Юнус-Бек Евкуров - Интервью - 2010-09-18

Т.ОЛЕВСКИЙ: Здравствуйте, у микрофона Тимур Олевский. На инвестиционном форуме в Сочи также представлен стенд республики Ингушетия. Глава республики Юнус-Бек Евкуров согласился ответить на несколько вопросов. Добрый день. Знаете, я сейчас разговаривал с вашим коллегой Теймуразом Мансуровым, и он сказал, что по его представлениям ситуация, действительно, взрывоопасная на Кавказе, сохранится 10-15 лет – это его оценки, не меньше. А как вам кажется, вот эти оценки – вы с ними согласны? И как вообще в обществе, что сейчас происходит в республике?

Ю.ЕВКУРОВ: Ну, я бы не давал такие оценки как 10-15 лет, потому что ситуация самая взрывоопасная. Тоже не хочу таких оценок давать почему? Потому что я по Ингушетии чисто скажу, мы существенно переломили и это видно, это наглядно. Мы фактически обезглавили все банд-подполье. И даже тот теракт, который произошел во Владикавказе, следствие разберется, кто его организовал, но уж точно это не с территории Ингушетии организовано. Почему? Потому что у нас таких даже лидеров нет, которые могли бы такой крупный теракт организовать.

По исполнителям – ну, взял на себя, естественно, Доку Умаров, уже видно, кто организовал это мероприятие, да? По исполнителям – опять же, сейчас следствие разберется, кто это был. Но, опять же, здесь вопрос, скорее, в том, что процесс идет к стабилизации. И с учетом профилактических мероприятий, с учетом действий спецслужб, с учетом самосознания населения и с учетом того, все-таки, что и сами бандиты, они уже устают от этого постоянного напряжения. Конечно, это все мероприятие идет на нет, и я надеюсь, что в ближайшее время это как явление само по себе исчезнет.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Вот, мне показалось, что кто-то хотел раскачать ситуацию. Вот, хотя бы по митингам во Владикавказе было ощущение, что хотят столкнуть два народа. Вот сейчас нет такой небольшой обиды, может быть, ингушей из-за того, что события в пригородном районе, возникли какие-то трения?

Ю.ЕВКУРОВ: Нет, здесь вопрос так. Я задавал вопрос, я про это говорю, я и сейчас об этом говорю, что мы не можем жить в постоянном напряжении. Дураков хватает и среди ингушей, и среди осетинов. И если где-то осетин что-то натворит, ингуши не будут бегать. И я еще раз скажу, что это совершенно не осетины, а это негодяи, а не осетины. Если там ингуш это сотворил, не надо нас держать в напряжении, не надо постоянно пытаться давить на население, которое живет в пригородном районе, не надо постоянно идти туда маршем и напрягать обстановку. И здесь и власть должна быть жесткой, и само сознание людей.

Постоянно кто-то делает, за ними все равно стоят люди, их надо выявлять спецслужбам и жестко бить по голове, чтобы они этого не делали, независимо, или это будет со стороны ингушей, или со стороны Осетии. Дело в том, что в Ингушетии хотели митинги провести, противостояние, еще что-то. Но мы убедили людей, что так нельзя делать, что мы сами тогда становимся пособниками тех бандитов, которые этого добиваются. Опять же, постоянно напряжение в этом направлении. И те же лозунги, ингушей не пускать, ингушей всех опять уже выселить. Мы не должны, не можем чувствовать постоянно, что мы у кого-то что-то украли.

Я солидарен и очень благодарен Мансурову, руководству Осетии, который правильно понимает эту ситуацию и делает все, чтобы радикальное ничего не прошло. И, конечно, мы это не допустим. Но опять же я хочу сказать всем, что ингуши не должны чувствовать себя виноватыми. Почему? Потому что это же все происходит и в Ингушетии. И если разложить там на полочки, где, чего, как больше зла и всего остального, понятно, что мы с этим боремся и делаем все, чтобы этого не было и на территории Ингушетии, и чтобы этого не было на территории Осетии, вообще на территории России в целом. Мы это делаем все. И своими действиями показываем это.

Надо больше усиливать действия и правоохранительных органов. Мы сейчас чего и делаем. Опять же, буквально перед этим терактом подписали соглашение наше МВД с МВД Северной Осетии.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Как вы думаете, на границе что-то изменится сейчас?

