Открытие международного авиасалона МАКС-2005; конкурентоспособность России на мировом рынке, наличие у России внешней экономической полити - Сергей Моложавый - Интервью - 2005-08-16
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Наш сегодняшний гость Сергей Моложавый, руководитель госкомпании "Технопромэкспорт". Сергей Владимирович, здравствуйте. Мы приурочили нашу сегодняшнюю встречу к отрывающемуся авиасалону МАКС-2005, хотя напрямую ваша компания ведь не занимается ни продажей за рубеж самолетов, ни их комплектующих. У вас профиль другой. Вы скорее из сферы электроэнергетики, такой Чубайс - экспортный вариант.
С. МОЛОЖАВЫЙ - В общем да, но авиастроители, наши коллеги и более того наши поставщики, многие из них пытаются стать нашими поставщиками, потому что принципы сгорания топлива в газовой турбине, которая вырабатывает электричество и тепло и в авиационном двигателе в принципе одинаковые. Поэтому многие наши производители авиационных двигателей пытаются, а некоторые успешно делать газотурбинные установки небольшой мощности для обеспечения электричеством и теплом жилья.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Но это все на экспорт, или для внутреннего рынка тоже?
С. МОЛОЖАВЫЙ - Прежде всего, для внутреннего, потому что на внешнем рынке нас опередили достаточно сильно и Siemens, Alstom и General Electric. Конечно это для внутреннего потребления продукция. Прежде всего.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Вы упомянули Siemens, ваша задача насколько я понимаю, профиль деятельности компании "Технопромэкспорт" это не только пропагандировать за рубежом, но и внедрять некие наши технологии и продукты этих технологий. Это продажа электроэнергии, а также строительство энергетических объектов за рубежом. И в этом смысле тесная кооперация одна из ваших задач. Почему на ваш взгляд тот же Siemens не допустили до наших энергетических компаний, точнее энергопроизводящих компаний. Я имею в виду "Силовые машины", которые двигатели производят и так далее.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Тут есть две составляющих. С точки зрения предоставления передовых технологий для "Силовых машин" я считаю, что нужно было продать "Силовые машины" Siemens. Другой вопрос антимонопольное законодательство и специалисты по антимонопольному законодательству посчитали, что доля Siemens станет очень большой на российском рынке и нельзя допустить его. Просто по принципам антимонопольным невозможно разрешить такую продажу. И действительно я вижу, что Siemens он распространил свои щупальца везде. Это и мобильные телефоны и электроэнергетика…
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Это же они все у себя там производят.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Если бы они купили "Силовые машины", то они бы производили здесь, соответственно свои энергетические установки и по качеству, конечно, они очень хорошие. Но очень дорогие. Поэтому мы предпочитаем российское оборудование и как вы сказали, внедряем его за рубеж. Хотел бы подчеркнуть, что большая энергетика вообще-то большая политика. Если ты строишь электростанцию за рубежом, то ты привязываешь страну к себе в этой части лет на 30, поставляя запасные части и комплектующие.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Сейчас, кстати, у вас есть проект в Молдавии с одной электростанцией.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Это по заказу "Итеры" мы планируем построить электростанцию, начинаем работы.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - А тем самым вы кого будете привязывать? Молдавию или ее самопровозглашенную часть Приднестровье?
С. МОЛОЖАВЫЙ - Мы будем строить в части Молдавии. То есть к Приднестровью не будем иметь никакого отношения.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Еще один политический проект. Точнее политическое направление. Причем в мировой политике мне кажется это сейчас тренд номер один. Я имею в виду Иран. Ходят слухи о том, давно уже, что США готовят военную операцию против Ирана из-за ядерной программы Тегерана. Пусть они между собой бы разбирались, но у России с Ираном довольно тесные связи, в том числе в области энергетики. Первый вопрос. Ядерные объекты, которые в Бушере, которые при нашем содействии возводит Иран, это ваше направление или нет?
