Возобновление выпуска журнала "Огонек" - Виктор Лошак - Интервью - 2009-04-09

Н. БОЛТЯНСКАЯ: 11 часов 13 минут, вы слушаете «Эхо Москвы», у микрофона Нателла Болтянская. Здравствуйте. И здравствуйте, Виктор Григорьевич.

В. ЛОШАК: Здравствуйте, Нателла.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ну что, вас поздравлять или сочувствовать?

В. ЛОШАК: Ну, наверное, все-таки поздравлять, поскольку судьба «Огонька» продолжается, и сейчас журнал готовится к выходу в свет. Происходит вхождение в Издательский дом «Коммерсантъ». Это проблема непростая, надо связать много ниточек. Ну вот этим мы сейчас и занимаемся.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ну основные ниточки, которые вам надо связывать.

В. ЛОШАК: Просто я хотел бы объяснить, что в ИД «Коммерсантъ» перешла редакция журналистская «Огонька». А все, что было Издательским домом «Огонек», все это, к сожалению, больше существовать не будет. «Огонек» будет, как и любое издание «Коммерсанта», опираться на его службы, его распространение, его финансовую службу, кадровую и так далее, и так далее. Поэтому надо совместить редакцию с издательской системой «Коммерсанта», понять, как мы будем работать с фотослужбой, со службой главного художника, ну и так далее, и так далее. Это технологические вопросы жизни журнала. Вот, собственно, этим мы занимаемся. Видимо, «Огонек» будет размещен по адресу Токмаков пер., 21, где находится целый ряд подразделений Издательского дома «Коммерсантъ».

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Виктор Григорьевич, ну а история с понедельничным заявлением Демьяна Кудрявцева, история о том, что заявление коллектива «Огонька» - инициатива одного – двух сотрудников. «Мы ничего не знаем, - это я цитирую, - о том, что в связи с покупкой «Коммерсанта» сотрудники «Огонька» оказались в бедственном положении». Вот эту вот историю, пожалуйста.

В. ЛОШАК: Ну я абсолютно разделяю то, что сообщил вас генеральный директор «Коммерсанта». Меня очень удивила эта информационная волна, поскольку я давно не слышал и не видел, чтобы так реагировали на анонимку. Ведь это заявление было подписано. Что значит «коллектив «Огонька»», когда, скажем, коллектив журналистов работает в «Коммерсанте»? Речь идет о том, что действительно несколько сотрудников рекламной службы, самого бессмысленного и бездарного подразделения ИД «Огонек», обратились… вот якобы это они обратились, хотя этого я точно не знаю. В принципе, надо сказать, что весь коллектив Издательского дома все эти передряги, которые выпали на долю каждого и всех вместе, перенес очень мужественно и с большим уважением, собственно, к истории журнала, к журналу. Был очень сложный момент - действительно была задержана зарплата, поскольку журнал переходил от одного владельца к другому, там были сложные перипетии. Но ни один сотрудник, ни один человек, который работает давно в «Огоньке», не стал обращаться куда-то за какими-то…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: За какими-то?..

В. ЛОШАК: За какой-то помощью и так далее.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ну подождите, все-таки, тем не менее, есть некое открытое обращение коллектива.

В. ЛОШАК: Кто этот коллектив, объясните мне? Вот я – член коллектива?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вы – безусловно, член коллектива. Но если есть, например, информация о том, что на 13 апреля назначено слушание в Басманном суде. Даже не знаю, как реагировать…

В. ЛОШАК: Скажите, пожалуйста, если бы два человека с «Эха Москвы» распространили бы от имени коллектива «Эха Москвы» некоторое заявление, это было бы заявление коллектива или конкретных двух человек?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Безусловно, вы правы.

В. ЛОШАК: Значит, речь идет о ком-то конкретном, кто, прикрываясь именем коллектива «Огонька», действительно…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Иски поданы?

В. ЛОШАК: Ну это нормальный процесс. Ну действительно идет… вы поймите, идет болезненный процесс для людей – сокращается Издательский дом, остаются журналисты, они перешли уже в «Коммерсантъ». Остальные люди, к сожалению, как положено по закону, попали под сокращение.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Виктор Григорьевич, у меня к вам глобальный вопрос.

В. ЛОШАК: Давайте.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вот смотрите, существует такое словосочетание «спор хозяйствующих субъектов». Да? Существует такое словосочетание «объективные экономические предпосылки к…». А существует одно-единственное слово «тенденция». Если бы вы оценивали все, что происходит, происходило и будет происходить с «Огоньком», куда бы вы, так скажем, в какую корзинку вы бы положили свой шар?

