Почему россияне ищут защиту в Европейском суде по правам человека. Возможность реформирования судебной системы в России - Александр Лебедев - Интервью - 2006-05-18

18 мая 2006 года

14:08–14:30

В эфире радиостанции «Эхо Москвы» – Александр Лебедев, зам. председателя комитета ГД по делам СНГ и связям с соотечественниками, бывший кандидат в мэры г. Москвы.

Эфир ведет – Ольга Бычкова.

О. БЫЧКОВА – У микрофона Ольга Бычкова, добрый день, я приветствую Александра Лебедева, зам. пред. комитета ГД по делам СНГ и связям с соотечественниками, добрый день.

А. ЛЕБЕДЕВ – Добрый день.

О. БЫЧКОВА – Говорить мы будем о суде, о международном суде по правам человека, дело в том, что в самое ближайшее время Россия станет председатель комитета министров совета Европы, соответственно, как написала сегодня газета «Фигаро», французская газета, учитывая количество нарушений прав человека в России, еще не факт, уместно ли присутствие такой страны в такой организации. Дело в том, что Россия на сегодняшний день рекордсмен по количеству обращений ее граждан в суд по правам человека в Страсбурге. В 2005 г. было рассмотрено 9 340 российских граждан, российских жалоб, 20 с лишним тысяч находится там сейчас, в той или иной степени рассмотрения, это огромное количество жалоб. И буквально на днях, вчера по знаменитому делу Игоря Сутягина, который был осужден на 15 лет лишения свободы за государственную измену в форме шпионажа, европейский суд попросил российские власти представить ответы на 20 вопросов. А как сказали адвокаты Сутягина агентству РИА «Новости», вопросы касаются соблюдения права на справедливое судебное разбирательство, права на наказание в соответствии с законом, право на свободу выражения мнения, которые могли быть нарушены в отношении Игоря Сутягина. По крайней мере, Страсбургский суд здесь имеет некоторые сомнения на этот счет, которые и направил в виде 20 вопросов к российской судебной системе. Эта ситуация не улучшается. Возможно, она становится только хуже. Вал обращений из России в Страсбург растет.

А. ЛЕБЕДЕВ – Вообще, россиянам никогда не свойственно чувство меры. Я попытаюсь его продемонстрировать. С одной стороны, ситуация с правами человека у нас далека от идеальной, и права граждан попираются, конечно, органами власти. С другой стороны, еще 10 лет назад у нас никакой возможности обращаться в европейский суд вообще не было. То, что мы обращаемся, да еще в таком количестве, говорит о том, что а) мы можем это делать, второе, что мы можем найти хороших юристов, которые нам помогают, наконец, третье, что есть шанс, что эти дела будут объективно рассмотрены. Но нас 145 миллионов человек, и даже 20 тыс. дел будут рассматриваться в Страсбурге, я думаю, очень и очень долго. Поэтому почему бы нам не сделать то, что сделали многие страны мира, Франция, недавно Украина, с 1 января, почему мы не создадим систему административных судов, которые специально занимаются только рассмотрением претензий граждан к властям, и закон такой пылится в ГД давным-давно.

О. БЫЧКОВА – Потому что в Страсбург идут, как правило, дела такого рода, это дела, когда государство каким-то образом оказалось несправедливым по отношению к гражданину.

А. ЛЕБЕДЕВ – Оля, они вот почему туда идут в таком большом количестве.

О. БЫЧКОВА – Потому что это права человека.

А. ЛЕБЕДЕВ – Подождите секунду, не потому, потому что они у нас неэффективно рассматриваются в стране. Поэтому давайте мы априори нашу судебную систему в отличие от Скуратова, который тут выступал совсем недавно, не чернить, потому что это единственное, что у нас есть. У нас 15 лет назад вообще не было судебной системы, она была придатком партийной и советской власти.

О. БЫЧКОВА – Не чернить Басманный суд, вы хотите сказать?