Ю.ЕВКУРОВ: Ничего не изменится и ничего не должно меняться. Да, понятно, что будет усилен досмотр – это и люди понимают правильно. Ну, на сегодняшний день это надо. Но здесь надо глубже. Надо простых людей настраивать, надо просто глубже работать. Агентурные составляющие там, оперативные составляющие, выявлять корни. А люди они есть люди. Тем более, мы понимаем, что как там, как и по всей стране, там где бандитам надо, они почему-то спокойно проезжают везде. Дают деньги или еще что-то такое. Поэтому здесь надо и среди милиции проработать, чтобы они там не простых колхозников драконили, а конкретно бандитов ловили.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Кстати, как вам реформа полиции, которую сейчас предлагает президент? Вы, наверняка, с этим законом ознакомились. Как вам кажется, это принесет свои какие-то детали или сырой еще закон?

Ю.ЕВКУРОВ: Я надеюсь, что это принесет плоды свои. Но опять же, я уверен, что ничего не изменится, если после того как их назовут полицейскими, те же негодяи в мундирах останутся у власти. Это бесполезно тогда. Я их вижу, я их тоже сам наблюдаю у себя в республике, в других регионах. Ничего не изменится. Вчерашний тот же хапуга будет стоять на посту, драть со всех денег, но только уже в форме полицейского как полицейский. Ну, опять же, я вижу в этом заложен глубокий смысл государственный, государственный подход. Я надеюсь, что, все-таки, на это обратят внимание серьезное.

Т.ОЛЕВСКИЙ: И последние 2 кратких вопроса. Мы, все-таки, на инвестиционном форуме. Как вам кажется, сейчас Ингушетия привлекательна? И в какой момент она станет наиболее привлекательной для инвестора?

Ю.ЕВКУРОВ: Я скажу сразу. Мы хоть что бы как бы ни говорили, сказки рассказывали, что вот сейчас инвесторы придут в республику. Мне кажется, на начальном этапе надо делать в добровольно-принудительном порядке для таких республик.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Это как?

Ю.ЕВКУРОВ: То есть крупные компании, все-таки, заставлять заходить, заставлять работать. Почему? Потому что сегодня для крупных компаний есть привлекательные, где они зарабатывают. Но так как государство им, все-таки, дало уже возможность заработать и в кризис поддержало, и неплохо поддержало, то сегодня государство должно им определить места, где они должны обязательно заходить работать. Вот сейчас у нас Роснефть работает себе в убыток, то есть сделано у нас все, нефтегазовая промышленность. И будет поднимать, и поднимет – я уверен, что поднимет. Таким же образом можно было бы другим компаниям поставить задачи, где швейные цеха поставить, где какие-нибудь там... Не надо заводов – там мы не вытянем, да? Но какую-то промышленную базу.

Вчера я был у Владимира Владимировича, и одним из вопросов было, что у нас очень слабая промышленная составляющая. Она не очень, а ее вообще нет. Почему? Потому что нет ни фабрик, ни заводов, ни цехов, ничего. Ее не может никак быть. Чтобы она была, надо что-то построить.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Вы сможете обеспечить экономическую безопасность?

Ю.ЕВКУРОВ: Вполне. И она тот бизнес, который сегодня есть в республике, и те инвесторы, которые работают в республике, их практически никто не трогает и там нет никакого криминала и всего остального. Это все сказки, это все разговоры.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Последний вопрос. Что бы вы сказали людям, которые утверждают, что республики Северного Кавказа становятся более независимые или обособленные? Или, может быть, это хорошо или хлопотно очень?

Ю.ЕВКУРОВ: Совершенно не так. Мы в рамках закона, в рамках федерального закона...

Т.ОЛЕВСКИЙ: То есть унитарности такой вы не чувствуете?

Ю.ЕВКУРОВ: Совершенно ничего нет и мы сами этого не хотим. Я за себя скажу, что пока я у власти, я этого не позволю вообще никак. Почему? Потому что все, чем мы обязаны тому, что есть на сегодняшний день, это великая Россия, и мы не в принудительном порядке, а в добровольном порядке вошли в Россию в то время еще. И на сегодняшний день – я всегда этот вопрос задаю и нашим, так называемым оппозиционерам, которые мыслят, даже где-то мечтают о том, как выйти из России. Но опыт показывает даже в постсоветский период, даже тогда, когда всех всё будоражило, Ингушетия – она один из таких субъектов, которая постоянно была за союз с Россией, за единство и за нахождение в составе России. Это будет всегда, и я уверен, что это будет всегда.