Подведение финансового года и планы на будущий банковский год - Сергей Горащенко - Интервью - 2008-12-22

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Итак 12 часов 7 минут в столице. Сергей Горащенко, первый вице-президент Бинбанка у нас в гостях. Здравствуйте, Сергей!

С. ГОРАЩЕНКО: Здравствуйте!

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: СМС на всякий случай назову - +7 985 970 4545. Подведение финансового года, планы на будущий банковский год – такова официальная тема нашей программы. Сергей, давайте с подведения финансового года начнем. Голос не дрожит так вот?.. Я имею ввиду, по поводу итогов финансового года. Как это все назвать-то?

С. ГОРАЩЕНКО: Если бы это все помогало, дрожащий голос помогал как-то исправить ситуацию, в которой оказалась мировая общественность на протяжении второй половины минувшего года, то тогда бы дрожал. Поскольку это не влияет, то собственно, что по этому поводу переживать? Надо думать о том, как исправлять ситуацию.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Как? Есть ли шансы?

С. ГОРАЩЕНКО: Шанс, безусловно, есть, и даже частично этим шансом мы уже воспользовались в нашей стране. На мой взгляд, достаточно эффективно и продуктивно, и в некоторых случаях даже очень своевременно, и еще остались возможности, которыми надо воспользоваться. Посмотрим. Я думаю, что и опыт, грандиозный опыт, который мы с середины сентября приобрели здесь, и если начинать отчет депрессивных явлений с середины сентября, - как минимум за этот период - то опыт уже колоссальный накоплен у всего современного бизнес-сообщества. Я думаю, первую половину будущего года еще надо очень серьезно думать, серьезно напрягаться и принимать правильные и своевременные решения, и торопиться с их реализацией для того, чтобы надеяться на то, чтобы во второй половине года можно было увидеть уже какие-то направления по выходу из такой вот, если можно назвать, кризисной ситуации.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вы оптимист. Есть прогнозы, что лет десять может продлиться депрессия. Самые разные цифры называют. 2014 год… Кто-то говорит 10 лет, я беру такие самые-самые пессимистичные варианты. Насколько это все состоятельно и может оправдаться?

С. ГОРАЩЕНКО: Если так комментировать, то… Смотрите, я еще готов согласиться с тем, что может быть на предыдущие привычные нам уровни жизни, уровни функционирования экономики мы можем выйти не скоро. Я не берусь сказать, что это будет десятилетие, потому что, по моему, это достаточно большой период в жизни, который очень тяжело прогнозировать. И не хочется на себя брать этот груз политика, чтобы сейчас сделать прогноз, а через десять лет объяснять, почему этого не произошло. Я все-таки наверное так бы сказал: мы в течение длительного срока падать не будем. Падать мы будем быстро и еще – не очень долго. А может быть, даже совсем недолго. Вот выкарабкиваться из состояния, в котором мы окажемся, мы можем долго. Но в любом случае это будет уже не депрессия, потому что ожидания будут позитивными. Мы будем видеть позитивные изменения, хоть и не большие по сравнению со вчерашним днем и так далее… То есть каждый новый день, каждый новый месяц, каждый новый год будет приносить определенные плюсы. Возможно, они будут небольшими, но это будут плюсы. Поэтому я бы этот период уже депрессией бы не называл.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Надежда умирает последней. Бинбанк – как, собственно говоря, он планирует жить следующий год? Давайте , начнем с поглощений, покупок других банков . В этом году уже даже один прикупили.

