Подготовка к олимпиаде в Сочи - Дмитрий Чернышенко - Интервью - 2010-12-07

А.ОСИН: Здравствуйте, друзья. У нас в гостях Дмитрий Чернышенко, председатель организационного комитета «Сочи-2014». Дмитрий Николаевич, добрый день.

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Добрый день, уважаемые радиослушатели. Добрый день.

А.ОСИН: Ну и повод, по которому мы сегодня собрались, это один из этапов подготовки к Олимпийским играм в Сочи. Как мы все прекрасно знаем, приедут журналисты, приедут спортсмены, приедут официальные лица – их нужно будет разместить, за ними нужно будет поухаживать, их нужно будет приветить, чтобы им было хорошо. И есть такая олимпийская традиция, что часть полезных работ на Олимпиадах исполняют люди совершенно бесплатно. То есть это люди разных возрастов и профессий, которым сама идея Олимпийских игр близка и понятна, и называются они волонтеры. Вот, мне как посетившему 5 Олимпиад, я с этими людьми знаком очень хорошо. Они по-разному симпатичны. Встречались мне и красивые молодые люди, знающие многие иностранные языки, встречались лихие бабушки, которые водят огромные автобусы, рассекая через двойную сплошную. Вот, мы, видимо, сейчас поговорим об этой теме, тем более, что вы как раз завершаете отбор учебных заведений, которые вам поставят тех самых волонтеров. Как, вообще, будет строиться выбор этих людей?

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Спасибо. От такого осведомленного человека сразу столько вопросов получил. Сейчас попытаюсь по очереди на них на все ответить. Прежде всего, конечно, вы правы. Дело в том, что волонтеры – это лицо игр. И не случайно президенты Международных олимпийских комитетов, все, которые были и которые будут, во время церемонии закрытия первым, что они делают, они, подводя итоги, благодарят волонтеров. И особая честь и уважение, и хвала, и благодарность воздается как раз тем, кто безвозмездно отдал огромное количество сил проекту и сделал так, чтобы пребывание гостей, спортсменов было наиболее комфортным.

Количественно что это такое? Вообще, в принципе, во время игр в Сочи мы будем управлять примерно 75-тью тысячами человек. Персонал будет 75 тысяч, из которых часть – это штатные сотрудники Оргкомитета, есть часть временные работники, большая часть контрактников, которые нанимаются на это, и очень большая часть волонтеров – их будет не меньше 25 тысяч. И, казалось бы, цифра, с одной стороны, большая, а с другой стороны, достаточно просто было бы в рамках просто Краснодарского края из учебных заведений привлечь этих молодых людей, не вовлекая всю страну.

Зачем, собственно, проводится конкурс? Мы отдаем себе отчет в том, что Олимпиада – это проект всей страны. И нужно сделать так, чтобы каждый имел возможность участвовать в этом проекте. Именно поэтому конкурс при участии Минобразования и науки и Минспорта и туризма делался по всей стране с тем, чтобы все федеральные округа имели потенциальную равную возможность проучаствовать в конкурсе вузов.

Конкурс проводился по 11 лотам так называемым, поскольку это те направления, которым нам нужны как раз волонтеры. Ну, например, транспортный лот или волонтеры в области церемонии, или волонтеры, которые помогают в медицинском обслуживании, или в технологиях, в протоколе, и так далее, и так далее.

А.ОСИН: Ну, в конце концов, должны быть люди, которые языки знают. Что я по себе знаю, ищешь, бегаешь. Ну, я-то еще мог объясниться по-английски на Олимпиаде. А, вот, когда мои старшие товарищи, они всегда искали человека, который говорит по-русски. И на стойке обязательно в пресс-центре есть «Русский язык».

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Совершенно верно. Это входило в лот в категорию «Протокол и лингвистические услуги». И вузы самостоятельно определяли, в каком направлении они способны подготовить волонтеров и нести, собственно, ответственность за качество их подготовки, и самостоятельно заявлялись на тот или иной лот. Таким образом, порядка 120-130 различных заявок мы получили от разных учебных заведений нашей страны, те, которые прошли предварительный отбор, предварительную модерацию.

