Ситуация с социально-значимыми товарами в Москве - Алексей Афанасьев - Интервью - 2009-03-09
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: 12 часов 9 минут в столице. В гостях Алексей Афанасьев, исполнительный директор Национального сельскохозяйственного союза. Здравствуйте!
А. АФАНАСЬЕВ: Здравствуйте!
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Мы говорим о ситуации с социально значимыми товарами в Москве. В том числе, я так понимаю, и скоропортящимися и всякими разными, и работает СМС – вы можете прислать свои сообщения. +7 985 –970-4545. Новость от 5-6 марта – импорт продовольствия в Россию в январе 2009 года сократился на 23 процента по сравнению с аналогичным периодом 2008 года. Мясо – 60,5 процентов в минус, свежезамороженная рыба – 16 с гаком процентов в минус. Эти новости… вы подтверждаете или не подтверждаете все вот это вот? Действительно, идет серьезное, такое колоссальное сокращение?
А. АФАНАСЬЕВ: Добрый день, уважаемые радиослушатели! Отвечаю на ваш вопрос, Алексей. Я действительно подтверждаю – на самом деле все так и происходит. И к сожалению, непонятно на сегодняшний день, каким образом мы можем противостоять этой ситуации, и что будет дальше, потому что пока не видим тех, для нас принципиально важных решений, которые помогли бы нам с этой ситуацией справиться.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А с чем связано это все – кризис не кризис, что это такое?
А. АФАНАСЬЕВ: Кризис не имеет к этому отношения как определеющее в этой ситуации. История достаточно проста. В середине прошлого года руководство Федеральной Таможенной службы получило распоряжение подготовить концепции таможенного оформления и таможенного контроля товаров на ближайшее, даже может быть, не только на ближайшее, но и следующие периоды. Проект данной концепции был разработан за месяц. Я сразу прошу обратить внимание на то, что достаточно короткий срок, и далее проект должен быть получить оценку ряда основных министерств, которые задействованы в его реализации. К сожалению, основные министерства, такие как Министерство экономразвития, Минфин, Минтранс, Минсельхоз даже не успели дать свои оценки этой концепции, поскольку, на наш взгляд, - естественно, мы в данном случае ориентируемся на мнения руководителей этих министерств – сама по себе концепция и ее оценка нуждалась в достаточно серьезной, глубокой проработке. То есть, тот случай, когда используется системны анализ. Тем не менее, 17 декабря в соответствии с приказом 1621 было принято решение о закрытии 45 таможенных постов в городе Москва.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Распоряжение чье? Изначально кто вообще решил все это сотворить? Это кто?
А. АФАНАСЬЕВ: Саму концепию? Мы говорим о концепции.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ну, концепция. Откуда это все?
А. АФАНАСЬЕВ: Сама концепция – это достаточно правильное решение. Потому что долгосрочные проекты о переносе таможенных постов, таможенного оформления на границе – это связано и со строительством огромного количества таможенных терминалов и развитием транспортной сети. Это позволило бы, безусловно, сократить время таможенного оформления. Там, возможно, была бы налажена – и естественно, это будет – социально… поднята, по крайней мере, социально значимая для населения структура и инфраструктуры…
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть, суть… Чья идея, вообще? Кто это, откуда ноги растут?
А. АФАНАСЬЕВ: Идея родилась, естественно, в кабинете министров. Сама идея.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вы сказали, что изначально было распоряжение или еще…?
А. АФАНАСЬЕВ: В адрес Федеральной таможенной службы.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А кто это распоряжение все-таки…
А. АФАНАСЬЕВ: Такие распоряжения, естественно, дают немногие люди.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Все понятно. Неужели Владимир Владимирович?
А. АФАНАСЬЕВ: В данном случае, да.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Так. Было распоряжение. Суть этой концепции заключается в чем?
А. АФАНАСЬЕВ: Суть достаточно проста – организовать - естественно, это задача не на один год и не на пятилетку – организовать строительство и формирование таможенных структур в районах, приближенных к границам.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вывести их из крупных городов?
А. АФАНАСЬЕВ: Да. Совершенно верно. При этом, безусловно, необходимо создание… Практически должны были быть при таможенных постах созданы… таможня в данном случае явилась бы градообразующим предприятием.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А что происходит сейчас?
