Летние лагеря для детей от 11 до 17 лет. - Екатерина Бойдэк - Интервью - 2006-06-07

7 июня 2006 года

13.08 – 13.30

В эфире радиостанции «Эхо Москвы» - Екатерина Бойдэк, педагогический директор «Проекта детских лагерей».

Эфир ведет – Алексей Дыховичный.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – 13 часов 8 минут в столице. Работает наш эфирный пейджер 725-66-33 и SMS 970-45-45. Вы слушаете радиостанцию «Эхо Москвы». Екатерина Бойдэк – педагогический директор «Проекта детских лагерей» еврейского агентства в России – у нас в гостях. Екатерина, здравствуйте.

Е. БОЙДЭК –Добрый день.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Летние лагеря. Возраст правильно у меня написан – от 11-ти до 17-ти лет?

Е. БОЙДЭК – Да, все совершенно верно.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Жестко, не младше, не старше – от 11-ти до 17-ти лет. Летние все-таки детские лагеря.

Е. БОЙДЭК – Молодежные, наверное, все-таки ближе.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Тинейджерские.

Е. БОЙДЭК – Да.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Пейджер наш работает – напомнил. Мы в прошлый раз говорили, для кого и на какие деньги. Кстати, вот эта история интересная, она мне понравилась. Но сегодня хочется больше о лагере. Что за лагерь: режим, чего делают, чего не делают, как живут, что происходит и т.д.

Е. БОЙДЭК – С большим удовольствием. Начну с того, что слово «лагерь», извините за тавтологию, «в лагере» – не звучит, потому что на самом деле это страна, страна, которая называется на иврите: «эрэц зава тхала у дваш», в переводе на русский – это «земля, текущая молоком и медом» - это слова из библии, из торы. Страна имеет свое правительство, имеет своего президента, имеет своего премьер-министра. Все те вещи, которые я называю, выполняют дети, участники. Страна имеет свой флаг, имеет свой гимн. К сожалению, пока страна не имеет своего герба, но это как раз, может быть, задача на нынешнее лето. Страна имеет свою конституцию, которая тоже принята всенародно еще 4 года назад и продолжает изменяться. То есть это настоящая страна, демократическая, с демократическим управлением и со свободными жителями.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Валюту имеет, кстати, свою?

Е. БОЙДЭК – Валюту не имеет. Несколько раз пытались вести экономику, но не очень понятно, что на нее покупать. На территории страны есть действительно магазин. Валюта та же самая, что ходит в Российской Федерации – рубли Российской Федерации. И поэтому свою валюту, наверное, очень дорого вводить, мы пока не можем себе этого позволить.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Любое государство – это аппарат насилия. Как с аппаратом насилия дела обстоят?

Е. БОЙДЭК – Вы знаете, я бы сказала, наверное, не аппарат насилия, а аппарат защиты. Я поясню. То, что делает правительство – оно принимает законы, и оно же исполняет судебную власть, то есть оно контролирует исполнение этих законов. Но я как педагогический директор заодно я являюсь советником по демократии в правительстве, мне очень важно донести до участников, до членов правительства, следующее важное послание, что правительство – это не аппарат давления, это аппарат защиты тех граждан, которые нуждаются в защите, и законы – это именно законы для тех граждан, которые нуждаются в защите. В общем, как во всех демократических государствах. Это очень важный педагогический принцип, что мы не давим, мы защищаем, мы пытаемся сделать так, чтобы свобода одного человека не ограничивалась свободой другого человека. Именно для этого служит правительство.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Все-таки это игра, я имею в виду это государство. Это же все-таки игра.

Е. БОЙДЭК – Большая ролевая игра.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Ролевая игра. Сколько там реального в этой игре? Потому что это игра, с одной стороны, а с другой стороны – все-таки продолжается жизнь, это же не совсем отдельно друг от дружки происходит.

