Рекомендации Общественной палаты о противодействии нетерпимости и экстремизму в российском обществе. Вопросы борьбы с экстремизмом - Светлана Ганнушкина - Интервью - 2006-04-14

14 апреля 2006 года

В эфире радиостанции "Эхо Москвы" Светлана Ганнушкина - член совета правозащитного центра "Мемориал", председатель организации "Гражданское содействие"

Эфир ведет Ашот Насибов

А. НАСИБОВ – Я приветствую Светлану Ганнушкину - председателя организации "Гражданское содействие", член совета правозащитного центра "Мемориал".

С. ГАННУШКИНА - Добрый день. Извините за опоздание.

А. НАСИБОВ – Нормально все. Погода как там на улице?

С. ГАННУШКИНА - Погода прекрасная. Я любую погоду люблю.

А. НАСИБОВ – Это хорошо. Светлана Алексеевна, мы будем беседовать о рекомендациях Общественной палаты о противодействии и нетерпимости и экстремизму в российском обществе. Общественная палата сегодня на пленарном заседании обсуждает как раз эту тему. Я напомню, что Общественная палата выдвинула 49 предложений о борьбе с нетерпимостью и экстремизмом. В числе них такие любопытные предложения как, например, предложение пройти чиновникам, милиционерам и учителям аттестацию на знание проблем межэтнических отношений, партиям – внести в программы идеи толерантности, Минобрнауки – изъять из учебников "этноцентристские версии истории", общественным организациям – создать районные "комитеты мира", то есть комитеты мира в районах разных, где живут люди. Еще любопытное предложение: брошюру для рядовых милиционеров, среди которых высокий уровень ксенофобии. Это я цитирую статью из газеты "КоммерсантЪ" сегодняшний номер. Или, например, предложение создать федеральный телеканал и радиостанцию, вещающие на языках народов России. При этом 30 минут, предположим, будут говорить по-татарски, следующие 30 минут - по-башкирски. И так – 12 часов в стуки. Вот такие предложения. Все они сегодня изложены в газете "КоммерсантЪ". Светлана Алексеевна, вы знакомы с этими предложениями?

С. ГАННУШКИНА - Я участвовала в обсуждении и знаю, что были внесены разные предложения, в том числе обсуждался проект поправок в закон об экстремизме. Где ужесточается наказание за это. И честно говоря, я не большой поклонник всяких репрессивных мер по этому поводу. Я думаю, что, конечно, создать телеканал, где бы рассказывалось о межнациональных отношениях, о разных народах, об их традициях, это было бы очень полезно. Работать с милицией тоже необходимо. Но в принципе мне кажется важно, чтобы была политическая воля прекратить то безобразие, которое происходит сейчас.

А. НАСИБОВ – Что за безобразия, о которых вы заговорили?

С. ГАННУШКИНА - Наверное, знаете, что происходит в столице, что происходит в нашей северной столице Санкт-Петербурге, в Воронеже. Не проходит дня, чтобы мы не услышали о каком-то убийстве на этнической почве. И в выступлениях экстремистов у нас в Москве был 4 ноября марш, который называется русским маршем, фашистским маршем. В любом случае там были фашистские лозунги. Но ведь мы видим что, без всяких ужесточений закона можно было бы к людям, которые все это организовали, применить те законы, которые действуют сегодня. Однако нашей организации прокуратура отказала в возбуждении уголовного дела по нашему заявлению против организаторов этого марша. До этого я обращалась в МВД и прокуратуру с просьбой не разрешать этот марш. Потому что лозунги были известны заранее. Антифашистский центр обращался и судился по этому поводу. И все суды им отказали. То есть фактически мы видим, как власти, во всяком случае, попустительствуют тому, что происходит.

А. НАСИБОВ – Это попустительство или это просто непринятие мер предотвращения. Или это бездействие.

С. ГАННУШКИНА - Я считаю это попустительством. И у меня есть основания об этом говорить. Потому что я разговаривала с представителями правоохранительных органов и, к сожалению, органы внутренних дел, люди, которые обязаны этим заниматься, мне с огорчением говорили, что у них связаны руки.

А. НАСИБОВ – Кем связаны?