А. АФАНАСЬЕВ: То, что, к сожалению, сам по себе проект концепции не получив одобрения или хотя бы оценки со стороны основных министерств, которые должны принять участие в реализации этой концепции, Федеральной Таможенной службой был издан приказ о реализации ее первого этапа. То есть, о закрытии московских таможенных постов.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ну, Москва не единственный крупный город в России. Просто Москва на первом месте, что ли так получается? Так случилось, что Москва впереди…
А. АФАНАСЬЕВ: Просто выбрали этот город для маленького эксперимента. В Питере пока такого не происходит, но между Питером и Москвой есть существенная разница. Почти все грузы, которые мы относим к категории социально значимых товаров, они поступают в Москву автомобильным транспортом. Питер, если мы помним, имеет большой торговый порт, и часть грузов, даже большая часть грузов, которые относятся к этой категории, поступает морским путем. Там другая система.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть, Питер на границе, как раз и получается приграничным городом в этой ситуации.
А. АФАНАСЬЕВ: Во всех случаях практически приграничный город, потому что до основных границ – финской, эстонской…
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Питер как раз на границе. Так. И что – сколько было таможенных постов в Москве?
А. АФАНАСЬЕВ: Давайте так. На сегодняшний день закрыто 45 таможенных постов. Это практически все, что было. На этапе закрытия этих постов была организована Московская таможня, в которой осталось 5 постов, но они практически расписаны под другие категории грузов, и те грузы, о которых мы сейчас говорим, там им места нету.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Когда это произошло?
А. АФАНАСЬЕВ: Это произошло с 1 марта.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: С 1 марта… Что значит «закрыты»? Что, висит большой замок, люди уволены… Или как это – закрыто?
А. АФАНАСЬЕВ: Постараюсь объяснить. На самом деле, таможенное оформление происходит только в том случае, когда груз поступил на склад временного хранения. Поэтому ближайший короткий период те грузы, которые на этих складах находятся, они еще пройдут процедуру таможенного оформления, но больше ни одна коробка на эти склады попасть уже не может
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть, вход запрещен? Выход еще есть, того, что там лежало, а вход уже – все, висит замок.
А. АФАНАСЬЕВ: Совершенно верно.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Люди еще работают, да?
А. АФАНАСЬЕВ: Работают далеко не все, потому что из 2227 сотрудников этих таможен на сегодняшний день уведомление об увольнении получили полторы тысячи.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Так… А где фуры? Они ведь сюда что-то везли?
А. АФАНАСЬЕВ: А вот это самой интересный вопрос. Ежедневно, как вы понимаете, через 45 постов проходили какие-то машины. Эти машины сегодня должны куда-то прийти и где-то пройти ту же самую процедуру.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: В Московскую область.
А. АФАНАСЬЕВ: Это самый простой ответ. Но следует здесь напомнить, что во-первых, уровень оформления, вернее, даже не оформления, а состояния складов временного хранения на областных таможнях далеко не таков как в самой Москве. Во-вторых, там и так все было хорошо, туда приходили машины, которые проходили процедуру таможенного оформления, и нельзя сказать, что сотрудники тех таможен простаивали. То есть, вы сами понимаете, что все равно тот, кто едет в Москву, он стремится пройти эту процедуру как можно ближе к городу. Значит, если машины не могли эту процедуру в Москве, они шли в область. Соответственно, там лишних мест-то не было, свободных мест не было…
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Там и так все загружено, все правильно.
А. АФАНАСЬЕВ: А дальше все очень просто. Представьте, что на вашем посту, который находится в области, в день таможенное оформление проходило сто машин. Ну, немножко напрягшись, вы можете пропустить еще 20. Но из Москвы-то их пришло не 20, а 200 именно на этот пост! Значит, 180 осталось ждать следующего дня. Но на этот пост на следующий день пришли все те же 100 машин, которые приходили каждый день, и еще 200, которые… Это лавинообразный эффект!
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Так вот эти все фуры, которые шли в Москву, они сейчас в Московской области? Где они вообще сейчас физически?
А. АФАНАСЬЕВ: Наиболее терпеливые, которые не везут скоропорта, они, наверное, где-то стоят и ждут своей очереди. А те, у кого, извините, лежит груз в холодильниках, пусть даже это холодильники, которые не выносят столь длительного хранения, они, в общем, в истерике мечутся по области. ФТС, понимая эту ситуацию, сейчас попыталась организовать какие-то транспортные конвои, но понимаете, это все достаточно смешно, потому что теперь вот эти большегрузы ездят не сами по себе, а еще и в сопровождении конвоя ПДС, который на самом деле, естественно, ускорить процедуру оформления не может. Единственное, что он может, это ускорить перемещение по области, но не более того.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Так. И что дальше будет с этими?.. Это скоропортящиеся продукты питания – это фрукты, овощи, это мясо…
А. АФАНАСЬЕВ: Совершенно верно. Это все то, что поступает ежедневно на прилавки города.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: если это мясо замороженное, то… лишнее время полежит, ничего страшного. А если это вот это мясо…
А. АФАНАСЬЕВ: Понимаете, в чем дело? Не только мясо, хотя на сегодняшний день по данным статистики…
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Не замороженное не везут?
