромное горе, совершенно невосполнимая потеря. Именно фильмы Германа возбудили во мне желание снимать. Когда мы познакомились, я был сценаристом не очень хорошим, не очень успешным. Глядя его фильмы, я понял, что это вот мое. Он как-то вот впервые заговорил со мной на языке понятным мне, и волнующим меня. Одно время мы были с Алексеичем… Много общались, последнее время, когда он болел – уже меньше. Я с радостью и благодарностью вспоминаю те разы, те минуты, те часы, которые мы провели вместе.
КОРРЕСПОНДЕНТ: А как вы думаете, вот пройдет время, да? Пройдет 10-20 лет, что именно будет вспоминать будущее поколение о нем? Какие-то фильмы, или что-то, что он сделал? Чем он запомнился таким, что пройдет сквозь годы, сквозь, может быть, там десятки лет?
ЛУНГИН: Ну, как? Все режиссеры запоминаются своими фильмами.
КОРРЕСПОНДЕНТ: Ну, я понимаю – фильмами. Вот может быть какой-то одной? Вот какая-то самая звездная работа.
П.ЛУНГИН: Не знаю, я бы не сказал. Я ведь говорил, что был создан особый способ рассказывания о душе человека, и о времени. Конечно такие фильмы, как «20 дней без войны», «Мой друг Иван Лапшин», «Хрусталев», они, конечно, останутся как образ нашего времени, как образ искусства, и навсегда. И это… Не знаю, я бы выделил эти три фильма, мне может быть особенно близки «Мой друг Иван Лапшин», и «20дней без войны». Но тут мы говорим не об этом. Это даже не то, что это шедевры. Но дело в том, что никто не умеет. Наверное, будут имитаторы, будут подражатели, его можно изучать, разрабатывать, но он делал этот так, как никто не умеет и никто не повторит. В этом смысле, его кино уникально. Как живопись, как картина Ван Гога, например. Ну, вот можешь рисовать, как Ван Гог мог, Ван Гогом ты уже не будешь. Вот такой был удивительный талант Алексея Германа.