А. ЛЕБЕДЕВ – Нет, Басманный суд - вещь отдельная, я бы вообще его хотя бы переименовал, чтобы он не позорил судебную систему, но у нас не вся система правосудия басманная. Кто-то, может, и хотел бы это сделать, но у него не вышло и не выйдет.

О. БЫЧКОВА – Что вы говорите.

А. ЛЕБЕДЕВ – Поэтому 20 тыс. наших судей, между прочим, с учетом того, что и проблемы зданий, где они находятся, и проблемы заработной платы, и жилья, постепенно решаются, все более становятся независимыми. Оказывать на них давление не так-то легко, как кажется. Поверьте мне, я говорю из собственного опыта. Наконец, последнее, просто наши власти, исполнительная власть иногда не делает то, что положено. Мне вчера, например, в ГД пришлось проголосовать, парламентское, всем парламентом, протокольное поручение, адресованное правительству, господину Фрадкову, где говорится - у нас в бюджете деньги стоят на решение проблем жилья судейского корпуса и правоохранительных органов. Деньги эти не выделяются полгода. Вот вам проблема. А судья, который не обеспечен достаточной зарплатой, квартирой…

О. БЫЧКОВА – А разве судьям недавно не повысили зарплату?

А. ЛЕБЕДЕВ – Повысили, хорошо, правильный вопрос.

О. БЫЧКОВА – Хорошо так повысили.

А. ЛЕБЕДЕВ – Сегодня у них неплохая зарплата по российским стандартам, но она зато вся прозрачная, мы все об этом знаем, а некоторые чиновники правительства получают намного больше судей, но об этом мы не знаем. И давным-давно пора, конечно, навести с этим порядок. Я вчера еще одно поручение отправил, еще более драматическое, я открыл, что в 2004 г. правительство РФ приняло регламент общения с ГД, этот регламент прямо нарушает закон прямого действия, там написано, что любой депутат направляет парламентский запрос тому, кому хочет. Например, премьер-министру, и только он обязан отвечать, а не клерк какой-нибудь, который метет двор в Белом доме, в 15 суток, представляете, да, в 15 суток.

О. БЫЧКОВА – В те же 15 суток, да.

А. ЛЕБЕДЕВ – Они отвечают через 5 месяцев, клерки, и всякую бессодержательную ерунду. Так вот, в принципе, следовало бы, конечно, подать в суд на правительство РФ и заставить его соблюдать наши собственные законы. Но если мы будем так относиться к органу законодательной власти в ГД, как мы сегодня относимся, в исполнительной власти, то вообще нас нужно просто распустить.

О. БЫЧКОВА – Мы - это кто, простите?

А. ЛЕБЕДЕВ – Имеется в виду исполнительная власть.

О. БЫЧКОВА – Вы же не имеете в виду избирателей, правда?

А. ЛЕБЕДЕВ – Избиратели, да, в значительной мере не наделены адекватными правами, согласен с вами.

О. БЫЧКОВА – Не наделены, и как-то эти права постепенно утрачивают и утрачивают.

А. ЛЕБЕДЕВ – Вы со мной согласитесь, что европейский суд не удовлетворит все 145 миллионов человек. Смотрите, у нас чиновников полтора миллиона, военных разного типа 4.5, налоговых инспекторов, разных типов другой власти, которая есть. Давайте так, примерно, грубо говоря, у нас власть - это 10, может быть, 5 млн. человек без военных, остальные все граждане, 140, у них у всех есть претензии к налоговым ведомствам, к милиции, ко всем остальным. Давайте создадим систему административных судов в РФ.

О. БЫЧКОВА – Для того, чтобы подать все-таки, для того, чтобы подать запрос в Страсбургский суд, нужно ведь пройти все судебные инстанции у себя в стране, получить везде отрицательный ответ.

А. ЛЕБЕДЕВ – Конечно.

О. БЫЧКОВА – И так далее, т.е. там есть, на самом деле, просто так нельзя прийти в Страсбург и отнести туда свое дело.

А. ЛЕБЕДЕВ – Да, надо пройти всю судебную систему РФ.