С. ГАННУШКИНА - Вышестоящими товарищами. Когда я предложила выйти в эфир рассказать по "Эхо Москвы" например, что капитан такой-то мне сказал вчера то-то и то-то, он сказал: вы хотите, чтобы в этом кресле сидел фашист, а не я, тогда вы это скажете. Потому что я не удержусь на месте. То же самое мы слышали в прокуратуре.

А. НАСИБОВ – Он назвал какие-то причины того, что у милиции связаны руки.

С. ГАННУШКИНА - Он сказал, что он этого не понимает. Он не понимает, почему те кипы дел, которые лежат у них и те материалы, которые мы в частности присылаем, почему они не получают хода. Он этого не понимает. Он сказал, что его убеждаю в том, что доказать вот этот элемент межнациональной розни, ксенофобии, чрезвычайно тяжело. Вот сегодня, например, я прочла совершенно удивительную для меня вещь. Оказывается, у нас есть сеть баров "Стойка", я не поклонник баров, поэтому плохо знаю, что это такое. И что в эти бары не пускают лиц восточной внешности. Вот я не уверена, что вас не пустили бы, например.

А. НАСИБОВ – Да, понятно. При наличии усов. Хорошо, один ус сбрею. Но разве владельцы баров, бары являются частной собственностью, не вольны определять порядок прохода в бар. Разве не существует такая штука как фейс-контроль?

С. ГАННУШКИНА - Фейс-контроль ни в коем случае не может касаться этничности. Может касаться людей, которые могут быть заподозрены в каких-то активных действиях, вот если у них ножи в руках, если они выглядят агрессивно.

А. НАСИБОВ – Фейс-контроль это просто контроль безопасности.

С. ГАННУШКИНА - Понятно. Пьяных людей можно не пускать. А вот не пускать людей определенной этничности, это абсолютно очевидное нарушение Конституции. И если власти ничего не предпринимают, то они не просто попустительствуют, они способствуют тому, что происходит. Кроме того, на чем собственно экстремистские все высказывания всегда основываются. Они основываются на лжи, на фальсификации цифр, на придуманных цифрах. Мы постоянно слышим, например, партия "Родина" об этом говорила в своей предвыборной кампании. Ее, правда, сняли, но не за это, с московских выборов. Они говорят, что 65% преступлений совершаются в Москве нелегальными иммигрантами. Но каждый раз, когда я выступаю, я прихожу с бумагами, полученными из МВД, демонстрирую статистику и говорю, что это неправда, это ложь, это преувеличение в 20 раз. Потому что на самом деле не 65%, а всего 3,1%. Но, на мой взгляд, с этими бумагами должна выходить не я, потому что мое слово против их слова звучит не слишком уверенно. А почему министр внутренних дел не выйдет с этими бумагами.

А. НАСИБОВ – Мы сейчас сделаем очень короткий перерыв на новости и продолжим.

НОВОСТИ

А. НАСИБОВ – Мы остановились на том, что как вы сказали партия "Родина" фальсифицировала данные о количестве правонарушений, совершаемых приезжими в Москве. По данным "Родины" сколько?

С. ГАННУШКИНА - По данным "Родины" 65%.

А. НАСИБОВ – По вашим данным, полученным от…

С. ГАННУШКИНА - У нас нет своих данных. По данным, полученным из МВД это 3,1%.

А. НАСИБОВ – То есть 60 и 3,1. То есть разница получается в 20 раз.

С. ГАННУШКИНА - Даже больше. То же самое происходит с движением "Против нелегальной эмиграции", которое говорит, что таджики совершают здесь 90% преступлений, связанных с наркотиками. Это тоже неверно. И цифра настоящая на самом деле в 30 раз меньше. Она колеблется в разных регионах от 3,1% до 3,8%. То есть это очевидная ложь. И мне кажется, что эту ложь должны опровергать не мы, а официальные лица. К сожалению, когда выступают официальные лица, они очень часто на вопрос о преступлениях, называют абсолютные цифры. И когда слушатель слышит, что 50 тысяч преступлений совершили мигранты, то конечно на него это производит грандиозное впечатление, на каждого из нас это очень много. Но когда речь идет о процентном отношении, оказывается, что это меньше, чем обычно бывает в нормальных странах, где преступность имеет всегда окраску, вот приезжают приезжие и им поручается всякие гадости делать. Это, к сожалению, принято, увы.

