Законопроект о персональных данных. Введение электронных паспортов в России. Новая система биометрической идентификации граждан - Дмитрий Милованцев - Интервью - 2005-12-05

Л. ГУЛЬКО - Добрый день. У нас в студии Дмитрий Милованцев - заместитель министра информационных технологий и связи РФ. Собрались мы сегодня, чтобы поговорить о законопроекте о персональных данных, о введении электронных паспортов в России, о новой системе биометрической идентификации граждан. Сколько людей, столько и мнений. Я думаю, что не очень хорошо люди знают и понимают, что это такое. Поэтому мой первый вопрос: что это за закон и зачем он нужен?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - К сожалению, действительно на настоящий момент в этой проблеме скорее разбираются только специалисты. Но персональные данные это то, что касается жизни каждого человека. Это фамилия, имя, отчество человека, другие данные о личной жизни. В настоящий момент во многих информационных системах эти данные накапливаются практически неограниченно и бессистемно. А зачастую они попадают в открытый доступ. Но современная законодательная система не защищает персональные данные человека. Она защищает авторские права на базы данных. И человек фактически юридически не может защитить себя. Не может предъявить иск к тому, кто неправомерно разгласил его данные.

Л. ГУЛЬКО - То, что произошло в последнее время, когда на Горбушку к пиратам электронным контрафактным попали базы данных.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Безусловно. Существует много случаев, когда персональные данные становились предметом достояния людей крайне нечистоплотных. Эти люди тиражировали эти персональные данные. При этом защищаются только сами базы данных. То есть иск против того, кто распространяет базу данных налоговых органов, может подать только налоговая инспекция. Человек, данные которого попали в эту базу данных и разглашены, подать подобный иск не может. Это деяние не считается противоправным.

Л. ГУЛЬКО - Даже на налоговую инспекцию я, например, не могу подать.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - На налоговую инспекцию можете. Но если эта база данных видоизменена и она только слегка напоминает базу данных налоговой инспекции, то соответственно налоговая инспекция вам ответит, что это иная база данных, а не которая содержится…

Л. ГУЛЬКО - Я не я и лошадь не моя.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Абсолютно.

Л. ГУЛЬКО - Так этот закон призван, значит что?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Ввести ответственность тех, кто распространяет подобные данные, накапливает подобные данные, собирает подобные данные перед тем, чьи данные собираются, отрабатываются и накапливаются.

Л. ГУЛЬКО - Ну хорошо, это все равно может пиратски появиться где-то. Ввели ответственность – прекрасно. Но я-то, подав в суд, я буду знать на кого, но мои данные особые, они попадут в частные руки. И они все равно попадут или все это будет защищено более надежно, чем сейчас?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - В данном случае предусматривается несколько ступеней, которые позволят защитить ваши права. Прежде всего, первое. Это регистрация любых информационных систем, в которых обрабатываются ваши данные. Второе - запрет на обработку целых классов данных, связанных с вероисповеданием, сексуальной ориентацией и так далее. То, что в принципе человек относит к наиболее чувствительным сферам своей жизни.

Л. ГУЛЬКО - То, что защищается Конституцией.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Абсолютно. Данные о здоровье и так далее. На настоящий момент даже в дисконтных сетях аптек ведется накопление гигантских массивов этих данных. Человек, прежде всего, должен знать, какие данные там хранятся о нем, иметь возможность отказаться от накопления подобных данных. И даже в случае, если он начинает пользоваться дисконтной программой, давая согласие на обработку своих данных, четко понимать свои права по отношению к оператору этой информационной системы и то, на что он дал подобное разрешение. Таким образом, в принципе создается база, для того чтобы ввести любую форму ответственности. В настоящий момент эта ответственность предусмотрена на административном уровне, но мы считаем, что подобная ответственность по опыту целого ряда стран должна вводиться и на уголовном уровне. И при доработке законопроекта мы считаем, что именно в таком ключе его доработка должна вестись.

