Запрет как способ борьбы с курением - Давид Заридзе - Интервью - 2007-01-03

Н. БОЛТЯНСКАЯ: 11 часов 6 минут. Вы слушаете «Эхо Москвы». У микрофона Нателла Болтянская. В нашей студии Давид Заридзе, директор Научно-исследовательского института канцерогенеза Российской Академии медицинских наук. Здравствуйте, Давид Георгиевич.

Д. ЗАРИДЗЕ: Здравствуйте.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: И говорим мы с вами о запрете как о способе борьбы с курением. Ну, честно вам скажу, что в этой студии вы в меньшинстве.

Д. ЗАРИДЗЕ: Плохо.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Но давайте мы поговорим все-таки не о нас, любимых, а о запрете как о способе борьбы. Что меня в этой истории смущает? Меня в этой истории смущает то, что, когда начинается новая метла, она начинает мести без разбору и, скажем так, лишает человека возможности сознательного выбора. Я, наверное, согласилась с вами, причем двумя руками, двумя ногами, с тем, что должны быть некие способы невовлечения в это дело, в эту беду людей молодых, людей так называемых случайных. Это один момент. Но, как бы это сказать, среди наших соотечественников существуют такие, которые достаточно давно и сознательно для себя сделали этот выбор. Понятна моя, так сказать...?

Д. ЗАРИДЗЕ: Ну вы, собственно, все сказали. Но я все-таки хочу сказать о следующем. Значит, я согласен с тем, что насилием, запретами изменить ситуацию, то есть заставить людей или, так сказать, уговорить людей бросить курить трудно, просто невозможно. Но ведь речь идет не только о запретах. Мы с вами уже говорили, что запрет – это один из методов борьбы с курением. Запрет чего? Запрет не курения, а запрет курения в общественных местах – на рабочем месте, в школах, вузах, медицинских учреждениях, в самолетах, в поездах и так далее. Запрет ведь касается только этого – запрета курения в общественных местах. Причем, когда вы говорите о новой метле, вы не правы. Это не новая метла, метла старая. Потому что многие страны уже через это прошли. Вы мне только что сказали о том, что Америка - курящая страна и сильно курящая. Это неправда. Она курящая все еще, но не сильно курящая. Если где-то в 60-х годах курило более 70 процентов американских мужчин, теперь курят только 25 – 30 процентов. И это очень хорошо. Это большой успех. Значит, вот о запрете. Я повторяю, что речь идет о запрете курения только в общественных местах.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вы знаете, несколько месяцев назад я была в одной из европейских столиц и зашла в ресторанчик. Прежде чем сесть за столик, я спрашиваю: «У вас курящее заведение?». Мне говорят: «Нет, у нас заведение некурящее, но вон, через дорогу, в нашей же сети ресторан - курящий. Пожалуйста, делайте свой выбор». Вам не кажется, что это более правильное дело?

Д. ЗАРИДЗЕ: Ну, я не понимаю, что вас беспокоит. Если вас беспокоит ситуация в Лондоне, то я на нее повлиять не могу. Но если вас беспокоит ситуация в Москве, то любое кафе, любой ресторан в Москве абсолютно курящий. Так что вы можете получить максимальное удовольствие в любом общественном заведении в Москве. И это плохо, с моей точки зрения. Что надо делать? Для начала надо разделить места для курящих от мест курящих.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Согласна.