В. ЛОШАК: Расшифруйте, пожалуйста, ваш вопрос, потому что я не очень его понял. Я свой шар положил бы только в одну корзинку – в корзинку продолжения истории или продолжения жизни журнала «Огонек». Что, собственно, я и сделал. А что касается того, что, скажем, существовал Издательский дом, в нем при сокращении, при увольнении людей, безусловно, существуют недовольные. Кто-то из них решил обратиться в суд, хотя со всеми происходил расчет, и все происходит по закону. К сожалению, это не очень приемлемо к каждому, потому что это довольно безжалостно, когда людей увольняют. Но коллектив «Огонька» никуда не обращался. Обратились люди, чуждые вообще «Огоньку», люди, которые плохо работали в «Огоньке». Но это их как бы не извиняет и не извиняет ситуацию. Ну им вынести сор из избы, видимо, значительно проще.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А скажите, пожалуйста. Вот пришло нам сообщение от Владимира из Казани, звучит оно так: ««Огонек» возродится, если станет «Огоньком» Коротича». Я прекрасно понимаю, что, обращаясь к главному редактору, не вполне, скажем так, лояльно и прилично говорить «а вот…». Безусловно, «Огонек» эпохи начала перестройки с очередями за ним – это был некий символ. Скажите, пожалуйста, возможно, я сторонник теории заговоров. Нет ли у вас такого ощущения, что все, так сказать, что произошло с «Огоньком», было каким-то образом связано с желанием этот символ взять и убрать?

В. ЛОШАК: Это была бы красивая, конечно, история…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Но слишком конспирологична, да?

В. ЛОШАК: …Очень милая для чтения и прослушивания. Но это совершенно не так. Все, что произошло с «Огоньком» - следствие ну просто продажи компании, которая владела журналом, и того, что новый владелец для себя решал, нужен ему «Огонек» или не нужен ему «Огонек». Это еще и следствие того, что вся эта ситуация развивалась на фоне кризиса, когда… мы с вами хорошо знаем, что в кризис покупки делаются значительно реже и более осторожно. Вот, собственно, жертвой чего стал журнал «Огонек». Хотя сама эта пауза в издании показала, как много журнал, оказывается, значит для очень многих людей. Поток сочувствия, который получил журнал и его журналисты в это время, был значительно больше, чем я бы даже мог ожидать. Очень многим людям с очень разной географией жизни в этой стране, оказывается, не хватает «Огонька», оказывается, он для них что-то значит. И вообще «Огонек» - это такой бренд, может быть, в силу его истории, что почти в каждой семье, если не у каждого человека, взрослого человека, есть свой какой-то маленький роман с «Огоньком». Кто-то его подписывал, чьи-то родители там публиковали фотографии, у кого-то подшивка ведется и так далее, и так далее. Это вообще удивительная история отношений журнала и страны. Это ко мне относится в очень маленькой степени – в той степени, что я последние несколько лет его главный редактор. Но это очень интересная и трогательная история.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вы знаете, я должна сказать, что когда прошла информация о том, что будет прекращен выпуск «Огонька», очень много было сообщений в редакцию. С другой стороны, вот на сегодняшний день «Огонек» будет перезапускаться… Кстати, может, вы нам откроете страшную тайну первого выхода номера?

В. ЛОШАК: Здесь никакой тайны нет. Мы планируем, что «Огонек», первый его номер, выйдет либо 11, либо 17 мая. И эта дата зависит просто от технологической встройки редакции журнала в «Коммерсантъ», что, собственно, сейчас и происходит.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Скажите, пожалуйста, есть ли, скажем так… это не разногласия, а, может быть, просто необходимые технические стыкования? Разная ритмика все-таки. Понимаете, да, о чем я?

В. ЛОШАК: Здесь даже дело не в ритме. Ну, во-первых, мы не будем, как мы договорились с руководством ИД, заниматься истерическим ребрендингом, то есть срочно переделывать журнал «на коленке» ради того, чтобы кому-то угодить или ради чего-то другого. «Огонек» будет тем «Огоньком», к которому привыкли его читатели, на который они подписывались. Единственное, что возникает – у «Огонька» есть некоторые пересечения с другими еженедельными изданиями «Коммерсанта». Они были нам очевидны, когда мы были отдельным Издательским домом. Сейчас нам бы хорошо эти пересечения устранить. Ну, где-то мы подвинемся, на каким-то темах, на каких-то темах подвинутся наши коллеги. Но все это происходит абсолютно в деловом режиме и полюбовно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Виктор Григорьевич, вот никакого истерического ребрендинга, медленно спускаемся с горы, получаем все, что хотели, не торопясь. А скажите, пожалуйста. Все-таки на сегодняшний день можно говорить о том, что печатная продукция не относится, скажем так, к предметам острой первой необходимости. Ну, согласитесь, ну не кислород, ну не хлеб и не соль.