Е. БОЙДЭК – Да-да, конечно. Как в любой игре, в любую игру можно играть по правилам и без правил. Это мы прекрасно понимаем. Более того, мы понимаем, что правила нашей игры, нашего государства иногда идут не то, чтобы вразрез с правилами теми, по которым мы живем в большом нашем государстве, но они, может быть, более демократичны, более свободны. И лагерь длится всего две недели. Иногда очень сложно участнику, особенно взрослому участнику, которому уже 16 – 17 лет, который привык жить в других правилах, в другом режиме, в модели, когда взрослый главнее, вот в такой статусной модели, немножко авторитарной, ему сложно переключиться, и он пытается проверить, например нас или меня, не играю ли я в это, не манипулирую ли я им, не является ли так, что директор всех важнее, или вожатый всех важнее.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Ну да, ну просто так положено, раз в день в течение получаса, чтобы правительство собиралось, какие-то законы издавало, но это никакого отношения к реальной жизни в лагере не имеет – это одна крайность. Другая крайность – вот все, что сказали, все, что правительство решило, все должно быть исполнено: уволить вожатую – значит уволить вожатую.

Е. БОЙДЭК – Да, очень важный момент. Законы действительно принимаются для всех, а дальше в голову никому не залезешь, и каждый сам решает, переходить ему на красный свет или не переходить ему на красный свет, соблюдать ему закон или не соблюдать закон. В этот момент каждый принимает за себя решение. Нам важен вот этот процесс, чтобы человек каждый понимал, зачем закон, и дальше он сам принимает решение, сам осознает последствия. Поэтому кто-то действительно пытается играть против правил и играть в игру «поймай меня, если сможешь», а кто-то пытается понять эти правила и подумать, вау, как круто, у меня есть какая-то защита, кроме силовой защиты, что я старше, или я сильнее, или я мальчик, или я главнее – я могу к кому-то обратиться, и они мне помогут.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Государство демократическое. Тут вопрос от Николая: «Государство это светское или религиозное?»

Е. БОЙДЭК – Светское.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Я не знаю ни одного государства демократического, чтобы оно еще было…

Е. БОЙДЭК – Религиозное? Но знаете, государство Израиль, оно, между прочим (но это немножко отступая), оно вроде как светское демократическое, но там есть вещи, которые именно религиозные диктуют.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Напоминаю, что работает наш эфирный пейджер 725-66-33, или же SMS – 970-745-45. Вы можете присылать свои комментарии, вопросы, сообщения. Ваши номера телефонов назовите их тоже, пожалуйста, Екатерина.

Е. БОЙДЭК – Телефоны. Код измененный 8 499 973-55-17, и еще один телефон – 410-56-48. Звонить можно прямо сейчас.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Повторим и номера тоже. Ну вот «Артек», «Орленок» - это не к вам, я так полагаю?

Е. БОЙДЭК – Это не к нам. Я расскажу, этот часто задают вопрос. Вы знаете, какой самый частый вопрос и от родителей, и от детей – а подъем по горну. Я расскажу, как у нас происходит подъем, и может быть вы поймете, почему у нас свободные жители, свободное государство. В 9 часов, как правило, начинается утренний эфир. У нас есть группа журналистики, которая ведет утренний радиоэфир. У нас есть радио в стране. Начинается в 9 утра эфир, который длится полчаса. Приятный такой бодренький утренний эфир. В 9 часов утра можно еще не вставать. В 9.30 начинаются мероприятия, которые называются «бокер тов» - это, на самом деле, серия мероприятий, это танцы, это мультики, это футбол – ну, что-то на пробудку. В 10 часов – завтрак, и в 11 начинаются занятия по группам. В принципе, с 9-ти до 11-ти участник вставать не обязан. Он может спокойненько себе лежать, долго умываться, мыться в душе и остаться без завтрака – это его решение, и в 11 прийти на занятия. Нет такого, что в 9 он обязан быть на линейке сразу по первому звуку.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – А как же врачи-диетологи, которые должны следить за состоянием ребенка, его питанием и т.д., и т.д.? Ребенок должен позавтракать, иначе язвенная болезнь желудка.

Е. БОЙДЭК – У нас есть твердое убеждение педагогическое не только насчет питания, а насчет всего режима, что ребенок не только с 11-ти лет, на самом деле даже раньше, очень хорошо понимает, что ему нужно. Иногда он действительно проверяет свой организм на крепость, например, смогу ли я не спать двое суток. Не может. Понимает. Проверяет, и остальные дни спокойненько ложиться во сколько ему нужно. То же самое с завтраком, если один раз ребенок не встает и понимает, что к двум часам дня он голоден и ничего не соображает, в следующий раз он встанет на завтрак.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Но вот вопрос, который начинался с «Артека» и «Орленка», он заканчивается: «В какие регионы вы можете отправить?» Где территориально-то лагерь находится?