Д. ЗАРИДЗЕ: Причем не так, как это у нас происходит: самые неудобные места – это для некурящих, а самые удобные… Понимаете, у нас получается так: некурящие – изгои, а курящие, так сказать, хозяева положения. На Западе ситуация немножко другая. Ну я не люблю это слово «изгои». И курящие против этого протестуют. Я понимаю, у курящего есть свое право курить. Это осознанный выбор. Я сомневаюсь в том, что это осознанный выбор, потому что я сомневаюсь в том, что курящий знает о том, сколько болезней связано с курением. Это наша вина, потому что… Ну, «пропаганда» - это плохое слово, я его не люблю, хотя это нормально. Ну, просто «пропаганда» - это слово для нас звучит очень по-советски. Ну, «пропаганда» - это нормальное слово. И наше общество плохо информировано о вреде курения, даже не о вреде, а о том, что курение или табачный продукт – сигареты – это единственный легальный продукт, который убивает человека. Каждый четвертый курящий умрет от причины, связанной с курением. Это неосознанный выбор. Об осознанном выборе можно тогда говорить, когда человек информирован, серьезно информирован о вреде курения.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Давид Георгиевич, у меня такое впечатление, что, опять же учитывая специфику нашей страны, вот мы с вами, когда разговаривали перед тем, как войти в эфир, мы с вами, в общем, пришли к выводу, что наше родное общество, скажем так, не абсолютно здорово. Да? И при попытке внедрить любую, так сказать, возможно, позитивную идею в нашем обществе нас ждут перегибы на местах. Да? Мне кажется, что в вашей последней тираде прозвучала одна абсолютно справедливая… Это я вас забыла попросить выключить мобильный. Простите великодушно. Так вот, человек, который не хочет дышать дымом, человек, который не хочет присутствовать и быть пассивным курильщиком насильственно, безусловно, имеет на это право. Вот смотрите, пейджер нам тут же пишет: «Скажите, пожалуйста, лестничная клетка – это общественное место? Например, в нашем подъезде на каждой лестничной клетке курят, а дым идет в квартиры некурящих. Почему они должны страдать?» Согласна полностью.

Д. ЗАРИДЗЕ: Нет, ну лестничная клетка – это общественное место. И на лестничной клетке, по определению, курить нельзя. Если речь идет о лестничной клетке, надо выбрать место, скажем, между третьим и четвертым этажами или пятым и шестым – место для курения. Вот это, так сказать, будет…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Но вы сами понимаете, что в многоэтажном доме это все пойдет и выше, и ниже.

Д. ЗАРИДЗЕ: Значит, давайте не будем казуистикой заниматься. Понимаете? Это непродуктивно. Вот лестничная клетка… Давайте не будем казуистикой заниматься. Давайте я вам отвечу на ваш вопрос о нашем обществе. Понимаете, у нас… почему мы все время ссылаемся на какие-то особенности нашего народа, нашего общества? То он самый лучший и богом избранный, то он плохой, так сказать, и недостаточно, что ли, так сказать, интеллектуальный для того, чтобы понять и думать о своем здоровье. Понимаете? Это спекулятивное, так сказать, и то, и другое. Когда мы говорим о богом избранном народе, который, так сказать, вот имеет свой путь развития, я с этим согласен. Но путь развития богом избранного народа – это не самоубийство. А наш народ убивает себя.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Давид Георгиевич, но я же говорю о том, что наше общество не вполне здорово, только с одной единственной позиции, что, предположим, завтра вводится запрет на курение в общественных местах. И я могу с вами поспорить на что хотите, что, зайдя в не очень набитый ресторан, например, в пустующее ресторанное помещение, вы дадите червонец официанту, и он вам разрешит закурить. Вам продадут права нарушить это правило, где вы считаете нужным.

Д. ЗАРИДЗЕ: Я думаю, что мы опять занимаемся… мы говорим опять непредметно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Хорошо, давайте нарисуем идеальную картину, с вашей точки зрения.

Д. ЗАРИДЗЕ: Непредметно. Понимаете? Я понимаю, да, мы неправильно паркуемся и платим гаишникам. Да, мы даем взятки. Это все, так сказать, тривиально, это все известно. Мы же говорим об определенной проблеме. Мы не говорим, так сказать, о вообще дефектах нашего общества и проблемах нашего общества. Давайте поговорим о здоровье нашего общества. Мы каждый день, каждый медицинский работник, каждый академик медицинский, министр здравоохранения, замминистра на каждом углу при каждом удобном случае говорят о том, что ожидаемая продолжительность жизни россиян ниже, чем любого другого народа. Это так. Значит, что-то надо делать для того, чтобы изменить ситуацию. Что смертность от сердечно-сосудистых заболеваний, что смертность от рака одна из самых высоких в мире. Мы должны что-нибудь делать по этому поводу или нет? Да, надо рожать детей. Для чего их рожать? Чтобы обкуривать и делать инвалидами смолоду?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ну, мне кажется, что обкуривание – это не единственный способ убивания наших детей. Я думаю, что тут вы со мной согласитесь.