С. МОЛОЖАВЫЙ - Это не наше направление. Мы не занимаемся ядерной энергетикой, но мы в Иране построили по моим подсчетам, наверное, процентов 20 генерирующих мощностей и сейчас ожидаем результатов тендера, мы можем выиграть тендер на 500 млн. долларов. На строительство угольной электростанции. И это тоже видимо будет политика, потому что на этот проект претендуют и китайцы. И они дали естественно ниже цену, чем мы.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Почему это естественно, я не понимаю.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Потому что их оборудование дешевле, дешевая рабочая сила. Оборудование пока уступает российскому по качеству и соответственно стоит дешевле. Но уже опыт есть у Ирана строительства электростанции китайской, она не вышла на заданные параметры. Поэтому хотят нас, но хотят нас опустить до той же цены до китайской цены. Поэтому торгуемся.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Но не соглашаетесь так резко…
С. МОЛОЖАВЫЙ - Конечно, а как мы можем. Тогда у нас будут убытки. За качественный продукт надо платить хорошие деньги.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Почему такой диверсифицированный подход руководства Ирана в том, что касается энергетики. Вот новая электростанция, которая на угле. А зачем тогда ядерные объекты? С точки зрения специалиста.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Ядерные объекты я думаю, что это как раз политика, о которой мы с вами говорили. Что великая держава, которой хочет стать Иран, имея 70 млн. населения, это очень крупная страна и население увеличивается колоссальным темпами, конечно, они хотят иметь и ядерную энергетику.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - То есть тут как раз дело не в киловаттах?
С. МОЛОЖАВЫЙ - Абсолютно я думаю. А угольная станция это освоение новых технологий и возможность продавать дорогую сейчас неимоверно нефть на экспорт, получать валюту, а сжигать дешевый уголь.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Но разве уголь это не вчерашний день в энергетике?
С. МОЛОЖАВЫЙ - Уголь это плохая экология, это естественно вчерашний день с точки зрения экологии. С точки зрения эффективности энергетики, я думаю, что завтрашний день. Потому что нефть и газ мы сжигаем очень быстро, а уголь, запасы угля гораздо больше и нашим внукам, правнукам и праправнукам хватит угля. А нефти и газа я думаю, что нет.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Когда вы выигрываете, например, в Иране конкурс на создание того или иного объекта, кто занимается строительством? Наши специалисты или же только ИТР, инженеры, а все рабочие местные…
С. МОЛОЖАВЫЙ - Квалифицированные специалисты, конечно же, российские. А землю копают и такие низкоквалифицированные работы проводят местные подрядчики. Это, как правило, условия не только в Иране, во всех странах. В Индии той же, чтобы работы, которые можно делать силами местных специалистов, делались местными специалистами. В Иране очень квалифицированные люди, на ряд работ мы будем привлекать и иранских специалистов. Там уже подросло поколение специалистов, которые получили высокое образование хорошее в Америке, Англии, России.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - В том или ином виде у нашего государства еще со времен Советского Союза, разумеется, были структуры, которые выполняли функции те, которыми вы сейчас занимаетесь и в общем "Технопромэкспорт" родился не на пустом месте, были предшественники. В этой связи удалось ли может быть за последние годы, после того как мы перешли от плановой экономики к рыночной, расширить список наших стран партнеров, с которыми вы работаете в сфере энергетики. Или по-прежнему дорабатываете те заказы, которые может, еще в 80-х годах были получены и новые страны, государства не хотят особо с нами работать.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Мы пытаемся расширить свою географию за счет прежде всего Латинской Америки. Но потеряли очень много. Я думаю, что потеряли больше, чем приобрели. Потеряли всю Восточную Европу, это Чехия, Словакия, Польша, Венгрия, все, что мы там построили, сейчас сносится, либо замещается западным оборудованием. Оборудование однозначно западное, строения - где сносятся, где оставляются на месте. То есть мы много потеряли именно из-за того, что мы, оставаясь на этом рынке, не могли предложить надлежащих финансовых условий. Нас обыграли не только по политике, а, прежде всего по экономическим условиям. Когда ко мне приходит Hitachi или Mitsubishi или Mitsui, - в их презентации треть материалов составляет то, какие хорошие финансовые условия они могут предложить. Мы, к сожалению, этого нашим заказчикам предложить не можем.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Подождите, если вы работаете на экспорт, почему к вам приходят зарубежные компании?