Л. ГУЛЬКО - А кто будет собирать все эти базы данных, все данные в одну базу?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Принципиально, собирать все данные о человеке в одну базу нельзя, неправильно и ни с какой точки зрения нецелесообразно. И довольно опасно. В принципе с точки зрения того, что сколь хорошо ни защищай, все равно в какой-то момент может произойти утечка. Это может быть утечка не техническая, связанная с неадекватной работой персонала. Необходимо знать, что, в каких базах хранится. Но не собирать их вместе. Необходимо знать, что, в каких базах накапливается. И в этом случае, если база появляется на рынке, можно будет однозначно и стопроцентно сказать, кто виновен в том, что эта база на рынке появилась. Мало того, законопроект, в принципе, по европейской модели вводит ответственность оператора базы данных, в том числе персональную ответственность тех лиц, которые в органах государственной власти или в коммерческих организациях отвечают за сохранность сведений о частной жизни граждан.

Л. ГУЛЬКО - И все-таки кто будет собирать, ну хорошо, по разным базам данных. Вот МВД – свое, здравоохранение – свое. Или как?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Базы данных собираются только в государственных органах только в силу указания соответствующих законов. Закона о Пенсионном фонде, Налогового кодекса и так далее. Этот закон не вводит новых принципов. Собирать будет тот, кто и до этого собирал. Вопрос - кто будет защищать это. В европейской практике существует принцип создания независимого органа по защите персональных данных. Мы считаем, что Россия должна пойти этим же путем. В законопроекте прямо предусмотрено наличие подобного органа, и то, что президент определяет, каков будет облик этого органа, на кого будут возложены эти права.

Л. ГУЛЬКО - Я задам вам перед новостями вопрос, а вы постарайтесь ответить после новостей: кто будет контролировать этот контролируемый орган?

НОВОСТИ

Л. ГУЛЬКО - Мы продолжаем. Разговор идет о законопроекте о персональных данных, о новой системе биометрической идентификации граждан и может быть даже о введении электронных паспортов. Я задал вопрос перед новостями – кто будет контролировать самую контролирующую организацию?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Слава богу, контролеров у нас хватает.

Л. ГУЛЬКО - Так я, поэтому и задал вопрос.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Самое главное, не кто будет контролировать контролеров и далее по цепочке, кто будет контролировать…

Л. ГУЛЬКО - Можно до бесконечности делать.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Самое главное – то, что этим вопросом надо заниматься. А в настоящий момент этим вопросом принципиально занимается буквально только Управление "К" МВД России, которое физически ловит торговцев, физически изымает контрафактные диски.

Л. ГУЛЬКО - А они опять появляются на рынке.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - А они опять появляются на рынке. Таким образом, с системной проблемой надо бороться системно. Надо установить правила, в соответствии с этим правилам необходимо защитить персональные данные у тех, кто эти данные собирает, и в случае, если они появились, проводить сквозные расследования.

Л. ГУЛЬКО - А какие у граждан гарантии, что эти расследования будут проводиться, что сейчас все будет по-новому с введением этого нового закона?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Понимаете, в традиционном восприятии у нас государство работает плохо. Но в настоящий момент в этом направлении оно даже плохо не работало. Прежде всего, необходимо сделать так, чтобы это деяние, то есть разглашение персональных данных считалось преступным. На настоящий момент даже этого нет.

Л. ГУЛЬКО - То есть ответственность должна быть уголовная.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Ответственность должна быть и административная в случае некоторых ошибок и уголовная в случае, когда это системная проблема.

Л. ГУЛЬКО - Знаете, еще какой вопрос. При первом чтении в думе этот законопроект вызвал дискуссию, насколько мы все знаем. И у закона нашлись ярые противники. Вам как-то удалось придти к каким-то точкам соприкосновения с ними, консенсусу, соглашению?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - К сожалению, действительно такая проблема существует. И оказывается, что вопрос, связанный с распространением персональных данных, затрагивает не только торговцев с Горбушки. В нем заинтересовано достаточно большое количество людей, имеющих большие возможности по лоббированию.

Л. ГУЛЬКО - У них другие персональные данные просто.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Скажем так люди, у которых другие персональные данные, они защищены обычно или законами о гостайне или еще как-то. Здесь вопрос, связанный с тем, что многие используют персональные данные, в том числе в своей обычной коммерческой деятельности нимало сумняшеся в том направлении, как считают более правильным. В настоящий момент дискуссия ведется по этому законопроекту, по подготовке его ко второму чтению, очень конструктивно. И мы рассчитываем, что закон в течение этого года пройдет второе чтение, а в следующем году будет принят.

Л. ГУЛЬКО - То есть он вступит в силу в следующем году?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Он вступит в силу в следующем году.

