Чем может быть опасно использование глутамата натрия в пищевом производстве? - Александр Мельников, Анатолий Саутин - Интервью - 2011-08-25

Л.ГУЛЬКО: 12 часов и 8 минут, Яна Розова и Лев Гулько те же у микрофона.

Я.РОЗОВА: Еще раз здравствуйте, да.

Л.ГУЛЬКО: Здрасьте еще раз. Говорим сегодня вот о чем. Тема достаточно актуальная, поэтому будьте внимательны, чем может быть опасно использование глутамата натрия в пищевом производстве, что это такое, почему опасно, сейчас мы поговорим с нашими экспертами.

Я.РОЗОВА: Это Е621 для тех, кто вообще смотрит на этикетку.

Л.ГУЛЬКО: Пищевая добавка.

Я.РОЗОВА: Да, пищевая добавка.

Л.ГУЛЬКО: Заместитель редактора отдела Общество еженедельника «Аргументы и факты» Александр Мельников. Здравствуйте, Александр.

А.МЕЛЬНИКОВ: Добрый день.

Л.ГУЛЬКО: И Анатолий Саутин, шеф-редактор журнала «Народный депутат» у нас сегодня в гостях в качестве эксперта. Здравствуйте.

А.САУТИН: Здравствуйте.

Л.ГУЛЬКО: Ну, давайте поговорим о мононатриевой соли глутаминовой кислоты. Могу формулу сказать C5H8NNaO4 для тех, кто интересуется.

Я.РОЗОВА: Подготовился. Это приятно, Лева.

Л.ГУЛЬКО: Нет, я просто бывший химик, поэтому... По первому образованию. Поэтому, собственно, что это такое, почему эта добавка Е621 вредна и чем вредна, мы сейчас об этом поговорим.

Я.РОЗОВА: И когда она появилась вообще, интересно.

Л.ГУЛЬКО: И когда она появилась, да. Такая история большая.

Я.РОЗОВА: Кому мы должны сказать «Спасибо» в кавычках.

Л.ГУЛЬКО: Большая история. Пожалуйста.

А.МЕЛЬНИКОВ: Ну, глутамат – это аминокислота, глутаминовая аминокислота, которая появилась вместе с жизнью на Земле, она входит в состав практически всех белков и у нее есть несколько особых свойств, которые ее выделяют среди других аминокислот. В частности, как выяснили это уже в XX веке, она стимулирует рецепторы вкуса и создает вкус белковым продуктам – мясу, птице, грибам, некоторым другим продуктам, которые содержат белок. И благодаря этому свойству, ее стали использовать как пищевую добавку в производстве массы продуктов.

Ну, в России самый такой, культовый продукт колбаса, она практически вся содержит глутамат натрия.

Л.ГУЛЬКО: Чтобы колбаса была колбаснее, да? Так получается?

А.МЕЛЬНИКОВ: Мясистее.

Я.РОЗОВА: Я прошу прощения, сразу вас подхватываю. Ведь, если она была сначала натуральной как вы говорите и входит в массу продуктов уже...

Л.ГУЛЬКО: В том числе в организм человеческий.

Я.РОЗОВА: Да и в организме человеческом. То таким образом получается, что, вроде бы, как она и не очень вредная. Вредной она стала тогда, когда ее стали производить уже целенаправленно.

А.МЕЛЬНИКОВ: В белковых продуктах содержится небольшое количество свободного глутамата, и в таком количестве он безвреден. А, вот, когда ее стали активно добавлять, ее количество увеличилось (концентрация), я хочу сказать сразу, что мы не используем глутамат на кухне, мы используем обычную соль. Так вот потребление пищевой промышленностью в мире глутамата по объему второе после потребления соли. Это около 300 тысяч тонн ежегодно.

Мы об этом далеко не все догадываемся. Многие вообще не знают, но некоторые догадываются. Некоторые единицы понимают, что это такое.

Я.РОЗОВА: То есть, есть заводы, которые производят отдельно глутамат, а другие производители той же колбасы покупают у них.

А.МЕЛЬНИКОВ: Это business to business называется, да? Производители, которых мы не знаем (это мировые крупные концерны), они производят глутамат, продают его тоннами производителям колбас, фастфуда, других продуктов. И те покупают его мешками и используют в своем производстве, добавляя в колбасы. Для них это очень выгодно. Почему? Потому что колбаса из хорошего мяса – она и так вкусная. А если взять мясо плохое, которое долго лежало, было заморожено, размораживалось?

