Возможный кризис банковской системы и роль отечественной промышленности в выправлении финансовой ситуации - Юрий Птицын - Интервью - 2008-02-29

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: 13 часов 35 минут в столице, и вы слушаете радиостанцию «Эхо Москвы». Алексей Дыховичный у микрофона. У нас в гостях Юрий Птицын, вице-президент Московского Индустриального Банка. Здравствуйте, Юрий.

Ю. ПТИЦЫН: Добрый день.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: У нас серьезная тема. Мы говорим о возможном кризисе банковской системы в России и роли отечественной промышленности в выправлении или, наоборот, невыправлении ситуации. Работает sms +7(985)9704545. Собственно говоря, можно сказать, что мы продолжаем экономическую тему, о которой говорим с 11 часов сегодня практически. Юрий, ваше мнение, что вы думаете о возможном кризисе? Сильном, несильном – второй вопрос. Вообще о возможном кризисе российской банковской системы.

Ю. ПТИЦЫН: Мне бы хотелось сказать, что в настоящий момент времени мы не видим каких-либо значительных причин, по которым можно было бы ожидать кризиса в российской банковской системе. Общие финансовые и экономические показатели в стране по-прежнему достаточно хорошие, а банковская система – это, конечно, отражение экономики нашей страны. Поэтому я хотел сказать, что рост производства совершенно очевиден, мы видим достаточные объемы инвестиций, которые осуществляются как отечественными предпринимателями, так приходят и из-за рубежа. Поэтому каких-либо причин говорить о том, что банковскую систему ожидает глобальный или даже локальный кризис, мы особых причин сейчас не видим.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Так как банк ваш индустриальный, Московский Индустриальный Банк, то давайте сразу разделим. Или это не нужно разделять? Российские банки, которые, в первую очередь, работают с корпоративными клиентами, то есть с промышленными компаниями и так далее, и банки, которые работают на розницу. У всех такая вот замечательная стабильная ситуация, или только у тех, кто с компаниями?

Ю. ПТИЦЫН: Мне бы хотелось сказать пару слов. Московский Индустриальный Банк был образован в 1990 году на базе Московского городского управления Промстройбанка СССР. И, таким образом, история нашего банка идет к 20-м годам этого столетия, то есть мы уже на протяжении многих-многих лет работаем с промышленными предприятиями. Это, без сомнения, создает для нас определенные конкурентные преимущества по сравнению с нашими коллегами из других банков, потому что мы действительно реально можем понимать те потребности, которые возникают у нашей клиентуры, мы действительно хорошо понимаем, в том числе, их производственные циклы, максимальным образом можем обеспечить их потребности. Поэтому вся наша работа всегда была направлена для максимального удовлетворения потребностей промышленных предприятий. Без сомнения, работа с частными лицами для нас также очень важна. Работая в 20 регионах Российской Федерации, мы имеем возможность через 156 наших филиалов отделений предоставлять потребности нашим клиентам, как юридическим, так и физическим лицам. И, без сомнения, хотел бы сказать, что значительная региональная сеть позволяет банкам снизить те риски, с которыми они могут столкнуться.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А я вернусь к своему вопросу. Вот вы сказали, что стабильно. Я вам верю, потому что вы знаете, вы в курсе, вы вице-президент банка. У всех стабильно, или только у тех, кто… Нет ли у тех, у кого очень большая розница, нет ли у них каких-то рисков?