О. БЫЧКОВА – Существует очень сложная такая, достаточно непростая судебная процедура.

А. ЛЕБЕДЕВ – Но прошли 30 тыс. граждан.

О. БЫЧКОВА – Прошли.

А. ЛЕБЕДЕВ – Прошли, возвращаюсь еще раз к названию нашей программы.

О. БЫЧКОВА – Это характеризует граждан или процедуру, скажите, пожалуйста?

А. ЛЕБЕДЕВ – Это характеризует несовершенную процедуру рассмотрения их проблем, претензий к власти. Но, с другой стороны, я же предложил решение, давайте создадим независимую систему административных судов с общественной палатой при Верховном суде. Давайте примем этот закон и посмотрим, улучшится ситуация, потому что нам, с одной стороны, надо реформировать собственную судебную систему, с другой стороны, способствовать тому, чтобы наши граждане рассматривались в Страсбурге. Но что же мы их, бедных, туда гоняем-то? Неужели мы такие плохие, как мы иногда о себе думаем? Да, мы не очень совершенны сегодня, и судебная система далека от совершенства. Но если все время будем ее ругать, останемся вообще ни с чем.

О. БЫЧКОВА – Т.е. граждане просто хотят съездить во Францию, посмотреть на красивый город Страсбург.

А. ЛЕБЕДЕВ – Давайте рассмотрим какой-нибудь отдельный случай, со Скуратовым можно?

О. БЫЧКОВА – Сейчас рассмотрим, хорошо, сейчас рассмотрим, только через минуту.

А. ЛЕБЕДЕВ – Совсем свежий случай, Скуратов добился рассмотрения.

О. БЫЧКОВА – После краткого выпуска новостей, пожалуйста.

А. ЛЕБЕДЕВ – С удовольствием.

НОВОСТИ

О. БЫЧКОВА – Итак, мы продолжаем наш разговор с Александром Лебедевым, зам. пред. комитета ГД по делам СНГ и связям с соотечественниками. У нас есть эфирный пейджер, напомню я нашим слушателям, и номер для SMS-сообщений. Пейджер 725 66 33, а номер для SMS-вопросов и реплик +7 495, это московский код, как обычно, 970 45 45, пишите нам, пожалуйста. Александр Лебедев решил перейти на личности сейчас.

А. ЛЕБЕДЕВ – Это наиболее свежий случай.

О. БЫЧКОВА – Хорошо, только будем помнить о том, что мы с вами вдвоем только в этой студии.

А. ЛЕБЕДЕВ – Конечно, конечно.

О. БЫЧКОВА – Непосредственно сейчас вам никто ответить не может.

А. ЛЕБЕДЕВ – Мы ни в коем случае не будем пользоваться нашей такой привилегией. Но напомню, что недавно человек, похожий на бывшего генпрокурора, был в этой студии, я его слушал внимательно, как он ругал российскую судебную систему. Давайте по существу, я допускаю, что в отношении Скуратова российская судебная система совершила, допустим, ошибку или какое-то добросовестное или недобросовестное заблуждение, является мотивом для неправильного решения, я допускаю. Но одновременно мне кажется, что наверняка в Страсбурге будут рассматривать по существу, кто у нас истец, в данном случае, истец - Скуратов, ответчик - РФ. Я гарантирую, что человека, который в большей мере скомпрометировал прокурорский мундир, в стране никогда не было за историю российской прокуратуры. На этом я остановлюсь, все остальное можно будет…

О. БЫЧКОВА – Да, на этом остановитесь.

А. ЛЕБЕДЕВ – Прочитать в одной из наших ведущих газет.

О. БЫЧКОВА – Все понятно.