А. НАСИБОВ – Вы сказали, что руки у милиции связаны.

С. ГАННУШКИНА - Да, отчасти это так. Хотя я не отрицаю, что милиция сама заражена ксенофобией. Далеко не вся.

А. НАСИБОВ – Вы сказали, что власть она сознательно ограничивает…

С. ГАННУШКИНА - Сейчас, кажется, немного испугалась того джина, которого выпустила из бутылки.

А. НАСИБОВ – Власть он вообще неоднородна. Там свои группировки и свои тараканы в голове. Кому выгодно связывать руки милиции в борьбе с экстремизмом, кому выгодно зажимать информацию на сей счет?

С. ГАННУШКИНА - Трудно сказать так определенно. Потому что трудно обвинять, кого бы то ни было. Но некоторые соображения можно высказать. Если вы помните, в 1996 году фактически приход Ельцина к власти был связан с тем, что всех страшно запугали и СМИ очень активно этим занимались, возможностью восстановления Коммунистической партии в России, ее власти. И вот эта "красная чума" она действительно напугала людей. И вокруг меня, я часто слышала разговоры, что же нам оставалось делать. Если не это, то, что было бы. Но сейчас "красная чума" вроде как не производит такого впечатления, очень важно, что коричневая чума это тоже одна из страшилок, которая используется, для того чтобы показать: если не мы, то посмотрите, кто.

А. НАСИБОВ – Это то самое предположение о роли страшилки экстремистской или националистической, которая может быть использована в предстоящих выборах в ГД и президентских выборах. По крайней мере, версии такие. Они уже начали появляться.

С. ГАННУШКИНА - Да, это, конечно, приходит в голову. Хотя я думаю, что не только это. К сожалению, и в ГД у нас много людей, которые делают именно на это ставку. Это удобно, это канализация настроений определенным образом. Это отведение недовольства, а недовольство сейчас очень большое у населения, вот этих протестных настроений, отведение от собственных действий и переключение на виноватых, которые нам мешают жить, занимают у нас рынки труда, ведут себя нехорошо по отношению к нашим женщинам. И так далее.

А. НАСИБОВ – В чем выход?

С. ГАННУШКИНА - Выход. Выход в том, в частности, о чем говорит Общественная палата, и вокруг все говорят. В том, чтобы СМИ больше обращали на это внимание и в том, чтобы закон не то чтобы был более строг, но неотвратимо выполнялся. Это ведь на самом деле тривиальная мысль: закон хорош не тем, насколько он жесток, он хорош тем, насколько он неотвратим. И в частности по отношению к этим "Стойкам", власти должны немедленно принять меры. Потому что эти люди нарушают Конституцию, нарушают законы, они разжигают таким образом, безусловно, межнациональную рознь. Они демонстрируют, что это можно. И я бы, например, немедленно закрыла всю эту "Стойку" от начала до конца.

А. НАСИБОВ – Под предлогом чего?

С. ГАННУШКИНА - Никакого предлога не нужно. Нужно возбудить против них уголовное дело о нарушении…

А. НАСИБОВ – Но это их собственность, они имеет право ограничивать проход в зависимости…

С. ГАННУШКИНА - Нет, это не частный клуб, извините. Нет, это места общественного посещения, куда входит каждый. Каждый, кто не нарушает…

А. НАСИБОВ – Это предприятие общественного питания.

С. ГАННУШКИНА - Скорее развлечение.

А. НАСИБОВ – Это не Метрополитен, условно говоря…

С. ГАННУШКИНА - Где фейс-контроля слава богу нет. Нет, простите. Бывают закрытые клубы, куда люди приходят по удостоверениям члена клуба. Могут привести своих друзей. Это совершенно другое дело. И то, если там констатируется, например, недопущение туда "черных", я бы, например, очень усомнилась, что такой клуб может быть по интересам открыт в США. Но это право действительно, но это открытое предприятие, куда входят люди с улицы. И когда они туда приходят, их там оскорбляют. И это совершенно очевидное нарушение межнационального равенства, и абсолютно однозначно против них можно и нужно возбудить по 282-й статье уголовное дело и закрыть их на этом основании. Это совершенно однозначно. И частный магазин это еще не значит, что это магазин для ограниченного круга лиц. Если конечно он не ведомственный, пожалуйста, я у себя могу в своем огромном предприятии, которое занимает подвал, открыть магазин только для сотрудников. Но я не могу ограничить вход в свою организацию общественную, это тоже общественная организация, это организация не государственная, но речи даже не может быть о том, чтобы мы ограничили туда вход людей, по какому бы то ни было признаку, отличному от признака, по которому мы объединились помогать такого-то рода людям.