С. ГОРАЩЕНКО: Да. Но не поглощали. Поглощать и не собираемся. Значит, здесь какой момент? У нас нет таких стратегических интересов, четко обозначенных стратегических интересов, чтобы озвучить, что мы намерены осуществлять экспансию за счет захвата, покупки, присоединений – неважно, как это назвать – банков в других регионах. Мы, скорее, имеем непротивление тому, чтобы рассматривать предлагаемые возможности именно по санации банков, находящихся в плохом, но приемлемом для нас положении, которые можно вывести на нормальный уровень функционирования. Где уровень проблем понятен, с которым мы знаем, как справиться. И в случае опять-таки, если банк находится в том регионе, где наши сегодняшние позиции не настолько сильны. То есть, грубо говоря, мы всегда будем стараться находить баланс интересов. У нас нет как таковой цели просто придти и захватить. Или придти – и поглотить. Такого нет. Но есть предложения – а такие предложения есть – мы их рассматриваем. Мы, находя этот баланс, принимаем решение. Любые такие предложения с удовольствием будем рассматривать.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Башинвестбанк отвечал всем этим требованиям?

С. ГОРАЩЕНКО: Да, да. Это именно был такой баланс, который нас удовлетворил.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: В вопросах покупки банка государство каким-то образом… какую роль играет государство, когда речь идет о покупке одним банком другого? Навязывает? Требует? Просит?

С. ГОРАЩЕНКО: Нет. Скорее, предлагает. Сейчас, понимаете, очень тяжело, я думаю, и государству самому, и Центральному Банку тяжело на ежедневном пульсе руку держать, да? Потому что очень сильно ситуация меняется. Сегодня банк очень хорошо себя чувствует, завтра вдруг по каким-то причинам что-то случилось, и он уже не в таком хорошем состоянии. Или наоборот – сегодня у него были проблемы, потом он нашел выход. И так далее. Поэтому все это находится в таком подвижном состоянии. Банки, которые останавливаются , зависают, они попадают, понятно, под пристальное внимание – перестают проводить платежи и так далее. Тут уже ЦБ не может этого не видеть. И что-то с банком надо делать. Просто давать деньги банку – это определенный риск, потому что деньги даются той же команде управленцев, тому составу акционеров, тому же самому банку, который почему-то оказался в плохом состоянии. Поэтому ищется банк, который доказал возможность правильно управлять деньгами, которому можно доверить, чью репутацию можно поставить против этих рисков. И собственно, в этом заключается роль государства – найти такой банк, предложить ему, и уже, найдя взаимную заинтересованность в том, что этот банк будет это делать, уже государство предоставляет деньги, которые необходимы для расшивки проблем с ликвидностью, восстановления платежеспособности банка, работы со вкладчиками. Потому что, так или иначе, панику и недоверие нужно остановить, и для этого нужны определенные ресурсы. Однако, надо сказать, что это тоже не на безвозмездной основе. Это не без риска для санирующего банка, потому что мы в данном случае в качестве обеспечения под получаемые деньги на санацию банка в плохом состоянии закладываем, в том числе, и свои активы. Поэтому это определенный договор, можно так сказать, общественный между ЦБ и банком о взаимной контрибуции восстановления банковского сектора. Я бы так назвал.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: В сентябре-октябре говорили очнеь много о том, что вкладчики забирают деньги из банков, и единственный, кто выигрывает на этом, это буквально два-три ведущих банка с государственным участием. Вроде бы эта тенденция, по тому, что пишут, она стала несколько спадать. Что у вас произошло?

С. ГОРАЩЕНКО: В общем, то же самое, что и везде. Когда были оттоки в банковской системе, они были и у нас. Признаюсь, они были значительно меньше, чем мы даже предполагали, к чему мы готовились. Может быть, отчасти вот эти превентивные дополнительные меры, которые мы предпринимали, нас обезопасили и сохранили нашу уверенность в себе и восстановили доверие вкладчиков.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Какие меры?

С. ГОРАЩЕНКО: Ну, мы достаточно быстро… Во-первых, не то, чтобы быстро, мы предполагали ухудшение ситуации на рынке и начали, признаться честно, готовиться к этому еще с июня месяца. Конечно, не так активно, не так это было видно на поверхности, может быть, но в каком-то смысле ужесточали условия предоставления новых кредитов, формировали дополнительный запас ликвидных средств. И к моменту, когда эта паника началась, мы были достаточно в хорошем состоянии в плане того, что могли позволить себе беспрепятственно возвращать вклады тем вкладчика, которые по какой-то причине стали меньше доверять. Слава богу, ситуация долго не длилась, быстро доверие восстановилось, и сейчас мы наблюдаем уверенный приток, уверенный рост остатков на вкладах, за что очень большую благодарность имеем перед нашими клиентами.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Идет возврат клиентов?