Д. ЗАРИДЗЕ: Не самый, это не единственный способ. Но один из способов. Пассивное курение увеличивает риск внезапной детской смерти. Есть такая причина неизвестная. Вот ребенок умирает во сне – это внезапная детская смерть. Вот от пассивного курения при курении матери, отца, когда мать курит, беременная мать курит, вот риск внезапной детской смерти увеличивается. Увеличивается риск развития различных заболеваний, легочных заболеваний. Происходит задержка роста, физического и умственного развития. В общем, целый букет заболеваний. И наконец, отдаленный эффект, относительно отдаленный – это злокачественные опухоли мозга, это лейкозы, это лимфомы. Я согласен, курение – это не единственный способ, так сказать…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Угробить наших соотечественников.

Д. ЗАРИДЗЕ: Угробить наших соотечественников. Но это один из важнейших факторов.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Хорошо, давайте я попрошу вас изложить ту систему, так сказать, деления общества на «чистых» и «нечистых», как вы ее видите в идеале. Вот наше российское…

Д. ЗАРИДЗЕ: Ну почему «чистых и нечистых»?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Хорошо, курящих и некурящих.

Д. ЗАРИДЗЕ: Ну давайте… Я думаю, что мы представляем одно и то же общество, одну и ту же страну. И, наверное, заботы у нас одни и те же. Только понимание у нас этого разное. А понимание, потому что вы просто, как и большинство наших россиян, вы плохо информированы о вреде курения, о том, что делает курение с человеком и с обществом. У нас в России от курения умирает 350 – 400 тысяч человек.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Давайте я вам прочитаю, что нам пишут на пейджер, Давид Георгиевич.

Д. ЗАРИДЗЕ: Хорошо.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я напомню, что в нашей студии Давид Заридзе, директор Научно-исследовательского института канцерогенеза Российской Академии медицинских наук. И вот, смотрите, Елена из Москвы: «Если вы так заботитесь о здоровье населения, сделайте помощь бесплатной, а не делайте это статьей своих доходов. Почему столько врачей и учителей курят сами?». Второе сообщение от Наташи из Москвы: «В прошлом году мой отец умер от рака бронхов. То, что я увидела на Каширке, повергло меня в ужас. Предлагаю снять ролик, куда бы входили и жертвы курения – старики, дети и женщины – и крутить его в прайм-тайм на Первом и Втором каналах. Уверяю, подействует». Хотя я бы от себя добавила, что вряд ли это будут крутить.

Д. ЗАРИДЗЕ: Нет, ну это подействует, потому что реклама, вот антиреклама… У нас же есть реклама курения. Антиреклама действительно подействует. Это, в общем, разумное предложение. Что касается, так сказать, бесплатного лечения – это, собственно, вопрос не ко мне, а министру здравоохранения. А что касается курения врачей – я с этим согласен. Это ужасно, я абсолютно согласен вот с первым сообщением на пейджере. Курящий врач – это, в общем, позор. Потому что если врач не знает о вот этих проблемах здоровья…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: То он плохой врач.

Д. ЗАРИДЗЕ: То он плохой врач. То он темный человек.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А если знает?

Д. ЗАРИДЗЕ: А если знает, он просто бессовестный. Понимаете? Это обычное явление вот в нашем обществе. Это следование двойным стандартам. Он рекомендует своим пациентам бросить курить, а сам курит. Врач курить не должен. Кстати говоря, вот я, продолжая эту тему, хочу сказать, что это, конечно, стыд и позор. Я вам уже говорил, что сессиях Академии медицинских наук стоит дым коромыслом в вестибюле. Это стыдно. Правда, Дума сейчас вот запретила курить в своих коридорах. Я не знаю, где они курят, но тем не менее. Вот еще одно, так сказать, не соображение, а одно наблюдение. Есть такая рамочная конвенция Всемирной организации здравоохранения по контролю курения, которая подписана и ратифицирована практически странами всего мира. Там остались несколько стран, о существовании которых я просто даже не знал. Наша страна не подписала и не ратифицировала эту рамочную конвенцию. Почему? Потому что, по-видимому, чиновники «сидят на игле» табачных компаний. Другого объяснения у меня этому нет.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Давид Георгиевич, я еще раз попрошу вас. Вот представьте себе, сегодня вы сидите на кнопке, которая позволяет вам принять решение. Вот какую идеальную картину вы видите? Вот с завтрашнего дня у вас лично есть возможность принятия решения. Ваша картина? Пожалуйста.

