Расследование убийств журналистов в России - Джоэл Саймон, Нина Огнянова - Интервью - 2010-09-29
Н.АСАДОВА: Добрый день, у микрофона Наргиз Асадова, и я вам рада представить сегодняшних моих гостей из международной неправительственной организации Комитет по защите журналистов. Это Нина Огнянова, программный координатор по делам от Европы, Центральной Азии, а также Джоэл Саймон, исполнительный директор этой организации. Добрый день. Вы, я знаю, встречались сегодня с СКП, с господином Бастрыкиным. Расскажите, пожалуйста, о результатах этой встречи? Что-то нового вам сказали?
Д.САЙМОН: Во-первых, мы сюда приехали, потому что нас пригласил Следственный комитет приехать. В прошлом году делегация Комитета по защите журналистов уже встречалась с господином Бастрыкиным. Нам рассказали о ходе расследования 17 убийств журналистов. И они пригласили нас приехать через год, чтобы узнать, что произошло нового. И мы рады, что Пол Стайгер, председатель нашей организации тоже смог приехать с нами, и Кати Мартон, которая возглавила делегацию.
В этом году уже 19 журналистов – количество случаев, которые мы обсуждаем, расширилось, еще 2 журналиста были убиты. И это демонстрирует нам, что безнаказанность – это именно то, что делает это возможным. И мы были рады, что следователи, которые отвечают за конкретные дела, все собрались на эту встречу. И у нас была возможность задать столько вопросов, сколько мы захотим, и нам уделили столько времени, сколько нам было нужно.
Мы считаем, что там есть следователи, действительно, преданные своему делу. И я думаю, может, вам рассказать о том, какую конкретно информацию мы получили. Но я повторю только то, что мы им сказали. Что мы очень благодарны за то, что нас приняли в Следственном комитете, мы благодарны тому вниманию, который они нам уделили. Но мы надеемся вскоре увидеть результаты, то есть привлечение к ответственности реальных конкретных людей, потому что мы считаем, что только когда дело будет подано в суд и виновные будут наказаны, только тогда будет достигнута цель.
Н.АСАДОВА: Ну, давайте тогда я у Нины и спрошу вот эти вопросы, более детальные по поводу каждого конкретного расследования. Начнем, наверное, с Пола Хлебникова. Вы спрашивали специально про это дело. И что вам сказали?
Н.ОГНЯНОВА: Здравствуйте. Мне очень приятно быть в эфире «Эха». Да, действительно, дело Пола Хлебникова – одно из тех дел, которые волнуют не только журналистов здесь, в России, но и журналистов и в Америке.
Н.АСАДОВА: Ну да, потому что он гражданин Америки.
Н.ОГНЯНОВА: Да. Конечно, мы спросили об этом деле, и в составе делегации представителей Следственного комитета был Петрос Гарибян, который занимается именно этим делом. И он так конкретно, к сожалению, не смог назвать имена тех подозреваемых, по которым сейчас работает, и предполагаемую причастность которых сейчас они обсуждают. Но он нас заверил, что помимо тех двух подозреваемых, которые, во-первых, были оправданы потом, второй суд не состоялся, расследование по ним идет. Помимо этого идет и расследование по другим лицам, включая и двух подозреваемых как организаторов. И что идет, действительно, оперативная работа.
К сожалению, он не смог нам сказать конкретно, какая именно работа идет. Соответственно, мы, конечно, хотели бы иметь какие-то конкретные результаты в определенные сроки, и мы выражали нашу надежду, что мы будем регулярно общаться в следственном комитете именно для получения конкретного результата.
Н.АСАДОВА: Да. Ну, в общем, конечно, дело Пола Хлебникова тянется уже много-много лет, и уже мало кто, наверное, в России, по крайней мере, верит в то, что можно найти убийц через столько времени, тем более заказчиков.
Еще одно дело, которое (по крайней мере, это было на лентах новостей) нас всех очень заинтересовало – дело господина Щекочихина. Что вновь оно было возвращено в расследование, то, что теперь предполагают, что это, все-таки, было убийство, что раньше отрицали. По этому делу что вам сказали? Вы говорили со следователем, который ведет это дело?