Л.ГУЛЬКО: И дешевле стоит, кстати.

А.САУТИН: Тут вопрос даже не в мясе, а вопрос в том, что можно взять заменитель мяса.

А.МЕЛЬНИКОВ: Или заменители мяса.

А.САУТИН: Фактически это перемолотые кости.

Л.ГУЛЬКО: Соя?

А.САУТИН: Это та же соя, да. То есть это любая такая субстанция, только внешне похожая или вообще непохожая на мясо.

Л.ГУЛЬКО: То есть, грубо говоря, берется что-то дешевое, производится, а продается очень дорого.

А.САУТИН: Проблема да, в том, что...

Л.ГУЛЬКО: Цена качества.

А.САУТИН: Глутамат – это прямой обман потребителя.

А.МЕЛЬНИКОВ: Именно так.

А.САУТИН: Это возможность манипуляции. То есть производитель, используя глутамат, он тем самым, ну, фактически имеет возможность манипулировать сырьем. Он может там использовать вместо первосортного второсортное мясо. И это никак проконтролировать нельзя – на вкусовых качествах это никак не отражается. То есть можно, грубо говоря, делать колбасу натуральную и вкусную, для этого нужно иметь там определенную рецептуру, для этого нужно иметь дорогое оборудование, то есть любить это дело, да? Ну, есть такие комбинаты у нас, которые производят натуральную вкусную колбасу.

А можно просто, грубо говоря на народном языке, бодяжить. То есть можно использовать не очень хорошее сырье.

Я.РОЗОВА: Да, но это мы уже повторяемся. Я хочу дальше пойти.

А.МЕЛЬНИКОВ: Это экономика просто.

Л.ГУЛЬКО: Но с другой стороны, смотрите. Глутамат натрия внесен в перечень сырья, в ГОСТ 18487-80, Блюда консервированные обеденные для спецпотребителя, технические условия, ГОСТ 50847-96 имеет свое название. Еще один ГОСТ рыбных консервов и паштетов. Зарегистрирован в качестве пищевой добавки Е621.

Я.РОЗОВА: Ну, то есть он не запрещен.

Л.ГУЛЬКО: Да. В Европейских странах обозначается как MSG, что значит по-английски там моносодиум глюконат. Вот такая история. То есть ГОСТы есть, есть какие-то вещи, которые это регулируют.

Я.РОЗОВА: Это что значит?

А.САУТИН: ГОСТы есть только у нас.

А.МЕЛЬНИКОВ: А никто и не скрывает, что эта добавка официально разрешена практически везде в мире. Но это еще не говорит о том, что она безопасна. Вот, в медицинском сообществе о ней совсем другое мнение. Есть специалисты, которые серьезно изучали, и первые исследования появились в конце 50-х годов, когда она не так широко применялась, которые показывали опасность этой добавки для здоровья, очень серьезные побочные эффекты. Но все это игнорировалось.

Пищевая промышленность – очень мощная промышленность. Это глобальные транснациональные компании мощнейшие, и они умеют гасить скандалы. Вообще, бизнес умеет гасить скандалы – мы это знаем. Да, борьба с курением началась официально в 1960 году, а первые штрафы появились в конце 90-х годов.

Я.РОЗОВА: Чем опасна эта соль?

А.МЕЛЬНИКОВ: Чем опасна эта соль. Глутамат – это один из самых важных нейромедиаторов в нашем мозге, он участвует в образовании и передаче сигналов между нейронами, нервными клетками в мозге. Рецепторы глутамата представлены в мозге очень широко. И когда мы потребляем эту соль, было доказано (это было доказано в экспериментах на животных, потом показано и на людях, и очень серьезные исследования – это привело к серьезным научным открытиям), что он повреждает нейроны, они погибают. Было открыто такое явление на глутамате, описано впервые и получило название оно Эксайтотоксичность. И глутамат назвали «эксайтотоксином».

Что это такое? Excite – это возбуждение. Это возбуждающий токсин. В наших нервных клетках и в любых клетках они запрограммированы на жизнь и на умирание. Вот, программирование смерти называется «апоптозом». И вот этот апоптоз в нервных клетках запускает тот самый глутамат.

Я.РОЗОВА: Ух ты. То есть это такой наркотик?

А.МЕЛЬНИКОВ: То есть он – официальный киллер нервных клеток в нашем организме.