Что это значит? Дело в том, что само понятие волонтерства, добровольческой деятельности – оно подразумевает то, что ты это делаешь бескорыстно и не пытаешься на этом получить какие-то дивиденды свои, то есть действует по зову сердца. В нашей стране, в России еще с незапамятных времен само понятие «милосердие» - оно было очень распространено, и царские особы не гнушались тем, чтобы помогать в госпиталях или участвовать в каких-то... Помогать детям, бездомным. Это считалось нормальным, считалось поощряемым в обществе.

К сожалению, в советское время понятие «добровольчество» было утеряно, оно было размыто во время, скажем, пропагандистских некоторых действий – не хочу подводить оценку, чтобы никого не обидеть.

А.ОСИН: Ну вот, были же тимуровцы, например, пионеры кому-то помогали.

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Да были комсомольцы-добровольцы и было много интересных других проектов.

А.ОСИН: Ну да, не об этом речь.

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Сейчас время диктует другие реальности. К сожалению, нужно констатировать, что в нашей стране добровольчество, волонтерство находится на совершенно зачаточном уровне. Почему это произошло? Казалось бы, генетически мы испытываем такую потребность, но мы не знаем, куда применить... Ну, вот, вы завтра захотите, у вас, вдруг, будет время свободное, да? Вы работаете посменно. Днем вы хотели бы пойти и что-то полезное обществу сделать. Вы же не сможете никуда пойти. Там, в лучшем случае в милицию попадете, в худшем, вернее, а так, могут просто послать. И особенно молодежь, которая активная, они не могут найти выход своим добровольческим стремлениям.

Цифры печальные. Статистика сейчас такова, что проникновение или развитие волонтерского движения в зависимости от региона страны, от 2-х до 5-ти процентов, в благополучных регионах некоторых 7-9. Единицы бывают такие. В то время как, ну, если брать регион прошлых игр проведения Канаду, где, на самом деле, не самый высокий в мире уровень волонтерства, ну, примерно треть населения регулярно участвует в волонтерских акциях различных. В европейских странах бывают цифры выше. В Англии – там до 50%. Супруга очень известного чиновника МОК, нашего большого друга и поклонника России Рене Фазеля (это который президент Международной федерации хоккея), Фабиан уехала на 2 месяца в Гватемалу лечить зубы детям. Ну, она дантист, она просто на 2 месяца взяла и уехала. Это прекрасная, как бы, иллюстрация, что такое волонтерское движение, на самом деле, да? Без надрыва, без лозунгов излишних.

Либо, например, студенты Стэндфордского университета, которые, проведя анализ, что, собственно и мы тоже собираемся делать в рамках региональных центров, о которых я расскажу позже, что вокруг происходит, чего не хватает, поняли, что не хватает банально детских площадок. И что они сделали? Они сделали так, что предложили студентам-архитекторам...

А.ОСИН: Где, пардон, не хватает? В городе в каком-то или вообще в стране?

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: В Стэнфорде. Нет, вокруг, в регионе. Они сделали так, чтобы студенты сами проводили конкурс, разрабатывали лучший проект, архитектурный проект. И потом сами же студенты... Одну площадку в один год они делали. Ну, просто очень хорошую, очень удобную, доступную для детей с инвалидностью и так далее. Вот, прекрасный пример волонтерского движения. И много-много других. Так вот. А теперь представьте объем недополученной социальной помощи в масштабах страны. Если, допустим, мы запросто... Ну, мы же не хуже канадцев, точно? Я считаю, что мы лучше канадцев. Поэтому если мы представим, что мы достаточно быстро при определенных условиях, при политической воле в нашей стране (без этого никуда) достигнем хотя бы уровня волонтерского движения такого как в Канаде, то 30% - это примерно 30 миллионов наших... Что-то я уменьшил. Нет.

А.ОСИН: Ну, если считать...