А. ЛЕБЕДЕВ – Кусок книги «Охота на банкира», там я и выскажу все, что я думаю. Но давайте так, думаете, что Скуратов добивается, что ли, решения, которое приведет в связи с тем, что РФ ратифицировала все документы, касающиеся Страсбургского суда, к тому, что его восстановят в попранных правах? Он сам сказал, что это дело политическое, делается оно при поддержке КПРФ, КПРФ - очень странно, кто бы мог подумать, что КПРФ пойдет в Страсбург против РФ? Всегда все, что было за пределами РФ и СССР, для КПРФ было анафема, со времени пломбированного вагона. Я вчера коллег по фракции, конечно, серьезнейшим образом на эту тему, коллег по фракции имеется в виду КПРФ, серьезнейшим образом, конечно, как это, критиковал за то, кого они нашли. Это очень важно. В Европе суд обязательно разбирается в качестве истца и ответчика, какая у них репутация. И поэтому я не уверен, что Скуратов там выиграет.

О. БЫЧКОВА – Страсбургский суд - это не совсем то, что любой другой суд в любой другой европейской стране, правда?

А. ЛЕБЕДЕВ – Страсбургский тем более будет разбираться в том, кто ответчик и кто истец. Я, кстати, готов выступить свидетелем на стороне РФ, если меня позовут.

О. БЫЧКОВА – Вы что хотите сказать в результате?

А. ЛЕБЕДЕВ – Я хочу сказать, что, в данном случае, мы говорим чисто о политической борьбе, которую КПРФ переносит за пределы РФ, напомню, что Скуратов снят с выборов как кандидат от КПРФ, никакого юридического тут существа дела нет, это чистая политика и пиар, и пропаганда.

О. БЫЧКОВА – Так и суд, может, разберется и все.

А. ЛЕБЕДЕВ – Может быть. Но по-прежнему считаю, что если бы административные суды работали, возможно, дело Скуратова было бы эффективнее рассмотрено в РФ.

О. БЫЧКОВА – Это да, это да, хорошо, ваше предложение, оно что, оно принято, оно не принято, существует законопроект, вообще в каком виде это находится?

А. ЛЕБЕДЕВ – Законопроект, вообще говоря, один законопроект, я не могу сказать, что я его целиком поддерживаю, у меня есть свой вариант, внесен несколько лет назад, каким-то образом чудесным почему-то у нас в ГД никуда не двигается. Подозреваю, что не все у нас в исполнительной власти были бы рады, если бы у нас возникли административные суды. Представьте, вы руководитель какого-то крупного ведомства в правительстве, в силовых структурах, в налоговых органах, в таможне, все руководство которой было недавно неожиданно чудесным образом арестовано, и вы думаете, что возникнет новая судебная система, целая ветвь судебной системы, где граждане будут с вами судиться. Представьте, как вам это не понравится.

О. БЫЧКОВА – Да, мне это очень понравится, между прочим.

А. ЛЕБЕДЕВ – А поскольку исполнительная власть у нас сегодня имеет примат, объективно примат, она важнее законодательной.

О. БЫЧКОВА – Она сильнее законодательной.

А. ЛЕБЕДЕВ – Нас низвели до статуса, представьте себе, я вношу законопроект о запрете спецсигналов на автомобиле, спецномеров и спецталонов. При этом не оговариваю никого, потому что президент, премьер-министр и многие другие лица, охраняемые, у них все равно машины со спецсигналами.

О. БЫЧКОВА – Ваша фамилия Лужков или Лебедев?

А. ЛЕБЕДЕВ – Я внес этот законопроект задолго до того, что объявил Юрий Михайлович, а его кавалькады, которые носили по городу, гораздо сильнее президентских были всегда, но, тем не менее, правда, префекты синие номера и мигалки сдали, уже неплохо.

О. БЫЧКОВА – На сегодняшний день?

А. ЛЕБЕДЕВ – Это, значит, работает. Я сегодня узнавал, говорят, что многие срочно посдавали.

О. БЫЧКОВА – И слава богу.

А. ЛЕБЕДЕВ – Не значит, что через месяц опять не наденут, когда все забудут об этом, это как с игорными заведениями, вернусь к своей теме.

О. БЫЧКОВА – Послушайте, подождите.

А. ЛЕБЕДЕВ – Можно закончу?