Е. БОЙДЭК – Территориально лагерь находится в Подмосковье. Мы принимаем людей из любых регионов: из Золотого кольца России, из Нижнего Новгорода, из Казани, из Москвы – само собой. Лагерь находится в Подмосковье. Очень красивая территория.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Какая-то вода там есть, речка?

Е. БОЙДЭК – Там есть речка. Глядя на погоду в Москве, я не могу гарантировать, что мы будем в лагере купаться, но это уже не от нас зависит, это правительство решение не может принять.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Пейджер работает, напоминаю, вы можете присылать свои вопросы. Ну зачем вот это все детям? Может, лучше играли бы там, как в пионерском лагере, в футбол, в волейбол, зачем это все надо, правительство, это все?

Е. БОЙДЭК – Я скажу, по-разному зачем. Потому что помимо правительства… в правительстве у нас 10 детей из 170 участников. Это 10 детей, которые активные, которые амбициозные, которые хотят заниматься политикой – таких детей немного.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – А как они попадают в правительство?

Е. БОЙДЭК – Выборным путем. Весь народ, все государство, вожатые, участники, все выбирают правительство. Остальные дети чем занимаются? У нас весь лагерь делится на творческие группы – на 8 творческих групп: театры, кино, журналистика, дизайн, литература, музыка, фото и т.д., танец. Люди могут развиваться в выбранном виде творчества. Более того, если им в группе не хватает данного вида творчества, они в каждой группе делают какой-то продукт: ставят спектакль, делают выставку, ставят какой-то пластический спектакль. Если ребенку этого не хватает вместе с группой, он может открыть свою мастерскую, сделать свою выставку, устроить какой-то свой кружок, свое соревнование. То есть в принципе, у участников очень много творческих возможностей. Предположим, участнику ничего не надо. Творческие возможности – ему не очень интересно, политика от него далека, он хочет бегать, прыгать, действительно отдыхать – есть и для таких людей возможность. Есть такая группа, которая называется «армия» - «эрец цава тхала худваш» - «армия нашей страны». Туда каждый день могут приходить два ребенка из любой группы (всего больше людей – 16 человек).

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – То есть когда надоело это творчество.

Е. БОЙДЭК – Да. надоело творчество, не хочу на правительство, ничего не хочу вообще, хочу от вас отдохнуть, я иду в армию, я там бегаю, прыгаю, у меня какие-то препятствия, у меня какие-то игры на сплочение, маскировки (мы стоим палатки, разжигаем костры). В принципе, у нас есть такие участники, которые уходят в армию на две недели, им там хорошо, и мы им там тоже не мешаем, пусть человек развивается в том, что ему нравится. То есть каждый участник выбирает. Мы стараемся сделать столько возможностей, сколько можем себе представить. Есть возможность для детей умненьких, которые очень хотят заниматься исследованиями, у нас есть такое направление, как академия, оно достаточно научное, где читаются лекции, и по результатам академии, прослушанных курсов участники могут написать свое исследование, какой-то свой реферат, некоторые дети действительно сидят ночами и пишут не потому, что мы их заставляем, а потому что им это интересно, или они хотят получить звание бакалавра или магистра, дальше мы их торжественно награждаем. То есть опций и для подвижных, и для умных, и для творческих, для амбициозных и не очень – миллион. И каждый ребенок выбирает то, что ему нужно. А наша вся цель при этом – это еврейское образование и еврейская культура, и мы стараемся это сделать так, чтобы человек был заинтересован. Предположим, если он интересуется театром, то внутри театра он будет ставить спектакль на еврейскую тему, например, как это было несколько лет назад, дети ставили отрывок из «Поминальной молитвы», при этом разбирали, как люди жили в местечках, как евреи взаимодействовали с окружением – разбирали весь исторический, весь культурный контекст вот этого спектакля. То же самое происходит в каждой творческой группе. Он через свой язык, через то, что ребенку интересно, он разбирает тот материал, который мы хотим ему дать.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Так, ну уже я начинаю тут догадываться, что купание не по свистку происходит?

Е. БОЙДЭК – Нет, конечно.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Спрашивает… даже в моем детстве не по свистку купались в пионерских лагерях.