Н.ОГНЯНОВА: Ну, по этому делу именно высказывался первый заместитель Генерального прокурора РФ и председатель Следственного комитета господин Александр Бастрыкин. И там был тоже следователь, который работал конкретно по этому делу. Дело в том, что они не раскрыли, какие именно есть новые элементы, которые побудили, которые помогли их решить, возобновить и открыть это расследование. Мы, конечно, пытались оказать положительный прессинг, чтобы получить больше информации, но мы не успели добиться какой-то конкретики.
Но, все-таки, сам факт, что это дело возобновлено, это уже значит некоторое продвижение, и мы будем опять общаться и напоминать об этой деле всем тем делегатам, с которыми мы сегодня встречались.
Н.АСАДОВА: Еще одно дело, про которое уже, на самом деле, на лентах новостных агентств говорили. Это дело Натальи Эстемировой. Насколько я понимаю, что вы тоже общались со следователем по поводу этого дела. Что нового сказал вам следователь?
Н.ОГНЯНОВА: Ну, для нас главной целью было уточнить один элемент. Та информация, которая исходила изначально из официальных источников о том, что да, действительно, есть подозреваемый и он в розыске, коллеги Наташи Эстемировой и некоторые СМИ публиковали информацию о том, что этот подозреваемый был убит. Так что мы хотели именно это...
Н.АСАДОВА: Вам прояснили ситуацию? Он был убит или нет?
Н.ОГНЯНОВА: Вот, господин Бастрыкин нам сказал, что нет, он не убит, что они сейчас проверяют именно где он. Что у них есть информация, что он скрывается именно в России. Он выразил свою убежденность, что скоро он будет задержан. А эта фамилия, которую он назвал, некий Башаев.
Н.АСАДОВА: А что касается дела Анны Политковской, что-нибудь новое вам удалось прояснить? Вам рассказали следователи что-то, какую-то принципиально новую информацию по этому делу?
Н.ОГНЯНОВА: Да, конечно. Политковская – это одно из самых громких дел. Но, к сожалению, ничего нам до сих пор неизвестно о том, кто задержан, кто входит в круг подозреваемых. И мы, конечно, этим очень интересуемся.
Мы получили информацию, опять это Петрос Гарибян, следователь, который непосредственно ответственный за расследование этого дела. Он сказал, что следствие сейчас внимательно ведется не только в отношении тех братьев Махмудовых, которые были в суде.
Н.АСАДОВА: Да, и которых оправдали в суде присяжных.
Н.ОГНЯНОВА: И которых оправдали. Все-таки, по ним идут следственные дела, оперативная работа. Но кроме того они сказали, что есть широкий круг чеченцев. Он не назвал, сколько их. Но мы пытались найти ответ на вопрос: «А кто именно эти чеченцы?»
Н.АСАДОВА: И связаны ли они с Кадыровым?
Н.ОГНЯНОВА: Именно связаны ли они с Кадыровым и не из окружения Кадырова ли они. Та информация, которую нам подали, это что нет, не окружение Кадырова, но это лица, которые были заинтересованы получить благоволение Кадырова.
Н.АСАДОВА: То есть сделать ему приятное?
Н.ОГНЯНОВА: Сделать ему приятное, да, именно. Но эти имена не упоминались.
Н.АСАДОВА: Еще дело одно громкое, дело Бабуровой и Маркелова. Вот, из того, что на лентах новостей было, я процитирую, что Бастрыкин сказал: «Уголовное дело по убийству Маркелова и Бабуровой успешно расследовано, обвиняемые в настоящее дело знакомятся с материалами дела, и в ближайшее время оно будет направлено в суд». Что-нибудь еще он вам сказал по этому делу?
Н.ОГНЯНОВА: Бастрыкин не сказал ничего кроме этого. Но потом мы общались со следователем Игорем Красновым. Он был очень внимателен, не называл никаких тайн следствия, конечно, мы это понимаем. Но он говорил о том, что есть отдельное судопроизводство против других лиц, которые тоже проверяются кроме Хасис и Тихонова как причастные хотя бы к организации. Он сказал, что вопрос, заказное ли это убийство, не расследуется. Они отработали эту версию и установили, что это не заказное, нет заказчиков. Но, возможно, что есть другая группа, которая тоже причастна.
