Новые формы протеста оппозиции - Сергей Железняк - Интервью - 2012-05-08

С.ЖЕЛЕЗНЯК: Мне кажется, что любая группа людей имеет возможность подать заявку на мероприятие и получить все возможности для того, чтобы провести согласованную и разрешенную законом акцию. И если такие акции проходят мирно, то никаких проблем не возникает. Мы были неоднократными свидетелями этого. Если говорить про ситуацию на Марше миллионов, то мы видели, что эти, так называемые <миллионеры>, специально готовили провокацию и специально провоцировали полицию на жесткую реакцию. Согласитесь, что камни, летящие в полицию, бутылки сложно называть мирным протестом.

Если говорить про ту акцию, которая проходила сегодня ночью на Китай-городе, то я считаю, что это всего лишь напоминает цирк, потому что непонятно ни что эти люди хотят, ни каким образом хотят добиваться своих невнятных требований. Поэтому я бы призвал, конечно, лидеров несистемной оппозиции быть взрослее. Есть соответственная процедура нормальная. Ее неоднократно проходили, они знают, как это делать. Поэтому, если у них есть желание провести ту или иную акцию, надо спокойно подать заявку и провести ее, не нарушая закон. Если нарушения закона не было, то, собственно говоря, нет никаких оснований для деятельности правоохранительных органов.

КОРРЕСПОНДЕНТ: А, по-вашему, если они собрались группой без лозунгов, без плакатов, песни они пели под гитару — это что, надо согласовывать?

С.ЖЕЛЕЗНЯК: Нет, вопрос же не в этом. Вопрос в том, что если говорить про песни под гитару и какие-то концерты, то у них есть свой порядок согласования в центре Москвы. Понятно, что эти мероприятия не должны мешать жизни горожан. Есть у нас фестивали: Грушинский фестиваль, Гренландия, — то есть пансионаты, санатории, где можно устроить любой музыкальный фестиваль. В конце концов, можно в Москве выступить с предложением провести музыкальный фестиваль. Я думаю, что власти обязательно поддержат такое предложение. Просто сейчас вы говорите не об этом. Вы говорите о подмене понятий, которая происходит. То есть люди пытаются сейчас найти какие-то другие формы протеста, для того чтобы оживить затухающее протестное движение.