Михаил Виноградов - Интервью - 2012-03-04

С. БУНТМАН: У меня вопрос. Вот когда мы говорили о политической реформе, об этом тризаконье, то, что предположим, вот такое соотношение сохраняется, во всяком случае. Ну, процент туда там, процент сюда. Путин, а дальше есть Зюганов, традиционно достаточно. И здесь, происходит перемена, появляется Михаил Прохоров здесь. Что это говорит? Что это дает будущей воображаемой конфигурации, может быть?

О. БЫЧКОВА: И будущих действий.

С. БУНТМАН: И плюс ещё новый закон о партии, новый закон о выборах, и так далее.

М. ВИНОГРАДОВ: Ну, само по себе, будущее конфигурации ничего пока не дает. Тем более, всё-таки в России политическая конфигурация определяется прежде всего, в соотношении, в силу, в нутрии исполнительной власти. Так или иначе, парламент играет во многом, декоративную роль, и публичные политические институты, в сегодняшних политических реалиях, если не произойдет качественных изменений. Я думаю, скорее, если извлекать политические уроки, из сегодняшних выборов. Феномен Прохорова, который провел в принципе, относительно яркую компанию, но все-таки, сказать, что это так он сумел только благодаря собственным личным качествам, получить такой результат, было бы наверное, преждевременным. Прохоров собирал запрос на новое лицо. И запрос этот, в российской политике видимо, существенно выше даже, чем названные 9-10%. Каким образом, власть будет, создавая новую конфигурацию, учитывать этот запрос на новое лицо, на омоложение, на уход так, как монополия и политика…

О. БЫЧКОВА: На новые действия, и новые предложения, в конечном счете.

М. ВИНОГРАДОВ: Ну, сначала хотя бы, на лица. Потому, что проблема в том, что с предложением тоже есть дефицит. Я не вижу особенно политических персон, которые готовы, там, подобно… Можно по-разному оценивать Егора Гайдара когда-то, которые готовы предложить некоторый курс, и пожертвовать собственной политической репутацией, не боясь, что тебя завтра разменяют, этот курс предложить. В принципе, обилие предложений, такого курса нет к сожалению, сегодня в России. Не очень люди верят, что могут попасть в правительство, и реально им заняться, но и вспомните, была там идея стратегии20-20, её доработки там, целого ряда академических институтов.

О. БЫЧКОВА: Ну, и она и продолжается, собственно говоря.

М. ВИНОГРАДОВ: Ну, собственно, какого-то практического результата, и собственно, людей, которые готовы заняться её реализацией, мы ха это время не увидели. Поэтому, политическая конфигурация скорее, будет складываться из того, в какой степени элита будет целостна насколько будет важно держать где-то рядом людей, которые могут уйти в автономное плавание. Ну, персон, типа Алексея Кудрина. Насколько в принципе, изменится отношение к публичной политике. Не как к институту, способу легитимации существующей власти.

С. БУНТМАН: Вот это важно.

М. ВИНОГРАДОВ: А способу сближать, и искать общий язык, между разными общественными группами, когда уйдет утопия, что у народа как такового, если есть какие-то общие интересы, нет у них общих интересов. Есть разные интересы…

С. БУНТМАН: И он достаточно аморфен.

М. ВИНОГРАДОВ: У разных групп. Народ существенно менее аморфен, чем год назад, на самом деле. Но собственно, политика и парламент, например, является площадкой для поиска общего языка, и выработки общих решений. То есть, будет сделан шаг к созданию именно политических институтов, в полном смысле этого слова. Опять же это возможно. И события последнего полугода показывают, что это наверное возможно, как никогда. Но это не единственный сценарий, потому, что соблазн успокоения, разговоров о том: «Смотрите, у вас ничего не получилось, вы не смогли разрушить нам политическую стабильность», такой соблазн тоже существует, и не будет недостатков, желающих интерпретировать победу Путина, именно таким образом.

О. БЫЧКОВА: Я прошу прощения, всё-таки, Дагестан. Результаты голосования сообщает «Интерфакс». На одном из избирательных участков, в 14.02, в Дагестане будут отменены из-за вброса бюллетеней. Об этом сообщил журналистам зам. председателя Центризбиркома, Леонид Ивлев. Вот так вот, будут отменены, и признаны недействительными. Пришло нам решений из Дагестана, извините, что я вас перебиваю, эта история очень интересная сама по себе.

С. БУНТМАН: Ещё одна история, за которой мы сейчас будем следить, и следим… Вот например, видеотрансляция с участка 260, в Москве возобновлена, камера включилась. Тульская область. Видите, 21.20, и сейчас они включаются…

О. БЫЧКОВА: Посмотрим.