В. ЛОШАК: Вы знаете, это для кого как. Есть люди, которые не могут без этого.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вы рассчитываете на то, что люди, которые, так сказать, сегодня огорченно смотрят в кошелек и говорят «да, жить стало значительно тяжелее», все-таки будут подписываться, покупать и читать «Огонек»?

В. ЛОШАК: Нателла, ну мой опыт, просто я ведь давно работаю главным редактором, говорит, что как раз кризисные ситуации и ситуации экономических кризисов, политических кризисов или каких-то сложностей в стране, как ни странно, наоборот, увеличивают количество покупателей. Просто психологически это понятно. Человек, попавший в сложную ситуацию, в некую развилку в жизни, нуждается в советчиках, нуждается в прояснении того, что происходит. И такой человек, и мы с вами, наверное, тоже когда-то попадаем в такую ситуацию, нуждается в советчиках, в информации, и он чаще покупает… Я не говорю именно об «Огоньке», вообще чаще обращается в медиа. Здесь парадоксально, что наши коллеги с государственных телевизионных каналов нам, работающим в прессе, оказывают большую услугу в связи с тем, что…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Смотреть нечего?

В. ЛОШАК: Смотреть нечего. Откровенного разговора на телевидении с человеком, попавшим в кризисную ситуацию, нет. Все это такие палехские шкатулки лакированные, прекрасные. Такой человек, не найдя…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ответа на свои вопросы на экране…

В. ЛОШАК: …Не найдя совета и разговора у своего как бы главного партнера медийного – телевидения, обращается к газетам, журналам. Вот что происходит, как мне кажется, на самом деле.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Но согласитесь, что все-таки в нынешнюю эпоху телевидение является, как ни крутите, основным, так скажем, фактором воздействия на массовое сознание. Но вот есть люди, в домах которых, я знаю, телевизор не включается. Есть люди, которые живут в мире, так скажем, печатных изданий. Есть люди, которые живут в интернете. Но если сопоставить количество тех и других, то есть телевизионно-ориентируемых и не телевизионно-ориентируемых, то вторых будет значительно меньше. Правда?

В. ЛОШАК: Конечно, значительно меньше.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А теперь скажите, пожалуйста. Вот нам с вами пришел вопрос по интернету и тут же расшифровка, что имелось в виду. Вопрос по интернету звучал страшно: «Кто участвует в этой грязной войне в «Огоньке»?» Расшифровка звучала так: «Я спрашивала об участии «Огонька» в войне Илюхина, Караулова и Резника». Я предполагаю, что сейчас, так скажем, готовя новую версию «Огонька», вы, может быть, даже не задаетесь сами этим вопросом. Но я так понимаю, что периодически выходящие издания, которые поднимают какие-то темы, которые к ним возвращаются, все равно должны их либо, что называется, оставить в прошлой версии, либо должны сказать своим читателям: «Дорогие мои, мы ничего, никого не оставляем. Все наши темы, которые подняты, будут продолжать подниматься». Вопрос понятен?

В. ЛОШАК: Во-первых, я еще раз хочу сказать, «Огонек» остается тем «Огоньком», к которому привыкли читатели. По подходам, по политической линии, по основным рубрикам, по балансу политики и неполитики и так далее. Это первое. Второе – что касается конкретного вопроса, «Огонек» следит за этой ситуацией. Я хотел бы напомнить радиослушателям, о чем идет речь. Речь идет о том, что в Хабаровском крае ведется следствие и, по-моему, уже суд над вором в законе, который был, по-моему, даже смотрящим на всей этой территории. Крупнейшее, серьезнейшее уголовное дело, к расследованию которого были привлечены очень серьезные силы органов правопорядка. Редкое дело, потому что до такого уровня людей у нас поднимаются очень не часто. В ходе расследования следствие столкнулось с неожиданной сложностью – во все инстанции московские, хабаровские, краевые поступают ходатайства от депутата Илюхина о том, какой это честный, чистый человек, о том, что это за удивительная трудовая семья. Причем просто с перевиранием фактов, с незнанием темы и так далее. О чем, собственно, и писал «Огонек». Более того, мы попросили парламент разобраться, потому что это что-то уже лежащее за пределами добра и зла. Нам господа из парламента и сам господин Илюхин прислали интервью Илюхина, где он поливает грязью всех тех, кто, значит, каким-то образом ведет расследование или мешает ему послать эти ходатайства. Я могу предполагать, что такое ходатайства Илюхина, как они инициированы и почему он их шлет. Но согласитесь, ситуация, когда один из руководителей комитета… по-моему, он в комитете по борьбе с правонарушениями), он бывший прокурор, он у нас…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Знаток законов.

