Ответы президента России на вопросы россиян - Александр Коновалов - Интервью - 2005-09-27

О. БЫЧКОВА – У микрофона Ольга Бычкова, добрый день, почти три часа сегодня отвечал президент России Владимир Путин на вопросы граждан, которые поступали по телефону, через Интернет и даже можно было присылать президенту смс-ки. Около миллиона вопросов было задано в общей сложности, по 250 звонков в секунду. И президент, конечно, много что успел сказать в течение этих трех часов, что федеральный закон о замене льгот денежными выплатами был оправдан, но реализован недостаточно продуманно, что стратегический выбор России – это предоставление гражданства иностранцам, что на третий срок президент не пойдет, хочу сказать уступить место молодым, а сам найдет себе место в строю, что ипотека не стала массовой, потому что низкие доходы населения, высокая инфляция, а банки не могут предоставлять дешевых кредитов и отсутствует правовая база, кто бы мог подумать, и что фашиствующие элементы должны исчезнуть с политической карты нашей страны и т.д. В это время в Воркуте избили правозащитника, который пытался пообщаться с Путиным, правозащитники всего лишь несли плакат «Мы против 122 закона», как раз про эти самые то есть льготы и денежные компенсации. И как говорят представители «Мемориала», которые были на месте, где стоял монитор и телекамеры для участия в телемосте президента, на площади было много охранников в штатском, которые не представлялись, документов не показывали, стояли в несколько кругов вокруг монитора. Свободные вопросы, по крайней мере, в Воркуте таким образом задать было совершенно невозможно. Такую историю наблюдали мы сегодня. А комментарии сейчас у Александра Коновалова, президента института стратегических оценок, добрый день, Александр Александрович.

А. КОНОВАЛОВ – Добрый день.

О. БЫЧКОВА – Ну что же, честно говоря, все слова, которые сказал президент, немногие из них я процитировала, но все правильно, все совершенно правильно, все абсолютно гладко, в общем, даже нечего отметить. Все, действительно, так и есть на самом деле, президент не сказал ничего плохого.

А. КОНОВАЛОВ – Да, президент, действительно, не сказал ничего плохого, но вообще надо же понимать, что такое разговор с народом. Это немного и шоу еще, которое власть хочет использовать для того, чтобы провозгласить какие-то очень важные для себя вещи. И на мой взгляд, если говорить об общих характеристиках беседы, то я бы подчеркнул следующее. Мне, например, понравилось то, что практически почти все, за редчайшим исключением, вопросы касались нашей внутренней жизни, касались социальных тем, касались тем медицинских, касались тем жилищных, касались тем нашей повседневной жизни. В этом смысле мы становимся нормальной страной. Вспомните, в прошлом, в сравнительно недалеком, мы как на лекции о международном положении начинали бы с Гондураса.

О. БЫЧКОВА – Я хотела бы, например, узнать, что президент сказал об отношениях с Польшей, может быть, я что-то пропустила, посмотрим, что там было еще сказано, и с Америкой тоже, и с Европой и т.д., и про нефть тоже интересно.

А. КОНОВАЛОВ – Про нефть были сказаны слова, тоже очень важные.

О. БЫЧКОВА – В самом начале, кстати, про нефтяные компании и налогообложение.

А. КОНОВАЛОВ – Это самое главное, потому что замораживанием цен на нефть временным или цен на нефтепродукты, точнее.

О. БЫЧКОВА – На бензин.

А. КОНОВАЛОВ – На бензин, проблемы никак не решишь. Надо менять систему налогообложения, отвязывать наши внутренние цены, т.е. систему налогов, акцизов, которые берутся с нефти, отвязывать их от мировых цен, и тогда эту проблему решить можно, и такое поручение правительству дано. Так что второе, что я бы отметил, огромное количество желающих пообщаться с президентом.

О. БЫЧКОВА – Да уж, 250 звонков в секунду, это вообще представить себе невозможно, миллион вопросов, это же бессмысленно просто.

А. КОНОВАЛОВ – Это значит несколько вещей сразу. Во-первых, люди доверяют президенту и не очень доверяют местным властям. Когда по каждой проблеме хочется поговорить с президентом, это значит – больше поговорить не с кем. Или, по крайней мере, они знают, что на месте их не выслушают. А уровень доверия к президенту, значит, весьма высок, и очень хочется дорваться со своим сокровенным, спросить что-то, что тебя волнует, поскольку ты знаешь, что получишь ответ, которому россияне, в основном, пока верят. Но то, что такое количество желающих поговорить с президентом, это и признак слабости местных властей.