О. БЫЧКОВА – А можно я закончу предыдущий ваш?

А. ЛЕБЕДЕВ – Хорошо.

О. БЫЧКОВА – Такой период, тут у меня возражение возникло. Если бы я была, да, вы так сказали, если бы я была руководителем какой-нибудь государственной структуры, я была бы счастлива, если бы создавался такой административный суд внутри РФ, а не за пределами ее, в г. Страсбурге, например.

А. ЛЕБЕДЕВ – Одно другое не исключает.

О. БЫЧКОВА – Конечно, не исключает, да, но я думаю, что это просто будет еще один, еще одна статья, может быть, расходов или головной боли.

А. ЛЕБЕДЕВ – Это не очень большая статья расходов, напомню вам.

О. БЫЧКОВА – Еще одно Басманное заведение, а что, чем плохо?

А. ЛЕБЕДЕВ – Подождите секунду.

О. БЫЧКОВА – На этот суд воздействовать государству гораздо легче, чем на тот, который находится за его пределами.

А. ЛЕБЕДЕВ – В существующей судебной системе, я готов, просто не хочу тратить время здесь, существует статистика, административные дела, граждане против власти, плохо рассматриваются, плохо, и мы с вами это только что доказали.

О. БЫЧКОВА – Да, конечно, конечно.

А. ЛЕБЕДЕВ – Если выделить отдельно, это не очень дорогое удовольствие, знаете, что правительство РФ сидит на огромнейших деньгах, так и работает весь мир, во всем просвещенном мире.

О. БЫЧКОВА – Правильно.

А. ЛЕБЕДЕВ – Есть административные суды, и даже на Украине.

О. БЫЧКОВА – И они будут рассматривать.

А. ЛЕБЕДЕВ – Как бы я ни критиковал оранжевую власть за последние несколько месяцев.

О. БЫЧКОВА – Понятно, но мы сейчас не об этом, да, но они будут рассматривать эти дела так же, как рассматривали раньше, не в пользу граждан, и граждане пойдут снова в Страсбург.

А. ЛЕБЕДЕВ – У вас, как у нашей прокуратуры, за все время существования РФ, есть обвинительный уклон, вы априори считаете, что все судьи плохие, суды плохие. Я вам гарантирую, что как человек, который участвовал в сотнях судебных разбирательств за последние пять лет, во-первых, ситуация меняется.

О. БЫЧКОВА – В сотнях?

А. ЛЕБЕДЕВ – Я нашему мэру в московских судах всегда проигрываю, но, знаете, в последние два года мне показалось, что как-то более объективно стали рассматривать. Да, я писал в КС, да.

О. БЫЧКОВА – Это с чем связано было?

А. ЛЕБЕДЕВ – Московские власти дают квартиры судьям, это так, нарушая конституцию, а это меня в правах сразу…

О. БЫЧКОВА – С чем связано, что более объективно, как вы думаете, если это так?

А. ЛЕБЕДЕВ – Потому что судебная система улучшается и судебная реформа идет, несмотря на то, что многие в исполнительной власти хотели бы все суды сделать Басманными.

О. БЫЧКОВА – Вопросы с пейджера можно? Владимир из Москвы - ваша инициатива по созданию судов в России вызывает подозрение, что за ней кроется нежелание выносить сор из избы, так вот я об этом тоже и говорю.

А. ЛЕБЕДЕВ – Почему, почему, я вообще считаю явление Страсбургского суда по правам человека - позитивным явлением. И чем больше наши граждане будут туда добегать, тем лучше, так что вы меня неправильно поняли. Можно закончу мысль с правительством РФ, что для него хорошо, что плохо. Смотрите, я обязан как законодатель, оказывается, согласовывать с ведомствами свой законопроект о запрете мигалок. Знаете, что ведомства мне все ответили? Они против. Знаете, почему, да, у них у всех мигалки. Посмотрите, в каком я как законодатель положении, я их должен контролировать и не должен их спрашивать по своим законодательным инициативам, потому что я избран народом для этого, а они запрещают мне, и это у них в регламенте. Потрясающе. Ну и что с ними делать?

