Вывод из состава РСПП Михаила Ходорковского - Александр Шохин - Интервью - 2005-09-28

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – 15 часов 19 минут. Экспресс-интервью. У нас в гостях Александр Шохин. Александр Николаевич, здравствуйте.

А. ШОХИН – Добрый день.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Можно вас уже называть новым руководителем Российского союза промышленников и предпринимателей?

А. ШОХИН – Это было бы преждевременно, и не принято в российской традиции заранее поздравлять. Дело в том, что по уставу Российского союза избирает, переизбирает, освобождает от должности досрочно президента союза лишь правление. Бюро правления – это постоянно действующий орган. Правление собирается два раза в год. Послезавтра, в пятницу, правление, которое включает в себя 150 представителей (это большей частью представители с мест и регионов и представители отраслевых союзов, кроме членов бюро), именно этот орган будет принимать окончательное решение как по отставке Аркадия Вольского, так и по избранию нового президента.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Чем РСПП Шохина будет отличаться от союза Вольского?

А. ШОХИН – Я думаю, что организация, которая имеет пятнадцатилетние традиции, не может в одночасье измениться, это было бы неправильно. Я в 2002 году присоединился к бюро РСПП. В начале 2003 работал два года членом бюро, затем меня коллеги по РСПП выдвинули на должность председателя координационного совета предпринимательских союзов России. Это организация, учрежденная не только РСПП, но еще двумя бизнес союзами: «Деловой Россией» и «Опорой». И в последний год я в этом качестве на публичной площадке защиты интересов бизнеса работал. В этой связи я считаю одной из главных своих задач на посту президента, если правление меня поддержит, консолидацию интересов бизнеса и трансформацию, в том числе в общественном сознании РСПП, в организацию, которая защищает и представляет интересы всего бизнеса, а не только крупного капитала.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – То есть РСПП больше не будет профсоюзом олигархов?

А. ШОХИН – Вы знаете, уже давно нет оснований полагать, что РСПП – профсоюз олигархов, в том числе потому, что крупный капитал и олигархи – две большие разницы. В равной степени РСПП нельзя называть «союзом красных директоров», поскольку то, что называлось не без основания в начале 90-х «красными директорами», теперь это нормальные предприниматели, которые окунулись в современную рыночную бизнес-среду, поэтому очень важно Российский союз промышленников сделать площадкой консолидации интересов бизнеса в целом.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Насколько соответствует действительности утверждение, что вы как кандидат на пост президента РСПП являетесь кандидатом, поддержанным Кремлем? Дело не только в вашей партийности, насколько я помню, вы член "Единой России", но в целом считается, и в прессе неоднократно об этом писалось, что вы будете проводником неких кремлевских идей внутри Союза промышленников и предпринимателей.

А. ШОХИН – Вы знаете, я давно на публичной сцене нахожусь, 15 лет в политике. В последние годы был независимым политиком. В последний раз в Думу избирался как независимый депутат Государственной думы, и долго не состоял в партиях. Действительно, год назад я присоединился к «Единой России», прежде всего потому, что сам принял решение о том, что продвигать идеи бизнеса в целом легче, работая более плотно с фракцией большинства. Не думаю, что это является основанием для того, чтобы считать меня кандидатов власти, Кремля и т.д. Другое дело, что я сам долгое время работал во власти и вице-премьером, и министром экономики, и первым вице-спикером, и председателей банковского финансового комитета. Вот этот опыт работы во властных структурах законодательных, исполнительной власти, позволяет, на мой взгляд, мне достаточно эффективно выстраивать отношения и с Думой, и с Советом Федерации, и с правительством, и с администрацией президента. В этом смысле коллеги по бюро, принимая окончательное решение по кандидатуре, наверное, имели в виду, что эффективность такого взаимодействия у меня будет выше.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Является ли в современной России в нынешних условиях даже на фоне «ЮКОСа» крупный бизнес и власть антагонистами, или нет?

А. ШОХИН – Вы знаете, сейчас тема крупных проектов, реализуемых крупнейшими российскими компаниями, является очень популярной. В этой связи было бы не правильно говорить о том, что крупный бизнес – антагонист современной власти, напротив, мне кажется, что еще надо побороться с утверждением о том, что темпы экономического роста ускоренной инвестиции возможны только за счет крупных проектов. Я считаю, что создание нормальной предпринимательской среды, в том числе для малого и среднего бизнеса, – вот главный локомотив и двигатель экономического роста и инвестиционной активности. Поэтому я в максимальной степени буду на посту президента, если мне будет доверена эта позиция, отстаивать интересы малого и среднего бизнеса, поскольку крупный бизнес за себя постоять может, он сумеет и в инвестиционный фонд влезть, и привлечь деньги из-за рубежа, и защитить свои интересы самостоятельно.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Как вы считаете, нужно ли запустить руку в инвестфонд для реализации каких-то крупных важных, нужных для страны проектов?