С. ГОРАЩЕНКО: Конечно!

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Того своего старого или новые?

С. ГОРАЩЕНКО: И того, кто был, и… Ну, во-первых, отток практически исчез, да? Люди получили новые интересы поскольку видят, что сильно изменяется конъюнктура на рынке рубля по сравнению с иностранными валютами, и перекладывают деньги в валютные вклады. Многие приходят и перекладывают. Мы в этом смысле предлагаем достаточно, на мой взгляд, удобный продукт, удобный вклад «Конверсионный», который помогает сохранить проценты по вкладу, которые накопились до текущего моменты по предыдущему, и конвертировать его без потерь в вклад в другой валюте.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: По какому-то курсу еще такому человеческому, да?

С. ГОРАЩЕНКО: Абсолютно нормальному, текущему курсу, то есть без каких-то ущемлений в какую-либо сторону. Вот. Приносят новые деньги, новые вкладчики просто приходят. Появились новые клиенты и возвращаются старые.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: У меня в голове засела реклама, и почему-то я ее ассоциирую с вашим банком. С Бинбанком. «15 лет – 15 процентов». Это правильно я ассоциирую с вами?

С. ГОРАЩЕНКО: Совершенно верно. Нам в этом году исполнилось в ноябре месяце 15 лет со дня рождения банка. На наш взгляд, это юбилейная дата, хотя некоторые говорят, что это не относится к юбилею. И под этот юбилей мы предложили нашим клиентам «Юбилейный» вклад. Даже в это смутное время!

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: 15 процентов даже по нынешним временам – это много! Мне так кажется. Может, я уже отстал от жизни, и уже это не много…

С. ГОРАЩЕНКО: Да, это много. Но понимаете, 15 лет бывает один раз в жизни, хочется как-то это отметить. И мы как-то уже имеем такую традицию – отмечая дни рождения банка, что-то предлагать вкладчикам в качестве подарка. Это уже такая традиция , наверное, с 2002 или 2001 года.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Если бы я поверил вам, тому, что вы сейчас говорите, у меня бы какое-то… даже неправильное ощущение по поводу банка сложилось. Потому что банк не может просто так… Вам может быть 30 лет, и вы что – 30 процентов дадите? Да нет, конечно! Банк же должен рассчитывать как-то риски, и эти 15 процентов, наверное, вы не с потолка взяли, а как-то считали в первую очередь.

С. ГОРАЩЕНКО: Мы все-таки подумали, что мы пока еще не такие долгожители как крупные банки на нашем рынке, или зарубежные банки. Поэтому 15-летием и 15 процентами на небольшой период, пока мы празднуем свое 15-летие – до конца этого года, мы сочли возможным пожертвовать, и клиентов отблагодарить за то доверие, которое мы наблюдали. И даже, кроме этого, предложить участие в розыгрыше автомобиля. То есть, такие вот условия, в которые, наверное, трудно поверить.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Что, на ваш взгляд, привело к тому, что клиенты стали возвращаться, и даже приходить новые? Вот эти 15 процентов повлияли, или еще что-то? 15 процентов это здорово, но страшно потерять все…

С. ГОРАЩЕНКО: Да, я бы больше добавил. Существует определенная формула восприятия: чем больше процентов предоставляется, тем, наверное, хуже состояние, да? Хотя на самом деле, если сейчас посмотреть на рынок – 15 процентов это уже далеко не удивительная ставка. Уже много случаев предложений ставки больше. И поэтому это совершенно не что-то из ряда вон выходящее. Что же касается того, благодаря чему восстановилось это доверие, я думаю, что благодаря тому, что само доверие формируется неким общественным восприятием, что происходит на рынке. Если люди слышат о том, что с одним банком стало хуже, с другим хуже, один пошел под санацию, у третьего лицензию отозвали и так далее, а с этим банком ничего не происходит, у него нет очередей, он спокойно выдает вкладчикам, которые обеспокоены, вклады, он проводит программы продвижения своих вкладов, проводит розыгрыши, спокойно вполне себя чувствует – какие основания для беспокойства? Был какой-то период некой общей паники. Да, очень по понятным причинам люди ей поддались, очень сложно было, действительно, устоять. Но период прошел, люди успокоились и поняли, что ничего страшного не происходило.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Давайте закончим тему вкладов. Скажите, в какой валюте держать деньги?

