Рассмотрение Иранского вопроса в Совете Безопасности ООН - Владимир Евсеев - Интервью - 2006-04-28
А. НАСИБОВ - Владимир Евсеев - старший научный сотрудник Центра международной безопасности Института мировой экономики и международных отношений РАН в студии нашей радиостанции. Мы говорим об Иране, о том, что иранский вопрос будет возможно рассматриваться в Совете Безопасности ООН. Напомню, что сегодня генеральный директор МАГАТЭ Мухаммед Эль-Барадеи представляет одновременно Совету управляющих МАГАТЭ в Вене и членам Совета Безопасности ООН в Нью-Йорке доклад о том, откликнулся ли Иран на призыв мирового сообщества развеять опасения по поводу характера его ядерной программы. Это крайне серьезный документ, который может определить всю политическую составляющую событий вокруг Ирана на ближайшие месяцы, если не на более отдаленную перспективу. Сразу вам вопрос, есть ли какие-то утечки о возможном содержании этого доклада, есть ли какие-то соображения на сей счет? Что из себя представляет этот документ и почему он так важен?
В. ЕВСЕЕВ - Этот документ на самом деле важен. Потому что если в этом документе будет отражено, что Иран проводит прикладные военные исследования в ядерной области, будет следовать, что мировое сообщество должно принять адекватные меры. Вплоть до применения силы против Ирана. Вся сложность данной ситуации заключается в том, что в настоящее время отсутствуют какие-то убедительные факты, подтверждающие, что Иран проводит такие исследования. Да, мы имеем очень много подозрений. С 1987 года. Однако никаких реальных фактов, подтверждающих, что руководство Ирана приняло окончательное решение о создании собственного ядерного оружия, нет. Что в данном случае делать. Конечно, не только использовать силу, но даже применять экономические санкции в отношении Ирана крайне сложно и это принципиальная позиция и России и Китая. Здесь ситуация несколько иная среди ведущих западных стран. Они считают, что уже необходимо применять экономические санкции в отношении Ирана. И это основной камень преткновения. Напомню, что в марте было принято заявление председателя Совета Безопасности ООН, которое обязало Иран приостановить проведение каких-либо работ в ядерной области.
А. НАСИБОВ – Вообще?
В. ЕВСЕЕВ - К сожалению, оно носило рекомендательный характер. Если будет принята резолюция, она может носить уже обязательный характер.
А. НАСИБОВ – Иран является членом ООН, и резолюция носит обязательный характер. Сегодня 30 членов конгресса США выступили соавторами резолюции с требованием к Совету Безопасности ООН ввести санкции против Ирана. При этом, несмотря на то, что именно сегодня Мухаммед Эль-Барадеи, генеральный директор МАГАТЭ представляет Совету управляющих МАГАТЭ и Совету Безопасности ООН доклад о том, продолжает ли развивать Иран свою ядерную программу, не намерен ли он развеять опасения. Так вот дебаты вокруг этого доклада начнутся не раньше 2 мая. 2-3 мая. Поэтому какую-то реакцию членов Совета Безопасности ООН мы все-таки узнаем только на следующей неделе. Вы сказали, что сейчас никаких данных о том, что Иран разрабатывает ядерное оружие, нет. А введение в строй полутора сотен центрифуг с возможностью обогащения урана до консистенции ядерного оружия, это не является доказательством намерений Ирана создать оружие массового поражения?
В. ЕВСЕЕВ - Нет, это не является доказательством. К сожалению, мирные ядерные технологии большинство из них носят двойной характер. Можно обогащать уран по урану-235 до 3-5%, в этом случае то, что мы получим на выходе, можно будет потом использовать для производства ядерного топлива. Для легководных ядерных реакторов. В то же время можно обогащать до 93%. И в данном случае мы уже получим уран оружейного качества, который можно применять для ядерных боеприпасов. Поэтому конечно технологии носят двойной характер. В то же время целый ряд безъядерных стран, как Германия, Япония, Нидерланды, имеют такие же технологии. Потенциально и они могут создать ядерное оружие. Почему же тогда речь только об Иране. Напомню, что инфраструктуру Ирана создали западные страны в первую очередь США, во-вторых, целый ряд ведущих европейских стран.
А. НАСИБОВ – Из Германии поставлялось оборудование.