Л.ГУЛЬКО: В любом количестве?

А.МЕЛЬНИКОВ: Да. Он – медиатор, который помогает мозгу работать, и одновременно он – убийца. Диалектика. Дело в количестве. Когда он в нормальном количестве, он работает как надо, как нейромедиатор. Вот, когда его много, он запускает каскад реакций, которые приводят к гибели клетки, к ее апоптозу.

Я.РОЗОВА: Хорошо. Как мы можем узнать, сколько в этой колбасе, которую я хочу купить и которая мне нравится по вкусу, сколько там глутамата?

Л.ГУЛЬКО: Насколько я понимаю, нисколько, да?

А.МЕЛЬНИКОВ: Мы не можем это узнать, нам это не дано знать вообще. Это техническая документация производителя. Даже если ее мало, это все равно плохо. Если ее много, это очень плохо. Если мало, тоже плохо.

Л.ГУЛЬКО: То есть колбаса должна быть без этого?

А.МЕЛЬНИКОВ: Колбаса должна быть без глутамата.

А.САУТИН: Ну это как, помните, история с соей? Были бурные дискуссии, ну, где-то лет 5 или 7 запущено, вредна соя или не вредна, да?

Л.ГУЛЬКО: Ну, как с генномодифицированными продуктами – вредны, не вредны тоже не понятно, пока неизвестно.

А.САУТИН: Да. И никто ж не может определить, какая там соя, генно-модифицированная или нет? Это все на совести производителя. Поэтому пока ученые не дали однозначного ответа, какая там соя, вредна или нет, но лучше ее, наверное, не использовать. Также и с глутаматом: если он имеет какое-то негативное воздействие, то...

Я.РОЗОВА: Хорошо. А как можно привлечь к ответственности производителя, который добавляет этот глутамат и не указывает на этикетке?

А.САУТИН: В России – никак. А, вот, скажем, на Украине, где более трепетное отношение к еде, там глутамат запрещен.

Л.ГУЛЬКО: На законодательном уровне, да?

А.САУТИН: Да, на законодательном. Ну, там есть нормы, которые запрещают его использовать. В производстве определенных видов колбас и мясных деликатесов там запрещен глутамат.

Л.ГУЛЬКО: То есть, в принципе, его вообще надо исключить из пищевого производства, да?

А.САУТИН: Надо ориентироваться на зарубежный опыт.

А.МЕЛЬНИКОВ: Это идеальная ситуация, конечно.

А.САУТИН: Надо ориентироваться на Европу.

А.МЕЛЬНИКОВ: Но это утопия, к сожалению.

Л.ГУЛЬКО: Утопия. Тогда что делать, чтобы снизить его влияние и количество? Что делать потребителям, нам я имею в виду?

А.МЕЛЬНИКОВ: Ну, я бы сказал так. Пока мы будем все это (извините за грубое слово) хавать, они будут нас этим кормить.

Я.РОЗОВА: То есть не покупать те продукты, на которых указан этот глутамат.

А.САУТИН: Не то, что не покупать. Читать внимательно.

Я.РОЗОВА: Ну, значит, и не покупать, если указано мелким шрифтом, что там есть Е621, да? То, значит, мы не покупаем эту колбасу.

А.САУТИН: Не, вообще нужно поднимать культуру потребления, нужно читать этикетки. Вот, у нас это не принято, да? А на Западе, скажем, в любом супермаркете можно увидеть человека, который там полчаса выбирает хлеб. Он сидит и читает, что там написано, какие там крупы, как он сделан. Это нормально. Ему там не дадут по шее, не скажут «Чего ты здесь? Давай покупай или уходи». Там это нормально, там человек – он внимательно изучает то, что он ест.

Л.ГУЛЬКО: Ну, давайте так, пофантазируем. Отказывается наша пищевая промышленность, наше пищевое производство от Е621, да? Сразу цены на продукцию полезут вверх. Или нет?

А.МЕЛЬНИКОВ: Это непростой вопрос. Не обязательно. Во-первых, вот этот глутамат – он развращает производителя и всех, кто с ним связан, всех его поставщиков. Если мы запрещаем глутамат, возникает потребность в хорошем мясе. Значит, растет на него спрос и это стимулирует выращивание хорошего скота и производство хорошего мяса. Это стимулирует производство хороших кормов для животных, нормальное их содержание и выращивание. Понимаете, это такая цепочка, которая вообще окончательно приводит к оздоровлению и нации, и бизнеса.