А. НАСИБОВ – Вы сказали, что одной из мер противодействия может быть более широкое освещение в СМИ.

С. ГАННУШКИНА - Да, конечно.

А. НАСИБОВ – Например, в газете "КоммерсантЪ" сегодня пишется о предложениях Общественной палаты. "В популяризации экстремизма авторы также винят СМИ и правоохранительную систему. "Деструктивная" роль прессы заключается в отсутствии у СМИ "этического кодекса"". Я добавлю, что мы где-то часа полтора назад принимали телефонные звонки на эту тему, и было несколько звонков с обвинениями в адрес СМИ по поводу слишком плотного обсуждения этой темы. Что в свою очередь ведет к разжиганию национализма. То есть если мы обсуждаем широко эту тему, то это ведет за собой отклик в виде проявления национализма экстремизма в более широких…

С. ГАННУШКИНА - С этим я не могу согласиться, конечно, обсуждать эту тему необходимо, она чрезвычайно важна и все зависит от того, как ее обсуждать и кого приглашать на обсуждение. Есть персоны, которые, на мой взгляд, нельзя выпускать в эфир. Потому что те позиции, которые они излагают, кстати говоря, излагая их, никому не дают слова сказать. И уже выпустив их на экраны телевидения, никакой ведущий остановить их не может, их показывать просто неприлично. И спорить с ними бессмысленно. Я однажды попала на такую дискуссию неожиданно, оказался там Белов-Поткин, который руководит движением "Против нелегальной эмиграции", мне очень хотелось уйти, но меня попросили остаться, и я сказала, что дискутировать с ним я не буду. Потому что дискутировать с Геббельсом бессмысленное занятие. Его вопрос был следующий: почему – потому что Геббельс всегда прав? Но на самом деле не поэтому. А потому что история уже показала, к чему геббельсы приводят свою страну и свою семью, как вы знаете, госпожа Геббельс убила собственных дочерей и покончила с собой. Это действительно результат таких настроений, которые растут в стране и этим заканчивает и страна и эти люди.

А. НАСИБОВ – Господин Гиммлер побоялся это сделать. Постарался убежать, его поймали потом.

С. ГАННУШКИНА - Да, тоже не очень веселая участь для людей, которые ожидали поднять свою нацию на высокий уровень. Правда, они хотели как будто бы добра своему народу. И вот к чему пришел этот народ. И мне кажется, что этих людей действительно выпускать нельзя, а уж если они выпускаются, то нужно, чтобы ведущие давали четкую ясную отповедь, что делается далеко не всегда. И это не плюрализм. Это действительно часто распространение таких экстремистских точек зрения, которые находят у кого-то сочувствие. И потом совершаются такие поступки как резня в синагоге, закончившаяся конечно драмой для того, кто это совершил. Но на самом деле очень грустно видеть на скамье подсудимых только этого, в общем, наверное, не совсем здорового человека. А не тех, кто привел его к этому поступку.

А. НАСИБОВ – Люди с психическими отклонениями они всегда были в обществе и всегда будут.

С. ГАННУШКИНА - Конечно, к ним тоже с осторожностью надо относиться.

А. НАСИБОВ – Меня интересует ваше мнение о предложении написать брошюру для рядовых милиционеров, среди которых высокий уровень ксенофобии. Это я опять же цитирую газету "КоммерсантЪ", которая цитирует слова члена Общественной палаты Валерия Тишкова. Вы сказали раньше, что по вашим ощущениям тоже среди сотрудников милиции много таких людей. Ваше мнение, чем это может быть вызвано?

С. ГАННУШКИНА - Чем это может быть вызвано. Это может быть вызвано тем, что эта группа, как и группа подростков, эта группа неудовлетворенная. В милицию идут люди, которые не могут найти себе места иного и очень часто их руководители говорят: вы посмотрите, с кем мы работаем. И это правда. Эта неудовлетворенность с помощью такой агитации выливается в ксенофобские настроения. Так же как другой группой риска являются подростки. Конечно, с ними надо работать.