Ю. ПТИЦЫН: Вы знаете, я бы хотел сказать, что тут во многом зависит не столько от направлений деятельности, а также от способов формирования ресурсной базы. Это действительно очень важно. Дело в том, что, как я сказал, если банк имеет большую филиальную сеть, как мы, например, то есть возможность диверсификации своей ресурсной базы, то есть привлечения средств от физических лиц и вложений, привлечения средств от юридических лиц, в каком-то плане привлечения средств от иностранных банков, в том числе и на длительной основе, то есть на сроки 5, 6, 7, 9 лет, как это делаем мы. В том случае же, если зачастую ресурсная база складывается из одного – двух клиентов, или, допустим, она имеет краткосрочную базу, то есть, допустим, банки заняли достаточно большие заимствования на внешнем рынке и, как в настоящий момент времени, некоторым корпоративным клиентам банкам приходится возвращать их средства, это, конечно, может создать определенные сложности для этих банков с ликвидностью. Однако подчеркну еще раз то, что работа как с физическими, так с юридическими лицами, она важна сама по себе. И, конечно же, в настоящий момент времени общая ситуация в экономике такова, что вряд ли стоит ожидать каких-либо больших сложностей.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ну а теперь я перестану вам верить и забуду о том, что вы вице-президент банка, потому что есть много каких-то вот таких вот сигналов, о которых читаешь, которые встречаются в Интернете, которые говорят об обратном – о том, что не так все гладко и хорошо. Ну раз уж вы о ликвидности, то давайте об этом и поговорим. Кризис ликвидности, и сейчас наступает время, когда будет необходимо многим российским банкам и корпорациям крупнейшим возвращать долги, и платить придется много. Не видите ли вы здесь какой-либо опасности?

Ю. ПТИЦЫН: Ну, давайте с вами еще раз вместе посмотрим. Без сомнений, как мы уже говорили, очень важна ресурсная база и способ ее формирования как для корпораций, так и для банков. Действительно в ближайшие два, может быть, три месяца общая ситуация на рынке будет не самой простой. Это связано, во-первых, как совершенно правильно вы сказали, с тем, что для некоторых банков и некоторых корпораций наступает необходимость возврата евробандов или облигационных займов, которые были размещены. И дело в том, что при растущем рынке, когда ситуация на рынке постоянно улучшалась, многие предприятия, да и банки занимались тем, что пускали свои облигационные займы, предоставляя оферты. То есть возможность представления к платежу через год фактически после размещения.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть на короткие сроки?

Ю. ПТИЦЫН: На короткие сроки. По той причине, что ставки действительно сокращались и были возможности через год занять эти же деньги, только на более льготных условиях.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Еще дешевле.

Ю. ПТИЦЫН: Еще дешевле, совершенно верно.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ситуация изменилась?

Ю. ПТИЦЫН: Ситуация изменилась, и ситуация изменилась прежде всего на внешних рынках. При этом мне что бы хотелось сказать… Дело в том, что разные банки действовали по-разному в этой ситуации. Мы как банк также осуществляли заимствование за рубежом, но дело в том, что мы наши займы осуществляли на реализацию конкретных инвестиционных проектов, связанных с техническим перевооружением наших клиентов, связанных с закупкой новой техники и технологий, что создавало нам возможность привлекать эти деньги от иностранных банков на длительные сроки. То есть мы занимали деньги на 5, 7, 9 лет, и сейчас мы не столкнулись с необходимостью одномоментного возврата крупных займов. Вторая ситуация, которая также накладывает свой отпечаток на текущую ситуацию – это, конечно, ситуация с бюджетными средствами. Мне бы хотелось сказать, что в целом ситуация с бюджетом действительно улучшается, мы это действительно видим. Поверьте мне, что мы как банк, который на протяжении многих десятилетий кредитовали промышленность в Москве, и не только в Москве, но и в регионах, мы хорошо знаем ситуацию на этом рынке, мы хорошо понимаем то, что действительно очень возросли бюджетные затраты, которые позволяют нашим клиентам… создают для них рынок сбыта, потому что, без сомнений, самая сложная ситуация, в которой может оказаться клиент – это сокращение рынка сбыта своей продукции. Хуже этого вряд ли что-то еще может быть. И мы видим, что бюджетные средства начинают все активнее продвигаться, мы видим достаточно большой рост оборонзаказа, что создает реальные возможности для оборонных предприятий, которые в значительной степени у нас обслуживаются, и что создает для них возможность сбыта и получения необходимой прибыли. Поэтому еще раз подчеркну, да, в ближайшие два – три месяца ситуация, возможно, будет не самой простой. Ну, во-первых, на рынке существует достаточно механизмов для того, чтобы преодолеть эту сложность. Мы с вами можем вспомнить ситуацию осенью прошлого года, когда вполне адекватные меры Центрального Банка позволили сохранить ликвидность на рынке. Сейчас банки готовились к этой ситуации. Я могу сказать, что и мы как банк понимали, какая ситуация будет складываться. Мы хорошо видим те объемы внешних заимствований, которые должны быть возвращены, мы хорошо понимаем то, что на март – апрель месяцы приходятся достаточно большие налоговые платежи наших клиентов. Поэтому, без сомнений, готовились и создавали себе необходимый запас ликвидности. Он есть не только у нас, он есть в целом на рынке.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вы говорите о себе, когда вы говорите о том… Я прошу прощения, я немножечко перефразирую, так более, может быть, грубо выскажусь. Вы говорите о себе, когда вы говорите, что вы не делали глупостей - не одалживали на один год, а одалживали на 5, на 7 лет. Да, я так понял? И под конкретные проекты, что тоже немаловажно. Но, как выясняется, некоторые компании, многие компании совершили такой шаг – одолжили всего-навсего на один год. Я прошу прощения, мы сейчас прервемся буквально на одну секунду. Как же я забыл?