Я.РОЗОВА: Мне кажется, это тогда борьба с ветряными мельницами в нашей стране.

Л.ГУЛЬКО: Почему?

Я.РОЗОВА: Ну, мне кажется, это нереально. Никто никогда не пойдет.

Л.ГУЛЬКО: Ну, мы сейчас спросим наших экспертов, реально это или не реально.

А.САУТИН: Я думаю, что, конечно, на законодательном уровне запретить – это, наверное, крайняя мера. Тут должны сами производители договариваться. Никакой Онищенко с его какими-то эксцентричными выпадами – ну, вряд ли они смогут как-то изменить погоду. Это вопрос...

Я.РОЗОВА: То есть на совести каждого из производителей, да?

А.САУТИН: Ну, так получилось, что я здесь выступаю от журнала «Народный депутат». Вот, депутаты – это те же самые люди, они также ходят в магазин, у них есть буфет в Государственной Думе, в котором продают...

Л.ГУЛЬКО: А там, кстати, есть Е621 в буфете?

А.САУТИН: Конечно. Он есть везде, он есть в каждой кухне, я думаю, в любой депутатской кухне тоже присутствует. Он есть в любом холодильнике.

Л.ГУЛЬКО: И в администрации президента тоже?

А.МЕЛЬНИКОВ: Конечно.

А.САУТИН: Ну, опять же, мы говорим о том...

Я.РОЗОВА: Никто не залезал в холодильник президента, поэтому проверить мы не можем.

Л.ГУЛЬКО: Нет, ну мне просто интересно.

А.САУТИН: Это наркотик, поэтому он есть везде. Это наркотик, который обманывает наш мозг, заставляет нас съесть. Я хочу еще одну цифру (вот, вы спрашивали про цифру), интересная статистика: с 60-х годов в Америке вес среднестатистического американца увеличился на 34%. Как раз это совпадает с тем моментом, когда началось широкое распространение фастфуда в Америке, гамбургеры, пиццы, когда вот эти перекусы на ходу, неправильное питание.

До начала рыночных реформ, все-таки, советские люди с дефицитом...

Л.ГУЛЬКО: Поджарые такие были, поджарые.

А.САУТИН: Да.

Л.ГУЛЬКО: Подтянутые.

А.САУТИН: И питались правильнее, чем сейчас, как ни парадоксально.

Я.РОЗОВА: Но я так понимаю, что до реформ еще у нас его и не использовали производители.

А.МЕЛЬНИКОВ: Очень мало использовали.

Я.РОЗОВА: Ну, мы начали нашу беседу с того, что интересно было понять вообще, кто виноват в его появлении, этого глутамата.

Л.ГУЛЬКО: Ну, в кавычках, конечно, прогресс не остановишь.

Я.РОЗОВА: Я в интернете вычитала, что японцы его вообще исчленили из водорослей.

А.САУТИН: Они синтезировали именно как натуральное сырье.

Л.ГУЛЬКО: В 1907 году.

А.САУТИН: Да. То есть случайно японец обнаружил, что вот эта выжимка из этих водорослей усиливает вкус продукта, и ее стали уже в промышленном масштабе производить.

Я.РОЗОВА: Но он сейчас же в натуральном виде существует, да?

А.МЕЛЬНИКОВ: Я бы хотел подчеркнуть, что тот глутамат, который сейчас использует весь мир, включая Японию и Китай, это, все-таки, не тот глутамат, который испокон века использовали японцы, китайцы и вся Юго-Восточная Азия в составе соевого соуса и других соусов, которые они использовали с морепродуктами.

Л.ГУЛЬКО: Сыр Рокфор, например – там тоже есть.

А.МЕЛЬНИКОВ: Сыр Рокфор – при распаде белка тоже образуется глутамат, там есть он. Это немножко другой глутамат. Почему? Те соусы получались гидролизом белка, он распадался до аминокислот или короткоцепочных полипептидов. И это была смесь. А тот глутамат, который...

Я.РОЗОВА: Это 2 формулы – вы мне до эфира рассказали.

А.МЕЛЬНИКОВ: Я сейчас подойду к этому. Тот глутамат, который сейчас используется, это чистый химикат, там содержится практически так называемый L-глутамат – это одна из форм глутаминовой кислоты. А, вот, в старых соусах было 2 формы – L- и D-глутамат, и они между собой еще конкурировали. D-глутамат мешал L-глутамату вершить свое черное дело. Это тоже было не очень полезно, но это было гораздо безопаснее.