Д. ЗАРИДЗЕ: Дело в том, что многое в нашей стране сделано. Вот есть закон, кстати говоря, о контроле, об ограничении курения в России, который не выполняется. Этот закон, на мой взгляд, достаточно, вполне достаточно хороший. В этом законе предполагается не только запрет курения в общественных местах, но и работа по… так сказать, информационная работа.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Просвещение.

Д. ЗАРИДЗЕ: Просвещение. Конечно, это совершенно необходимо. Я повторяю, для того, чтобы человек, для того, чтобы общество поняло, почему ему запрещают, почему ему, так сказать, отдельно взятому россиянину, курильщику запрещают курить, он должен понять, почему это происходит, с чем это связано. Причем информация должна быть серьезной, научно-обоснованной. Это, на мой взгляд… И тогда вот будет так называемый информированный, так сказать, выбор. Ты информирован, и ты выбираешь. Если ты все понимаешь все, так сказать, проблемы, связанные с курением, и куришь – это твоя забота. Но ты куришь сам по себе, отдельно, не в присутствии… не в общественном месте и не создаешь риск развития рака…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: У других.

Д. ЗАРИДЗЕ: У других. Вот и все.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вот Наталья уверяет, что ей жаль профессора. «Вы убеждаете дураков, умные давно сами бросили курить». Короткий комментарий, да?

Д. ЗАРИДЗЕ: Ну, я бросил курить. Умный – да, согласен.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: «Прежде всего, - Сергей Вадимович из Екатеринбурга уверяет, - от табака должны быть защищены некурильщики. Мы, некурильщики, не обязаны находиться в кабинетах курящих начальников. И вообще, таких начальников надо снимать с должности». Так. «Первостепенная задача государства – оснащение медицины современной техникой». Тоже понятно. «Первая выкуренная сигарета вызывает стойкий…» Не понимаю это слово. В общем, что-то, что влияет на периферическое кровообращение. Но это, я думаю, Давид Заридзе знает лучше, чем мы сами. Скажите, пожалуйста, вот, насколько я понимаю, закон о борьбе с курением – это не единственный закон, который у нас в стране работает…

Д. ЗАРИДЗЕ: Не работает просто, попросту говоря.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Совершенно верно. И, так я понимаю, с него начинать никто не будет. Правильно? Каким образом, вы, если бы у вас была такая возможность, просвещали бы наше население?

Д. ЗАРИДЗЕ: Да понимаете, в чем дело? Это даже тут ничего нового нет. Сейчас многие бывают за рубежом. Во-первых, кстати говоря, вы говорите, что закон… Я все-таки защищаю наш закон, хотя я, в общем, так сказать, чаще ругаю власть, чем ее защищаю. Тут я защищаю. Вот закон недавно запретил рекламу, наружную рекламу. И рекламы, кстати говоря, табачных изделий уже практически нет. Я езжу, и ее практически не вижу.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Согласна.

Д. ЗАРИДЗЕ: Вы скажете: «Вот я курю. Есть реклама или нет рекламы – мне как-то все равно». Да, вы – давнишний курильщик, и вам на это наплевать, извините за выражение.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Пожалуйста, пожалуйста.

Д. ЗАРИДЗЕ: Но ребенок, подросток…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Согласна.

Д. ЗАРИДЗЕ: На подростка это действует. Есть комплекс мер. Сейчас трудно это все… Не трудно, а нам не хватит времени. Вот я говорил о конвенции, рамочной конвенции Всемирной организации здравоохранения. Вот там перечислены и проанализированы все возможные направления борьбы с курением, начиная от образовательных программ, от участия, кстати говоря, средств массовой информации в этом процессе. Ведь, ну, я вам уже сказал, вы меня сегодня пригласили, это очень мило и приятно, но вы меня пригласили в то время, когда, как я уже сказал, Саддама Хусейна похоронили, про Туркменбаши забыли, с Белоруссией о поставках газа договорились, политическая жизнь застыла, потому что каникулы, культурная тоже. И наконец, вспомнили о здоровье. Слава богу, что вспомнили, даже в это затишье, когда все уже… пока еще спят, кстати говоря.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Да ладно. Ну да ладно вам.