О. БЫЧКОВА – Но, с другой стороны, говорят, уменьшается из года в год эта цифра всех звонков и всех обращений к президенту во время телемоста.

А. КОНОВАЛОВ – Но все равно 250 в секунду.

О. БЫЧКОВА – Сумасшедшая интенсивность.

А. КОНОВАЛОВ – Это, тем не менее, очень большой энтузиазм и желание людей прорваться к этому самому монитору и задать вопрос президенту, это не только желание.

О. БЫЧКОВА – Нет, прорваться к монитору, мы уже поняли, прорваться к монитору, какое бы ни было огромное желание, это нереально. Пытались в Воркуте прорваться к монитору, получили по зубам в буквальном смысле, физическом совершенно смысле от милиции и кого-то еще.

А. КОНОВАЛОВ – Знаете, на это, по-моему, сам президент ответил, когда он комментировал отказ латвийских властей от организации такого телемоста в Латвии. Он сказал, что все мы из одной системы вышли, и привычка тащить и не пущать контрпродуктивна, но она где-то существует. И если эти родимые пятна существуют на лицах руководителей в Латвии, я думаю, что на лицах многих руководителей внутри страны они тоже существуют. И тут, конечно же, нельзя этот процесс абсолютно пустить на самотек, понимаете, людей много разных, в конце концов, вопросы должны быть цензурными.

О. БЫЧКОВА – Вопросы были цензурными, а люди стояли с плакатом, что они против 122 закона.

А. КОНОВАЛОВ – На этот вопрос президент отвечал и говорил о том, что закон, в общем-то, его проведение.

О. БЫЧКОВА – Экономически целесообразно, да, но плохо было организовано.

А. КОНОВАЛОВ – Экономически целесообразно, что, в общем-то, с этим согласно подавляющее большинство экономистов, что жить на льготы – это несовременно, люди должны получать достойную зарплату. Есть категории, которым льготы надо оставить, но то, как вводился 122 закон, привело ведь к тому, что практически, почти все льготы остались, вдобавок начались выплаты денег, чтобы успокоить взволнованных пенсионеров и льготников. Получилось, что расходы увеличились, удовлетворенность уменьшилась, и до сих пор еще волна затихает, люди только-только начинают успокаиваться. И по некоторым проблемам до сих пор не успокоились, в частности, по лекарствам был к президенту вопрос.

О. БЫЧКОВА – Да, но у вас нет впечатления, что президент в очередной раз заверил нас, что Волга впадает в Каспийское море, и как бы все остались друг другом довольны?

А. КОНОВАЛОВ – Нет, не совсем так, понимаете, Волга впадает в Каспийское море, конечно, уже давно, но, на мой взгляд, президент все-таки сформулировал некоторые приоритеты, обратите внимание.

О. БЫЧКОВА – Да, давайте сейчас мы более конкретно и подробно об этом через минуту.

А. КОНОВАЛОВ – Давайте.

О. БЫЧКОВА – После краткого выпуска новостей.

НОВОСТИ

О. БЫЧКОВА – Итак, мы продолжаем обсуждать сегодняшнее выступление президента России, Владимира Путина, по телевидению, по основным государственным телерадиоканалам с Александром Коноваловым, президентом института стратегических оценок. Я сразу скажу, что этой же теме будет посвящен у нас и сегодняшний «Рикошет» в 15.35, но об этом позже. Итак, вы начали говорить, Александр Александрович, что президент обозначил несколько важных приоритетов. Каких, кроме нефти, кроме налогообложения, новой системы нефтяных компаний?

А. КОНОВАЛОВ – Нет, это как раз не главное. Главное то, что было, вообще говоря, сформулировано уже давно в концепции внешней политики, о том, что на первый план выходит человеческий потенциал, вообще чем определяется мощь нации. Мощь нации сегодня определяется вовсе не количеством танков, самолетов, вовсе не количеством даже ракет и ядерным боеголовок, а мощь нации определяется здоровьем, интеллектом, продолжительностью и качеством жизни, доступом к информационным ресурсам и т.д.

