Петр Золотарев - Интервью - 2009-08-10

Е. БУНТМАН: Первоначально вы говорили о многотысячных акциях протеста рабочих «АвтоВАЗ». Между тем всё больше людей, в том числе и левые партии, в том числе и сами активисты «АвтоВАЗ» говорят, что время выбрано довольно неудачно. Многие после остановки конвейера разъехались в отпуска. Кто же завтра выйдет к зданию «АвтоВАЗ», кто же будет заявлять требования рабочих руководству завода:

П. ЗОЛОТАРЁВ: Решение, которое принял профсоюзный комитет Единство о проведении митинга, было до приказа, который был сегодня реализован. То есть работники не вышли на работу с 3 августа по 1 сентября. Мы планировали проведение митинга на 6-е число, когда считали, что будет работать завод хотя бы в одну смену. Мы планировали даже в 17 часов провести. А так как потом тоже также неожиданно узнали о том, что завод останавливается с 3 августа, мы решили провести митинг 6 числа, но в 11 часов утра. Надеемся, что здесь в Тольятти много желающих выразить своё мнение по отношению к принимаемым решениям руководства «АвтоВАЗ». Потому что не только затронет работников «АвтоВАЗ» эти решения руководства, но и весь Тольятти. Потому что много предприятий, смежных предприятий, поставщиков комплектующих для «АвтоВАЗ», это жители Тольятти. Также сфера обслуживания, услуг, и продажа, и так далее, реализация автомобилей, это всё находится в большей степени на территории Тольятти, и это касается всех тольяттинцев. Поэтому митинг был с целью выразить мнение Тольяттинцев по принимаемым решениям руководства «АвтоВАЗ». Но я надеюсь, что тольяттинцы, раз придут и выразят своё отношение к тем решениям руководства «АвтоВАЗ».

Е. БУНТМАН: Вы какую-то поддержку от политических организаций получили моральную, от левых, от самарских коммунистов, или вы никак не связывались ни с кем?

П. ЗОЛОТАРЁВ: На самом деле мы, когда принимали решение, мы делали это самостоятельно, и когда опубликовали, что мы намереваемся провести митинг, то сразу же слышали, то есть не письменно, оно было заявлено о поддержке от КПРФ местной тольяттинской. Также выражена была поддержка организации «Тигр». Это те, кто протестовал на Дальнем Востоке против принятых решений правительства о запрете на ввоз иномарок. Они нам сейчас письменную поддержку оказали, выразили, и поэтому мы благодарим их за такую поддержку.

Е. БУНТМАН: Там же была особая история с Дальним Востоком, с «Тигр» в том числе. Ведь Дальний Восток очень обиделся на Тольятти, и на рабочих «АвтоВАЗ» после того, как те якобы поддержали разгон митинга, и увеличение ввозных пошлин?

П. ЗОЛОТАРЁВ: Я не знаю, кто там поддерживал из «АвтоВАЗ», но профсоюз «Единство» в частности именно на «Эхо Москвы» мы разговаривали с представителями митингующих дальневосточников, и я там высказал своё уважение, и поддержку их требованиям, обвинив тогда правительство, что оно не может организовать жизнь и деятельность россиян. Как принимаются решения, которые в ущерб россиян, это плохое решение. Поэтому мы поддерживали их тогда, и сейчас получили от них поддержку. В их письме это выражено подробно, именно основание, почему они поддерживают нас.

Е. БУНТМАН: Давайте ещё раз, что касается требований, которые вы будете предъявлять завтра. Это, во-первых, требование транспарентности, требование открытости к руководству завода, чтобы рабочих вовремя информировали о готовящихся переменах.