Д. ЗАРИДЗЕ: С перепоя вся Россия спит. Но тем не менее.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Тем не менее вы сочли это достаточно важным, чтобы придти.

Д. ЗАРИДЗЕ: Во-первых, я хочу сказать, что я люблю «Эхо Москвы». Это единственная станция, которую я слушаю в машине и даже иногда дома параллельно, когда я работаю. И вот упреки, которые я высказал, это, в общем, не касаются… Ну, касаются «Эха Москвы», но тем не менее это моя любимая станция. СМИ. Ну посмотрите… Понимаете, СМИ завалены таким хламом, что дальше некуда. Телевидение завалено таким хламом. Не только низкого качества, и качество отсутствует. Понимаете, никто не находит ни одной минуты для того, чтобы поговорить о проблемах здоровья, в том числе и о борьбе с курением. Опять же, понимаете, слава тривиальные, но других нет.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Но опять-таки в борьбе с курением существуют два пункта. Первое, о чем мы с вами, кстати, говорим с самого начала – невовлечение неофитов. И второе – минимизация вреда, который наносят курильщики. Как, на ваш взгляд, идеально…

Д. ЗАРИДЗЕ: Не только это. Вот вы, понимаете, вы как-то забываете о курильщиках. Вот это, кстати говоря, дети – это очень важно. Самое важное, чтобы ребенок… ограничить ребенка от каких-то воздействий, чтобы ребенок не начал бы курить. Кстати говоря, вот я сейчас опять… я вернусь. Вы думаете, что я ухожу от своего ответа. Я не уходу от своего ответа, но есть еще и другие стороны. Вот педиатры, детские врачи. Они этим не занимаются. Детский врач, школа, но и, в первую очередь, детский врач должен заниматься тем, чтобы ребенок, подросток, не начал курить. Вот недавно педиатры начали, так сказать, пропаганду прививок против вируса папилломы человека. Вирус папилломы человека – это вирус, который является причиной развития рака шейки матки. Это колоссальное достижение в медицине, и это надо делать. Но почему ни один педиатр не вспомнил о том, что надо ребенка защищать от курения табака? Надо его оградить от дурных влияний. Оградить от дурных влияний тех же табачных компаний, чтобы ребенок не начинал курить, чтобы дети не начинали пить с раннего подросткового возраста. Я ведь, понимаете, беру много… Я считаю, что во многом виноваты мы, врачи. Во многом виноваты врачи. Во многом виновата школа. Все мы виноваты. Виноваты родители, общество. Это общая проблема. И всем надо работать, так сказать… возьмемся за руки, друзья.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Давид Георгиевич, ну согласитесь, что, в общем-то, это, так сказать, общее место. Я опять возвращаюсь к тому вопросы, который я вам задаю.

Д. ЗАРИДЗЕ: Я вам повторяю, что есть комплекс мер. Я уже об этом говорил. Есть комплекс мер, который включает запрет курения в общественных местах и…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Информацию.

Д. ЗАРИДЗЕ: Информацию. Вот это самое главное. Есть другие меры – изменение состава сигарет, меры, которые делают их менее канцерогенными, и так далее, и так далее. Но все это вторично. Есть рамочная конвенция, которую надо подписывать, надо ее ратифицировать и надо, так сказать, ее выполнять. Вот и все.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ну что ж, мне остается напомнить, что в нашей студии сегодня директор Научно-исследовательского института канцерогенеза Российской Академии медицинских наук Давид Заридзе. Мы сейчас с Давидом Георгиевичем прервемся… «на перекур» хотела сказать.

Д. ЗАРИДЗЕ: Прервемся на перекур, хорошо.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вот. А затем продолжим. Ну вот, смотрю, между прочим, на те же сообщения, которые идут на пейджер. Вот Гурген из Москвы считает, что ключевым моментом в пропаганде здорового образа жизни может быть визуализация жертв облитерирующего эндертерита. А еще один человек предлагает: «Хорошее изобретение для ограждения некурящих от курильщиков – это большой полиэтиленовый пакет». Тоже, знаете ли, смешно. И очень много жалоб на такой-то мединститут, где курят все студенты, на такой-то мединститут. Я еще раз напомню, что в нашей студии Давид Заридзе. Мы продолжим после «Новостей» и рекламы на волнах «Эха Москвы».