С. МОЛОЖАВЫЙ - Они хотят работать здесь в России, хотят на наших плечах въехать на российский рынок. Когда мы начинаем говорить про третьи страны, они мягко уходят от этого разговора.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - То есть, например, сейчас насколько я знаю, "Технопромэкспорт" занимается вопросами грядущего строительства крупной теплоэлектроцентрали в московском деловом центре Москва-сити. И вот не исключено, что, например, японские и корейские компании, которые вы упомянули, они хотят участвовать в этой работе. И поэтому обращаются к вам.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Совершенно верно. Там вопрос уже решен. Там будет оборудование, скорее всего Siemens.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Опять Siemens.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Это вторая очередь. А первую построили на оборудовании Siemens и просто смешно передние колеса брать, условно говоря, широкие, а задние на автомобиль ставить узкие или наоборот. Нужно брать однотипное оборудование. Этот вопрос был решен раньше. Но в этом классе это передовое оборудование. Зачем мы будем в крупнейший комплекс ставить оборудование, которое не проявило себя достаточно надежно.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Теперь об отечественных производителях. Собственно то, что вы строите за рубежом или здесь на территории страны в основном как я понял, опирается на наши российские технологии, наверное, частично на наши материалы. Можете ли вы сказать, что состояние энерготехнической промышленности в последние годы меняется в лучшую сторону или скорее тенденция к постепенному угасанию.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Оно меняется в лучшую сторону, но, к сожалению не так быстро, как бы хотелось.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - То есть отрасль не загибается.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Нет. Скромно я скажу в кавычках, что она выжила благодаря "Технопромэкспорту". Это единственная энергетическая компания, которая в 90-е годы имела живые деньги и могла расплачиваться живыми деньгами за то оборудование, которое мы брали у тех же "Силовых машин", у Подольского котельного завода и так далее.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Много накопили инвалютных рублей?
С. МОЛОЖАВЫЙ - Да. Был такой грех. И не отдали главное в бюджет, хотя было очень много…
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Если вы отдали нашим компаниям производителям, то уже неплохо.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Да, и благодаря этому они выжили и более того развивают свои технологии, и мы остаемся пока на уровне. И поэтому как раз когда продажа Siemens "Силовых машин" обсуждалась, "Интеррос" владелец "Силовых машин" говорил так: либо государство, дайте нам 200 млн. долларов на новые разработки, либо разрешите нам продаться Siemens. К сожалению, ни того, ни другого не произошло. Как всегда ищем третий путь.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Его вроде бы нашли, там Дерипаска…
С. МОЛОЖАВЫЙ - Не я нашел. Я, честно говоря, не в курсе переговоров. Какие-то переговоры идут.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - А насколько современные технологии используют наши компании, которые производят энергооборудование или это во многом отсталое оборудование.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Я уже сказал, что оно на уровне находится, оно более надежно…
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Оно на уровне, знаете как наша космонавтика, мы и в 60-х годах опережали американцев и в 80-х, на этом можно пытаться и дальше выезжать.
С. МОЛОЖАВЫЙ - По коэффициенту полезного действия, один из основных показателей, мы уступаем где-то на 2-3%. Не больше. Но у нас гораздо больше надежность. Это я вам точно говорю. Простой пример. В Иране во время ирано-иракской войны, бомба упала рядом с японской станцией, она отрубилась и с тех пор не восстанавливалась. В нашу станцию было прямое попадание в трубу в основание практически, и она продолжала работать, ее перевели в холостой режим, залатали трубу, и она дальше работает до сих пор.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Это как может быть не совсем корректное сравнение, но мне сразу на ум почему-то пришли наши знаменитые машины УАЗики, которые могут пробраться не только по хорошим автотрассам, но и по совершенно разбитым дорогам. Но, наверное, и слава богу.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Насчет качества УАЗиков сильно сомневаюсь. Если до этого времени у них не вытечет масло из двигателя. Боюсь, "Северсталь" сейчас на меня обидится. Но было такое, такая претензия к их качеству. Нет, наше оборудование на высоком уровне, по параметру цена-качество мы превосходим даже, я считаю западные аналоги.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Вновь о наших рынках сбыта. Вы в основном сказали о потерях тех, кого мы упустили из клиентов, партнеров – восточноевропейские страны. Насколько я понимаю, добавляется Латинская Америка. Какие-то еще прибавления есть?
С. МОЛОЖАВЫЙ - Я думаю, что совершенно очевидно, что в США мы в ближайшее время ничего не построим. И в Канаде. Западная Европа, скорее всего тоже не пустит нас. Поэтому Африка, Юго-Восточная Азия, Ближний Восток и попытки прорваться на рынок Латинской Америки. К сожалению больше вряд ли нам удастся…
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Может быть это не так плохо. Тот же Ближний Восток довольно богатый регион и как рынок неплохой.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Совершенно верно. Притом открываются новые страны, мы смотрим с надеждой на Саудовскую Аравию. Которая вместе с Эмиратами начинает строить единую энергетическую систему, прообраз той системы, которая у нас уже существует десятки лет и называется сейчас РАО "ЕЭС", они сейчас строят такую же систему у себя, и мы участвуем в тендере на ряд лотов по строительству линии электропередач, там миллиардные в долларовом выражении контракты. Надеемся, что получим там заказы.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - А кто у нас основные конкуренты? Не компании, а страны?