В. ЕВСЕЕВ - Если мы будем говорить об энергетическом реакторе в Бушере, то его строила западногерманская компания "Siemens". А Россия только достраивает. Именно поэтому стоимость проекта составляет всего 800 млн. долларов.
А. НАСИБОВ – Я держу в руках сообщение ИТАР-ТАСС, в нем содержатся слова заместителя директора департамента информации и печати Министерства иностранных дел РФ Андрея Кривцова. "По вопросу иранской ядерной программы МИД опирается исключительно на оценки МАГАТЭ", - говорится в сообщении со ссылкой на господина Кривцова. "Ни в одном из документов Агентства также не говорится о наличии у Ирана ядерного оружия", - заметил российский дипломат. Вместе с тем, "остаются вопросы в отношении ядерной деятельности Ирана, ответы на которые должны быть получены путем полного транспарентного сотрудничества Тегерана с МАГАТЭ". Насколько я понимаю, сегодня в докладе Эль-Барадеи должны прозвучать ответы на эти заданные или даже не заданные еще вопросы. В чем смысл этого доклада? К каким последствиям может привести его появление?
В. ЕВСЕЕВ - Если в докладе будет однозначно сказано, что если у Ирана имеется военная ядерная программа, то ответ очевиден. Однако появление такой информации крайне маловероятно. И МАГАТЭ имело достаточное количество времени, но, тем не менее, не смогло найти убедительных фактов наличия военной ядерной программы. На мой взгляд, это является основанием для следующего вывода, что Иран на самом деле не создает сейчас собственную ядерную бомбу. Но он создает предпосылки, которые могут быть использованы. В настоящее время расстояние между Ираном и собственным ядерным оружием составляет несколько лет. Но Иран хочет быть рядом совсем. Хочет находиться на расстояния одного года. И в этом случае он может принять такое решение. А может не принять. И поэтому очень тяжело было найти какие-то подтверждающие факты, причем веские, а не какие-то неподтвержденные сомнения. И поэтому очень сложно принять такое решение. Кроме того, когда мировое сообщество думает о позиции Ирана, оно вспоминает о тех громких заявлениях, которые делает руководство страны.
А. НАСИБОВ – Насчет уничтожения Израиля.
В. ЕВСЕЕВ - И не только. Было заявление руководства страны о возможности передачи ядерных технологий, которые носят двойной характер, если такие технологии можно передать стране, то, наверное, можно передать и организации. Если мы будем логическую цепочку развивать, то можно дойти до террористической организации. И мы знаем, что Судан, конечно, не является устойчивым государством. И в этом плане, если правительство Ирана передаст ядерные технологии руководству Судана, мы не знаем, у кого они в итоге окажутся. И они могут быть использованы, в том числе против самого Ирана.
А. НАСИБОВ – Владимир, насколько я понимаю, летом произойдет несколько важных событий, которые вполне в состоянии оказать воздействие на всю логику политических событий вокруг иранской ядерной программы, вокруг Ирана в целом. Я имею в виду заседание Шанхайской организации сотрудничества, юбилейное заседание. Оно пройдет в июне. И встреча "большой восьмерки" в Санкт-Петербурге в июле. Насколько важны все эти события и как вы считаете, как будут развиваться события в преддверии этих очень крупных международных форумов?
В. ЕВСЕЕВ - Я считаю, что эти события исключительно важны. И именно поэтому Иран добивается не только быть наблюдателем в Шанхайской организации сотрудничества, Иран бы очень хотел быть постоянным членом этой организации.
А. НАСИБОВ – Он сейчас наблюдатель.
В. ЕВСЕЕВ - Да, в настоящее время наблюдатель. Конечно. Шанхайская организация сотрудничества не является аналогом НАТО и нельзя считать, что это антипод. На самом деле Шанхайская организация сотрудничества имеет очень сильную экономическую составляющую. И именно в этом ключе она очень будет важна для решения иранской ядерной проблемы. Почему – экономика Ирана очень уязвима. Вы можете представить себе, 30% бензина для собственных нужд Иран страна, которая является 3-м или 4-м в мире по запас нефти, покупает за границей. Это говорит о многом. Поэтому конечно Иран хотел бы получить технологии, очень большие инвестиции. Это мог бы дать Запад. В то же время что-то мог бы дать и Восток. Напомню, в целом Европа относительно мало зависит от поставок энергоресурсов из Ирана. В основном энергоресурсы идут на Восток в такие страны как Япония, Южная Корея, Китай. Именно они заинтересованы в том, чтобы портив Ирана не были введены экономические санкции.