НОВОСТИ

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Итак, мы продолжаем разговор с Давидом Георгиевичем Заридзе, директором Научно-исследовательского института канцерогенеза Российской Академии медицинских наук. Продолжаем разговор о запрете как способе борьбы с курением. Вы знаете, вот сообщение на пейджер от Марины: «Я – курильщица со 45-летним стажем. Объясните мне, пожалуйста, почему, как только заговаривают о вреде курения, мне страшно хочется закурить?» Я поддерживаю Марину просто двумя руками.

Д. ЗАРИДЗЕ: Ну, это у вас, конечно, проблемы, так сказать, психологические, потому что вы чувствуете себя, по-видимому… В вас какой-то протест. Кстати говоря, вот наше интервью с вами, то есть ваше интервью со мной, именно вот в такой тональности и происходит – некоторый протест в вашем голосе слышится курильщика. Дело в том, что я не знаю, почему… Как ее зовут?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Марина.

Д. ЗАРИДЗЕ: Марине хочется закурить. Она сейчас курит, наверное, так как мы на эту тему говорим? Она, наверное, уже успела целую пачку сигарет выкурить. Марина, дело в том, что, наверное, вам плохо рассказывают о вреде курения. Вот я сейчас вам перечислю все отрицательные, мягко выражаюсь, стороны курения. Марина, у курильщика в 20 раз выше риск заболеть и умереть от рака легкого, умереть от инфаркта миокарда, инсульта головного мозга. Вот кто-то на пейджер написал об эндертерите, риск которого чрезвычайно высок у курильщиков. А энердертерит – это ампутация конечностей, это не просто. И если, естественно, у вас есть дети и внуки, то есть вы при них курите, то это совсем плохо, потому что у ваших детей растет риск многих заболеваний. И самое главное – они отстают физически, рост их отстает, и физическое развитие отстает, физиологическое, умственное развитие. И долгосрочный риск развития злокачественных опухолей у них, в частности, опухолей мозга, лейкозов и лимфом, очень велик. Но если после этого вам опять хочется курить, Марина, я тогда вам уже, так сказать… вам трудно помочь.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вот смотрите, что предлагают опять же наши слушатели. Алексей считает, что «налог на сигареты должен включать стоимость лечения курящего, которое в будущем обязательно наступит». Лилия из Москвы сообщает, что «по свидетельствам американских физиологов, часто причиной курения является авитаминоз». По-моему, это бред. Нет?

Д. ЗАРИДЗЕ: Думаю, что да.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: У меня еще…

Д. ЗАРИДЗЕ: Вот насчет налога. Очень, кстати говоря, разумное предложение. И оно, это предложение об увеличении налога на сигареты, это очень разумное предложение, потому что показано, что чем дороже сигареты… то есть цена сигарет влияет на то, начинает подросток курить или не курить. У нас самые дешевые сигареты в мире. И это предложение о том, чтобы в налог на сигареты включать стоимость лечения тех болезней, причиной которых является курение, чрезвычайно правильное предложение, очень правильное предложение.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я согласна с этим.

Д. ЗАРИДЗЕ: И, кстати говоря, вот это предложение лежит в Думе. И его надо, так сказать, принять.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Давид Георгиевич, я с вами согласна. Но опять же тут же нарисовала бы вам картину…

Д. ЗАРИДЗЕ: Как курильщику вам хочется покупать сигареты подешевле.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Нет, абсолютно. Я как раз считаю, что это предложение абсолютно правильное для людей, которые принимают решение сознательно. И под, так сказать, антагонизмом некурящего и курильщика, мы с вами потеряли тот факт, что одна из главных проблем – это не вот просто тупо запрет, а возможность разделения.

Д. ЗАРИДЗЕ: Насчет «тупо запрета» мы с вами договорились. Я с самого начала сказал, что тупо запрет меня не устраивает не потому, что он меня не устраивает вообще, а потому что это непродуктивно. Тупо запрет – это непродуктивно. Я повторяю, запрет в общественных местах, но не запрет курения индивидуального. Я вам, Нателла, не могу запретить курить. И Марине не могу запретить курить. Но могу запретить курить в моем присутствии или попросить вас как минимум не курить в моем присутствии. А что касается вас, курите вы или не курите, это осознанный выбор.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Совершенно справедливо.