РЕКЛАМА

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: И сразу продолжим. А вы же находитесь… Я имею в виду Московский Индустриальный Банк. Вы же находитесь в среде, у которой есть некая проблема. Все-таки это проблема – вернуть эти деньги. И эта среда начинает друг другу одалживать деньги сейчас, об этом говорил сегодня у нас в эфире Алексей Улюкаев, под бОльшие проценты. Он сказал у нас в эфире, что ставки по межбанковским кредитам возрастают и будут возрастать. Правда, он не исключает, что в определенные моменты времени, в определенные дни эти ставки могут достигать 10 процентов. Как Алексей Улюкаев у нас говорил, он не видит в этом никакой катастрофы, но… Слушайте, но это дорого. Значительно дороже, чем было полтора года назад. Полтора года назад сколько это было?

Ю. ПТИЦЫН: Вы знаете, я могу сказать, что и сейчас это гораздо ниже, чем указанные 10 процентов. Но, во-первых, совершенно верно, я хотел бы сказать, что если это будет, то это будет непосредственно перед, допустим, налоговыми платежами, которые мы сегодня упомянули.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Но в общем растут и будут расти, сказал он.

Ю. ПТИЦЫН: Ставки растут и будут расти, потому что, еще раз подчеркну, конечно, ситуация с ликвидностью ухудшилась, однако некатастрофично. Потому что, еще раз подчеркну, у Центрального Банка достаточно большие возможности по урегулированию этой ситуации, и Центральный Банк проводит вполне адекватную политику в этом плане. Более того, расширен список инструментов, под которые возможно занимать средства у Центрального Банка. И имеющийся у нас с вами золото-валютный резерв позволяет утверждать, что сложностей в этом плане не должно быть.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А вот я… я же под впечатлением эфира, только что прослушанного мной. И, собственно говоря, я-то как раз вижу, что Алексей Улюкаев не видит беспокойства, он не видит беспокойства по поводу кризиса ликвидности и по поводу вот этих вот корпоративных долгов. Он говорит о том, что, ну, вот росли 50 – 60 процентов, ну, вырастим 30 – 40. Центральный Банк не видит… теперь будет 30 – 40 – да ничего страшного в этом нет. Он не видит беспокойства, а значит, не будет вливания ликвидности. Я так интерпретирую его слова.

Ю. ПТИЦЫН: Я абсолютно уверен, что Центральный Банк не видит беспокойства, потому что понимает, что тот инструментарий, который у него есть, позволяет ему полностью контролировать ситуацию. И это действительно так. То есть Центральный Банк в состоянии влить порядка, по оценкам, до 1,6 триллиона рублей – это огромные деньги – если такая потребность возникнет.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Одна целая…

Ю. ПТИЦЫН: …шесть десятых триллиона.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Практически одномоментно?

Ю. ПТИЦЫН: Да. При том, что, по оценкам экспертов, максимальный объем займов, которые будут брать коммерческие банки у Центрального Банка, если осенью прошлого года составлял порядка 300 миллиардов рублей, на эту весну планируется порядка 400 миллиардов рублей. Но, тем не менее, цифры несоизмеримые.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: 400 миллиардов рублей мы должны заплатить…

Ю. ПТИЦЫН: 400 миллиардов рублей – это тот объем заимствований, который коммерческие банки, по оценкам экспертов, будут занимать у Центрального Банка для поддержания своей ликвидности.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вот сейчас…

Ю. ПТИЦЫН: Нет, сейчас…

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: В феврале – марте, нет?