Л. ГУЛЬКО - В 2006 году. Еще один вопрос, он мне кажется тоже немаловажный. В свое время введение этих ИНН цифр вызвало такую достаточно неадекватную реакцию у части верующих. Правда? Как церковь относится к этому закону? Церковь не очень хорошо относится и к биометрическим данным.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - На самом деле немножко не совсем так. Церковь в целом поддерживает идею подобного законопроекта. На настоящий момент у нас ведется очень тщательная работа по выверке формулировок, связанных с тем, что некоторые формулировки законопроекта могут быть восприняты частью верующих неоднозначно. На настоящий момент мы работаем над тем, чтобы ни одна из формулировок не вызывала неоднозначных трактовок. Основная проблема, которая в настоящий момент поднимается церковью, связана с тем, что никакой номер, идентификатор или еще что-то производное не должно заменить фамилии, имени, отчества человека и самого человека в процессе общения с государственными органами. Не должно привести к дискриминации то, что человек, например, отказался от обработки своих персональных данных в какой-то системе, отказался от ИНН или еще что-то. Мы идем на настоящий момент по этому пути. Мы считаем, что все дополнительные способы идентификации они носят только вспомогательный характер. Только сам человек, его имя, фамилия, отчество являются основанием для обработки его обращений.

Л. ГУЛЬКО - И вот эти данные будут заложены в так называемый чип? Фамилия, имя, отчество, давайте, мы определим.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Нет. На настоящий момент речь не идет ни о каких чипах. Принципиально существуют требования Международной Ассоциации Гражданской Авиации, которые приняты на настоящий момент международным сообществом как некий стандарт. В соответствии с этими требованиями чип предполагается вставлять только в паспорт, предназначенный для пересечения границы.

Л. ГУЛЬКО - Иностранный паспорт.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Только в иностранный паспорт. Иностранный, служебный, дипломатический. Ни в какие иные документы или тем более еще каким-то образом ни имплементация чипа, ни еще что-то не предполагается. И в этот чип, который будет встроен в одну из страничек заграничного паспорта, предполагается записывать только следующие данные: фамилия, имя, отчество и цифровая фотография.

Л. ГУЛЬКО - То, что сейчас есть.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - То, что сейчас и так отражено на первой странице паспорта. Дистанционно с этого чипа нельзя будет ничего прочитать. То есть он служит только для того, чтобы усилить защиту заграничного паспорта. Только это позволит нам вести диалог с европейскими странами и североамериканскими странами по облегчению визового режима.

Л. ГУЛЬКО - Это и есть так называемый электронный паспорт?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Это и есть электронный паспорт.

Л. ГУЛЬКО - Общегражданские паспорта к этому никакого отношения не имеют?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - А об общегражданских паспортах на настоящий момент речи не идет.

Л. ГУЛЬКО - Пока. Хорошо. Скажем так: пока. Теперь давайте разберемся с биометрической идентификацией. Это что?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Биометрическая идентификация это то, что использовалось в принципе уже многие, многие годы. То есть фотография человека это есть его биометрические данные.

Л. ГУЛЬКО - А отпечаток пальца, радужная оболочка глаза?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Отпечаток пальца это его биометрические данные. Радужная оболочка – это его биометрические данные. На настоящий момент, безусловно, наиболее общеупотребимым является именно фотография. В США на настоящий момент при пересечении границы и получения визы вводятся требования по сбору отпечатков пальцев. Великобритания в качестве опытной эксплуатации вводит упрощение процедуры прохождения границы для тех, кто передал образ радужной оболочки. У них прохождение границы занимает существенно меньше времени, чем у всех остальных. Но в любом случае, в том числе и при пересечении границы всеми странами предусматривается, что пересечь границу можно и, не предъявляя этих данных, но только в этом случае это займет существенно больше времени. Потому что государство в этом случае будет брать время на подтверждение того, что вы это вы. Безусловно, все методы биометрической идентификации дают ошибки. Фотография может совпадать с фотографией брата-близнеца. Отпечаток пальца в среднем один на 10 тысяч, также в свернутом виде совпадает с отпечатком пальца другого человека. Но это вспомогательные методы идентификации. Если вы можете иным способом доказать, что вы это вы, вы все равно пройдете границу.