А. НАСИБОВ – Скажите, а насколько велики в Иране запасы газа?
В. ЕВСЕЕВ - По запасам газа Иран занимает второе место после России. Но можете себе представить, если мы посмотрим весь мировой экспорт, то, как по газу, так и нефти составляет всего 3% иранский газ и нефть. Это очень мало.
А. НАСИБОВ – Почему я задаю вопрос, - потому что Европа сейчас начинает задумываться о разнообразии, диверсификации источников поставок газа. Не хочет, что называется складывать яйца в одну корзину или все кубометры в один трубопровод. И поэтому помимо России, Норвегии еще каких-то стран она хотела бы развивать источники поставок газа. В том числе присматривается к Ирану. Может быть, я ошибаюсь.
В. ЕВСЕЕВ - В настоящее время имеются три основных поставщика природного газа для Европы. Это Россия, Норвегия и Алжир. Они поставляют практически весь природный газ для Европы. Конечно, Иран, имея огромные запасы природного газа, мог бы выступать конкурентом. Однако Иран не является надежным партнером, а это очень важно для Европы. Европа хочет найти не просто то место, откуда могут быть поставки энергоресурсов, энергоресурсы должны поступать гарантировано. Это очень важно для Европы. Поэтому в настоящее время да, существует проект газопровода из Ирана в Европу. Однако, по тем оценкам, которые имеются, он может быть построен только в течение 10 лет. Это речь не ближайшего будущего. Я считаю, что для того чтобы иранский газ попал в Европу, должны быть решены те противоречия, которые в настоящее время есть между Европой и Ираном. Если они сохранятся, то, по всей видимости, крайне сложно будет попасть иранскому газу в Европу.
А. НАСИБОВ – Так вот возвращаясь к теме Шанхайской организации сотрудничества, которая пройдет в середине июня, логика развития событий до этой встречи. Там же будут представлены, там собираются главы государств.
В. ЕВСЕЕВ - Я думаю, на этом заседании, тем более оно будет юбилейное, по-видимому, государство представит именно руководителей стран. То есть президенты, премьер-министры. Я ожидаю, что высшее иранское руководство также примет участие.
А. НАСИБОВ – Президент Ирана может приехать?
В. ЕВСЕЕВ - Существуют такие взгляды. И при этом будет достаточно необычная ситуация. Потому что вы знаете о том, что не было ни одной встречи президента Ахмадинежада с руководителями именно этих стран.
А. НАСИБОВ – Стран ШОС.
В. ЕВСЕЕВ - Да, поэтому конечно, по всей видимости, Россия заинтересована не решать вопрос по Ирану о введении каких-либо санкций в отношении Ирана до проведения этого заседания. Потому что ШОС объединяет очень крупные страны. Те страны, которые могли стать двигателем прогресса уже в ближайшем будущем. И они имеют значительные ресурсы. И если, например, Запад решит ограничить импорт из Ирана, это может быть компенсировано странами, входящими в ШОС. Я не призываю к какой-то конфронтации, но я считаю, что, по-видимому, на заседании ШОС будет согласование общей позиции. Потому что именно Восток зависит от Ирана, а не Запад.
А. НАСИБОВ – Восток зависит от Ирана. То есть если я продолжу вашу логику, вполне возможно тянуть газовую трубу из Ирана через, предположим, Казахстан, дальше Китай или через территорию Афганистана в Китай при условии нормализации…
В. ЕВСЕЕВ - Здесь конечно имеются природные ограничения в виде гор. Но кроме того наиболее реальный проект - это прокладка газопровода из Ирана через Пакистан в Индию. И этот проект был поддержан всеми участниками переговоров. В то же время американская сторона настаивает на том, что Индия должна прекратить участие в этом процессе, должна остановить этот контракт.
А. НАСИБОВ – Именно с Ираном.
В. ЕВСЕЕВ - Потому что те цели, соглашения между Индией и США в области развития ядерной энергетики, основаны на том, что конечно США хотели бы решать глобальные задачи. Они хотели бы сдерживать Китай, изолировать Иран, однако такая страна как Индия, по-видимому, хочет решить тактические задачи. Она хочет получить современные технологии для своей атомной промышленности. А потом никто не может исключить того, что эта труба из Ирана через Пакистан в Индию будет построена. Потому что конечно Индия хотела бы развивать свою атомную промышленность, в то же время она хотела бы получать и природный газ.