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Активную часть населения, да.

А.ОСИН: Ну, у нас 140 миллионов где-то.

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Да-да, 145. Скажем так, ну, уберем тех, кто сам нуждается в уходе. То есть если у нас активного населения хотя бы 60 миллионов, скажем так, в стране потенциально, то 30% - это 20 миллионов людей, которые хотят и не могут пока оказать благотворительную помощь.

Теперь возвращаемся к интересам проекта «Сочи-2014». Всенародный проект, надо дать возможность регионам всем проучаствовать. И проводя эту акцию, мы дали возможность региональным вузам, которые берут на себя ответственность, что они готовы развивать волонтерское движение в регионе.

А.ОСИН: Все зависимости от Олимпиады?

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Все зависимости от Олимпиады. Причем, 50% привлекаемых волонтеров для нужд игр Сочи (а мы именно такую морковку вешаем): будете хорошо работать, мы будем за вами следить и вот ту квоту, которую вы хотите подготовить, мы с вами вместе проверим, и если они достойны, они поедут представлять всему миру на Олимпиаде в Сочи ваш регион.

И подготовить они должны не только из числа своих студентов, а именно из того места, где расположен этот университет или вуз.

А.ОСИН: Но все равно через вуз?

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Да. Просто вуз в этом смысле он достаточно удобная площадка, на которой этот центр может создаться. Но требование жесткое конкурса было, что никакого дополнительного финансирования, в том числе федерального, не должно быть. То есть все это должно происходить во внеклассное время, без дополнительных затрат, то есть реально на энтузиазме.

Вы знаете, это очень интересная проверка на прочность, потому что очень многие наши, ну, не мажорные, наверное, но, все-таки, очень известные учебные заведения – они большие, с хорошей историей, они попросту рассматривали эту программу как способ дополнительного привлечения финансирования, что, в общем-то, понятно. Но оно подрывает саму идею. И те вузы, те 26 вузов, которые были выбраны, означает, что они соответствовали критериям (я сейчас немножко расскажу об этих критериях). Но самое главное, это значит, что эти вузы, самое главное, что в них есть – в них есть уже зачатки этого волонтерского движения, есть очень четкое осознание стратегии развития и есть руководители, которые одержимы этой идеей, которые верят.

Как мы это проверяли? В условиях конкурса достаточно подробно все это было расписано. Проверяли мы тремя путями. Первый, была создана специальная выездная комиссия из экспертов, которых привлекали мы через Минобразования, Минспорта. Был специальный подрядчик. Они просто отсматривали заявки и готовили экспертные оценки. Но мы не руководствовались только их оценками. Уважаемой конкурсной комиссии, куда входили представители всех заинтересованных лиц и министерств, они имели возможность увидеть еще 2 альтернативные точки зрения помимо той, которую представили эксперты, внутренность рынка.

Первое. Эксперты, которые были специальной компанией наняты, второе – это внутренняя экспертиза Оргкомитета, которая очень четко понимает, сколько ему нужно людей, чтобы они работали в сервисных услугах, сколько на аккредитации, сколько в образовательных услугах, допинг-контроле и так далее. И третье, это эксперты Международного олимпийского комитета, у которых за плечами организация волонтерской деятельности на 10 предыдущих Олимпийских играх, которые очень четко понимают, какими признаками должен обладать этот волонтерский центр, как должны мыслить руководители и так далее.

А.ОСИН: А, кстати, в целом какова их оценка? Иностранцев, я имею в виду, опытных.

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Перспектив? Или текущего состояния?

А.ОСИН: Ну, вот, они же пообщались с людьми. Ну, вам, может быть, что-то сказали: «Ваши волонтеры – супер» или, наоборот, «Не, вот были там везде хорошие, а у вас плохие»?

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Вы знаете, они достаточно трезво подходят ко всему. Есть вузы, от которых они были просто в восторге, и есть те, на которые они указывали о том, что они не подходят по тем или иным причинам. Все это было обосновано в виде матриц оценок по 12 различным категориям.

