Захоронение немецких радиоактивных отходов на российском предприятии МАЯК - Йорк Кирш - Интервью - 2010-08-25

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Советник посольства ФРГ по экономике Йорк Кирш рассказал «Эху Москвы» о том, насколько опасен ввоз такого груза в Россию. Интервью у дипломата взял наш корреспондент Тимур Олевский.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Мы говорим о каких реакторах и о каких отходах?

Й.КИРШ: Ну, мы говорим здесь о старых реакторах, которые построены в Восточной Германии, во время ГДР, которые там строил Советский Союз. И этот реактор был для испытаний, для внутренних целей, изучить это все. Его остановили в начале 90-х годов и, в принципе, мы не говорим об отходах из западной атомной промышленности. Мы здесь говорим об отходах, которые принес Советский Союз в Восточную Германию, в ГДР. И там есть договор, что эти отходы Россия принимает назад.

Т.ОЛЕВСКИЙ: То есть в некотором смысле это старые долги?

Й.КИРШ: Да, это старые... Ну, это сейчас международный договор об этом есть, что американцы возьмут назад свои, и Россия возьмет эти назад. И мы просто согласились на то, что мы будем платить за транспорт. И на это согласилось правительство Саксонии, и поэтому оно ведет сейчас эти разговоры в данный момент с Росатомом. Они еще не закончились, потому что они сейчас начали разговаривать с Росатомом – мы как посольство знаем об этом разговоре.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Скажите, а вот эта позиция относительно того, что вы отправляете ядерные отходы в страны, откуда пришло топливо. Это касается всех атомных станций всех стран?

Й.КИРШ: Мы сейчас разговариваем о специальном случае. Это то, что касается отходов, которые восточногерманские. Это были 3 станции, это был Грейфсвальд, который уже полностью закрыт и все работы там, по-моему, прошли более-менее. Это первый наш реактор и это реактор в (НЕРАЗБОРЧИВО).

Т.ОЛЕВСКИЙ: На других станциях как ситуация будет складываться?

Й.КИРШ: Это там уже другие договоры, другие разговоры. У нас пока, вы наверное знаете, сейчас идет разговор, когда мы закрываем и когда кончается работа нашей атомной станции.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Вообще?

Й.КИРШ: Да, вообще. Мы сейчас вообще избрали правительство красно-зеленое, сказали, что в ближайшие годы точно потихонечку закрываются. Сейчас наше правительство разговаривает об удлинении этого срока – либо 10, либо 15 лет (там спор идет), и использовать этот промежуток времени для того, чтобы можно было больше развивать возобновляемые виды энергии.

Там сейчас у нас дискуссия, поэтому пока мы, по-моему, то ли в прошлом году одну атомную станцию закрыли. Но это мы решаем, где мы будем хранить у нас на территории. В Германии тоже еще не решен вопрос о хранилище атомных отходов – там тоже спор еще идет, дискуссия не кончилась. Это длительный немножко процесс.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Я понимаю. А скажите, пожалуйста, транспортировка через Балтийское море – она в этом смысле почему, на ваш взгляд, более безопасна, чем железная дорога? Почему выбран такой маршрут?

Й.КИРШ: Я не специалист в этой области, я по образованию шахтер. (смеется) Ну, в принципе, я думаю, по Балтийскому морю... Это, во-первых, только один участок, потому что потом все равно идет через железную дорогу, и от вашего порта тоже потом по железной дороге. Ну, мы, конечно, загружаем... Одно дело тогда не придется транспортировать это через Польшу, через Белоруссию. А так мы просто из Германии привезем это в Россию.

Т.ОЛЕВСКИЙ: То есть нет транзитных стран.

Й.КИРШ: Да, нет транзитной страны и нет опасности. Ну, мы-то знаем, часто бывают аварии на железной дороге – тоже какой-то риск там есть.

Т.ОЛЕВСКИЙ: 3 границы.

Й.КИРШ: Да.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Все понял. Последний вопрос буквально. Скажите, пожалуйста, вот, с точки зрения российской стороны, насколько прозрачна эта ситуация? Вообще, вас касается то, как это будет происходить в России, взаимодействие с российскими чиновниками от атомной энергии?

Й.КИРШ: Ну, у нас, в принципе, хорошие отношения с Росатомом. И мы тоже работаем с Россией, что касается помогаем при разоружении старых атомных подводных лодок, и химического оружия тоже. Ну, в принципе, вы сами знаете, с вашей бюрократией всегда немножко тяжело работать. Но так у нас с Росатомом более-менее нормальные, рабочие отношения, постоянный обмен. Ну, Россия соблюдает правила МАГАТЭ и там обмен документацией постоянно идет. Так что это нас не так беспокоит.

Другое дело, как будет потом хранилище работать.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Это был советник посольства ФРГ в Москве Йорк Кирш, который рассказывал о предстоящем ввозе в нашу страну ядерных отходов из Германии.