А. НАСИБОВ – Как надо работать?

С. ГАННУШКИНА - Не знаю. Следует ли им брошюры выпускать? - но, наверное, можно выпустить. Им надо внушать, как они должны себя вести.

А. НАСИБОВ – Кто это должен делать?

С. ГАННУШКИНА - Прежде всего, конечно, их руководство. Потому что это в первую очередь…

А. НАСИБОВ – Но руководство оно же вышло из них самих.

С. ГАННУШКИНА - Вы знаете, не совсем так. Я бы не говорила обо всей милиции так огульно.

А. НАСИБОВ – Я не говорю огульно. Я пытаюсь понять.

С. ГАННУШКИНА - Вы говорите, что они вышли из них самих.

А. НАСИБОВ – Ну конечно. Кадровые сотрудники конечно.

С. ГАННУШКИНА - Не совсем так. Все-таки когда говоришь с определенного уровня сотрудниками милиции, понятно, что там интеллектуальный уровень повыше. И их можно убедить вести себя определенным образом и определенным образом воспитывать своих подопечных. Другое дело, что они настраиваются иначе. Я неоднократно останавливалась около сотрудника милиции патрульно-постовой службы, и задавала вопрос: вы сейчас остановили человека, проверили у него документы, ну, хорошо, вежливо, или невежливо, как правило, останавливалась тогда, когда это делалось невежливо. А вот вы мне объясните: почему. Вы же прекрасно знаете, что проверять регистрацию это не ваша обязанность. Это инспекторы делают участковые. А вы должны осуществлять, следить за порядком на улице. Если вы остановили человека, у вас должна быть ориентировка. Ответ: ориентировка есть. И что мне показывают. Мне показывают список, в котором 200 имен, в основном не русских, с нерусскими окончаниями, и вот этот патрульно-постовой задает мне вопрос: а что мне делать с этой ориентировкой.

А. НАСИБОВ – Интересный вопрос. Мы попробуем его задать нашим слушателям сразу после выпуска новостей.

НОВОСТИ

А. НАСИБОВ – В рамках программы "Рикошет" я предлагаю нашим слушателям следующий вопрос. Вы готовы следовать рекомендациям Общественной палаты о противодействии нетерпимости и экстремизму?

РИКОШЕТ

А. НАСИБОВ – А мы продолжаем беседу. Давайте пока идет голосование, почти 200 звонков поступило за это время, я попрошу вас ответить на некоторые вопросы, которые слушатели задавали еще по Интернету. Научный сотрудник Михаил Дашевский из Москвы почему-то написал латиницей. Если он из Москвы, зачем латиница. "Как преодолеть презрение нашей элиты, особенно правящей ко всем, кто не они. Имеется в виду, бедным, кавказцам, евреям, татарам, вообще прочим. Если это презрение…

С. ГАННУШКИНА - Понятен вопрос.

А. НАСИБОВ – …негде высмеять.

С. ГАННУШКИНА - Это понятный вопрос. Действительно у нас очень давно гораздо раньше, чем наступила советская власть, был большой разрыв между правящей элитой и остальным населением. И единственный способ заставить себя уважать, чтобы они нас чувствовали гражданами, это наша общественная активность. Мы должны уметь заявить им, что это люди, которых мы пригласили и которые существуют на наши налоги. На самом деле в Древней Руси это было так. Князь он понимал, что он нанятый человек, что он приглашенный и что он зависит от народа. Но это давно уже кончилось в России. Нужно уметь настоять на этом. Для этого нужны общественные объединения, общественная активность, общественное радио, общественное телевидение, и общественная активность вот этого самого Михаила Дашевского, который задает этот вопрос.

А. НАСИБОВ – Сергей, россиян из столицы СССР, как он пишет. "Вы не понимаете главной причины появления скинхедов. Это ответная реакция христиан на жестокие этнические чистки чеченцами в Чечне. Когда сжигали русские церкви и отрубали головы русским священникам".