А.ОСИН: Извините, я вот задам этот вопрос. Просто у вас так гладко все перетекает, что я никуда не могу вклиниться. Вот, предположим, я не студент. Ну, я и есть не студент. Вот, мне лет сколько мне есть. Я хочу стать волонтером. Вот, куда мне бечь? Куда стучаться? Если такая возможность еще есть. Вот, у меня горячее желание.

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: У вас горячее желание, вы тогда по месту своего жительства должны определить ближайший волонтерский центр опорный. Вы поскольку не студент, проживаете, скорее всего, в Москве или где-то здесь, у нас в Москве выбрано 3 вуза опорных, которые будут являться центрами подготовки в разных областях. Если вы хотите быть именно волонтером, который подготовит именно этот вуз, вам прямая дорога туда, вы становитесь профильным волонтером, например, в технологии.

А.ОСИН: Ну, все понятно. В каждом городе где-то. А на сайте где-то можно найти эту информацию? Где это?

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Совершенно верно. Сегодня мы подвели итоги конкурса, вузы-победители награждены. Теперь эти вузы начинают активную деятельность в своих регионах. Вы о них обязательно услышите, потому что по условиям конкурса в мае следующего года эти волонтерские центры должны открыться. Они должны открыться громко, поскольку эти волонтерские центры получают, ну, самое дорогое, что есть у нас у организаторов игр – это олимпийские кольца и звание олимпийского волонтерского центра, что ко многому обязывает.

Мы не просто раздали лицензии на право называться волонтерскими центрами, мы отдаем вместе с лицензиями технологии и международный опыт, и плюс контроль. То есть мы будем приезжать, смотреть, каким образом ведется мониторинг, что бы такого хорошего поделать в регионе, и каким образом это хорошее делается. Поскольку им приходится отчитываться.

А.ОСИН: То есть оценивать будете по реальным делам. Не просто по каким-то лекциям, практическим занятиям...

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Совершенно верно. И тогда лучшие из лучших, достойнейшие из достойнейших – они как раз селекционным методом отбора, они попадают на игры и достойно представляют нашу страну.

А.ОСИН: Теперь так. Понятно, что человек бескорыстен. Но это отсутствие корысти – оно, скажем так, материального плана, да? Но, ведь, что-то должно человеком двигать? Вот, для чего-то он должен рваться, чтобы отправиться в Сочи и там поработать Олимпиаду, потом Паралимпиаду. Что это? Что человек сможет там для себя получить?

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Вы знаете, в жизни нашего поколения такой проект, ну, наверное, будет один раз. Когда будут следующие игры... Ну, следующие нам по ротации надо за летние побороться, и я, конечно, пользуясь случаем, хотел бы поздравить всех радиослушателей и всех нас с победой России за право принять Чемпионат мира 2018 года. Я думаю, что последствия и значение этого события для страны еще не все понимают, но переоценить их будет потом невозможно.

А.ОСИН: Вот, кстати, они попользуются вашими наработками в смысле волонтеров, я уверен.

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: С удовольствием пусть попользуются, тем более, что им раза в 4 больше понадобится волонтеров. Но уже будет создана некая система, которая будет готовить.

Так вот, почему волонтеры должны поехать в Сочи? Да потому что в жизни такое бывает один раз. И потому что, приехав туда, они не просто получат бесплатное питание, красивую униформу волонтера, почет и уважение, возможность ходить на спортивные соревнования и болеть за нашу сборную. Они будут сопричастны к великому историческому событию, о котором они будут помнить всю жизнь, и не участвовать в котором является непростительной глупостью.

А.ОСИН: Ну, понятно. Я, собственно, вас к этому и подводил, потому что волонтерство подразумевает тоже какое-то движение души, а не у всех при большой душе есть возможность купить себе даже билет, извиняюсь, снять там комнату и питаться, и бросить свою работу хотя бы на секундочку.