А. АФАНАСЬЕВ: Везут, конечно , охлажденное. Но в данном случае, не это принципиально – состояние груза, вернее заморожено или…
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Нет, для меня принципиально, потому что я иногда ем мясо. Фрукты, овощи тоже иногда ем, поэтому это для меня, в принципе, принципиально. Я хочу понять, что именно с этим товаром будет, который болтается сейчас по Московской области, конвоируемый специальными автомобилями Федеральной таможенной службы.
А. АФАНАСЬЕВ: Я готов ответить, раз это так важно для вас. По данным, которые вы можете найти именно на сайтах таможни, на сегодняшний день объем поставок мяса уже сокращается более чем на 50 процентов. То же самое мы ожидаем, - и происходит уже – из плодоовощной продукции, с молочной продукцией. То есть, есть уже сведения, поступающие с основных складов хранения овощей, что на сегодняшний день запасы сокращаются на глазах. Значит, что это, в принципе, означает? Вы же знаете, что все товары, которые поступают по каналам импорта, в основном, это товары, получаемые в кредит. Естественно, поставщики, которые занимаются этой работой, они в ближайшее время поймут, что риск возрастает, и кредиты, которые они должны возвращать в ближайшее время… - они становятся заложниками этих кредитов. Соответственно, что будет сокращаться? Будет сокращаться объем ввоза.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А с этими машинами что будет? Сколько этих машин и фур, которые сейчас носятся по Московской области в панике, найти где-то там таможню…?
А. АФАНАСЬЕВ: Я могу сказать одно: очереди, которые на сегодняшний день уже… за первую неделю, можно сказать, за первые 10 дней образовались, они увеличили процедуру таможенного оформления для среднестатистической машины с 3-4 часов на 4-5 суток. И на сегодняшний день мы уже имеем информацию от фито-санитарных служб, от служб ветеринарного контроля о том, что состояние грузов, который в этих машинах поступает, подходит к процедуре таможенного оформления, состояние грузов уже не соответствует необходимому или возможному для продажи.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Не первой свежести?
А. АФАНАСЬЕВ: Далеко не первой!
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Это сотни машин, тысячи, десятки тысяч?
А. АФАНАСЬЕВ: Конечно! Это уже сейчас тысячи машин. Ну, представьте себе, что будет через пять дней…
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Что будет с этим грузом? С этой рыбой, которая уже не первой свежести, с этими помидорами, слегка подмятыми?
А. АФАНАСЬЕВ: Ну, с тем грузом, который уже пересек границу, понятно – он пойдет на выброс. Но как мы уже с вами только что обсудили, те…
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Или не пойдет…
А. АФАНАСЬЕВ: Видите ли, у нас с вами как у покупателей, есть глаза, есть нос, есть… Мы в состоянии определить качество товара, который мы уже покупаем в магазине. А потом, извините, система контроля продажи продуктов питания, социально значимых товаров, она на сегодняшний день в городе построена так, что, - поверьте мне! – некачественный товар на прилавки магазинов попасть не может. Это исключено!
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Алексей, это не исключено. Я встречал. Бывает. Не знаю, как, но с моей точки зрения, это не совсем свежий помидор иногда бывает, я вижу. Может быть, я слишком придирчив?
А. АФАНАСЬЕВ: Мы немножко уходим от темы. Для нас интересно то, в каком состоянии товар попадает на базу хранения, не на прилавок магазина. Потому что сам по себе механизм достаточно сложнее. Груз, который прошел таможенное оформление, он же не поступает прямо на прилавок. Он едет на оптовую базу, а там уже мы к этой истории уже отношения дальше не имеем.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Если я скажу, что через несколько дней не стоит ничего покупать в магазинах из скоропортящихся товаров, вы мне скажете, что я не прав, или скажете, что я прав?