С. ГАННУШКИНА - Н-да. Ну, это неправда просто. Понимаете. Дело в том, что это не так. Конечно, во времена Дудаева в Чечне было тяжело русским. Это совершенно точно, мы об этом писали, у меня была в частности статья, которая называлась "Услышьте их голоса". И в это время Россия не принимала, остальная Россия не принимала людей оттуда и не обеспечивала их возможностью покинуть Чечню, кстати говоря. Это правда. Но я думаю, что все-таки никакого повального уничтожения церквей, церковь есть и до сих пор, и церковь восстанавливается сейчас в Чечне, я бываю там достаточно часто. И то, что сделано нашей властью в Чечне, кстати, это не межэтнический конфликт никоим образом. Это все-таки обращение к государству, которое как спрашивал Дашевский, что оно имеет право со своими гражданами сделать все, что угодно. Хоть с кашей съесть. Это результат того, что сейчас, когда мы находимся в Грозном, мы видим вокруг сплошные развалины, как когда-то видимо выглядел Сталинград. И это очень страшно. До сегодняшнего дня. И я думаю, что скинхеды никакого не имеют отношения к христианству, во всяком случае, к русскому православию. Это абсолютно другое явление, к сожалению.

А. НАСИБОВ – Иван Анохин из Уфы, рабочий. "Мне кажется, весь экстремизм в России связан с отсутствием барьеров для иммигрантов и отсутствием защиты местного населения от дешевой рабочей силы и т.д. и.т.п. Сравните с Канадой, к примеру".

С. ГАННУШКИНА - Ну, в этом есть некоторый смысл. Действительно никаких преференций для местного населения не делается. Но дело же не в том, чтобы не пускать эту рабочую силу и ограничивать ее какими-то дикими законами. Дело в том, чтобы все это наоборот, поместить в законное русло, что сейчас пытаются сделать. И рабочая сила эта дешевая она создается, потому что работодатель владеет своим иностранным рабочим как рабом. И вот надо приводить это в порядок. К сожалению, с этого питаются и нечестные работодатели и те же сотрудники милиции, которые получают свой кусок. И привело к этому именно очень строгое законодательство, когда получить разрешение на работу настолько трудно, а заплатить и оплатить нарушение закона оказывается гораздо легче и проще. И дешевле. Это и привело к такому положению. Конечно, местный трудовой рынок должен охраняться. Это правда.

А. НАСИБОВ – Еще вопрос от Гусева Дмитрия из Екатеринбурга, студента. "Не кажется ли Вам странным совпадением тот факт, что чем больше в СМИ упоминается тема экстремизма, тем чаще появляются новые факты нападений?"

С. ГАННУШКИНА - Я не думаю, что это так. На самом деле я думаю, что просто эти факты сейчас стали открываться. Об этом стали говорить громко и много. Это не значит, что их не было раньше.

А. НАСИБОВ – У нас фактически завершилось голосование в рамках программы "Рикошет". Нам за 6 минут позвонило 1016 слушателей, и голоса распределились следующим образом. Мы задали вопрос: вы готовы следовать рекомендациям Общественной палаты о противодействии нетерпимости и экстремизму. Да, готовы - 37,6% слушателей. Нет, не готовы – 62,4%. Фактически 38% готовы, и 62% не готовы. Не такой большой разброс.

С. ГАННУШКИНА - Разброс большой. 38% и 62% это существенно. Даже не два к одному, но все-таки много. Не желающих больше существенно. Но я думаю, что это может быть еще связано с тем, что рекомендации ведь все-таки не на конкретное лицо рассчитаны, а они больше обращены к власти. И может быть люди, которые отвечали, они не очень понимают свою роль даже в выполнении этих рекомендаций.

А. НАСИБОВ – Напомню, что сегодня Общественная палата обсуждает 49 рекомендаций против нетерпимости и экстремизма. В числе них предложения чиновникам, милиционерам и учителям пройти аттестацию на знание проблем межэтнических отношений, партиям – внести в программы идеи толерантности, Минобрнауки – изъять из учебников "этноцентристские версии истории", общественным организациям – создать районные "комитеты мира". Среди других рекомендаций написание брошюр для рядовых милиционеров, среди которых высок уровень ксенофобии. А также создание федерального телеканала и радиостанции, вещающих на языках народов России. Это из рекомендаций Общественной палаты по борьбе против нетерпимости и экстремизма. Я думаю, имеет смысл продолжить наше обсуждение и ответить на вопросы, которые пришли на эфирный пейджер в ходе нашего эфира.