Я.РОЗОВА: Ну, то есть они друг друга уравновешивали в отличие от того, что сейчас.

А.МЕЛЬНИКОВ: Да, да, да, они уравновешивали. А сейчас – чистый глутамат, и я бы вообще включил вот этот глутамат в число продуктов, так называемых химикатов, которые обладают частотой химикатов. 99,9% - это сахар, соль, алкоголь, чистая водка и глутамат. То есть 4 продукта-химиката.

Я.РОЗОВА: То есть в японских магазинах специализированных продается этот глутамат в отдельном виде. Вот это как раз тот самый химический?

А.МЕЛЬНИКОВ: Да.

Л.ГУЛЬКО: Такие продукты смерти.

А.МЕЛЬНИКОВ: Да.

Л.ГУЛЬКО: Если их можно так назвать.

А.МЕЛЬНИКОВ: Но вокруг каждого продукта... Не я придумал – вы знаете, что они называются «белая смерть» и прочее, там, «соленая смерть», «сладкая смерть».

Я.РОЗОВА: То есть вот этот вот химический глутамат – он в любых дозах опасен? То есть там даже никаких сотых недопустимо, да?

А.МЕЛЬНИКОВ: Ну, конечно, чем больше доза, тем опаснее. Но вообще любой его избыток не нужен – это плохо.

Я.РОЗОВА: Лишнее.

А.МЕЛЬНИКОВ: Да. А особенно плохо, скажем, беременным, детям и старикам.

Я.РОЗОВА: Но я так понимаю, что в перечне, который опять же в интернете я вычитала, к чему приводит обильное употребление глутамата, это и проблема со зрением – та же Япония страдает глаукомой практически вся.

А.САУТИН: На первом месте они, да.

Я.РОЗОВА: Да. Это и проблема с лишним весом, о которой вы только что упоминали, плюс еще аллергия, потому что нарушается обмен веществ таким образом.

А.САУТИН: Я стал жертвой аллергии. Вот, в Юго-Восточной Азии, куда я часто езжу, каждый год, я там занимаюсь виндсерфингом и я нахожусь там месяц, два. И где-то на вторую-третью неделю у меня сыпь появляется на руках, на ногах. Я думал, это от солнца, от моря, как мне говорили наши российские врачи, а потом мои многие коллеги тоже стали обращать внимание. То есть выяснилось, что это от еды, как раз от это пищи восточной.

Я.РОЗОВА: Ну хорошо, вы приезжаете в эту страну, где просто ничего другого не купишь. Ну, что остается делать? Просто не ездить в эти страны?

А.САУТИН: Нет, но там есть европейская кухня.

Л.ГУЛЬКО: Вы думаете, они не добавляют в европейскую кухню?

А.САУТИН: Ну, аллергия – это не так страшно. Для меня, например, это не страшно. А для людей, которые страдают сильными формами аллергии, и дети – это не очень.

А.МЕЛЬНИКОВ: Конечно, аллергия бывает и тяжелой. И, в частности, одна из таких форм аллергических заболеваний, которая активно обсуждается в связи с глутаматом, это бронхиальная астма. Правда, это не настоящая аллергия, это так называемая псевдоаллергия, то есть проявления как при аллергии, но вызывает ее не иммунологическая реакция между аллергеном и антителом, а стимуляция такими вот триггерами типа глутамата и некоторых других веществ.

Л.ГУЛЬКО: Раздражение такое происходит, да?

А.МЕЛЬНИКОВ: Да. Это активируются тучные клетки, которые выбрасывают медиаторы аллергии, и начинается аллергия.

Л.ГУЛЬКО: Скажите, пожалуйста, ведется ли в мире борьба с этим злом, о котором мы сейчас с вами говорим? Так, целенаправленно, знаете, движения всякие создаются, врачи и прочие вещи?

А.МЕЛЬНИКОВ: Есть на Западе, есть движение, врачи-специалисты, очень уважаемые, известные люди с регалиями, с именами, со званиями академическими. Но я еще раз повторю...

Л.ГУЛЬКО: Пищевое лобби?

А.МЕЛЬНИКОВ: ...победить бизнес очень сложно. И, конечно, они такими ресурсами не обладают. Но с другой стороны, там огромное количество людей это понимают, они тоже это читают, обсуждают, они это знают. И они делают осознанный выбор при покупке продуктов. Они покупают поесть, а не пожрать как у нас, ориентируясь не только на цену.