О. БЫЧКОВА – Это не про нас все.

А. КОНОВАЛОВ – Тем не менее, у президента именно эти приоритеты прозвучали первыми. Ведь все-таки согласитесь, если у нас существует, как сказала одна из задающих вопрос, полный крах медицинского обслуживания, у нас просто исчезает бесплатная медицина, а примерно 12-13 тыс. районных, городских, сельских больниц нуждаются в оборудовании, современными медицинскими приборами, на это выделяются деньги. Это сегодня главный приоритет. И когда у президента спросили, каков главный приоритет, то он сказал – качество жизни россиян. Не обеспечение обороноспособности, это все вторично, на самом деле. Если будет первое, если будет свободный гражданин, здоровый, который может себя реализовать, который не будет страдать.

О. БЫЧКОВА – Нет, с этим никто не спорит, понимаете, это так же, как мы комментируем президентское послание, например, депутатам федерального собрания, тоже раз в год. Там написаны все абсолютно правильные вещи, все замечательно, да, действительно, так должно быть, действительно, человеческие потребности и помощь людям и человеческие ресурсы – это, действительно, приоритет, это, действительно, пункт номер один, с этим никто не спорит. Но вопрос в том, что президент всегда говорит правильные слова. Всегда говорит правильные слова, но в реальности получается совершенно по-другому, это такая красивая картинка создается посредством телемостов.

А. КОНОВАЛОВ – Картинка, конечно, создается, но когда президент расставляет эти приоритеты, о чем он говорит, они все-таки довольно здорово отличаются. И когда говорится о том, насколько возросли расходы на ипотеку, на поддержку молодой семьи, ведь понимаете, если мы сейчас зададим вопрос себе сами, попытаемся, какова наиболее серьезная угроза национальной безопасности России, на мой взгляд, их две. Они состоят в отсутствии демографической программы серьезной, потому что, сейчас я объясню, почему, и в отсутствии серьезной программы миграционной. Первое, у нас из 145 млн. за Уралом живет больше 20, но меньше 30, и этот регион пустеет, а ресурсы все там. Даже если мы сейчас найдем финансы, осваивать их некому. Как быть? Если у нас это опустошение будет продолжаться, то мы выроним из рук свое богатство основное без всякой войны, никому на нас не надо нападать.

О. БЫЧКОВА – Выроним что из рук?

А. КОНОВАЛОВ – Понимаете, вакуум политика не терпит, если количество людей на кв. км территории сейчас там примерно 1 человек.

О. БЫЧКОВА – То туда придут другие люди.

А. КОНОВАЛОВ – То этими ресурсами будут пользоваться другие люди, а мы не сможем это удержать, повторяю, без всякой агрессии, без всяких военных споров. Второе, мы создаем и создавали совершенно необоснованные и немотивированные и, можно даже сказать, глуповатые препятствия для тех, кто оказался вне России, но сознает себя русским человеком по культуре, по речи, по языку, думает по-русски и кто хотел бы вернуться. А напротив, нам нужна политика миграционная, которая бы стимулировала приезд в Россию качественного людского материала, особенно тех, кто уже готов стать русским по всем остальным параметрам. И возможность приобретения гражданина. Сейчас этот процесс удивительно забюрократизирован и осложнен. В конце концов, не по своей воле 25 млн. россиян оказались вне пределов.

О. БЫЧКОВА – Я могу вам больше сказать, я знаю, например, совершенно конкретные истории людей, просто которых я лично знаю хорошо, когда люди получили это гражданство, они приехали из Средней Азии, предположим, но потомственных городских жителей поселили в какие-то разрушенные дома в каких-то полумертвых деревнях в средней полосе России. Дело даже не в том, что эти деревни полумертвые, это отдельная история, а в том, что просто это городские жители, которые, наверное, больше пользы принесут в каких-нибудь других местах. Их нельзя бросать в ту среду, к которой они совершенно не приспособлены. Таких историй миллион, люди ведь, даже если они получают эти паспорта и приезжают в Россию, совершенно неизвестно, что их здесь ждет.

А. КОНОВАЛОВ – Понимаете, они получают паспорта, но никакой миграционной программы, политики миграционной у нас нет, во-первых.