С. БУНТМАН: Ну, так, теоретически включаются, по мере того, как начинается собственно, подсчет голосов, а не отбор бюллетеней действительных и не действительных, что было между… В московском часовом поясе, между двадцатью, и двадцатью одним. В течении большего времени, в других часовых поясах, потому, что судя... По идее, надо было дотянуть до 21 московского время. То есть, 20-ти на западе страны. Фигура Медведева, это что такое будет?

М. ВИНОГРАДОВ: Ну, видите, так или иначе, была интрига, относительно премьерства. Владимир Путин на этой неделе сказал, что Дмитрию Медведеву будет предложен пост премьера. Опять же, те, что не хочет видеть Медведева премьером, и такие есть, могут услышать в этой фразе Путина то, что Медведеву предложат, а уж согласится он, или нет, это ещё отдельный вопрос.

О. БЫЧКОВА: Да?

М. ВИНОГРАДОВ: Есть же… Я думаю, что есть делающие, таким образом интерпретировать.

О. БЫЧКОВА: А что, вообще, такой вариант возможен, вы полагаете?

М. ВИНОГРАДОВ: Нет. Я думаю, что поскольку так или иначе, люди уже примеривали, а может быть, Дмитрий Медведев не станет премьером, будут желающие, именно так прочитать слова Путина.

О. БЫЧКОВА: Ну, он станет, вы считаете?

М. ВИНОГРАДОВ: Я думаю, что личностно, конечно, Медведев наиболее… Путину наиболее комфортен, как кандидат в президенты. Даже не по их... В премьеры, даже не по их личным отношениям, а просто так или иначе, было дано слово, а это не так мало значит в отношениях, на высшем уровне, на самом деле. Потому, что если слово Путина, уже там… Он берет его обратно, сказанное публично, это не идеальный вариант. С другой стороны, конечно, существует определенных дефицит ожидания от Медведева, если вспомнить Медведева годовой давности, который так или иначе, притягивал определенное ожидание, которые с сентября ушли фактически в оппозиционную сторону. И в протест, и находятся там до сих пор.

С. БУНТМАН: Ну, просто он обрушил все ожидания, 24 сентября.

М. ВИНОГРАДОВ: Каким образом? Собственно, какое будет место Дмитрия Медведева, конкуратор политической реформы. Ну, опять же, будут желающие там, там или иначе, показать, что Медведев слабый премьер, и интерпретировать его политическую реформу.

С. БУНТМАН: Да, здесь очень любопытно. Потому, что он воспринимался… Если как президент, воспринимался даже при всех ожиданиях. Только иногда, можно было бы просмотреть там свою солю, предложения, и так далее, как некая тень всё-таки, путинской политики, и в Кремле тоже. То сейчас, будучи номер два официально, скажем так, вот как он будет восприниматься? Это довольно тяжелая ситуация, я думаю, что не для страны, это тяжелая ситуация для правящей группы.

М. ВИНОГРАДОВ: Ну да, и для бюрократического аппарата.

С. БУНТМАН: Да, они сами себя загнали.

М. ВИНОГРАДОВ: Потому, что играть на понижение правительства, они конечно будут иметь место, это достаточно очевидно, при премьерстве Дмитрия Медведева. Но наверное все-таки, более важный вопрос, действительно о том, будут ли приоритеты более-менее внятные у курса правительства? Будут ли они обозначены, в том числе в экономической сфере? Или примерно не знаю, как это было в правительствах Зубкова и Фрадкова, вот такое управление радиоуправления, в значительной степени. Наверное, было бы логично, время до 7 мая, посвятить…

С. БУНТМАН: Не Зубков, не Фрадков, не были президентами до этого.

М. ВИНОГРАДОВ: Безусловно. Но посвятить время до 7 мая, разработке какого-то экономического курса, ну, было бы придти с каким-то новым лицом, с абгрейдом, раз не получилось на самом деле, все-таки… Путина 2:0, о котором так или иначе, говорил Дмитрий Песков, и другие представители предвыборного штаба Путина. По крайней мере, выйти с неким новым содержанием, некоей повестке дня. И ответить на вопрос, собственно, о смысле, о целеполагании третьего президентского срока Владимира Путина. Вопрос, который до конца, конечно, на сегодня ответа не получил.

С. БУНТМАН: Не смотря на все статьи, как бы программы, и так далее. Мне кажется, что… Вам не кажется, что может начаться импровизация сейчас? И она точно начнется, импровизация вообще-то.