П. ЗОЛОТАРЁВ: Совершенно верно. Это одно из требований, которое будет передано правительству Российской Федерации. То, что у нас закрытое предприятие, хотя называется открытое акционерное общество. На самом деле все решения принимаются кулуарно, неожиданно для работников, это вызывает социальную напряжённость в коллективе, и неизвестность, что будет в будущем с этим предприятием, будет ли работа, будет ли занятость, будет ли зарплата. Это всё вызывает какие-то неприятные последствия для работников. Не могут планировать. Второе, сохранится ли занятость на этом предприятии, мы тоже не знаем. Антикризисные планы, о которых говорят руководству «АвтоВАЗ», нам неизвестны. Они только говорят о том, что одобрил Сечин, что хороший план. Ну почему же он такой хороший, что нам всё так плохо. Для кого тогда он хороший, какие они преследуют свои цели, реализуя свои антикризисные планы. На встрече с Алёшиным, это было публично, в этом году я предложил от профсоюзного комитета «Единство» включить нашего представителя в антикризисную комиссию на «АвтоВАЗ». Как говорят тайно, но в тоже время вдохновляющее, что что-то там хорошее. Алёшин отказался это сделать, но вместо представителей «Единство» он пообещал ходатайствовать перед Чемизовым и Карлосом Гоном, которые являются членами этой комиссии антикризисной, включить председателя первички, Карагина Николая Михайловича, и параллельно он является членом совета директоров. Что касается использования финансовых средств, которые государство передало «АвтоВАЗ» в качестве поддержки. Как она использовалась, куда пошли эти средства, эффективно ли использовались для того, чтобы сохранить рабочие места на «АвтоВАЗ». Это неизвестно. Второе, также я попросил, чтобы открыли информацию о доходах менеджмента, и расходах на содержание административного аппарата. Также было отказано. То есть это закрытое предприятие, это неизвестно, как используются деньги, куда идут, и что они планируют на этом предприятии. Это вызывает возмущение у большинства тольяттинцев.

Е. БУНТМАН: Какие у вас, в общем, отношения в целом с первичкой, с первичным профсоюзом «АвтоВАЗ». Сколько людей входит в ваш профсоюз, и сколько там, в официальном профсоюзе, чтобы понимать процентное соотношение и правомерность ваших претензий к руководству?

П. ЗОЛОТАРЁВ: То, что показатель численности… Вообще отношения у нас никакие. Наши попытки профсоюза «Единство» на протяжении многих лет предыдущих выстроить эти взаимоотношения на основе участия в заключении коллективного договора в согласительной комиссии. Они всё время отказывают нам участвовать в согласительной комиссии по заключению коллективного договора, хотя нарушают закон. В трудовом кодексе обязанности таких профсоюзов, как «Автосельхозмаш» на «ВАЗ». Там прописано, что обязан приглашать и другие профсоюзы. Нарушает, и это госинспекция даже признала. Численность профсоюза «Единство» меньше, чем численность профсоюза «СМ». Но численность их падает сейчас катастрофически для них. Почему. Потому что они действительно не представляют интересы работников. Работники разочарованы, и выходят из этого профсоюза. Но в этом способствует им администрация, она препятствует выходу из профсоюза «Автосельхозмаш», наоборот способствует и принуждает выходить из профсоюза «Единство», даже дискриминирует членов профсоюза. Сейчас подготовлен большой пакет доказательств в международной организации труда от профсоюза «Единство». В этих условиях взаимоотношений, конструктива никакого нет. Наши попытки довести свою точку зрения до руководства не успел.

Е. БУНТМАН: Хотя бы порядок, какой численности вашего профсоюза. Сколько человек входит официально, и сколько поддерживают?

П. ЗОЛОТАРЁВ: Официальных членов профсоюза где-то приблизительно я могу сказать, потому что списки даже не даёт руководство, сколько членов профсоюза, которые платят взносы. Мы пользуемся старыми данными, может кто-то ушёл, кто-то вступил, это где-то около тысячи человек. Здесь что можно сказать. Влияние профсоюза «Единство» достаточно велико, но показатель один. Было однажды ещё при руководстве Каданникова, они проводили социологический опрос по определенной методике, что каким силам, организациям работники больше доверяют. Это, по-моему, 19978-й, или 1999-й год. Там была администрация предприятия «АвтоВАЗ», профсоюз «АСМ», тогда был производственный совет ещё, и профсоюз «Единство». Оказалось, задавали вопросы какие-то странные, что профсоюз «Единство» призывает, чуть ли не к восстанию из-за их финансового и экономического положения работников. Потом мы получили эти сведения, тайно прятали они их, мы их получили. Оказалось, что первое, доверяют администрации «АвтоВАЗ», второе идёт в профсоюз «Единство», потом идёт производственный совет, а потом профсоюз «АСМ». И депутат Госдумы Иванов у нас был избран, бывший председатель профсоюзного комитета «Единство» от всего города один кандидат в Тольятти был избран в 1999-м году в Госдуму.