А. ШОХИН – Безусловно, без поддержки государства многие инфраструктурные крупные проекты вообще будут осуществляться очень долго или вообще не будут запущены. Но мне кажется, что было бы неправильным пилить деньги инвестиционного фонда, не выработав четких критериев эффективности их использования. Не случайно, когда 70 миллиардов рублей сформирован был инвестиционный фонд, оказалось, что проектов, проверенных со всех точек зрения, на эти деньги не существует, еще надо их отыскивать и т.д. Поэтому я считаю, что нужно идти двояким путем: с одной стороны убеждать правительство в том, что часть свободных денег стабилизационного фонда надо направлять в инвестфонд только на основе нормальных эффективных рыночных технологий, коими являются и субсидирование процентной ставки, и софинансирование крупных проектов, когда ответственность лежит прежде всего на частном бизнесе, и механизм государственного частного партнерства типа концессионных соглашений и т.д., надо продвигать крупные проекты. Но корень зла кроется как раз в деталях. И без эффективного механизма функционирования институтов государственной поддержки существенная часть денег может быть разворована, как это неоднократно случалось в прошлом.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Вновь о взаимоотношении власти и бизнеса. Считаете ли вы полезной, или может быть напротив, порочной, существующую сейчас практику, когда за согласие на проведение крупных сделок, например, по «Сибнефти», таких примеров довольно много, владельцы бизнеса идут к представителям власти, обычно в Кремль?

А. ШОХИН – В принципе это нормальное явление, когда крупные сделки, которые затрагивают интересы национальной экономики, они в разрешительном режиме идут. Но мне хотелось, чтобы законодательно (об этом я говорил на последних встречах с президентом) были прописаны процедуры согласования, чтобы не ходить по всем чиновникам и по кругу, и не знать даже свои права, кто, в какой последовательности, на каком основании может сказать «да» или «нет», а именно прописать процедурно в законе основание и технологию согласования этих крупных сделок. В частности ключевым такого согласования является разрешение антимонопольного органа. Наверное, оно должно быть одним из ключевых.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Накануне ряд крупных бизнесменов встречались с нашей высшей судебной властью, и там зашел вопрос о взятках. Судья посетовал, дескать, вы сами предлагаете, поэтому давайте друг другу помогать, вы не будете портить наших судей, а мы будем разбираться со взяточниками. РСПП готов стучать или докладывать о тех, кто вымогает взятки у представителей бизнеса?

А. ШОХИН – Я считаю, что прежде всего нужно создать систему доступа к судебным решениям. Надо создать систему прецедентов, чтобы было видно, когда то или иное решение явно отклоняется от сложившейся практики, чтобы было в рамках профессионального судебного сообщества тоже выявлять это.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Как вы мягко сказали о коррупционных решениях. Фразу красивую сказали: «решение, которое отклоняется от практики…»

А. ШОХИН – Это да. На самом деле часто эти решения могут отклоняться от неких стандартов поведения по двум причинам: непрофессионализм судей, потому что по многим сложным сделкам в области корпоративного законодательства, рынка ценных бумаг не хватает профессиональных судей, и их надо действительно готовить. Но часто субъективизм этот основан именно на заносе, на взятке и т.д. В этой связи нам нужна информация из двух источников: база данных судебных решений. Когда будет видно, что те или иные решения явно принимаются в соответствии с пожеланием власти ли, клиента, заказчика, истца или ответчика, в равной степени бизнес сообщество должно само выстроить этические некие правила и процедуры взаимодействия с судебной системой и в частности. Я думаю, большую роль могли сыграть механизмы третейского внесудебного разрешения корпоративных споров. Я думаю, что в рамках РСПП мы отстроим такую структуру, создадим объединенный центр по урегулированию корпоративных споров на базе нынешней объединенной комиссии по деловой этике.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Не этим ли будет заниматься Аркадий Вольский?

А. ШОХИН – Мне кажется, что такой уважаемый человек, как Аркадий Вольский, мог бы быть третейским судьей в межкорпоративных разбирательствах. Я думаю, что если нам удастся поправками к законодательству и выстраиванию этой системы судебного урегулирования споров снизить накал корпоративных войн, криминальных захватов предприятий и т.д., то мы свой вклад в дело сокращения коррупции, безусловно, внесем.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – И последний вопрос. Не считаете ли вы, что на время президентства может быть стоило бы приостановить свои партийные функции, членство в партии? Вы знаете, как уполномоченный по правам человека был «яблочником», стал омбудсменом, и больше не является членом партии. Вот вы сейчас уполномоченный по правам бизнеса, получается.

А. ШОХИН – В принципе я считаю, что это должность действительно беспартийная. Я не вхожу ни в какие руководящие органы партии «Единой России»: ни в генсовет, ни в местные региональные советы. Я сделал это сознательно. Я с самого начала своих коллег предупредил, что я на посту председателя координационного Совета предпринимательских союзов буду беспартийным по существу. И во всех партийных мероприятиях буду представителем бизнеса, а не наоборот.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – А по форме?

А. ШОХИН – По форме… меня президент включил в свою квоту Общественной палаты, там эта беспартийность, то есть участие в деятельности руководящих органов предполагается, насколько я помню закон. Я думаю, что не будет у моих коллег по РСПП оснований, по другим бизнес-объединениям оснований полагать, что я веду сугубо партийную жизнь.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – То есть приостанавливать членство вы не собираетесь?

А. ШОХИН – Я пока не вижу, но если мои коллеги будут настаивать на этом, это не вопрос.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Спасибо большое. Кандидат в президенты Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин был нашим сегодняшним гостем. Благодарю вас.

А. ШОХИН – Всего хорошего.