Ю. ПТИЦЫН: Нет, это все-таки оценка на март – апрель. Потому что если мы возьмем вчерашний день, то объем заимствований составлял 120 миллиардов.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Я хотел сказать «март – апрель», да, конечно.

Ю. ПТИЦЫН: Март – апрель, да, совершенно верно.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: 400 миллиардов рублей?

Ю. ПТИЦЫН: 400 миллиардов рублей. Это не самые большие деньги.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вы сказали «банки». Это только банки? А корпорации? «Роснефть» та же самая.

Ю. ПТИЦЫН: Я думаю, что у «Роснефти»… очевидно, что со своей операцией она будет фондировать в коммерческих банках. Потому что действительно если мы с вами возьмем, допустим, ситуацию…

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Это учитывается?..

Ю. ПТИЦЫН: Это все учитывается?

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: 400 миллиардов – это все корпоративные выплаты, которые должны быть осуществлены, правильно я понимаю?

Ю. ПТИЦЫН: Нет, не совсем. На самом деле объем всех выплат по внешним долгам на март – апрель действительно составляет порядка 400 миллиардов рублей, чуть меньше…

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: И столько же будут занимать?

Ю. ПТИЦЫН: Примерно столько же будут занимать.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А 1,6 триллиона могут влить.

Ю. ПТИЦЫН: Центральный Банк, да, обладает такой возможностью. То есть Центральный Банк фактически в 4 раза может перекрыть те максимальные объемы, которые будут занимать коммерческие банки.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: У нас же будет еще и октябрь – ноябрь, когда второй период транша. И Центробанк не может все деньги отдать.

Ю. ПТИЦЫН: Скорее, сентябрь – октябрь, совершенно верно. Какая ситуация? Дело в том, что, как я еще раз сказал, два месяца действительно будут не очень простыми. Потом ситуация будет действительно улучшаться. Во-первых, деньги у клиентов будут появляться еще более активно, тем самым будет ситуация в коммерческих банках улучшаться. Понимаете, какая ситуация? Говоря откровенно, мы как банк оказываемся в ситуации, что, создав себе необходимую подушку ликвидности, когда ситуация на рынке в целом становится, скажем так, сложнее, это только дает возможность для сильных банков привлечь к себе дополнительную клиентуру. И вы знаете, мы и сейчас имеем достаточно большой приход клиентов нам, тех клиентов, которые хотят работать с нами. И поверьте мне, это крупные промышленные предприятия, которые когда-то обслуживались у нас, которые создаются новые. То есть на самом деле это возможность улучшить свою рыночную ситуацию. И мы ею со своей стороны достаточно активно пользуемся.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: О рынках сбыта давайте поговорим, о которых вы упомянули. Они растут, сказали вы. Как же они растут, куда же они растут, когда все-таки рецессии в Соединенных Штатах, о них говорят очень много. Правда, Джордж Буш буквально вчера сказал, что нет никакой рецессии и не будет ее. Но Джордж Буш – это президент, но есть еще много аналитиков, много финансовых специалистов, которые все по-разному говорят, в общем, до катастрофических прогнозов, тоже такие есть. Ну а, соответственно, будет рецессия в Америке, будет снижение потребления всего, в том числе и нефти. И в Китае все будет сложнее, потому что Америка меньше будет потреблять. И какие уж тут рынки сбыта…

Ю. ПТИЦЫН: Давайте с вами еще раз посмотрим на эту ситуацию с точки зрения Российской Федерации. Конечно, трудно говорить в глобальном плане, но каждый из нас заинтересован в процветании своей собственной страны. Ожидание снижения цен на нефть… я вот уже ожидаю где-то в течение года, как минимум. До этого, вспомните, перед войной в Ираке, когда все говорили о том, что сейчас США выиграет войну, нефть польется рекой, и ситуация будет по ценам на нефть очень плохой.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Для нас?