Д. ЗАРИДЗЕ: А что такое осознанный выбор? Вы должны быть информированы о том, какие последствия курения. Вот и все.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вам вопрос от Аллы. Вопрос, на мой взгляд, очень «вкусный».

Д. ЗАРИДЗЕ: «Вкусный» - очень хорошо.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: «Какие проблемы люди решают с помощью курения? И какие есть дешевые и менее вредные способы для решения этих проблем?» Замечательный вопрос.

Д. ЗАРИДЗЕ: Понимаете, в чем дело? Курение, никотин – это вещество, которое является наркотиком. К никотину привыкают. Это возникает никотиновая наркотическая зависимость. Самый дешевый путь отказаться от этого – это не курить. Это просто. Опять-таки вам покажется то, что я говорю, это тривиально. Надо заниматься спортом. Нет, ну это… Я понимаю, эта улыбка… вот опять неинформированная…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Давид Георгиевич, я могу отжаться 50 раз. Хоть сейчас, честное слово.

Д. ЗАРИДЗЕ: Замечательно. Давайте после этого, так сказать, после эфира…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Есть куча людей, которые совмещают и то, и другое.

Д. ЗАРИДЗЕ: Да. Но вот совмещать курение у человека…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Но не одновременно, естественно.

Д. ЗАРИДЗЕ: Понимаете, вы – женщина молодая. И пока, может быть, вы можете совмещать курение с… Сколько раз вы отжимаетесь?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Могу 50.

Д. ЗАРИДЗЕ: С вашей замечательной, так сказать, спортивной формой. Но я вас не пугаю, но курение и спорт – это несовместимо. Это опять тривиально. Понимаете, когда говоришь о проблемах курения, вынужден говорить какие-то тривиальности, но это так. Понимаете, тривиально и то, что… Понимаете, тривиально. Вот ваша бабушка вам наверняка говорила, когда вы были маленькой и начинали курить… Вы когда, в каком возрасте начали курить? Я, например, начал курить… Давайте не будем говорить о вас, поговорим обо мне. Я начал курить в 14 лет. И курил – ну, прожигал штаны, пиджаки и так далее, когда меня заставали папа с бабушкой, и так далее. Конечно, это давно известно, что курение - это плохо. Но то, что курение является основной причиной смерти современного человека, мы узнали относительно недавно. И вот, исходя из этого, все наши старания на предмет снижения частоты курения в мире и в России. Россия – самая курящая страна после Китая. Я имею в виду в количественном отношении, просто китайцев значительно больше, чем россиян.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Значит, Ольга, ее предложения: «Запретить принимать в вузы абитуриентов курящих и принимающих наркотики путем тестирования. Запретить студентам мед. и педвузов курить в стенах института. Не оплачивать курящим стопроцентные бюллетени, если болезнь спровоцирована курением». А вот, например, Саша пишет следующее: что если сильно подорожают сигареты, то он будет табак выращивать у себя на огороде. И, между прочим, для России этот способ…

Д. ЗАРИДЗЕ: И травку тоже. И травку тоже выращивают.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Травка противозаконна.

Д. ЗАРИДЗЕ: И это тоже будет противозаконно – выращивание табака. Я согласен с тем, что надо запретить курить студентам в стенах института. Но не принимать курящих, тестировать их на предмет, так сказать, курения и на предмет наркотиков, я думаю, что это чревато. Понимаете, нужно стараться избегать насилия. Мы об этом много говорили. И вы правы, что вот такого рода меры в нашем обществе несовершенны и чреваты не очень хорошими последствиями.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ну что ж, я благодарю Давида Георгиевича Заридзе, директора Научно-исследовательского института канцерогенеза Российской Академии меднаук. И в качестве постскриптума должна вам сказать, что, например, в тех же Соединенных Штатах, где очень дорогие сигареты реально, народ их покупает по Интернету подешевле. Спасибо, Давид Георгиевич.

Д. ЗАРИДЗЕ: Ну, ваше последнее слово. Это всегда так. Это всегда так.