А. НАСИБОВ – Понимаю. В преддверии саммита "большой восьмерки" в Санкт-Петербурге между заседанием ШОС и встречей "большой восьмерки" пройдет 3 недели, месяц. Середина июня – середина июля.
В. ЕВСЕЕВ - Да.
А. НАСИБОВ – Как развитие ситуации вокруг Ирана может повлиять на "большую восьмерку"?
В. ЕВСЕЕВ - Та информация, которая имеется на данный момент, говорит о том, что напрямую этот вопрос на заседании "большой восьмерки" обсуждаться не будет. Тем не менее, он будет, по-видимому, обсуждаться не официально. И ввиду важности этого мероприятия, того, что перед этим заседанием будет заседание ШОС, то, по-видимому, в течение этого периода времени каких-то кардинальных мер в отношении Ирана принято не будет. По-видимому, будет принята резолюция, обязывающая Иран выполнить те решения, которые примут члены Совета Безопасности ООН. На мой взгляд, в настоящее время требовать от Ирана возобновления моратория на проведение каких-либо исследований в ядерной области, в этом уже нет никакого смысла. Потому что это просто несерьезно на мой взгляд. На мой взгляд, можно поставить вопрос так. Хорошо, мы хотим решить эту проблему, и мы согласны на то, что вы будете проводить ограниченные исследования в ядерной области под контролем МАГАТЭ. Например, использовать обогатительное предприятие в Натанзе, использовать 164 центрифуги П-1. Но при этом вы в течение какого-то периода времени, например 5 лет, не будете промышленным образом обогащать уран. Это вопрос принципиально важный. Пять лет вполне достаточно, чтобы МАГАТЭ решило все проблемы, в том случае, если Тегеран проявит готовность. Что, кроме того, нужно. На самом деле это только первый шаг. Следующим шагом было бы логично расширить количество переговорщиков. Потому что те переговоры, которые сейчас четырехсторонние, зашли в тупик. Это всем очевидно. Почему – потому что эти переговоры не могут решить основные проблемы, которые волнуют Иран.
А. НАСИБОВ – За счет кого расширять переговорщиков?
В. ЕВСЕЕВ - На мой взгляд, необходимо расширить за счет России, Китай и США. При этом только этот состав переговорщиков сможет подготовить тот пакет, который на самом деле будет интересен Ирану. Он должен быть достаточно интересен. А что сейчас для Ирана самая главная проблема – проблема безопасности. А кто ему может дать негативные гарантии безопасности, то есть не нападать - понятно, конечно, если США смогут дать такие гарантии, это будет достаточно крупным козырем и под это можно потребовать достаточно много от Ирана. И это будет серьезно. Есть ли под этим хоть какие-то основания. Я считаю, что некоторые основания есть. И они заключаются в том, что США, высшее руководство США в лице президента Джорджа Буша согласились на участие двусторонних переговоров по иракской проблеме с Ираном. И это очень важно. И эти переговоры поддержала иранская сторона, причем как на уровне президента Ахмадинежада, так и духовного лидера Хаменеи. Это очень важно. К сожалению, потом были недостаточно продуманные высказывания со стороны Вашингтона. И они, по-видимому, отложили возможность решения этой проблемы. Но, тем не менее, в настоящее время для США очень важно решить именно иракскую проблему. На мой взгляд, сейчас никто серьезно в Вашингтоне не рассматривает применение силы в отношении Ирана. Почему – потому что в Ираке ситуация очень уязвима. Но они могут эту уязвимость уменьшить в течение года. И в этом случае что они могут сделать: сократить присутствие, развернуть рубежи противоракетной обороны. В этом случае уже появятся реальные основания для возможных санкций.
А. НАСИБОВ – В течение вот этого года уже будут завершены поставки российских зенитных ракетных комплексов в Тегеран, предназначенных для защиты объектов?