О. БЫЧКОВА – Т.е., значит, неизвестно вообще, для чего они здесь и кому нужны.

А. КОНОВАЛОВ – Да, никто не знает, куда их, действительно, помещать, как этим людским потенциалом пользоваться. А есть подсчеты, что для того, чтобы поддержать себя хотя бы на нынешнем уровне людского потенциала, нам надо, чтобы ежегодно в страну въезжало 700 тыс. человек. Но это должны быть не просто люди, которые умеют плоское таскать, а круглое катать, а это должны быть специалисты определенного уровня.

О. БЫЧКОВА – Мы ушли в сторону, потому что, на самом деле, эти разговоры ведутся уже не один год, в общем, даже больше десятилетия.

А. КОНОВАЛОВ – Но сейчас они становятся государственной программой. Они никогда, никогда президент не говорил о необходимости миграционной политики.

О. БЫЧКОВА – Как это не говорил?

А. КОНОВАЛОВ – Вот так, четко и ясно, что нам нужна программа миграции и что нам нужно приглашать людей и способствовать тому, чтобы они стали гражданами, облегчать получение вида на жительства, права на занятие трудовой деятельностью, даже без получения гражданства, так никогда не говорилось на высшем.

О. БЫЧКОВА – Т.е. механизм какой, на ваш взгляд, сейчас президент, сегодня днем, об этом сказал во всеуслышание по прямым телеканалам.

А. КОНОВАЛОВ – Он сказал несколько дней назад. Сейчас он кое-что детализировал.

О. БЫЧКОВА – Да, и что дальше, когда это будет уже?

А. КОНОВАЛОВ – А президент внес предложение, он сказал, что он вышел в правительство с инициативой.

О. БЫЧКОВА – Так как вы думаете, когда правительство представит, например, президенту и парламенту уже ясную, конкретную программу, экономически обоснованную, на много страниц?

А. КОНОВАЛОВ – Этого я вам сказать не могу, но это уже зависит от эффективности нашего правительства.

О. БЫЧКОВА – Так я об этом и спрашиваю.

А. КОНОВАЛОВ – И президента спрашивали, насколько он уверен в том, что его рекомендации, решения и указания исполняются, насколько им мешает саботаж чиновничества.

О. БЫЧКОВА – А он что ответил?

А. КОНОВАЛОВ – Он на это ответил следующее, что саботажа чиновничества, он считает, нет, но он совершенно не уверен в том, что все его указания эффективно реализуются. Это действительно так. Но это уже зависит от качества исполнительного механизма, значит, надо продавливать, потому что вопрос миграции и вопрос демографии – это сегодня вопрос национальной безопасности, причем приоритетный вопрос национальной безопасности России.

О. БЫЧКОВА – На какие ответы вы не получили, на какие вопросы вы не получили ответов в этом выступлении, если исходить из того, что все основные тезисы там сейчас уже нам более или менее понятны?

А. КОНОВАЛОВ – Вы знаете, по Чечне кое-какие вопросы для меня были отвечены, но не все. Я бы хотел, например, получить более пространные ответы на вопросы, и вопросы, они, по-моему, не были заданы, вообще о ситуации на юге России. Чечня – это ведь не изолированная проблема.

О. БЫЧКОВА – И это уже не только Чечня, к сожалению.

А. КОНОВАЛОВ – И не столько Чечня иногда даже бывает.

О. БЫЧКОВА – Да.

А. КОНОВАЛОВ – Это Дагестан, это Кабарда. После инициатив полномочного представителя президента на юге России Козака, после его документов и подготовки заявления о том, что будут готовиться специальные законы, чуть ли ни вводящие прямое президентское правление в этом регионе, т.е. там что-то надо делать, потому что это та самая часть, которая может вспыхнуть и которую хотят поджечь те, кто в этом заинтересован вовне нашей страны. Такие силы есть. Я ни в коем случае не имею в виду Америку и НАТО, я имею в виду исламский экстремизм и мировой терроризм, все, что с этим связано. Я бы хотел более подробные ответы услышать на эти вопросы. И мне просто как человеку, который занимается международной проблематикой, хотелось бы услышать какие-то слова об отношениях с США, об отношениях с ЕС, там были, это, с одной стороны, хорошо, что мы мало интересуемся внешней политикой в такой ситуации. У нас своя жизнь сейчас волнует значительно больше, это признак нормальности. Но все-таки мы же живем не в вакууме. А как мы будем строить отношения с Китаем, США, ведь кто-то должен, в конце концов, сказать, это партнер, союзник надолго или это страна, которая мечтает о развале России, такие точки зрения тоже есть. Я считаю их крайне неправильными.