М. ВИНОГРАДОВ: Ну, понимаете, импровизация – вещь совершенно нормальная. Особенно, если учесть, что качество разработки программ в последние годы, конечно, деградировало. Импровизация начнётся. Я думаю, что ключевая и политическая задача, побудить Госаппарат… Ну, хотя бы, высший уровень государственного аппарата, преследовать собственные вокальные задачи межгрупповой борьбы, и вот этой всей вечной грызни. Тем не менее, работать на некую общую задачу. Безусловно, так или иначе, последние годы получалось это не очень хорошо. Да. Даже в мобилизации в предвыборный период, и то, там были свои импровизации, и свои экспромты. А логика Говорухина, логика Пескова, они были… Не всегда, может быть, выглядели целенаправленными. Я уж не говорю о менее публичных политических фигурах. Поэтому, если политической воли инструмент побудить работать на некие общие задачи, но это серьезный достаточно тест, когда предстоит пройти и Путину. И Медведеву, если он займет пуст премьера.

О. БЫЧКОВА: Ну, вот в связи с этим, возникает вопрос. А могут ли как-то иначе теперь, складываться… Вернее дальше, не теперь, складываться отношения нового президента, с его партией «Единая Россия»? Потому, что понятно… Не с партией, как с партией. А с партией, как структурой, институцией инструментом, с помощью которого, он решает какие-то свои задачи. Совершенно понятно вот мы видели, да? Мы наблюдали в эту предвыборную компанию, такой уход в тень «Единой России», и даже упоминания этого названия, по возможности. Абсолютный разрыв связи президента, и премьер-министра, с этой самой партией, которая, в общем, видимо, не оправдала всех ожиданий. Которые на неё возлагались. Что будет дальше?

М. ВИНОГРАДОВ: Ну, действительно, «Единая Россия» создавалась для того, чтобы она работала на власть. А все эти годы, власть работала на партию, по сути. Так или иначе, за рамки лиитиматора действующей власти, «Единая Россия» действительно не вышла. Она выходила на выборы, получала большинство, но никаким приводным ремнем политики, она конечно не являлась. Но я думаю, что многое будет зависеть от того… Первое, на сколько масштабным серьёзно будет реакция, в том числе в Москве, на итоги президентских выборов. А второе, от того, всё-таки, появится ли тема досрочных выборов в Госдуму (неразборчиво), либо реалистично. Которая побудит всех участников партийной деятельности, как-то отмобилизоваться, и ресруктурироваться. Потому, что если тема будет отложена до 16-го года, то может быть, можно не торопиться. Ну, постепенно, действительно, из народного фронта, делать партию, или потом объединять «Народный фронт», «Единую Россию». Ну, по какой-то идти скучной схеме, потому, что когда нет мобилизации, никто там всерьез, до конца вкладываться в проект не будет.

С. БУНТМАН: Ситуация все-таки, изменилась.

М. ВИНОГРАДОВ: Ситуация безусловно изменилась, и мы об этом говорим. Потому, что произошло воссоединение общественной и политической жизни в стране. Последние там лет 10-12, они существовали разрозненно.

С. БУНТМАН: Я бы не сказал, что на всем фронте, их соприкосновения. Но произошел прорыв такой.

М. ВИНОГРАДОВ: Происходит.

С. БУНТМАН: Да, произошел. Это очень ванная ситуация. Я хочу Дмитрию, студенту из Казани, все-таки сказать, что мы не в линию говорим новые результаты, понимаете? «Куда в течении минуты делись 2% голосов за Прохорова? Было 9,6. После того, как показали Чурова, стало 7,5». Это уже фантазмы, ребята.

О. БЫЧКОВА: Нет, подождите. Во-первых, у нас…

С. БУНТМАН: Мы про разные вещи говорили.

О. БЫЧКОВА: Во-первых, у нас нет результатов.

С. БУНТМАН: Мы говорили об эксидполах, мы говорим дальше о подсчитанных. На дальнем востоке страны, о подсчитанных…

О. БЫЧКОВА: Нескольких процентах голосов, всех избирателей страны.

С. БУНТМАН: Естественно. А показательно другое. Это же я не ошибусь, Михаил, если скажу, что дальний восток, у нас периодически, это такое в общем-то, царство Владимира Вольфовича.

М. ВИНОГРАДОВ: Да. То есть. Жириновский будет падать, а Прохоров наверное расти, по мере поступления голосов.

С. БУНТМАН: Да. И вот если чуть-чуть превосходит Жириновский Прохорова на дальнем востоке, то дальше конечно, наверное, все-таки, падать. Падать, и падать.

М. ВИНОГРАДОВ: Новая рокировка.

С. БУНТМАН: Да, новая рокировка. Михаил, спасибо большое. Вы были первым, кто нам дал сейчас, помог нам нарисовать будущую как-то систему контура, и мы дальше будем продолжать разговор. Спасибо вам большое.

Гость: Спасибо.

С. БУНТМАН: Всего хорошего.

О. БЫЧКОВА: Спасибо.