Е. БУНТМАН: Ваш профсоюз считается достаточно радикальным по требованиям, если оценивать с такими лояльными профсоюзами, входящими в федерацию независимых профсоюзов в России под председательством Шмакова. Вы сотрудничаете с другими профсоюзами, которых тоже не любят официальные чиновники, в частности я имею в виду во Всеволожске завод?

П. ЗОЛОТАРЁВ: Да. На самом деле так, что мы объединены в организацию, наша профсоюзная организация первичная на «АвтоВАЗе», единство. Входит в состав межрегионального профсоюза работников автомобильной промышленности. Куда входит «Ford Motor Company», где является председателем Этманов Алексей, «Автофрамос» Москва «Renault», где Гущева Ольга является председателем. «Volkswagen Group Rus», это Калуга, там Шмарёва Калерия. В Таганрог, «Hyundai», Сергей Пинчуков, Смоленск, Тверь, ежё есть организации, «Джем АвтоВАЗ» здесь же, тоже входит в эту организацию. Это объясняется просто. То есть, там, где созданы организации, это только автомобильная промышленность. А мы потом объединены вместе все входим в всероссийскую конфедерацию труда, где президентом является Кравченко Борис Евгеньевич. И эта организация, она объединяет и шахтёров, и норильский Никель, и другие организации, разных отраслей промышленности. Вот он является членом трёхсторонней комиссии на федеральном уровне, вместе со Шмаковым. Но чем же мы отличаемся от старых профсоюзов? Да тем, что мы просто действительно адекватно относимся к реальностям нашей жизни. Если мы говорим, что у нас сегодня капитализм, а капитализм, он предполагает, что интересы капитала, прежде всего, то кто же будет представлять интересы работников. То есть, должно быть, наличие разности интересов. И вот построение нашего профсоюза ещё в 90-м году, он означал понимание, что рабочие понимали, что грядёт капитализм, и только лишь рабочие организации, защищая свои права и интересы, сможет противостоять организованной рабочей. Противостоять алчным интересам капитала. То есть, баланс интересов, он должен быть. Мы рассчитываем на балансы интересов. Мы не за то, чтобы их с лица земли стереть.

Е. БУНТМАН: Если вы говорите, что достаточно интересно сотрудничаете, почему акции не проводятся? Во Франции, например, профсоюзы терпеть друг друга не могут, Это там известно, есть правые профсоюзы, есть Троцкистские профсоюзы, и так далее, которые сильно различаются по политическим воззрениям, но если возникает какая-то общая проблема, или проблема у кого-то из них, то выходят многотысячные десятки, сотни тысяч людей, выходят на митинги. Почему в России этого не получается? Почему профсоюзы не организуют совместные какие-то акции?

П. ЗОЛОТАРЁВ: Было бы замечательно, если были бы действительно профсоюзы старыми. Вот старые профсоюзы, были бы профсоюзами. Мы их всё-таки считаем, это моё мнение. Я считаю, что отдел администрации по обеспечению социальных вопросов. Но они не выполняют свои функции элементарные по защите или представительство интересов рабочих именно. Это раз. Второе, в этом профсоюзе находятся и руководители достаточно крупного уровня предприятий. Мы всегда им говорили, когда общались, о том, что: «Вы выводите из своего состава руководителей, и тогда вы будете также, как и мы». Зачем тогда надо создавать профсоюзы. Только это основное.

Е. БУНТМАН: Я имею в виду совместные акции с Этмановом, и другими независимыми профсоюзами. Хотя бы может не совместные, но хотя бы синхронные акции солидарности?

П. ЗОЛОТАРЁВ: Мы всегда вместе проводим, у нас общий МРПР, это межрегиональный профсоюз работников автомобильной промышленности. Я сказал, что мы сопредседатели, Этманов и я. Мы принимаем решения, у нас есть совет РПР, мы обсуждаем. Вот 14 февраля мы проводили совместную акцию протеста, и проводили митинги в разных городах. Пока численность небольшая, вот как я перечислил первичек, поэтому такой… Но всё-таки, это уже беспокоит власть сегодняшнюю. Почему потом были покушения на Этманова в ноябре прошлого года, и в этом году было нападение на Иванова Евгения, председателя первички «Джем-авто». В Таганроге тоже два человека были избиты, и до сих пор ответа нет. Вот даже председатель президента профсоюза «Иго-металл», Альберт Хуберт, он встречался с Путиным, и там поднимал вопрос, почему не расследуются эти преступления, которые были совершены против профсоюзных активистов. Путин пообещал ему ответить, но так и не ответил до сих пор. Нам доведут до этого, что же делается властью для того, чтобы не допустить этого. Так что мы проводим эти акции.