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Да, вы правы. В принципе, это для 25 тысяч людей будет уникальной возможностью побывать на играх и посмотреть соревнования, в том числе. И, конечно, поддержать нашу сборную.

А.ОСИН: Скажите, пользовались ли вы советами или, может быть, опытом тех, кто организовывал Олимпиаду-80 в Москве? Или нет? Или у вас все заново и все...

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Вы знаете, как мы любим шутить, особенно над теми сотрудниками нашими, которые работали на Олимпиаде-80, сейчас работают у нас. Мы им говорим: «Вы нам портите статистику среднего возраста сотрудников Оргкомитета» и дразним их, говорим: «Живые еще те, кто проводили Олимпиаду-80?» Ну, конечно, пользуемся. Поскольку, ну, глупо не пользоваться опытом, который есть. И тогда все были волонтерами. Ну, большинство, скажем так. И вы помните даже, что председатель наблюдательного совета Оргкомитета Александр Жуков работал волонтером на стройке, и месил бетон в Лужниках где-то. И многие именно этим занимались. Мне тогда было, правда, 12 лет и я по телевизору это все наблюдал. Ну, если бы я был бы старше хотя бы года на 4, то, я думаю, обязательно был тоже проучаствовал.

Но здесь очень важный вопрос: нужно очень четко различать волонтеров и студенческие строительные отряды. Я не хотел бы, чтобы кто-то сейчас на волне движения «Развивайте волонтерское движение» лишил возможности строительные отряды студентов зарабатывать, в том числе и на стройках в Сочи. Я буквально в выходные слышал такие лозунги, люди путали эти понятия. Нет, добровольчество – значит, добровольчество, ты бескорыстно отдаешь. Но самое главное, что мы создаем систему не для себя – она избыточная по возможностям. Но поскольку проект один и он всенародный, мы даем возможность использовать его в качестве катализатора для того, чтобы люди стремились туда попасть, и это движение разворачивалось в масштабах всей страны. И я уверен, у нас получится, как и все получалось до этого.

А.ОСИН: Вы предполагаете, что это каким-то образом может оздоровить ситуацию в стране, в целом? Или это, ну, как бы, не связанные вещи, это просто само по себе?

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Я даже не сомневаюсь. Мне бы очень хотелось отфиксировать статистику и посмотреть те позитивные изменения, которые произойдут в результате возрождения добровольческого движения. Поскольку огромное количество людей просто получат возможность быть занятыми, и самое главное, они получат признание. Это то, из-за чего, в общем-то, человеку стоит работать.

А.ОСИН: Потому что, ведь, понимаете, у нас в последнее время, что меня, например, угнетает, на первый план выходит понятие, там, выгоды, интереса, и ради этого интереса люди готовы буквально на всех.

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Не у всех, не у всех.

А.ОСИН: Я понимаю, я понимаю.

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Вот те ребята, те волонтеры, с которыми мы уже работаем, наша волонтерская сборная, они просто уникальные и я просто от них заряжаюсь. Ты понимаешь, что вот это будущее России, вот это настоящая Россия.

А.ОСИН: Ну что ж, возможно, это ответ людям, которые считают, что у нас уже все потеряно, все у нас плохо и ничего у нас уже никогда не будет. Оказывается, есть еще движение души в нашей стране. Еще доказательство того, что Олимпиада – это, опять-таки, не только спортивное соревнование. Ну, вот, пробежали, выстрелили, не знаю там, сыграли и все. Денег заработали, денег потратили и разошлись. Получается, что нет.

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Было бы непростительной роскошью все эти громадные усилия и инвестиции делать только ради 2-х недель, пусть даже самого большого спортивного соревнования. Это все делается ради наследия, и волонтерство – одно из самых больших наследий, которое останется после игр.

А.ОСИН: Я благодарю Дмитрия Чернышенко, главу Оргкомитета «Сочи-2014», он сегодня был у нас в гостях. И беседовал с ним Алексей Осин. Всего вам доброго, удачи.

Д.ЧЕРНЫШЕНКО: Спасибо. Удачи.