Оксана Михалкина - Интервью - 2012-08-08

МИХАЛКИНА: Давайте я проясню. Во-первых, не 2 года лишения свободы, а 2 года ограничения. Лишения свободы прокурор не просила вообще. Ограничение свободы связано с тем, что Расул Мирзаев не должен покидать место регистрации (место жительства, другими словами). И запрет на посещение ему ночных клубов и других культурно-развлекательных мероприятий и массовых зрелищ. Но с учетом того, что Расул Мирзаев уже почти год (без нескольких дней: он 18 августа прошлого года был задержан и помещен под стражу) находится в СИЗО, а по правилам один день, проведенный в условиях СИЗО, приравнивается к двум дням ограничения свободы, то уже с 18 августа он будет совершенно свободным лицом без всякого ограничения его перемещения, без ограничения посещения тех же самых ночных клубов либо массовых мероприятий и т.д. Он уже этот срок ограничения свободы, который прокурор просит к нему применить, уже истекает. Он идет в зачет пребывания в условиях СИЗО. Вот что происходит.

Что касается реакции отца, на него смотреть было больно. Эти его эмоции были сродни тем, когда он хоронил своего сына. Понимаете? То есть второй раз его как бы «высекли» таким образом. Первый раз такое унижение пережили в январе этого года. Когда, напомним, в последний день предварительного следствия также была переквалификация действия Расула Мирзаева со 111 на 109. Потом в феврале Замоскворецкий суд в общем-то отправил дело прокурору обратно как отклонение допущенных нарушений. И опять действия Мирзаева были квалифицированы по части 4. ст. 111.

И вот сегодня мы опять попали в ту же самую унизительную для нас ситуацию. Дело в том, что позиция потерпевших по данному делу не сводится к тому, что обязательно надо, чтобы Мирзаев сел и сел надолго. Нет! Позиция потерпевших по этому делу всегда заключалась только в одном: добиться справедливости. Но то, как это дело расследовалось от начала в СК, а сейчас проходило судебное следствие – знаете, это какое-то унижение просто. Прокурор, с которым мы на одной стороне (мы тоже сторона обвинения по уголовному процессу, мы должны быть едины) вдруг вот так вот наносит удар в спину. Встает и отказывается от квалификации по особо тяжкой статье, просит квалифицировать действия Мирзаева по малозначительному преступлению. Я готовилась к тому, что я выступлю в прениях, и у меня была речь, была позиция. Но после того как прокурор огласила свою часть в прениях, то есть она высказала свое мнение по обвинению, - мне оставалось только встать с казать, что дело прецедентное и, по сути, у нас гособвинитель разрешает убивать людей на улице, говоря о том, что вы можете распускать руки, вы можете применять немотивированное насилие в отношении друг друга. И вам ничего за это не будет. Вот пример – Расул Мирзаев. Вот, собственно, что сегодня произошло.