Е. БУНТМАН: Я сразу спрошу, не возникает ли у вас каких-то неприятностей, трудностей в связи с вашей профсоюзной деятельностью?

П. ЗОЛОТАРЁВ: У нас возникают всегда трудности в профсоюзной деятельности. Препятствия громадные. Органы государственной власти, которые должны способствовать защите, они же правоохранительные органы, а не правоприменительные. Нам попытались однажды возбудить уголовное дело против меня. Обратились здесь некие заявители руководства «АвтоВАЗ» в милицию, и пытались выяснить, что являюсь я председателем или нет. Это раз. Потом только это закончилось, налоговая пришла проверять, а куда вы тратите деньги, с пристрастиями такими. Только это закончилось, Госинспекция начала к нам претензии предъявлять, почему вы не отдаёте нам какие-то ответы, если не ответите, мы вас привлечём к ответственности. И так далее. Вызывали в прокуратуру, я объяснение давал, а почему я это сказал, а дайте нам документы первичные, профсоюзные учредительные документы. Я не занимаюсь защитой работников, а занимаюсь защитой себя от правоохранительных органов или органов государственной власти. Вот это проблема, которая до сих пор не решена, и остаётся актуальной.

Е. БУНТМАН: Наверное, стоит вернуться непосредственно к проблемам «АвтоВАЗ». Всё-таки, если вам открыто и честно скажут, что для повышения эффективности работы завода нужно провести массовое увольнение и сокращение штатов. Это допустимо, и есть этим людям уволенным куда пойти?

П. ЗОЛОТАРЁВ: Так сложилось что у нас моногород, и завод является градообразующим. 110 тысяч работающих на «АвтоВАЗ» из 750-ти тысяч проживающих в Тольятти. Таких предприятий, которые могли бы принять нет, и я представляю, что это будет. Что потерявшие работу просто пойдут на отчаянные шаги, будут грабить всё, что лежит неправильно, а может даже просто умышленно. Это опасно. По поводу того, что там есть слухи, что могут перемещаться, что рабочая сила может переезжать в разные регионы, и так далее. Не могут переехать, потому что жить надо где-то. А ездить куда-то на заработки, может какая-то отчаянная часть и поедет, кто-то в деревню к родителям может поехать. Если говорить о перемещении, там, где есть работа, рабочая сила будет только тогда, когда будет достаточно высокая зарплата там, куда они могут поехать. Известно же, как ездили поднимать целину, БАМ строили, где-то в Сибири на нефтеразработки ездили. Но там платили деньги, люди ехали за деньгами, а не за запахом тайги. Только в этом случае могут поехать. Сейчас, как нам известно, что заработные платы низкие везде, и из-за копеек ехать куда-то, никто не поедет. Поэтому мы заперты в этом пространстве территории города Тольятти и зависим все от завода, будет работать или не будет.

Е. БУНТМАН: Какая сейчас средняя зарплата на «АвтоВАЗе», о каких деньгах идёт речь, зарплата сейчас и какая будет после сокращения производства, после возобновления работы конвейера, и сокращение рабочей недели вдвое?

П. ЗОЛОТАРЁВ: То, что сейчас заработная плата, все по-разному расценивают эту заработную плату, считают вернее. Если не считать заработной платы менеджмента и высших руководителей, а взять только ту категорию, которая большинство работает на заводе, где-то разряд между 3-м и 4-м разрядом. Это большинство, они получают где-то в среднем 12 – 13 тысяч.

Е. БУНТМАН: Это значит, что в сентябре они будут получать 6 – 6 с половиной тысяч?

П. ЗОЛОТАРЁВ: Где-то так, да. На эти деньги, если учитывать, что 3-х комнатная квартира сегодня оплата ежемесячная составляет больше 3-х тысяч рублей. Это только квартплата, а за учёбу, за лечение, ещё питание, одежда. Всё, платить нечем. Следовательно, это будет катастрофа, о которой нужно принимать решение сейчас. Мы, почему проводим митинг 6 августа, это митинг предупреждающий руководство страны, в том числе о том, что может получиться в октябре месяце. Нам не хотелось бы делать революций, но власть должна быть ответственна за принимаемое решение.

Е. БУНТМАН: Спасибо большое.