С. ГОРАЩЕНКО: Знаете, я очень боюсь сейчас … отличиться плагиатом, но я думаю, что мне ничего другого, кроме как многие мои коллеги уже в эфире и средствах массовой информации печатных говорили: я бы не советовал сейчас пытаться угнаться за изменением курсов. Потому что спрогнозировать поведение курсов сейчас чрезвычайно сложно, и то, что происходит сегодня с евро, а именно, его рост, совсем не свидетельствует о том, что этот рост будет продолжаться и что не будет обратного отката. О том, что сегодня доллар остановиться… сложно предсказать, что будет с ним завтра: будет ли рубль падать по отношению к доллару, либо будет наоборот.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вот прогноз доллар-евро… действительно, прогнозов слышим много – от 1,8 доллара за евро до 0,95, то есть доллар станет дороже евро. Но рубль-то потихонечку, потихонечку… Центробанк сегодня очередной раз отпускает рубль в свободное плавание, расширяется корзина… с рублем-то все понятно. Нет разве?

С. ГОРАЩЕНКО: Если бы это зависело только от действий Центрального банка или игроков на рынке… Видите ли, мы говорим всегда о валютной паре. Мы говорим не только о рубле, а значит, не только о состоянии российской экономики. И мы живем здесь не автономно, не отдельно от всего мира. У нас в этом смысле, к сожалению, очень сильная экспортно-ориентированная экономика, причем сырьевая. Не дифференцированная. Мы очень мало экспортируем добавленной стоимости, а значит, не оставляем прибыль в стране, грубо говоря, Поэтому у нас в этом смысле, кроме источников ликвидности, которые повезло, что оказались в стране – это большие золотовалютные резервы, большой резервный фонд. Сейчас мы можем только его тратить, это вопрос времени, когда его потратим. Нужно смотреть, что происходит в той экономике, с чьей валютой мы сравниваем рубль. И если смотреть на доллар, американская экономика по большому счету, наверное, одним из самых сценариев, который может рассматривать сейчас по восстановлению американской экономики – это ослабление доллара. И в этом смысле, против чего тогда мы будем воевать? У кого больше хватит сил ослаблять национальную валюту? Потому что и для нас один из самых достойных сценариев сейчас восстановить конкурентоспособность экономики по отношению к мировой – это тоже ослабление национальной валюты. Поэтому я не могу прогнозировать , как будет вести себя американское правительство, американское бизнес-сообщество. Поэтому еще раз – не хочу на себя брать ответственность прогнозировать.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Тогда составьте корзину. Берем рубль – и в корзину… Какие валюты берем для начала?

С. ГОРАЩЕНКО: Три. Доллар, евро, рубль.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Рубль берем?

С. ГОРАЩЕНКО: Да. В условиях отсутствия доводов в пользу какой-то точной пропорции 33 на 33 на 33.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: И один процент – какую-нибудь йену… мороженое купить. Я напомню, что у нас в гостях Сергей Горащенко, первый вице-президент Бинбанка. Другая важная составляющая работы любого банка – это кредиты. Сначала давайте кредиты, которые были уже взяты, и в первую очередь ипотечные кредиты. Тут, во-первых, возможность пересмотра процентных ставок, условий кредитования. Насколько сегодня об этом можно говорить?