В. ЛОШАК: Знаток закона и борец за чистоту и нравственность. Когда такой человек занимается такой деятельностью, я думаю, что любое средство массовой информации вправе ставить вопрос перед парламентом: «А что, ребята, собственно, в ваших стенах там происходит?»

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Виктор Григорьевич, мы с вами сейчас прервемся. Я напомню, что в нашей студии главный редактор «Огонька» Виктор Лошак. И продолжим нашу беседу после выпуска новостей и рекламы.

НОВОСТИ

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Мы продолжаем разговор с главным редактором вновь возобновляемого журнала «Огонек» Виктором Лошаком. И остановились мы на ваших порочащих заявлениях в адрес одного из депутатов Государственной думы.

В. ЛОШАК: Это не порочащие заявления, мы писали об этом, «Огонек» писал дважды об этом. И уже второй раз, когда мы писали, мы писали о том, как нас удивила реакция Думы. Если это в порядке вещей, тогда что же не в порядке вещей, с чем бороться тогда, что такое коррупция? Много вопросов возникает.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Хорошо, вопрос еще вот какой от ваших читателей. Скажите, пожалуйста (к сожалению, завис у нас сайт), что будет с подпиской на издания сочинений? Они канули в лету или…

В. ЛОШАК: Нет-нет. Значит, существовала большая библиотека «Огонька» и малая библиотечка «Огонька».

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я таскала ее книжки из редакции «Эхо Москвы».

В. ЛОШАК: Да, да, да. Большая библиотека «Огонька» продолжает выходить, и в каждом почтовом отделении вы можете попросить каталог и подписаться на одно из собраний сочинений. Я думаю, что и в следующем полугодии это будет продолжено, такой разговор мы ведем с издательством «Терра», которое печатает эти книги. Что касается малой библиотечки «Огонька», известной многим даже визуально, такой белой книжечки с брендом «Огонька» и фотографией автора, эти книжечки, если помните, выходили с каждым номером «Огонька» весь прошедший год, то сейчас обсуждается вопрос… возможно, такие книжечки будут раз в месяц вместе с журналом приходить к читателю. Возможно. Но пока это находится в стадии обсуждения, потому что это тоже стоит денег – и сами книжечки, и распространение их. Мы это обсуждаем.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ну понятно, да. Михаил вам пишет из Вильнюса: «Всегда согласен с Быковым, не всегда с Губиным, почти никогда с Прилепиным. Кто-то другой, может, наоборот. Это хорошо. Единственная просьба – уймите Радулову». Понятно… Так, а вот всерьез: «Как будет компенсироваться отсутствие журнала подписчикам первого полугодия 2009 года?» Никак.

В. ЛОШАК: Вы знаете, я увидел этот вопрос среди заданных по интернету, и меня это очень взволновало, поскольку такая организация связи МАП взяла на себя обязательство вернуть всем подписчикам первого полугодия деньги за подписку. И я живу с ощущением, что мы не должны никому, что эти деньги вернули людям и организациям. Я вот, выйдя из студии «Эха Москвы», займусь просто этим вопросом, потому что МАП, он за кулисами находится, а естественно, что претензии предъявляются к журналу и ко мне как к главному редактору. Я хотел бы понять, произошло ли это, возвращены ли деньги.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Виктор Григорьевич, ну вот возвращаясь к истории, которую вы комментировали в конце первой части нашей программы, хотела бы сказать вам то, что наверняка для вас не является новостью – что в течение некоего последнего периода жизнь, в том числе и журналистов, складывается так, что не очень хорошо критиковать людей, которые так или иначе имеют отношение к власти законодательной, исполнительной или какой другой. В связи с этим бытует такое мнение, что вообще жанр, так сказать, журналистского участия (журналистское расследование - это, конечно, не совсем точно), то, что делалось, в частности, в «Огоньке», он как-то так тихо сходит на нет. Будете продолжать?