Н.АСАДОВА: К организации?
Н.ОГНЯНОВА: К организации.
Н.АСАДОВА: Просто это очень странно, поскольку киллер, который убил Маркелова и Бабурову, действовал очень смело и очень профессионально. Потому что произошло в центре Москвы, днем. И он смог как-то очень бодро пройти потом в метро незамеченным и его никто вообще не схватил. Поэтому странно. Такой человек, наверняка, должен был получить хорошее вознаграждение за свою работу.
Н.ОГНЯНОВА: Да, именно. Мы этот вопрос тоже подняли, не купил ли кто-то.
Н.АСАДОВА: Да-да-да. Кто должен был заплатить ему за это?
Н.ОГНЯНОВА: Но официальная версия не такая же. Они говорят, что, действительно...
Н.АСАДОВА: То есть никто не заказал?
Н.ОГНЯНОВА: Нет заказчиков.
Н.АСАДОВА: Просто организовали люди типа Хасис?
Н.ОГНЯНОВА: Да. Конечно, у нас есть сомнения об этом, но я вам передаю то, что нам рассказали.
Н.АСАДОВА: Джоэл, у меня к вам, наверное, сейчас будет вопрос. Вы же не первый год уже приезжаете в Россию, встречаетесь со Следственным комитетом, с господином Бастрыкиным. Вот, по сравнению с прошлым вашим приездом, вы можете сказать, что что-то изменилось в лучшую сторону?
Д.САЙМОН: Это уже третий визит Комитета по защите журналистов в Россию за последние несколько лет, и некоторые изменения есть в том смысле, как нас принимают и как реагируют власти на наш визит. И на основе тех встреч, которые у нас были со следователями, мы увидели, что следователи все более профессиональны. И больше уровень политической ответственности за результаты с точки зрения того, перед кем будут отчитываться следователи за результаты своей работы. Но, хотя, мы признаем, что структурные улучшения наблюдаются, мы еще не видим, чтобы кто-то был осужден за преступления.
Н.АСАДОВА: А можете вы мне более конкретно сказать про структурные как раз отличия? Перед кем отчитываются следователи? Чтобы мы понимали.
Д.САЙМОН: Недавно объявили, что господин Бастрыкин будет непосредственно отчитываться перед президентом Медведевым. Когда мы приезжали в Москву 2 года назад, нас не принимал Следственный комитет, нас принимали только в МИДе. И МИД не владел такой же информацией, как Следственный комитет. И принимали нас в рамках вопросов международных отношений, как у нас сложилось впечатление. Но мы считаем, что совершенно адекватно, что в этот раз нас принимает Следственный комитет. У нас нет политической повестки дня, мы действуем как журналисты. И мы озабочены тем, что наших коллег убивают. И мы хотим добиться правосудия в отношении этого. И та структура, которую мы видели сегодня, когда мы говорили со следователями, которые подчиняются господину Бастрыкину, что Бастрыкин будет подчиняться непосредственно Медведеву, мы считаем, что эта структура – отражение того, что центральное правительство должно отвечать за совершение правосудия. И мы считаем, что с точки зрения получения результатов это лучше.
Н.АСАДОВА: Нина, вы хотели добавить что-то.
Н.ОГНЯНОВА: Да, я хотела добавить. Кроме вот этих дел, которые мы сейчас обсуждали, в нашем списке есть, вообще, 19 дел, и не все дела такие громкие как Политковской, но эти дела длятся очень долго в регионах, и никаких продвижений там нет. Но, вот, сегодня нам в Следственном комитете сообщили о возобновлении двух из этих дел. Сегодня был указ возобновить следствие по убийству Вагифа Кочеткова в Туле. И 15 сентября было возобновлено уголовное дело по смерти Павла Макеева. То есть сейчас будет проверяться, действительно ли это было убийство. Это был 21-летний тележурналист, телеоператор.