С. МОЛОЖАВЫЙ - Корейцы, китайцы, те же индусы как ни странно. Поставщики оборудования это Западная Европа естественно.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - А если взять ту ипостась "Технопромэкспорта" я имею в виду собственно экспорт сам электроэнергии. Откуда в Корее лишнее электричество? Или они этим не занимаются?
С. МОЛОЖАВЫЙ - Тут небольшая путаница происходит, потому что электричество экспортировать на расстояние больше чем 500 км не имеет смысла, оно в проводах теряется. Поэтому будем говорить про экспорт оборудования. Электричество это совершенно другая сфера. И поэтому у корейцев сильнейшие машиностроительные холдинги, или "чеболи" как они называются, Hyndai, они делают современное оборудование и по цене они весьма конкурентоспособны. В Индии недавно мы конкурировали с корейцами по строительству электростанции и, в общем-то, были на грани того, чтобы проиграть. Но как раз совпало так, что в декабре президент Путин приезжал, я напросился в делегацию, был представлен правительству, через 3 месяца с нами был подписан контракт. Хотя и по цене мы выглядели гораздо лучше, чем корейцы.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Я правильно понимаю, что наше государство, его политические лидеры не слишком активно, не слишком много лоббируют свои экономические интересы. Например, в сфере вашей…
С. МОЛОЖАВЫЙ - Абсолютно точно. Я вернулся сейчас из Ливии буквально в пятницу. У нас крупнейший контракт и сейчас пытаются с нами его расторгнуть. Я проанализировал, почему так, вроде все нормально шло. А очень просто – торговое представительство в Ливии закрывается. Никаких других контрактов нет. Все гостиницы забиты американцами, по крайней мере, англо-говорящими людьми. А русских по пальцам можно перечесть. Почему тогда Ливии поддерживать отношения с Россией, когда она не проявляет никакого политического интереса к себе. Вот простой результат. Недостаточная настойчивость.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Все-таки о рынках. Что касается стран СНГ и наших ближайших соседей, например "оранжевая революция", которая случилась на Украине или недавние политические потрясения в Молдавии. Они не отразились на сотрудничестве в сфере электроэнергетики?
С. МОЛОЖАВЫЙ - Абсолютно нет.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Мы не потеряли их?
С. МОЛОЖАВЫЙ - С Молдавией у нас и не было никаких отношений, потому что там нет…
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Здесь мы наоборот приобретаем, даже получается.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Руководители украинских заводов всегда сидели в приемной председателя "Технопромэкспорта" и ждали, когда их позовут работать. И 30% рабочих на наших объектах за рубежом это граждане Украины. Поэтому независимо ни от каких политических разборок, Украина будет нашим партнером.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Какой бы из украинских заводов, которые работают в сфере ваших интересов было бы полезно для России купить?
С. МОЛОЖАВЫЙ - Запорожский трансформаторный завод, например. Потому что на территории СНГ больше нет завода. Мы почувствовали, что они постоянно повышают свои цены, потому что нет конкуренции. Поэтому есть в России Тольяттинский завод, который может выступить конкурентом, надо его поднимать на ноги.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - А это только желание или какие-то поползновения в эту сторону делаются? Я про Запорожский завод.
С. МОЛОЖАВЫЙ - С нашей стороны нет, я просто говорю, что это было бы интересно. Есть Харьковский "Турбоатом", который аналог "Силовых машин", вроде бы сейчас в очень плохом состоянии. Можно было бы, наверное, если недорого продавали, купить и поднять его на ноги.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - И самый последний вопрос. Вы заинтересованы в том, чтобы Россия быстрее вступала в ВТО? У нас есть разные группы лоббистов, кто-то хочет этого, кто-то наоборот считает, что это нанесет ущерб.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Нам как компании это ущерба не нанесет. Я думаю, что для нас это будет плюс, потому что мы будем уже выходить с гарантиями того же "Внешторгбанка" и у нас не будут требовать перегарантирования в западных банках. Может быть, какие-то послабления по таможенным пошлинам.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - А новые рынки могут открыться для нас?
С. МОЛОЖАВЫЙ - Думаю, нет, в ближайшей перспективе нет.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Все расписано.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Да. Бизнес. Ничего лично.
В. ВАРФОЛОМЕЕВ - Спасибо большое. Это был Сергей Моложавый, руководитель государственной компании "Технопромэкспорт". Благодарю вас.
С. МОЛОЖАВЫЙ - Спасибо.