С. ГОРАЩЕНКО: Об этом не только говорят, это даже делают. Признаюсь, у нас была такая мысль, и даже было принято такое решение. Но мы успели остановиться с реализацией этого решения, поскольку психологический такой аспект сыграл… Представив себя на месте наших заемщиков, мы предположили, что реакция заемщиков, наверное, обоснованная, может быть в виде протестов. Я понимаю, с точки зрения логики этот протест, наверное, не обоснован, но точки зрения эмоциональной реакции повышение процентной ставки в условиях, когда реально ухудшается состояние в экономики, реально ухудшаются или есть риски потери, снижения доходов населения, а значит, и его кредитоспособности, повышать процентную ставку, увеличивать долговую нагрузку – ну, это что-то, похожее на такой… ну, не издевательский, но катализатор смерти. Не очень хочется даже об этом думать. Поэтому мы как-то решили повременить с этим решением. Не скрою, такие мысли до сих пор присутствуют, но пока они не созрели до уровня конкретных действий.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Потеря работы…Буквально на днях АИЖК… даже создана типа дочки АИЖК – АРИЖК, которая будет заниматься, по сути, помощью тем заемщикам, которые потеряли работу или у которых уменьшился доход их официальный …Как вы полагаете поможет это как-то решить ситуацию?

С. ГОРАЩЕНКО: Безусловно, поможет. И даже не дожидаясь таких программ со стороны государства, банки, и мы в частности, уже предлагаем своим клиентам возможность реструктуризации задолженности, когда для этого, естественно, существуют какие-то объективные доводы. Не предлагать это мы не можем, потому что в противном случае, клиент окажется тогда неспособным погасить и… ничего хорошего ни для нас, ни для клиента не несет. Агентства по реструктуризации ипотечного жилищного кредитования – по сути, это то же АИЖК, - в этом смысле очень хорошую подпитку, поддержку этим мыслям, которые банки уже начали реализовывать в жизнь дает. И определенное понимание у клиентов возникает, что это правильное направление, этим не стоит бояться воспользоваться. И если возникают какие-то социальные факторы – потеря дохода или снижение кредитоспособности , - нужно понимать, что любой банк – я думаю, что любой сегодня уже – и самостоятельно пойдет навстречу клиенту, и если у банка не будет возможности самостоятельно пойти навстречу в полной мере, то здесь есть еще один способ, еще одна существенная помощь со стороны правительства в лице АИЖК.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Как вести себя заемщику, который начинает понимать, что он не может дальше погашать кредит по тем или иным причинам? Вот наступает этот момент… что делать?

С. ГОРАЩЕНКО: Спокойно обратиться в кредитующий банк и об этом сказать. Не ждать…

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А если это квартира, в которой ты живешь? Не какая-то там инвестиционная, а та, в которой ты живешь. Страшно, что тебе банк скажет: не можешь платить? – выезжаем, заберем квартиру.

С. ГОРАЩЕНКО: Я очень надеюсь, я почти уверен, что банки сегодня не будут так делать. Потому что клиент, во-первых, пришел и сам сказал о том, что есть проблема, и что он заинтересован эту проблему таки решить. Он же не всю жизнь останется теперь безработным, он же когда-то найдет работу, у него когда-то доход восстановится. Он жить в этой квартире хочет. Скажите, банку зачем квартира?

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ну, это я уж не знаю.

С. ГОРАЩЕНКО: Банк не риелторское агентство, и продажей, торговлей квартирами не занимается. Для банка это абсолютно непрофильное, хлопотное и затратное дело. Банку это нужно в самую последнюю очередь. Банку нужно вернуть кредит! Поэтому он будет искать вместе с клиентов возможность этот кредит вернуть теми или иными способами, предлагая один или другой способ реструктуризации. Только полностью исчерпав все возможности…

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Тем более, что по последним данным – я слежу за публикациями – и цены на недвижимость пошли вниз, и пошли очень хорошо, по полтора-два процента в неделю. Прогноз Сбербанка на цены на недвижимость – это 50-процентное падение вниз, так что квартиры банку действительно, особо сейчас и не нужны. Продать задорого не получится и быстро уж точно. Сергей Горащенко, первый вице-президент Бинбанка был у нас в гостях. Спасибо вам, Сергей.