Н.АСАДОВА: Да, в 2005 году он погиб.
Н.ОГНЯНОВА: Да, он погиб в Туле, был сбит насмерть автомобилем при съемке нелегальных гонок. И факты указывали на то, что автомобиль протащил его тело и водитель не нажал вообще на тормоз. И власти тогда сочли, что это дорожно-транспортное происшествие. И несмотря на то, что там были свидетели, но они не были опрошены, то, что камера Макеева как-то исчезла. Так что есть новость в том, что сейчас это дело возобновлено и мы, конечно, будем очень тщательно следить, что и как следователь делает по нему.
Н.АСАДОВА: А, вот, Джоэл, тоже к вам вопрос. Помимо того, что для вас стала более прозрачна и понятна структура подчинения при расследовании убийств журналистов, какая-то надежда у вас появилась, что эти дела когда-нибудь будут расследованы, что убийцы понесут наказание? Даже страшно это произнести, что заказчики будут найдены?
Д.САЙМОН: Я бы не приехал, если бы у меня не было надежды. Да, надежда есть. Но путь предстоит долгий. Сегодня мы встречались со следователями, следователи должны завершить расследование и дела должны быть переданы в суд. Суд должен вынести решения о виновности подсудимых. И о виновности не только исполнителей, но и заказчиков, то есть путь предстоит длинный. Но я считаю, что это возможно. Мы видим какое-то движение вперед. И мы надеемся, что мы будем видеть дальнейшее движение вперед. Нужно верить в правосудие – нельзя сдаваться.
Н.АСАДОВА: Какие есть инструменты у такой организации как вы (это международная неправительственная организация Комитет по защите журналистов, я напоминаю для наших слушателей), чтобы повлиять на расследование в другой стране, на то, чтобы правосудие и справедливость была восстановлена?
Д.САЙМОН: Мы – журналисты, мы – организация журналистов. И наши главные союзники – это СМИ. Об этих делах могли уже давно забыть, но они не забыты, потому что СМИ продолжают писать об этом. Когда бывший президент, сейчас премьер-министр Путин приезжает за границу, ему задают вопросы об этих делах. Задают вопросы журналисты, но также и его коллеги, представители правительств других стран. И сейчас президент Медведеву тоже задают такие вопросы. И мы верим, что у нас есть возможность обеспечить, чтобы эти вопросы продолжали задавать снова и снова, пока не будет восстановлена справедливость. И самое главное с нашей стороны, это е дать забыть этих журналистов.
Н.АСАДОВА: Вот, я помню когда работала в Вашингтоне, такое большое впечатление на меня произвел музей Ньюзеум, Музей журналистики (наверное, он единственный в мире). И когда на стене журналистов, погибших при исполнении, я обнаружила несколько фотографий своих коллег, которые были убиты в России за последние 15-20 лет, их дела не расследованы до сих пор, их убийцы не найдены, то, конечно, это производит очень сильное впечатление и какую-то надежду, действительно, дает, что, наверное, их не забыли хотя бы даже здесь, далеко от Родины. Хорошо бы туда пригласить как-нибудь президента Медведева и премьер-министра Путина, вот что я подумала.
Д.САЙМОН: Это замечательная идея. Я думаю, что им понравится экскурсия в этот музей в Вашингтоне. И, может быть, мы напишем письмо и пригласим их в этот музей в Вашингтон на экскурсию. И, может быть, они будут тронуты, когда увидят, что российских журналистов, отдавших свои жизни за свою профессию, их имена помнят, их портреты на стене памяти.
Н.АСАДОВА: Да. Спасибо вам большое. В следующем году, когда вы приедете в Россию, я надеюсь, мы все вместе спросим у президента Медведева, как были завершены или не были завершены расследования по убийству журналистов в России. По крайней мере, мы теперь знаем, с кого спросить. Напоминаю, что у нас в эфире были представители международной неправительственной организации Комитет по защите журналистов Нина Огнянова и Джоэл Саймон. С вами была Наргиз Асадова. Всем спасибо, всего доброго.