В. ЕВСЕЕВ - В конце прошлого года был заключено соглашение о поставке ЗРК ближнего радиуса действия ТОР-М1. 29 комплексов. Поставка до 2009 года. Я думаю, что Россия в настоящее время поставкой комплексов пока заниматься не будет. Почему – потому что есть время для поставок. Во-вторых, мы все видим, что Россия пока не назначила дату завоза ядерного топлива в Бушер. Это тоже одно с другим связано. Почему – потому что если будут введены экономические санкции в отношении Ирана, Иран заявил о своем выходе из МАГАТЭ, в этом случае Россия имеет вполне законное право не ввозить ядерное топливо в Бушер. Поэтому Россия сейчас пытается не форсировать события и разрешить как-то эту ситуацию. Потому что если Россия завезет ядерное топливо в Бушер или начнет поставку ЗРК "Тор-М1", в этом случае Россия попадет под сильный огонь критики с Запада. И для России это конечно крайне нежелательно. Как в свете саммита предстоящего в Санкт-Петербурге, так и в свете того, что Россия председатель "большой восьмерки". Так и в целом Россия не хочет портить отношения с Западом. Россия хотела бы видеть Иран партнером.
А. НАСИБОВ – Владимир Евсеев - научный сотрудник Центра международной безопасности Института мировой экономики и международных отношений РАН. Останетесь на программу "Рикошет"?
В. ЕВСЕЕВ - С удовольствием.
А. НАСИБОВ – Сейчас выпуск новостей.
НОВОСТИ
А. НАСИБОВ – Я хотел бы задать нашим слушателям следующий вопрос. Напомню, что сегодня генеральный директор МАГАТЭ Мухаммед Эль-Барадеи представляет одновременно Совету управляющих МАГАТЭ в Вене и членам Совета Безопасности ООН в Нью-Йорке доклад о том, откликнулся ли Иран на призыв мирового сообщества развеять опасения по поводу характера его ядерной программы. И сегодня же в Софии заседают неформально министры иностранных дел стран НАТО и неформально возможно обсуждают перспективы принятия Украины и Грузии в НАТО. Что Вас больше волнует: возможное вступление Украины в НАТО или ядерные разработки Ирана.
РИКОШЕТ
А. НАСИБОВ – Пока вы нам отвечаете на этот вопрос, мы продолжаем беседу. Правильно ли я делаю вывод из ваших слов, Владимир, что в течение ближайшего года нам не стоит ожидать какого-то развития событий вокруг Ирана по военному сценарию? То есть пока американцы не наладят ситуацию в Ираке, пока не урегулируется там ситуация, пока не смогут вытащить себя из той ситуации, куда они ввязались, не стоит ожидать какой-то военной операции вокруг Ирана? Там дальше видно будет.
В. ЕВСЕЕВ - Если говорить о военной акции, я считаю, что, наверное, в течение ближайшего года серьезных оснований для применения силы в отношении Ирана нет. Почему – потому что нет реально серьезной угрозы. Даже в том случае, если в конце своего года, который в Иране закончится в конце марта, Иран развернет 3 тысячи центрифуг, и даже если это будут центрифуги не П-1, а П-2, которые в 4 раза более мощные, в этом случае Ирану потребуется еще 210 дней по оценкам американских экспертов для того чтобы наработать расщепляющий материал на один ядерный…
А. НАСИБОВ – Ну, они заявили, что 164 центрифуги, а вдруг там 1164, или 10 тысяч 1164. Откуда мы знаем?
В. ЕВСЕЕВ - Инспектора МАГАТЭ многократно инспектировали этот объект. Они знают о том, что в настоящее время функционирует именно 164 центрифуги именно класса П-1, и по их данным имеется в разобранном виде значительное количество других газовых центрифуг. При этом имеется такая информация, что даже в момент сборки, а скорость вращения составляет тысячи оборотов в секунду, в этом случае очень многие выходят из строя, в виду того, что надо иметь очень высокий технологический уровень развития, который не всегда позволяет Ирану сделать самим, а эти центрифуги сделаны именно Ираном…
А. НАСИБОВ – Не закуплены за рубежом.
В. ЕВСЕЕВ - Нет, Иран закупил 500 центрифуг класса П-1 в Пакистане по сети Кадир Хана и это закупка…
А. НАСИБОВ – Отца пакистанской атомной бомбы.
В. ЕВСЕЕВ - Да, это была известная сеть, о которой мы, конечно, узнали в тот момент, когда связано было с ливийской ядерной программой.
А. НАСИБОВ – Так они закупили эти центрифуги в Пакистане и они в разобранном состоянии пока.
