Михаил Швыдкой - Интервью - 2012-01-23

23.01.2012

Для развития национального самосознания Владимир Путин предлагает создать список из ста книг, которые должен будет прочитать каждый выпускник российской школы. Это одно из предложений Путина-кандидата на пост президента, изложенное в его сегодняшней статье, посвященной национальному вопросу. Гражданское и межнациональное согласие Владимир Путин назвал одним из главных условий самого существования нашей страны. Для России – с ее многообразием языков, традиций, этносов и культур – национальный вопрос, безо всякого преувеличения, носит фундаментальный характер, - пишет он в статье, опубликованной в «Независимой газете. Россия, - напоминает он, - возникла и веками развивалась как многонациональное государство. Поэтому Владимир Путин глубоко убежден, что попытки проповедовать идеи построения русского «национального», моноэтнического государства противоречат всей нашей тысячелетней истории. Более того, это кратчайший путь к уничтожению русского народа и русской государственности. Когда начинают кричать: «Хватит кормить Кавказ», - ждите, завтра неизбежно последует призыв: «Хватит кормить Сибирь, Дальний Восток, Урал, Поволжье, Подмосковье…», - предупреждает автор статьи. Путин убежден, что нам необходима стратегия национальной политики, основанная на гражданском патриотизме. Он считает, что в системе федеральных органов власти нужно создать специальную структуру, отвечающую за вопросы национального развития, межнационального благополучия, взаимодействия этносов. Но это не должно быть стандартное ведомство – речь, скорее, должна идти о коллегиальном органе. Чуть дальше премьер говорит о то, что системные проблемы общества очень часто находят выход именно в форме межнациональной напряженности. Поэтому он требует тщательно выяснять суть проблемы, обстоятельств, урегулировать взаимные претензии по каждому конкретному случаю, где замешан «национальный вопрос». При этом он особо оговаривает, что никакого диалога не может быть в ситуации беспорядков и насилия: ни у кого не должно возникнуть малейшего соблазна «продавить власть» на те или иные решения с помощью погромов. Одновременно Владимир Путин считает необходимым ужесточить миграционную политику – вплоть до введения уголовной ответственности за нарушение правил регистрации. Новость "Эхо Москвы" ШВЫДКОЙ

: Ну, я думаю, что прежде всего это должны быть книги, которые бы связывали историю. То есть эти книги должны быть равноприемлемы для людей, которые исповедуют левую идею и правую идею.

Ну, грубо говоря, это книги, которые наиболее важны и для людей, которые выиграли гражданскую войну, и для тех, которые ее проиграли. Это если говорить о политической точке зрения.

И, разумеется, в Толстом, Достоевском, Гоголе или Салтыкове-Щедрине люди вычитывают разное. Но, безусловно, и для большевиков, и для эмигрантов эти книги имеют безусловную ценность для определения русского национального сознания.

Повторю, хотя тут все не так просто, но, тем не менее, я думаю, если мы говорим о русской литературе, начиная с XI века, то мы, безусловно, найдем здесь общее понимание того, что есть книги, без которых русскому человеку идентифицировать себя трудно.

Другой вопрос в том, что есть книги, которые необходимы для людей, которые придерживаются разных конфессиональных предпочтений. Потому что протопоп Аввакум для русского сознания, ну, достаточно важен. Скажем так, не менее важен, чем сочинения Никона. И это тоже существенный момент.

Здесь нужно найти вот такие книги, которые были бы приемлемы и для старообрядцев, и новообрядцев. Наконец, надо понять, что Россия – страна многоконфессиональная и многоэтническая. И есть великие книги, там, скажем, татарской литературы, башкирской литературы или литературы, которая написана вайнахами, которую вообще российский человек должен знать, потому что он живет в многоэтническом, полиэтническом пространстве.

Вот здесь будет много сложностей, но я думаю, что без понимания, без знания книг, которые представляют этносы народов, живущих на территории России, будет довольно сложно ориентироваться в том культурном пространстве, которое является культурным пространством России.

И, наконец, есть литература XX века, которая в высшей степени разнообразна. Но я бы сказал так: без литературы эмигрантской, без великих писателей эмиграции трудно понять российскую жизнь так же, как и без великих писателей, которые жили в советской стране.

Так скажем, без Шолохова или Маяковского русскую самоидентификацию произвести так же трудно, как без Набокова или Бунина.

Поэтому, повторяю, выбор сделать трудно, но я полагаю, что составить этот список вполне возможно. Хотя, повторяю, дай бог, чтобы русский школьник эти 100 книг осилил.

КОРРЕСПОНДЕНТ

: А что касаемо, не художественной литературы. Ну, то есть понятное дело, что «житие Аввакума» - литература не художественная, но что касается более современной публицистической, философской литературы. Что из подобной литературы может попасть в подобный список?

ШВЫДКОЙ

: Давайте рассуждать так. Если говорить о философии, то русская философия – она совсем уж неоднородна.

Если сегодня кто-то ориентируется на Ильина, Флоренского или Бердяева, то это вовсе не значит, что не надо знать, скажем, Чернышевского, Герцена, безусловно, или, ну, скажем там, Плеханова, да?

Я считаю, что мы просто сотней здесь книг не обойдемся. Русское сознание в этом смысле, российское сознание – оно, безусловно, определяется разными направлениями мысли, от либеральной, как там, скажем, Герцен, до православно-мистической, как Соловьев или Шестов, православно-экзистенционалистской, скажем.

Я думаю, что вопрос в одном – отбор должен производиться только исходя из того, насколько эта философская мысль повлияла на развитие духовного сознания России. Повторю, трудный отбор. Я бы, например, в 100 книг не уложился. Но 100 книг – это уже неплохо.

И последнее. Очень трудно понять одну вещь. Мы сегодня находимся на том этапе развития культуры и истории, когда мы наследуем всему. Весь вопрос в том, как правильно оценить это всё. Понимаете?

Мы сегодня должны знать всё. Вот, всё: от крайне правых до крайне левых.

Но это не значит, что мы должны некритично относиться к этому наследию – нам нужно из него выбрать и актуализировать... Вот так, скажем: актуализировать то, что для сегодняшней России необходимо. А для сегодняшней России необходимо, конечно же, с моей точки зрения (помимо, там, целого ряда модернизационных идей), ну, понимание, что есть актуальная потребность сохранить страну и одновременно развивать ее устойчивость, которую невозможно сохранить без демократического развития. Ну, и так далее, и так далее.

То есть актуальность наследия – она во многом состоит в том, сколь сложно сегодня мы готовы осмыслить те задачи, которые перед нами стоят.

Важно понять, что любое знание – оно имеет смысл только в том случае, если оно направлено на развитие и реализацию человеческих возможностей. Грубо говоря, пафос любого знания, его гуманизм.

Я считаю, что если мы оцениваем прошлое, то оценка прошлого должна состоять в том, что... насколько оно способно сохранить базовые принципы гуманизма в современной жизни.

А сюда входят и толерантность, и так далее, и так далее, и так далее. Базовые принципы гуманизма.

Некоторые считают, что гуманизм переживает глубочайший кризис. Но, на самом деле, ничего другого человеческое сознание, человеческая мысль предложить для фундамента развития не может.

То есть любое развитие должно строиться на базовых принципах гуманизма.