О. БЫЧКОВА – Это вы говорите мне, избирателю, как депутат ГД, это я вам говорю, что с этим делать?

А. ЛЕБЕДЕВ – Потому что, к сожалению, я пока не нашел возможности в суде, чтоб не в Страсбург идти, значит, это оспорить, но мне кажется, что за последнюю (НЕРАЗБОРЧИВО), потому что нарушение прямой нормы закона, что каждый чиновник, кому я пишу, за 15 суток должен мне ответить. Помните, я подал в суд на Фрадкова в прошлом году? Суд не принял мой иск, тогда я попытался его оштрафовать в Пресненском ГУВД, не приняли, между прочим, нарушение моих прав как депутата. Но я бы пока не хотел бы идти в Страсбург, поэтому публично здесь говорю, если какой-нибудь суд готов принять мой иск к правительству РФ о прямом нарушении нормы законы, о статусе госдепутата, я туда завтра же отправлюсь. Если нет, мне придется идти в Страсбург.

О. БЫЧКОВА – Т.е. вы хотите сказать, что законодательную власть низвели уже совсем просто до такого придаточно-вспомогательного уровня?

А. ЛЕБЕДЕВ – Не совсем так, вы же видите, что последняя инициатива власти, запрет мигалок и вывод игорных заведений из городов исполнительной властью - это реакция на наши законодательные инициативы. К сожалению, мой закон о выводе из городов не был поддержан коллегами-единоросами, я собрал голоса оппозиции, 134 голоса, но впервые ЛДПР голосовала вместе с КПРФ, удивительно, да? Есть же какие-то моменты, когда мы можем объединяться, я хочу воспользоваться, к коллегам обратиться, единоросам, примите мою поправку во втором чтении о выводе из городов.

О. БЫЧКОВА – Игорных заведений?

А. ЛЕБЕДЕВ – Конечно, в специальные резервации.

О. БЫЧКОВА – Ведь все равно… в специальные?

А. ЛЕБЕДЕВ – Чтобы бедные люди, введенные в заблуждение…

О. БЫЧКОВА – Слушайте, сколько лет уже об этом говорят?

А. ЛЕБЕДЕВ – Об этом серьезно говорят только последние 10 месяцев, об этом говорят администрация президента, правительство после внесения.

О. БЫЧКОВА – Об этом говорят уже несколько лет, так или иначе.

А. ЛЕБЕДЕВ – До этого это были пустые разговоры, не было ни законопроектов, ни серьезной работы. Когда мы с коллегой Самошиным внесли законопроект в июне прошлого года, еще года не исполнилось, после этого началась серьезная работа. Естественно, игорные, не хочу их ругать мафией, хотя и не считаю их предпринимателями, естественно, владельцы игорных заведений имеют серьезнейшее лобби у нас и в исполнительной власти, и в ГД.

О. БЫЧКОВА – Чем плоха попытка Скуратова, пишет Алексей из Москвы, добиться ответа от власти за политическое снятие с выборов? Может быть, чаще надо охлаждать власти такими жалобами, пишет на пейджер слушатель «Эха Москвы».

А. ЛЕБЕДЕВ – Сама по себе она ничем не плоха, но репутация истца столь чудовищна, с моей точки зрения, что я боюсь, что суд может ему не поверить.

О. БЫЧКОВА – Существует огромное количество, не огромное количество - достаточно большое количество разных структур, созданных раньше или позже, связанных, так или иначе, с проблемой отношений граждан и государства, государственных структур. Вы говорите об административных судах, но существуют уже организации государственные и функционеры по правам человека, существует общественная палата, которая как-то параллельно ГД ведет свою деятельность не вполне понятно, как.

А. ЛЕБЕДЕВ – Пока я, скорее, счел бы это ведомство, ведомство - неправильно, общественную палату полезным органом. Помните дело Щербинского, вмешательство общественной палаты в лице Кучерены, это неплохо.