Е. БОЙДЭК – Ничего не происходит по свистку. У нас есть несколько сигналов. Сигнал на еду (опять же, хочешь, ешь, хочешь, не ешь, никто тебя), знать, что уже сейчас накрыто, утренний сигнал называется «сигнал окончания времени тишины», это значит, что с 9 утра, вот идет утренний эфир, можно уже начинать орать и будить остальных, вставать не обязательно. То же самое, нет отбоя – есть сигнал наступления времени тишины. После этого времени надо быть тихим, говорить шепотом, если ты ходишь куда-то в гости в другую комнату, делать это тихо спокойненько и не мешать тем, кто хочет спать.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Детям нравится?

Е. БОЙДЭК – Да, детям нравится. Абсолютно точно, детям нравится. Я еще расскажу, какая есть проверка на то, что детям нравится. Мы собираем всех детей до лагеря за три дня, и есть игра, когда дети знакомятся со всеми вожатыми и со всеми творческими направлениями. Они проходят и с каждым вожатым, с каждым творческим направлением общаются минуты по 2 – 2,5. Всех прошли. Приходят ко мне, они приходят с таким красивым листочком, где есть пометки про каждое направление творческое. Я их спрашиваю, что тебе понравилось. Обычно многим нравится все. Он говорит, посылай меня, куда хочешь, мне все нравится. Многие говорят, мне нравится это, это, это, а вот туда, туда, туда я ни за что не пойду. Я прямо при нем зачеркиваю, говорю, хорошо, ты попадешь только в то, что выбрал. Есть дети, которые говорят, что мне ничего не понравилось. Я говорю, а чего ты сюда поехал. Например, есть вариант, что «мне сказали родители». Тогда мы общаемся с родителями, стоит ли ребенку ехать в этот лагерь, или ребенок говорит, мне интересны компьютеры, а у вас нет компьютеров, тогда я ему честно говорю, правда, у нас компьютеры есть, но вот так, чтобы сидеть и заниматься, ты не сможешь, может быть правда, тебе лучше не ехать. Мы стараемся до лагеря снять все эти вещи, когда мы не подходим друг другу, такое точно может быть, что мы друг другу не подходим. И все, и уже в лагере несовпадений очень-очень мало.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – «Сколько стоит это удовольствие?» - интересуется Ирэн.

Е. БОЙДЭК – Удовольствие стоит 5 тысяч рублей для участника, это полная стоимость. В принципе, мы предоставляем скидки разным социальным категориям, как во всех местах.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Я думал, что это бесплатно для детей, потому что я знаю, что финансирование, оно очень интересное.

Е. БОЙДЭК – Да, я вам скажу. Действительно, раньше лагеря были бесплатными, в этом году у нас изменился спонсор, сейчас я о нем расскажу, это требование спонсора брать деньги. На мой взгляд, это абсолютно верное и правильное требование, поскольку это мотивирует участника и более того, это… понимаете, те деньги, которые спонсор платит, они не берутся ниоткуда, и когда участник лично вкладывает, он тоже несет какой-то свой личный взнос вот в это общее дело, которое ему же нужно. А деньги основные… лагерь, конечно же, стоит не 5 тысяч рублей на участника, себестоимость его гораздо больше. И деньги основные берутся из фонда, который называется «Айчик» - это международный фонд страховых выплат периода холокоста. Это деньги тех евреев, которые погибли во время холокоста, которые страховали свои жизни и свое здоровье. Эти деньги не были востребованы по понятным причинам, потому что этих евреев нет, нет их потомков, было уничтожено 6 миллионов человек, можно представить, какой огромный фонд. И эти деньги были направлены на коллективную память. Раз у этих евреев не осталось потомков, мы хотим, чтобы гипотетические их потомки, дети-евреи, помнили о том, что происходило, помнили свою историю, свою культуру и чтобы не наступала коллективная амнезия, чтобы с убиением 6 миллионов человек не получилось так, что убили всю культуру и всю историю.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Напоминаю, что Екатерина Бойдэк– педагогический директор летних лагерей еврейского агентства в России – у нас в гостях. Екатерина, телефон повторите.

Е. БОЙДЭК – 8 499 973-55-17, и еще один телефон – 410-56-48.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Вот я первый успел записать. Пейджер работает, напоминаю, 725-66-33, SMS - 9707-45-45. Вы можете присылать свои вопросы, что касается режима, распорядка. До 11-ти, по-моему, мы дошли утра?

