Михаил Аншаков - Интервью - 2012-07-16

АНШАКОВ: Общество защиты прав потребителей, решило добровольно повесить на себя ярлык иностранного агента, в знак солидарности с другими правозащитными организациями, против которых напрямую направлен вот этот вот закон о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ, в части регулирования деятельности некоммерческих организаций. Мы считаем, что в сложившейся ситуации мы не можем стоять в стороне.

Так же абсолютно очевидно, что разработчики данного закона преследовали цель, расколоть правозащитные организации, и гражданское общество на тех, из которых усиленно создается образ врага. И менее вредные организации, к которым возможно они относятся организации, подобные нашим. Но мы не считаем, что возможно стоять в стороне. И соответственно приняли решение, добровольно взять себе этот ярлык. На всех материалах, которые распространяются нашей организацией, теперь будут стоять пометка «Иностранный агент». Так же, мы соответствующею ссылку поставили на нашем сайте в форуме, и во всех других материалах, которые будут выходить от имени общества защиты прав потребителей.

КОРРЕСПОНДЕНТ: А скажите, а вот по формальным признакам, вообще вы должны регистрироваться как иностранный агент? То есть, у вас есть это финансирование?

АНШАКОВ: По формальным признакам, мы, честно говоря, сами не знаем, должны регистрироваться как иностранный агент, или нет. И это наверняка не может знать не одна некоммерческая организация в РФ. Так как в формулировке закона, под иностранным финансированием подразумевают любое финансирование. В том числе, например, от российского физического лица, у которого есть второй паспорт. Ну, скажем украинский, израильский, белорусский, любой. От юридического лица, которое ведет фактически внешнеэкономическую деятельность. От лица, которое действует в интересах иностранного лица. А вот мы, как общественная организация, не имеем возможности проверить.

Если к нам приходит, например человек, и заказывает, предположим, услугу платную, по составлению претензии за 1000 рублей. И оплачивает в кассу 1000 рублей, мы не знаем, где он взял эту 1000 рублей. Мы не знаем, есть ли у него второй паспорт. Если к нам юридическое лицо, например, обращается за какой-то помощью. Ну, скажем, заказывает семинар для своих сотрудников, и перечисляет нам деньги на расчетный счет. Мы тоже не знаем, ведет ли это юридическое лицо внешне экономическую деятельность. Поэтому на наш взгляд закон составлен таким образом, что оба фактически его действия, можно было распространить на любую не коммерческую организацию. Кроме того, под понятием политической деятельности, там значится деятельность, в том числе по формированию общественного мнения. А на формирование общественного мнения влияет любая некоммерческая организация, которая хоть что-то делает. Это очень широкое понятие.

Поэтому ещё раз говорю, закон распространяется на всех. Но мы, конечно, понимаем, что разработчики закона имели в виду ряд организаций некоммерческих, которые больше всего не нравятся действующей власти. Возможно, там имеется в виду «Хельсинская группа», «Голос», «Амнистия интернешенел», а так же ряд других известных правозащитных организаций. Но, тем не менее, разработчики оставили для себя возможность распространить действие этого закона на любую организацию, которая чем-то не понравится, или чем-то будет не угодна власти. Это достаточно опасно, на мой взгляд.