О. БЫЧКОВА – На сегодняшний день и то, и другое, и третье одновременно.

А. КОНОВАЛОВ – Есть силы, которые считают так и продолжают считать, есть люди, которые считают прямо наоборот и продолжают считать. Но должна быть государственная политика. Такое многомнение в экспертной среде, даже среди политиков, оно приветствуется до тех пор, пока ты не стал членом президентской команды, не стал работать во власти, а у власти должна быть одна политика четкая. И она должна ее сформулировать. Там ты свои интересы, должен так к ним относиться, если ты не согласен с тем, что Америка – наш партнер и союзник и надо так строить отношения, то тогда уйди, эта администрация не для тебя. Если не согласен, то можешь остаться, но засунуть эти несогласия куда-то в дальний угол. Действовать надо, как единая команда, у которой одна внешняя политика, одна система приоритетов.

О. БЫЧКОВА – Вопрос с пейджера, даже не вопрос, на самом деле, а реплика такая от Валентины, которая знает, в чем корень всех проблем. Президент не всегда может выполнить то, что хочет выполнить, потому что так называемые правозащитники стараются разрушить все позитивное, что пытается сделать он и другие честные политики.

А. КОНОВАЛОВ – Вы знаете, это примерно так же, как заявлять, опять эта пресса все нам испортила. Мы нарисовали такую красивую картинку, а в газете рассказали, что за этой картинкой происходили совсем иные события. Это проблемы отношения субъекта и зеркала. Ну не нравится отражение, проще разбить стекло, но от этого лицо-то не изменится.

О. БЫЧКОВА – Елена пишет, что выступлением президента не разочарована, получила то, чего ждала, обычное равнодушие и пустословие, пишет Елена. Пустословие, может быть, это слово, которое справедливо или нет, но часто или почти всегда употребляется по отношению к такого рода выступлениям. А равнодушие – это что-то новенькое.

А. КОНОВАЛОВ – Вы знаете, я не согласен с этим определением. Я повторяю, я отнюдь не в восторге от многого из того, что делается властью. И я понимаю, как, что и почему говорит президент. Но я все-таки не могу упрекнуть его в равнодушии, не могу упрекнуть его в пустословии, все-таки он назвал довольно много конкретных вещей, надо быть объективным. Можно считать их достаточными, можно нет, можно с ними соглашаться, можно не соглашаться, но надо признавать, что это говорил человек неравнодушный, эмоциональный и заинтересованный в том, чтобы этот разговор имел результаты.

О. БЫЧКОВА – Мы сейчас поговорим как раз о результатах, потому что через несколько минут после новостей и небольшой рекламы у нас программа «Рикошет», наше интерактивное голосование, которое сегодня на тему, кому больше вообще нужен телемост президента России, то, что мы сегодня наблюдали в прямом эфире в течение 3 часов, российским гражданам или самому главе государства. Александр Коновалов, президент института стратегических оценок, остается в нашем прямом эфире, а наших слушателей я призываю приготовиться к голосованию через несколько минут.

НОВОСТИ

РИКОШЕТ

О. БЫЧКОВА – Видите, Александр Александрович, наши слушатели считают, что все это пиар-акция, а вовсе даже не формулирование стратегических приоритетов, как вы сказали.

А. КОНОВАЛОВ – Я считаю, что это и то, и другое. Но вообще, если бы вы меня спросили, поучаствовать в опросе, я бы тоже проголосовал за то, что это больше нужно президенту, чем стране.

О. БЫЧКОВА – А зачем президенту, он же не избирается на третий срок, как он нас уверяет?

А. КОНОВАЛОВ – Понимаете, один из очень важных факторов, вообще возможностей реализации любых решений, любых планов, это доверие электората, доверие людей. У нас с доверием к власти очень скверно. И поэтому такие вещи нужны для двух целей. Первое, это поднять, по возможности, доверие к властным структурам и понять, что они хотят делать.

О. БЫЧКОВА – Кто?