О. БЫЧКОВА – А, так это было вмешательство общественной палаты?

А. ЛЕБЕДЕВ – Думаю, что в известной мере, думаю, что хорошая работа адвокатов на месте, машины с ленточками, общественные протесты и вмешательство общественной палаты.

О. БЫЧКОВА – И еще немножечко…

А. ЛЕБЕДЕВ – Обратите внимание, ни у тех, ни у других лавры не убираю. Я обращаюсь в общественную палату, например, на какую тему, надо делать общественное телевидение, это отличная идея, но нельзя его все государственным иметь, но на без чего, ТВЦ, я обратился к мэру с просьбой, как к коллеге-депутату, отдайте канал в общественное телевидение, вам будет памятник поставлен. Потому что если вы, Лужков, сделаете общественное телевидение на базе ТВЦ, очень слабого канала, который стоит москвичам 100 млн. долларов примерно, я вас похвалю публично, хотя обычно я Лужкова критикую, не дадите мне соврать.

О. БЫЧКОВА – Костя прислал…

А. ЛЕБЕДЕВ – Но…

О. БЫЧКОВА – Да.

А. ЛЕБЕДЕВ – Я в общественную палату обращаюсь на эту тему по общественному телевидению, ТВЦ, и к Лужкову.

О. БЫЧКОВА – И опять я могу сказать, сколько лет уже об этом говорится.

А. ЛЕБЕДЕВ – Об общественном телевидении?

О. БЫЧКОВА – Конечно. Лет десять.

А. ЛЕБЕДЕВ – Знаете, мой подход всегда такой простой, да хоть 100 лет, надо продолжать говорить, и может быть, чего-нибудь добьемся, а что делать, у нас какой-то есть другой выход?

О. БЫЧКОВА – Нет, я просто хочу сказать о том, о чем вы только что сказали, что исполнительная власть, она довлеет над всем, да, и если…

А. ЛЕБЕДЕВ – Это огромная проблема нашей страны, согласен.

О. БЫЧКОВА – Да, и если, например, зачем-то это будет нужно для решения каких-то проблем и вопросов исполнительной власти, тогда процесс, сдвинется дело с мертвой точки. А так пройдет еще 10 лет, 20 и 30, ну ладно.

А. ЛЕБЕДЕВ – Я вас тут, наверное, не только за тем, чтобы языком, а затем, чтобы что-то рассказать, что мы там делаем. Но назвал президент в прошлом обращении к федеральному собранию чиновников надменной кастой, которая сплошь и рядом свои личные интересы ставит намного выше общественных или противопоставляет интересам народа. В этом федеральном послании немного было сказано на эту тему, но сразу за этим посланием последовали широкие аресты в органах власти. Поживем - увидим, но мне кажется, что мы потихонечку двигаемся туда, куда надо. И что касается судебной системы и банковской системы, я уж так, это наиболее такие сложившиеся у нас институты, которые выполняют свою общественную функцию, давайте все-таки ребенка с водой не выплеснем. Если мы все будем думать, что у нас нет судов, это последняя инстанция, куда мы, независимая, можем обращаться. Если мы будем не уважать ГД, в первую очередь, я обращаюсь на эту тему к власти, а потом уже к гражданам, то, граждане, обращайтесь, обращайтесь к депутатам. У нас есть отличные инструменты работы, я только что приехал от граждан, где меня ждало 100 жителей района, где три небоскреба им суют. Я напишу сегодня же запрос и дал интервью одному из наших каналов федеральных.

О. БЫЧКОВА – Обращайтесь, обращайтесь, граждане, в ГД, Страсбург гораздо дальше. Александр Лебедев.

А. ЛЕБЕДЕВ – Да, пожалуйста, и в Страсбург, но просто мы ближе.

О. БЫЧКОВА – Зам. председателя комитета ГД по делам СНГ и связям с соотечественниками, был в прямом эфире «Эха Москвы», спасибо вам.

А. ЛЕБЕДЕВ – Спасибо.