В. ЕВСЕЕВ - Нет. Вы не совсем правы. Они закупили 500 центрифуг класса П-1, это была закупка произведена в середине 90-х годов. А сейчас 2006 год, поэтому соответственно в этого момента прошло много времени. Иран, по-видимому, наладил собственное производство газовых центрифуг. И есть сильное подозрение, что они наладили производство не только центрифуг класса П-1, но и П-2. Причем при активной помощи того же Пакистана. При этом если такие центрифуги будут развернуты, и если им удастся сделать необходимые каскады для обогащения урана, теоретически в этом случае возможно накопление расщепляющих материалов. Однако на самом деле будет оно или нет, будет определяться, насколько полный контроль МАГАТЭ сможет осуществлять за этим процессом. Если МАГАТЭ будет осуществлять полный контроль, в этом случае будет практически невозможно накопить эти расщепляющие материалы. Я говорю о том, что в настоящее время Иран только, к сожалению, подписал дополнительный протокол к соглашению о гарантиях 1997 года. Если бы Иран ратифицировал этот протокол, это было бы крупным шагом со стороны Ирана в том, что Иран на самом деле развивает свою мирную ядерную программу.
А. НАСИБОВ – Завершилось голосование в рамках программы "Рикошет". За 5 минут и 20 секунд нам позвонили 1003 человека. Голоса распределились следующим образом: возможное вступление Украины и Грузии в НАТО беспокоит 33% из числа позвонивших нам. А 67% больше беспокоятся по поводу ядерных разработок Ирана. Представляете? Вы ожидали подобные цифры?
В. ЕВСЕЕВ - Вы знаете, еще до того как вы только обозначили темы, я, честно говоря, думал, что больше получит именно первое. Почему – потому что мне вчера только пришлось встречаться с норвежским офицером, представителем Генштаба. И в этом случае, конечно, для них вопрос вступления Украины в НАТО актуален. Я представлял, что, наверное, для многих жителей нашей страны, которые имеют тесные связи, у меня, например, жена из Феодосии, с Крыма, поэтому для нас всех как будет Украина, и на самом деле будут ли базы НАТО на Украине, для нас казалось важным. Но, по-видимому, тот результат, который вы получили, был обусловлен всем тем, не только активностью иранского информационного сообщества, но активностью западного информационного сообщества, когда тема Ирана находится на острие информации.
А. НАСИБОВ – Правильно ли я вас понимаю, что сейчас идет своего рода информационная война с Ираном?
В. ЕВСЕЕВ - Я считаю, что в настоящее время, конечно, идет с обеих сторон информационная война.
А. НАСИБОВ – Какие стороны задействованы?
В. ЕВСЕЕВ - Задействованы, конечно, возможные каналы СМИ, которые и на Западе в значительной степени контролируются и при этом само общество, мнение Запада. Я, например, в начале апреля посетил Вашингтон. Мне приходилось встречаться с американцами. Очень многие, конечно, видят в этом угрозу. И в самом как Вашингтоне, так, по-видимому, в США, Иран воспринимается как угроза. Хотя Ирак для них более серьезен, потому что там гибнут люди.
А. НАСИБОВ – Наши военные, что говорят по поводу Ирана? Есть у вас информация об этом?
В. ЕВСЕЕВ - Конечно, у нас имеется официальная информация, например, руководителей Генштаба, генерала Балуевского, который сказал, что в случае военной акции Россия не будет использовать свои войска для защиты Ирана.
А. НАСИБОВ – Это официальная информация. А что говорят неофициально. Как они относятся к ядерным разработкам в Иране? Наши военные.
В. ЕВСЕЕВ - Я сам раньше служил в ракетных войсках стратегического назначения. Поэтому эта тема достаточно близка. И многие мои бывшие сослуживцы, которые до сих пор служат в армии, считают, что конечно угроза какая-то есть, но может быть, на нас больше давит именно то, что мы все выходцы были из советской армии. Я сам 20 лет отслужил в армии. А, может быть, на нас влияет именно то, что НАТО не всегда принимает продуманные шаги при расширении на Запад. В этом случае на мой взгляд все-таки большинство считает, что именно то, что мы имеем сейчас, в этом все-таки больше виноват Запад, чем Иран. Хотя конечно, это, наверное, мнение субъективное.
А. НАСИБОВ – Благодарю Владимира Евсеева, старшего научного сотрудника Центра международной безопасности Института мировой экономики и международных отношений РАН за квалифицированные ответы на дилетантские вопросы по Ирану.