А. КОНОВАЛОВ – Власть. Каковы планы, что лично со мной произойдет, как это меня касается в повседневной жизни, без этой поддержки все это повиснет в воздухе. Так что, конечно, в этом смысле это пиар-акция. И конечно, вопросы проходили предварительную обработку. Неужели вы думаете, что миллион заданных вопросов, президент их читал предварительно, их, наверное, группировали по тематике.

О. БЫЧКОВА – Выбрасывали ненужные все.

А. КОНОВАЛОВ – Я не знаю, наверное, какие-то отбрасывали, на которые президенту не хотелось бы отвечать. Но повторяю, я считаю, что это нужно больше власти, больше нужно президенту, чем людям, хотя людям это тоже интересно, потому что, как я уже сказал, хотелось бы знать, куда руководство собирается вести страну.

О. БЫЧКОВА – Понятно. Но ведь другие президенты, они общаются ведь с народом в прямом эфире, телемосты проводят на выборах, например, всякие теледебаты.

А. КОНОВАЛОВ – На выборах.

О. БЫЧКОВА – Ладно, на выборах, не только на выборах, идут в народ и там получают по полной программе от драгоценных избирателей.

А. КОНОВАЛОВ – Вы знаете, я что-то не припомню ни одного серьезного президента, который бы шел в народ и получал бы по полной программе, это бывает иногда, но крайне случайно. Вообще, лидеры крупных стран, развитых стран, они люди очень одинокие, изолированные, им довольно трудно, кстати говоря, составить реальную картину того, чем интересуется народ, потому что, в основном-то, у них мало времени на общение просто на улице. Его просто нет.

О. БЫЧКОВА – Наверное, не существует вообще такого, таких возможностей.

А. КОНОВАЛОВ – У них мало времени на чтение газет и на просмотр телепередач. У них источники информации – это специальные службы. А специальные службы готовят специальные документы.

О. БЫЧКОВА – По специальным интересам.

А. КОНОВАЛОВ – И в результате, в общем-то, получается специальная картинка, иногда довольно сильно искажающая реальность.

РИКОШЕТ

О. БЫЧКОВА – Я помню, что когда, кто же это, кажется, Валери Жискар Д'Эстен когда был президентом Франции, то он придумал такую историю, он каждую неделю или каждые две недели с женой ходил обедать в гости к рядовому французу, который высказал заранее такое пожелание. И они сидели целый вечер, общались и слушали, что говорят люди.

А. КОНОВАЛОВ – И вы считаете, что это вообще сильно обогащает картинку?

О. БЫЧКОВА – Я думаю, что да.

А. КОНОВАЛОВ – Президента о жизни страны?

О. БЫЧКОВА – Если бы президент пришел к вам гости, неужели бы вы не нашли, что ему сказать?

А. КОНОВАЛОВ – Нет, я бы очень многое чего нашел.

О. БЫЧКОВА – Любой бы нашел.

А. КОНОВАЛОВ – У нас такой практики нет, и насколько мне известно, сейчас такое не практикуется, у президентов бывают еженедельные общения с прессой, пресс-конференции, ответы журналистам. Вообще президенты общаются или руководители государств общаются со своим электоратом, со своими гражданами, со своими избирателями, прежде всего, посредством журналистов.

О. БЫЧКОВА – Это тоже не про нас, увы.

РИКОШЕТ

О. БЫЧКОВА – Видите, Александр Александрович, слушательница недовольна.

А. КОНОВАЛОВ – Это, кстати говоря, может быть.

О. БЫЧКОВА – Говорит о неконкретности.

А. КОНОВАЛОВ – Здравая идея. Не о неконкретности, а о структурировании, понимаете, тут мы стоим между какой-то степенью свободы и разбросанности и элемента случайности в вопросах и заранее подготовленной схемой, по которой мы хотели бы отвечать. Надо делать выбор. Но я согласен, что, возможно, нужно больше четкости, потому что, понимаете, по-моему, какой-то из наших губернаторов, может быть, даже Абрамович, когда-то интересовался, почему на Чукотке он столько сделал, столько всего настроил и потратил, а популярности у него вроде не столько, сколько бы ему хотелось.

О. БЫЧКОВА – Да не так, на самом деле.