А. АФАНАСЬЕВ: Я скажу, что и первый и второй ответ, как любой край, он не соответствует действительности. Потому что , безусловно, какие-то машины через таможенное оформление проходят, И , наверное, есть еще какие-то склады временного хранения, которые достаточно неплохо оборудованы и позволяют провести таможенную очистку так , как надо, хотя таких складов в области и в других городах крайне мало. Москва в этом отношении наиболее была наиболее технически подготовленным городом, СВХ Москвы, на самом деле, можно было признать образцом.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А зачем тогда это уничтожать? Реорганизовывать – да? Это, наверное, так вот…
А. АФАНАСЬЕВ: Наверное, не с того города начали. Экспериментировать на Москве – это достаточно рисковое занятие. Я бы сказал, не самое обдуманное решение приняли. Так вот, возвращаясь к качеству продуктов. Разумеется, есть и будут, естественно, те машины, которые вовремя прошли таможенное оформление, и категория грузов и качество груза сохранились в том состоянии, которое позволяет их вывезти на прилавок. Но, - вы поймите правильно – объем таких грузов уменьшится в разы. Соответственно, подскочит стоимость. Соответственно… дальше вы все понимаете. Это, можно сказать, тот «подарок», который сделан не только москвичам, но и руководству города и правительству. То есть, это дополнительная необходимость решать проблему, которая создана практически в самый неподходящий момент
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть, часть грузов будет утилизирована, да?
А. АФАНАСЬЕВ: Ну, да. Часть пойдет просто на помойку.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Так. Эти фуры, наверное, тоже стоят денег, их эксплуатация…
А. АФАНАСЬЕВ: Денег стоит не только эксплуатация! Денег стоят и те 4-5 суток простоя, которые фуры вынуждены претерпевать на подъездах к СВХ, потому что, как правило, стоимость доставки груза, она включает всего один лишний день простоя. Дальше машина должна вернуться к владельцу и загрузиться в новом месте для нового маршрута. Поэтому каждый следующий день простоя, он увеличивает стоимость доставки… ну, на очень серьезные суммы. Это также повлияет, естественно, на стоимость товара.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Это все кредитные линии, наверное?
А. АФАНАСЬЕВ: Да, это кредитные деньги. Поэтому еще раз возвращаемся к тому, о чем мы говорили – многие поставщики на сегодняшний день всерьез задумываются о прекращении , хотя бы временном прекращении, своего бизнеса.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ. Скажите, а Юрий Михайлович Лужков, он как-то реагировал на это все?
А. АФАНАСЬЕВ: До 17 декабря, когда ситуация практически обозначилась уже полностью, после издания приказа 1621 со стороны ФТС, мы анализировали возможное развитие событий и писали письма и в мэрию города Москвы, и в другие структуры, и в Минсельхоз - много куда. Мы получили ответы из всех инстанций, куда мы обращались. Абсолютно все, - то есть не нашлось ни одной структуры, которая бы взяла на себя смелость сказать, что все будет хорошо, - абсолютно все выразили свое беспокойство, и все подчеркнули, что да, концепция, конечно, правильная, но она многолетняя. Она требует, во-первых, системного анализа, всестороннего рассмотрения каждого из ее пунктов и положений, и только после этого, когда получит от всех участников реализации этой концепции свои какие-то мнения и ответы, только после этого приступить к плану ее реализации. Не к реализации, а к разработке плана! Все были с этим согласны.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: В том числе, и московские власти?
А. АФАНАСЬЕВ: Да, конечно! Юрий Михайлович, в том числе…. Теряют налоги от закрытия таможен.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Но ФТС не стала слушать?
А. АФАНАСЬЕВ: Я бы сказал, не то, чтобы не стала слушать - такое ощущение, что в этот момент их просто не было.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Что сейчас делать? Картина, которую вы нарисовали, если ее продолжить – или пустые полки, или полки, где иногда встречаются товары, слегка не первой свежести…
А. АФАНАСЬЕВ: Путь решения пока только один. Это вернуть категории социально значимых товаров на те таможенные посты, которые полностью соответствуют как технически подготовленные, с нормальными оборудованием и складами временного хранения, так и укомплектованные нормальным персоналом таможенных инспекторов. Вернуть на эти посты социально значимые группы, и в таком случае все вернется к нормальной ситуации.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вернуть людей, которые уже уволены…
А. АФАНАСЬЕВ: Вернуть людей уволенных, да.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Замки снять, открыть ворота …
А. АФАНАСЬЕВ: Конечно, конечно! И поверьте мне - ситуация разрядится за неделю.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вы верите в возможность такой…
А. АФАНАСЬЕВ: Я верю в здравый смысл, и в силу наших руководителей.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ясно. Спасибо вам. Алексей Афанасьев, исполнительный директор Национального сельскохозяйственного союза, был у нас в гостях. Мы говорили о ситуации с социально значимыми и скоропортящимися товарами в Москве, о том, что с ними происходит.