Л.ГУЛЬКО: Ну, я вам скажу, что мы тоже сейчас стали покупать себе, все-таки, поесть, а не пожрать. Как-то меняется, все-таки, психология людей. Я бы хотел спросить о выборе. Вообще, у нас есть? Я не знаю, вы говорите «У них выбор есть в продуктах». У нас есть выбор? Вот, мы придем в супермаркет.

Я.РОЗОВА: Читайте этикетки. Нас же предупредили.

Л.ГУЛЬКО: Я понимаю. А если везде на этикетках? И что?

Я.РОЗОВА: Идти в другой магазин.

Л.ГУЛЬКО: Вообще выбор есть?

А.САУТИН: Как правило, в хороших супермаркетах, дорогих, как мы называем, там выбор есть. Но там продукты стоят в 3-4 раза дороже, чем они стоят.

Л.ГУЛЬКО: О чем я и говорю.

А.САУТИН: Но там есть выбор. То есть здесь такая палка о двух концах. Зато вы купите меньше, но, может быть, и съедите меньше – это тоже хорошо. Потому что люди приходят в большие эти супермаркеты, моллы, где накупают там 10 тележек, а потом все это у них там портится, гниет. И не нужно в таком количестве человеку. Мы же люди.

Л.ГУЛЬКО: А частные производители, сельхозпроизводители? Ну, рынок я имею в виду.

А.САУТИН: Пока нету такого тренда, когда нету моды. Вот, если бы у нас были такие как на Западе, в Эстонии, скажем, в Словакии ярмарки выходного дня когда приезжают на главную площадь какого-то города, да?

Я.РОЗОВА: Ну ладно – у нас тоже есть по районам.

А.МЕЛЬНИКОВ: Ну, у нас пародия.

А.САУТИН: Пародия. Ну, посмотрите на лица этих фермеров, да? И вы поймете, откуда это все привезено.

Л.ГУЛЬКО: Не, есть там нормальные.

А.МЕЛЬНИКОВ: На ярмарку один-два фермера, и то очень редко и не на каждой.

Я.РОЗОВА: У нас-то вообще есть производство этого глутамата? Есть ли завод, который делает глутамат?

А.МЕЛЬНИКОВ: Ну, вы знаете, даже если бы он был, то его бы никто не покупал. Потому что практически все к нам идет из Китая, Китай очень активно его продвигает. Есть всякие хитрые маркетинговые приемы, как его продвигать, и они, в общем-то, меняются. И они только-только стимулируют.

И я должен сказать, что в последние годы у нас только отрицательная тенденция. Продуктов без глутамата становится меньше и меньше, и меньше.

Л.ГУЛЬКО: Вот я об этом говорил.

А.САУТИН: Да, еще одна хитрость производителей. Вот, мы говорим, что должно быть написано Е621 – лучше избегать. Некоторые производители тех же колбас пишут «комплексная добавка», просто там свинина, соль, вода, комплексная добавка, а что в ней никто не знает. А на самом деле, в ней-то как раз и содержится в том числе глутамат.

Я.РОЗОВА: То есть давайте подытожим. У нас буквально полминуты осталось. На что мы должны обратить внимание, когда хотим избежать?

А.МЕЛЬНИКОВ: Ну, первое, нужно знать, что на этикетке глутамат может обозначаться так как глутамат, глютамат натрия, Е621 и он практически всегда есть в составе комплексных пищевых добавок. Так и пишут «комплексная пищевая добавка» и как она называется. Ее состав нужно расшифровывать, но это обычно не делается.

Если есть животный белок, белок птицы в составе, соя, каррагинан, крахмал, мальтодекстрины, то это почти что полная гарантия того, что там будет еще и глутамат. В хорошей колбасе он не нужен.

Л.ГУЛЬКО: Спасибо вам большое.

Я.РОЗОВА: Спасибо.

А.САУТИН: Вам спасибо.

Л.ГУЛЬКО: Александр Мельников, заместитель редактора отдела Общество еженедельника «Аргументы и факты», Анатолий Саутин, шеф-редактор журнала «Народный депутат». Собственно, мы с вами разговаривали об этой пищевой добавке, но каждый должен думать сам, каждый должен сам сделать для себя, насколько я понимаю, выбор. Спасибо большое и до свидания.