Е. БОЙДЭК – Да, мы дошли до 11-ти утра. В 11 утра занятия обязательные, потому что вожатые их готовили, жалко нарушать права вожатых.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – А армия?

Е. БОЙДЭК – Армия – да, можно пойти вместо занятий в армию, пожалуйста. Есть занятия по группам, где-то с 11-ти до обеда, до двух.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – В армию, разумеется, и мальчики, и девочки?

Е. БОЙДЭК – Конечно.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Как это и положено в Израиле.

Е. БОЙДЭК – Да-да-да. Никаких половых различий в этом нет. До обеда групповые занятия: творчество, армия, то, что мы выбрали. После обеда – свободное время, когда открываются кружки, правительство проводит спортивные мероприятия, кто-то устраивает какие-то свои выставки и т.д., журналистика опять же ведет прямой эфир, там куча песен и разных спешных текстов. После этого опять занятия. Обычно мы мешаем весь лагерь, чтобы люди больше перезнакомились, передружились и т.д. Тоже какие-то развлекательно-познавательные занятия каждый раз в новой форме. И после ужина уже более спокойная атмосфера, тоже обычно перемешан весь лагерь, тоже какие-то интеллектуально-разговорные познавательные вещи. И после общей программы либо дискотека, если правительство решает, а правительство обычно доброе и делает часто дискотеки, либо кино, если решает правительство (правительство опять же доброе и решает показывать популярное кино) ну и после сигнала…

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Правительство все-таки выбирает, что за фильм?

Е. БОЙДЭК – Да, правительство выбирает, что за фильм. Если бюджет позволяет, то мы привозим этот фильм.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Всего две недели?

Е. БОЙДЭК – Всего две недели, к сожалению.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Предвыборная кампания очень короткая. Все приехали, никто друг друга не знает.

Е. БОЙДЭК – На третий день у нас выборы происходят.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Три дня анархии, потом…

Е. БОЙДЭК – Не анархии, потому что функции правительства в этот момент исполняют вожатые и следят за исполнением закона…

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – И используют административный ресурс для того, чтобы в правительство были выбраны нужные дети.

Е. БОЙДЭК – Ну, иногда, глядя на президентов страны, хочется использовать административный ресурс, чтобы был выбран другой президент. Но это демократия. И действительно, у демократии есть приятные стороны и не очень приятные. Вожатых 25 человек максимум на смену. Детей 175. Мы бы хотели использовать административный ресурс, но 25 голосов против 175 –это ничто. Более того, сказать вожатым, давайте проголосуем все вместе за одного, я думаю, что на следующий день, как-то сделают так, что я уже не буду педагогическим директором этого лагеря, потому что сами вожатые очень дорожат той демократией, которая у нас есть, и тоже не позволяют диктовать себе условия.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Что вы имели в виду, когда сказали, что бывают такие президенты, которых хотелось бы использовать административный ресурс, чтобы был другой президент?

Е. БОЙДЭК – У нас были разные забавные случаи в правительстве, когда, например, президентом как раз была девушка очень приятная, культурная, настоящая леди, и премьер-министром был мальчик, который был старше всех в лагере, который… он такой, мальчик, который привык использовать силовые методы убеждения другого человека в споре. И была очень интересная пара: президент и премьер-министр, и правительство, в общем, занималось только собой – спорами премьер-министра и президента. Но в этот момент опять же народ, глядя на правительство…

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Ни дискотек, ни кино, ничего.

Е. БОЙДЭК – Ну да. Принимался один закон, потом он отменялся, потом еще что-то. И народ, глядя на все это, народ понимает, что творится, с этим правительством, произошел импичмент, то есть правительство было перевыбрано.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Как ни странно, мы говорим, если кто подключился не сразу, то не пугайтесь, все у нас в стране в порядке, никакого импичмента нет, мы говорим о детском лагере. Екатерина Бойдэк – педагогический директор летних лагерей еврейского агентства в России у нас в гостях. Летние лагеря для детей возраста от 11-ти до 17-ти. Телефоны напомните, пожалуйста.

Е. БОЙДЭК – 8 499 973-55-17, и еще один телефон 410-56-48.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ – Екатерина Бойдэк была у нас в гостях. Спасибо вам.

Е. БОЙДЭК – Спасибо.