А. КОНОВАЛОВ – Не совсем так, да, но одна женщина сказала – а что он сделал лично для меня, вы мне скажите? Понимаете, этот вопрос, что произойдет лично со мной, что сделано лично для меня, его, конечно, очень трудно выделять, когда такие стратегические направления намечаешь. Это надо как-то донести до человека, что произойдет лично с тобой.

О. БЫЧКОВА – Может быть, надо задуматься больше об этом и поставить вопрос именно так, а не вообще. Задуматься надо об этом президенту и его команде. Давайте мы сейчас подведем итоги нашего интерактивного голосования, у нас будет еще потом несколько минут для того, чтобы вы могли завершить вашу мысль. Итак, у нас уже есть результаты нашего «Рикошета», ответов на вопрос, который мы задавали сегодня. 2 556 человек позвонили нам за эти несколько минут.

ОТБИВКА

О. БЫЧКОВА – Итак, из этих 2 556 человек, 88% считают, что самому главе государства гораздо больше был нужен этот самый трехчасовой телемост, нежели российским гражданам, в пользу которых высказались 12%. Таков результат нашего сегодняшнего интерактивного голосования, сейчас у вас будет возможность его прокомментировать. Итак, Александр Коновалов, президент института стратегических оценок, все еще в прямом эфире «Эха Москвы». 88%, даже, в общем, мне кажется, я ожидала, честно говоря, что будет меньше это соотношение.

А. КОНОВАЛОВ – Я ждал, что будет что-то близкое к тому, что мы услышали в ответах по телефону. Там не было ни одного ответа, который бы говорил о том, что это больше нужно народу.

О. БЫЧКОВА – Нет, а, да, конечно, конечно.

А. КОНОВАЛОВ – И на мой взгляд, это, вообще говоря, достаточно оптимистический результат. Он говорит о том, что надо задуматься над структурой и тем, как проводить эти встречи со страной, разговоры со страной впредь, но все-таки, что достаточно значительное количество людей ждут их, верят в них и чего-то от них ожидают.

О. БЫЧКОВА – Минута новостей и затем завершение этой беседы.

НОВОСТИ

О. БЫЧКОВА – Продолжаем нашу беседу с президентом института стратегических оценок Александром Коноваловым, мы говорим о сегодняшнем телемосте президента страны. Ну что же, у нас так получилось в результате с вами, что, в конце концов, мы стали обсуждать, а как, собственно говоря, президенту общаться со страной, какими способами. И оказалось, что этих способов не так много в его распоряжении, правда?

А. КОНОВАЛОВ – Правда, потому что один способ – это, безусловно, СМИ, это ваши коллеги, это, прежде всего, телевидение, потому что телевидение приходит в каждый дом практически.

О. БЫЧКОВА – Да, да. Но этот способ как-то в последнее время, надо сказать честно, в общем, сужен до минимума.

А. КОНОВАЛОВ – Вы знаете, как посмотреть. Если вы проанализируете новостные программы основных каналов и количество времени, которое на них вы видите президента, то многие говорят, что иногда бывает даже многовато руководства.

О. БЫЧКОВА – Нет, это общение в другую сторону, когда президент общается с народом, но народ же должен общаться с президентом, президент должен тоже от народа что-то получать, а с этим как раз проблема.

А. КОНОВАЛОВ – Для этих механизмом должно существовать гражданское общество, которого в стране нет.

О. БЫЧКОВА – Пресса, парламент, общественные организации.

А. КОНОВАЛОВ – Пресса, парламент, общественные организации, политические партии, которые формулируют изменения общественного мнения, этот как замер, как датчики.

О. БЫЧКОВА – Обозначают болевые точки, формулируют претензии.

А. КОНОВАЛОВ – Как индикаторы, совершенно верно, тенденции формулируют, симпатии. Ведь настоящая демократия – это не когда выбирают демократов, а когда выбирают того, кого хотят люди, и этот выбор принимается.

О. БЫЧКОВА – У нашего президента таких возможностей осталось, действительно, крайне мало. Ну что же, по крайней мере, сегодняшний телемост трехчасовой с миллионом вопросов от слушателей, от зрителей и от избирателей, с этой точки зрения, можно считать удачным, с чем мы нашего президента сегодня и поздравляем. Спасибо всем, кто принимал участие в нашем сегодняшнем голосовании, в нашем «Рикошете», в интерактивном опросе.