В. ЛОШАК: Ну мы будем продолжать не критику ради критики. Это позиция «Огонька» - писать… Хотел сказать «писать правду» и подумал: «Какая банальная фраза».

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Действительно.

В. ЛОШАК: Быть критиком власти там, где это необходимо, быть дистанцируемыми от власти. Я уже не раз говорил, что между властью и журналистикой должна существовать некая санитарная зона. Нельзя сливаться в экстазе и нельзя бесконечно далеко от власти отдаляться, потому что власть – это источник информации, в этом смысле нельзя далеко отдаляться. Я думаю, что вот эта позиция «Огонька» будет продолжать жить вместе с журналом, вместе с теми людьми, которые продолжают в нем работать. Что касается того, что это невыгодно, неудобно и нехорошо, ну это решать читателю. Читатель голосует рублем, голосует подпиской, покупкой журнала или газеты. Мне кажется, что те, кто ведет независимую линию, они наиболее востребованы. Вот я бы назвал из газет, не хочу про своих конкурентов говорить, но из газет я бы назвал «Коммерсантъ», «Ведомости», «Московский комсомолец». Это все издания, которые все-таки находятся к власти в такой позиции серьезной, с одной стороны, с другой стороны – критической там, где это необходимо. Именно эти издания пользуются, как мне кажется, наибольшим спросом. А вот издания другие, которые встали на колени, которые могут не более чем подпеть, они, как мне кажется, совсем «сходят на нет».

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ну, понимаете, детей кормить надо. Правда?

В. ЛОШАК: Ну что значит «детей кормить»…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Тем более, что мы живем в такой большой стране с таким большим количеством всяких проблем, что, в общем, аккуратненько всегда есть, чем повозмущаться, не затрагивая при этом власть предержащих. Разве не так?

В. ЛОШАК: Видите ли, как мне кажется, сейчас ситуация в ходе кризиса такова, что сама власть вынуждена говорить о некоторых вещах более откровенна, сама власть вынуждена себя критиковать, и сама власть, если она хочет, чтобы…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Удержаться?

В. ЛОШАК: С одной стороны, удержаться, с другой – чтобы общество каким-то образом находилась с ней в диалоге в трудный момент жизни страны, вынуждена говорить какие-то вещи более откровенно, чем она предпочитала это делать еще совсем недавно. Ну приведу, скажем, свежий пример о критике в адрес, собственно, предыдущего президента и предыдущей власти по поводу американо-российских отношений. Ведь сама наша власть нынешняя говорит о том, что эти отношения строились просто на отношениях двух людей, а не двух людей, что многое проиграно в отношениях Америки и России. Мы очень отстали в этом смысле, мы где-то проиграли Европе в отношениях с Америкой. Это же можно расценивать как признание, можно расценивать как критику.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ну, может быть, с одной стороны, вы правы, с другой стороны, опять же вопрос к вам в связи с перезапуском. Не исключена ситуация, когда к вам обратятся и скажут: «Вы знаете что, вот это вот вы, пожалуйста, не печатайте». И?..

В. ЛОШАК: Ну, видите ли, дело в том, что, может быть, с кем-то другим это проходит, со мной-то просто сложно договариваться. Я…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Недоговороспособный…

В. ЛОШАК: Я слишком давно в этом мире, на этой должности. Приблизительно власть, те, кто отвечает за отношения с медиа, приблизительно они знают, о чем…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Что вы им ответите.

В. ЛОШАК: Да, что я им отвечу и о чем со мной можно разговаривать. У меня за время выхода «Огонька», последние 3,5 года, почти четыре, таких вещей, когда ко мне бы власть обратилась с просьбой о чем-то не писать, какой-то пыл умерить, какого-то журналиста укротить, таких обращений не было ни разу. Были «пост», после публикации: мол, что вы так вот, вы здесь, может быть, не так, вы напутали, то, се… Но до того не было.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ну что ж, мне остается напомнить, что ориентировочно в мае ждем перезапуска «Огонька», что главный редактор «Огонька» Виктор Лошак рассчитывает на то, что издание не утратит «огонька», извините за тавтологию. И успехов вам. Спасибо.

В. ЛОШАК: Спасибо, Нателла. Спасибо всем, кто болеет за наш журнал.