С. ГАННУШКИНА - Давайте попробуем.

А. НАСИБОВ – Давайте кратко пробежимся по эфирному пейджеру. Я прошу вас отвечать кратко. "Может быть по этому поводу должен выступить президент и церковь, Алексий Второй, это может быть что-нибудь сдвинет с мертвой точки, - пишет Ирина из Москвы.

С. ГАННУШКИНА - По-моему, и тот и другой это делали. Но последнее выступление православной церкви, по-моему, не будет способствовать смягчению обстановки.

А. НАСИБОВ – Вы имеете в виду новую концепцию.

С. ГАННУШКИНА - Да, новую концепцию.

А. НАСИБОВ – "Ганнушкина, вы отлично знаете, что большинство преступлений в Москве самых ужасных и самых тупых так называемая бытовуха совершается выходцами из бывших союзных республик, а не москвичами. Зачем вы лжете", - спрашивает Олег из Москвы.

С. ГАННУШКИНА - Вот это результат того, что официальные лица не дают объективной статистики. Вот его убежденность. Я не могу его убедить в противоположном. У меня есть только в руках статистика МВД.

А. НАСИБОВ – "Уважаемый Ашот, доводы вашей собеседницы о 20-кратном преувеличении данных о преступлениях мигрантов в Москве, это детский лепет. Хотелось бы каких-то доказательств. Москвичам не нравится засилье этих людей", - пишет Марина.

С. ГАННУШКИНА - Вот опять я могу сказать еще раз, что это не доводы, а статистика. А статистика вещь упрямая.

А. НАСИБОВ – "За последние 10 лет многие магазины, рынки перешли под контроль этнических группировок. Вы нам советуете не обращать внимание. Но мы же коренные жители, как же так?", - Олег Борисович.

С. ГАННУШКИНА - Я не советую не обращать внимания на любое нарушение закона. Наоборот, я советую правоохранительным органам заниматься наведением порядка. Это их обязанность. И нам не так важно, в руках этнических группировок рынок, или в руках какой-то солнцевской группировки. Нам важно, чтобы бабушка, которая под Москвой свою редиску вырастила, могла спокойно и беспрепятственно на рынке ее продать.

А. НАСИБОВ – Юрий из Вологды. "Есть постановление правительства, разрешающее отказать в обслуживании без объяснения причин. И мне отказывали, а когда я возмущался, приглашали прикормленных ментов. Кофейня на Ленина в Вологде".

С. ГАННУШКИНА - Вот, пожалуйста, значит, есть такая проблема не только в Москве.

А. НАСИБОВ – Екатерина Васильевна из Москвы. "Сначала унизили народ до невозможности, обобрали, теперь удивляетесь тому, что происходит".

С. ГАННУШКИНА - Не могу сказать, что я очень удивляюсь. И с этим я согласна. Народ действительно унижен. И это результат униженности народа. И продолжающееся унижение народа. С этим я могу только согласиться. Народ ждал другого. Тут больше разочарование произошло. Люди ждали, что к ним обратится, наконец, власть, не к человеку с большой буквы, а к человеку из плоти и крови. И вот то, что этого не произошло, и это было названо демократией, когда полностью отвернулись и от человека с большой буквы, с маленькой, от любого. Вот собственно это привело к тому, что мы сегодня видим. Это правда.

А. НАСИБОВ – Ирина из Москвы: "Вы понимаете, какую вы поднимаете волну. На рынках бабушки продают свой урожай, а "черные" их прогоняют. И милиция им в этом помогает. Что же такое творится?"

С. ГАННУШКИНА - Правильно, я с этим совершенно согласна. Причем мне неважно, черные это делают или белые. Или зеленые. А важно, что милиция обязана навести порядок. Она этого не делает. Она на корму стоит.

А. НАСИБОВ – Светлана Ганнушкина, член совета правозащитного центра "Мемориал", председатель организации "Гражданское содействие". Спасибо за беседу, спасибо всем кто принимал в ней участие, задавал свои вопросы.

С. ГАННУШКИНА - Спасибо вам.