Л. ГУЛЬКО - И биометрическая идентификация тоже будет в иностранном паспорте?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - На настоящий момент отсутствуют стандарты, за исключением фотографии на биометрическую информацию. В связи с этим в заграничном паспорте предусмотрена возможность, в случае, если страны-партнеры будут жестко настаивать на введении биометрических данных, возможность включения биометрических данных, прежде всего, вероятнее всего об отпечатках пальца человека. Но записываться они на настоящий момент не будут. И не будут до тех пор, пока это требование не станет жестким и общепринятым.

Л. ГУЛЬКО - Вопрос от Дениса, студента из Санкт-Петербурга: "Каким образом будет осуществляться переход на новые паспорта? Разъясните, пожалуйста, порядок обмена, назовите сроки и стоимость". Если вы в курсе.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Принципиально ничего менять не надо. Если у вас есть заграничный паспорт, вы продолжаете им пользоваться до того момента, пока не истекает его срок, на который он вам выдавался. Паспорта с микросхемой будут выдаваться по личному заявлению человека, по его желанию. И будут функционировать наряду с теми заграничными паспортами, которые существуют и на настоящий момент. Человек вправе сам определить, какой паспорт ему будет наиболее удобен. И отказаться, например, от получения паспорта однозначно с пластиковой страницей и биометрическими данными, записанными…

Л. ГУЛЬКО - Никаких денег от него не потребуется?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Соответственно обмена не будет. Замены паспортов не будет и платности при обмене не будет. Платность будет предусмотрена только тогда, когда вы получаете новый паспорт. Но эта пошлина и так предусмотрена в законодательстве.

Л. ГУЛЬКО - Теперь вопрос, если позволите, я продолжу про деньги. Поскольку вопрос насущный. Во сколько обойдется создание таких баз государственной казне, новый законопроект, новый закон.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Знаете, новый законопроект казне в принципе в существенные затраты и даже минимальные затраты особенно не обойдется. Потому что на настоящий момент базы данных создаются в рамках соответствующих бюджетов соответствующих ведомств. Наша задача сводится к упорядочению. Безусловно, потребуются какие-то дополнительные вложения на осуществление мер контроля. Но с нашей точки зрения эти вложения абсолютно оправданны.

Л. ГУЛЬКО - То есть ни о каких глобальных цифрах…

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Ни о каких глобальных цифрах речи не идет. Ни о каких глобализмах речи на настоящий момент не идет.

Л. ГУЛЬКО - Теперь вопрос, может быть, один из самых главных, которые задают практически все наши радиослушатели и в прямом эфире и на сайт Интернета и на пейджер: почему именно сейчас принимается закон о персональных данных, и вообще готово ли к этому наше общество, что, нет других проблем каких-то более насущных?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Знаете, защита частной жизни человека мне кажется одна из самых насущных проблем государства. Если говорить именно об этом законопроекте, то у этого есть очень много факторов. Первое - Конвенция Совета Европы была подписана нашим государством в 2001 году. До сих пор она не действует. Мы в нее фактически вступили, но на самом деле она в нашей стране не ратифицирована и не действует. Прошло уже далеко за нормативные сроки. Второй момент – когда мы начинаем на настоящий момент думать о том, что мы должны упрощать трансграничные обмены, усиливать борьбу с терроризмом и так далее, мы сталкиваемся с тем, что мы должны обмениваться данными, в том числе персональными данными с другими государствами. Данными о прилетающих пассажирах, о тех, кому выдаются заграничные документы, о тех, кому выданы визы и так далее. Для того чтобы упростить внутренние внутристрановые процедуры. Но на настоящий момент фактически мы сталкиваемся с тем, что многие страны отказывают нам в передаче подобных данных о своих гражданах, потому что мы не защищаем эти данные адекватным образом. Мы должны защищать данные о своих гражданах, общаясь с другими, мы должны защищать данные о гражданах других стран, которые доверяют эту информацию нам. В противном случае мы просто выпадем из правового поля.

Л. ГУЛЬКО - И последний вопрос – готово ли к этому общество?

Д. МИЛОВАНЦЕВ - С нашей точки зрения принятие этого закона необходимо. Мы должны защитить наших граждан.

Л. ГУЛЬКО - Спасибо большое. Дмитрий Милованцев, заместитель министра информационных технологий и связи РФ был у нас в студии и отвечал на ваши и мои вопросы. Спасибо.

Д. МИЛОВАНЦЕВ - Спасибо.