Ю. ПТИЦЫН: Для нас, для Российской Федерации. Я могу сказать, что мы все прекрасно понимаем, что с тех пор цена на нефть сильно выросла. Давайте посмотрим на те цены на нефть, которые есть сейчас. Она вплотную приблизилась к 103 долларов. То есть 103 доллара уже преодолены, и преодолены достаточно хорошо. При этом я хотел бы сказать, что ситуация для экспортеров очевидно улучшается в этом плане. Что если цены на нефть растут, соответственно, растут цены на газ, и тем самым ситуация для нашего экспорта улучшается. С другой стороны, мы с вами видим рост евро. Евро – это Европа, где располагаются основные конкуренты для нашей страны, с точки зрения уже промышленности, то есть с точки зрения их производств. Рост евро создает хорошую, благоприятную ситуацию для наших клиентов, для промышленных предприятий. Тем самым улучшается их конкурентоспособность. Поэтому я хотел бы сказать, что вот то, что сейчас происходит на рынке, это, в общем-то, достаточно большое благо. Кроме этого, вы знаете, некоторое ухудшение ситуации с ликвидностью и то давление, которое оказывается на рынок ценных бумаг, это также благо для промышленности на самом деле. Потому что мы как банк много лет уделяли внимание именно промышленным предприятиям, и основное наше направление – это кредитование промышленности. То, чем занимались на протяжении десятков лет. И мы понимаем то, что на нынешнем волотильном рынке многие банки также будут много внимания уделять кредитованию промышленности, потому что тех заработков, которые они могли бы получить на фондовом рынке, сейчас или не будет, или они будут связаны с гораздо большими рисками. В то же время мы считаем, что, имея очень богатый опыт обслуживания промышленных предприятий, это нам создает очень большое конкурентное преимущество, и мы готовы к этой ситуации на рынке.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Даже плюс? То есть даже плюс, да?

Ю. ПТИЦЫН: В общем-то, конечно, плюс.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Возможная рецессия в Америке может оказаться нам плюсом или все-таки замедление темпов роста?

Ю. ПТИЦЫН: Ну, скажем так, все-таки замедление темпов. Потому что, конечно, знаете, говорить все-таки о глобальной рецессии, я считаю, нет оснований. Все-таки мощная экономика, и возможностей по каким-либо... США обладает фактически действительно очень большими возможностями. Я думаю, что если им необходимо будет что-либо предпринять, столкнувшись с более серьезными угрозами, у них есть в запасе определенные возможности.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ну и, наверное, некоторая частность, благо вы упомянули об оборонке, и благо вы говорите о конкурентоспособности российских предприятий по сравнению с европейскими, о росте этой конкурентоспособности, то как-то сразу оборонка вспоминается, сразу вспоминаются «МиГи». 34… Правильно, 34?

Ю. ПТИЦЫН: 34 «МиГа», совершенно верно.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: 34 «МиГа» - вот вам и вся конкурентоспособность, извините меня, пожалуйста.

Ю. ПТИЦЫН: Ну, давайте скажем откровенно, все-таки это вопрос политический. Там не вопрос экономики, это совершенно очевидно. Совершенно очевидно, что, с точки зрения «цена – качество», предлагаемые «МиГи» совершенно не уступают французским аналогам, это совершенно понятно. Вы знаете, я еще раз подчеркну, общая ситуация с бюджетом сильно поменялась. Мы видим, что многие наши клиенты, работающие в оборонной отрасли, сейчас находятся на подъеме. Это, с одной стороны, действительно очень большой рост экспорта вооружений, что очень важно. Но что я считаю еще более важным – это больше внимания государства, которое уделяет внимание росту оборонзаказа. Я абсолютно уверен, что эти 34 «МиГа», в общем-то, помогут нашей армии для укрепления ее обороноспособности. Я думаю, что они будут применены, может быть, с еще большим эффектом.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Я надеюсь, в мирных целях.

Ю. ПТИЦЫН: Надеюсь.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ну 34 «МиГа» - это большие деньги, наверное.

Ю. ПТИЦЫН: Большие деньги.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Спасибо вам. Юрий Птицын, вице-президент Московского Индустриального Банка, был у нас в гостях. И, скорее, о невозможности кризиса в российской банковской системе и о роли отечественной промышленности в управлении финансовой ситуацией мы говорили. Спасибо вам, Юрий.

Ю. ПТИЦЫН: Спасибо вам. До свидания.