Об актуальных проблемах кинофестиваля «Кинотавр», в частности, и кинематографа в целом ВИТА РАММ поговорила с президентом холдинга СТС, - Интервью - 2005-06-06

Вас можно поздравить? Государство официально подтвердило статус «Кинотавр» как главного национального кинофестиваля…

Мы обсуждали концепцию «Кинотавра», его будущего развития, но об юридическом оформлении этого статуса мы в Федеральном агентстве по культуре и кинематографии (ФАКК) никогда не говорили. Безусловно, «Кинотавр» за 15 летнюю историю заслужил звание главного национального фестиваля России.

На одной площадке на протяжении 10 -12 дней вместе существует вся индустрия и в этом преимущество «Кинотавра» перед другими фестивалями. «Кинотавр» - уникален своим общением. Мы не ориентируемся на опыт Канн или Венеции. Там индустрия делятся на разные миры, которые не пересекаются. Например, мир больших звезд и менеджеров кинорынка или молодых продюсеров. У нас продюсеры, актеры, прокатчики, кинокритики могут договариваться о будущих проектах, обсуждать проблемы. Потому для меня принципиально важно, чтобы все, кто приезжают на фестиваль – участники конкурсных, внеконкурсных программ, продюсеры, гости – были максимально успешны. Их успех – успех фестиваля в целом. Наша позиция делает возможным реализацию интересов очень многих разных людей.

В наследство вы получили и многие проблемы кинофестиваля. Что будете менять кардинально?

У Марка Григорьевича и его фестивальной команды огромное количество достижений. Но за 15 лет также накопилось и много историй, отношений, взаимоотношений, и с государством в том числе. Суть всех этих конфликтов я не пойму, наверно, никогда. Например, соперничество с Московским международным фестивалем, который имеет мало общего с «Кинотавром», конфликты с другими российскими фестивалями, конфликты с общепризнанными лидерами российской киноиндустрии и так далее. На мой взгляд, подобную эмоциональную субъективистскую позицию национальный кинофестиваль позволять себе не может.

Но первое политическое решение вы уже приняли и наградили Никиту Михалкова призом «за вклад в киноискусство».

Мы не занимаемся политическими играми. Выдающийся режиссер и актер, это первое. Ему в этом году исполняется 60 лет – второе. Третье – ни один отечественный фестиваль не даст ему такой награды, ведь ММКФ и «Золотой орел» в сфере влияния Никиты Михалкова, а «Ника» потому, что между большей части кинообщественности и Никитой Сергеевичем существует многолетняя конфронтация. Главная задача «Кинотавра» стать фестивалем, где, прежде всего, существуют кинематографические критерии. И никаких других!

Награждение Михалкова – знак всем, что на главный национальный фестиваль России спокойно смогут приезжать враждующие профессиональные группы. Конкуренция – вещь жесткая, так происходит во всем мире. Но все наши коллеги должны быть уверенными, что их фильмы будут оцениваться по качествам, не связанным c той или иной клановой группой.

А если некий продюсер конкурсной картины за награду предложит вам оплатить часть расходов?

Мы в состоянии оплатить себя сами. Это важный фактор. Мы сильная и самостоятельная кампания. Для нас фестиваль «Кинотавр» - не способ, извините, выживания, заработка денег и бизнеса. Да, мы будем вести фестиваль, рассчитывая на успех, к самоокупаемости. В этом году еще не получится, но через год – два мы добьемся и этого. Никто не спешит. И представить, чтобы кто – то посмел завести разговор со мной, руководителем прибыльного холдинга на тему покупки приза - смешно, настолько это бессмысленно. И потому жюри больше не будет получать никаких «подсказок» перед подведением итогов конкурсных программ.

«Кинотавр» сам по себе – дорогое удовольствие?

Да, он дорогой фестиваль. Мы «Кинотавром» занялись только два месяца назад и многого не знали. Где – то потратили больше, где – то не успели договориться. В этом году научимся.

Цифры можете назвать? И сколько из потраченного, возмещает государство?

Итоговые цифры будут ясны по окончания фестиваля, но примерно где – то 1,5 - 2 миллиона долларов. Если сложить вклад Федерального агентства, Краснодарского края, города Сочи – то от них мы получили около 30 процентов от общей суммы.

«Кинотавр» не единственный ваш фестиваль. В этом году организовали в Киеве международный кинофестиваль документального кино «Контакт». Он ведь не разовая акция?

В 2006 году с 8 по 14 апреля пройдет второй фестиваль. Я уверен, что у «Контакта» очень хорошие перспективы.

Получается, что к чему бы вы ни прикоснулись – дело идет в правильном направлении. Это результат тщательного анализа, расчетов или вы интуитивно чувствуете будущий результат?

Мне важно стратегически понять, куда я двигаюсь. «Кинотавр» не был моей идеей. Это было предложением Рудинштейна, которое он сделал нам с Игорем Толстуновым здесь, в своей сауне.

Вы должны были просчитать свои риски, ведь фестиваль «Кинотавр» строился в основном на романтической идеологии – в отсутствии проката сохранять российское кино. Ваше поколение уже другое.

Не согласен, что ситуацию с фестивалем можно рассматривать только в ключе «романтики – прагматики». Я полагаю, что мое поколение имеет твердое представление о системе координат, в которых мы живем, и о системе координат, в которых мы хотим жить. Это очень важно различать. Мы понимаем, что нас не устраивает, и мы хотим сами формировать новую систему. И в этом смысле, мы тоже в какой – то степени романтики, полагая, что в состоянии изменить систему координат. Но, в отличие от прежних романтиков, которые действовали на уровне эмоций, слов и жестов, порой даже авантюр, мы стараемся действовать в рамках правил игры, не нарушая логику развития. Мы втянулись в ту жизнь, которая сегодня во дворе и пытаемся в этой жизни преуспевать.

Новая система координат от человека творческой профессии требует существенной «перестройки». И не все согласны переучиваться…

Я тоже не занимался бизнесом, а снимал документальное кино. Но когда понял, что мне не хватает знаний, чтобы жить в новых правилах, овладел - не новой профессией, а освоил для себя новый инструментарий. Мое поколение, которое романтики – шестидесятники называют прагматиками, на самом деле многому учится. Мы тратим на, извините, работу над собой огромное количество времени. Я не стесняюсь задавать вопросы, если что – то не знаю или не понимаю. А поколение романтиков губит псевдовсезнание и установка: давайте изменим мир, не зная, на что все следует менять. Следующее поколение, которое идет за нами, могу сказать на примере сына – все дела начинает с предварительного анализа.

Но на вашем СТС есть один продукт, объединяющий не только разные поколения, но и разные слои общества. Чем вы можете объяснить успех ситкома «Моя прекрасная няня»? Неужели вы заранее все так удачно просчитали?

Да, это большой успех. Данный сериал – не экзотика. Реальные характеры, добрый смех и модель современных отношений с миром. Нашему зрителю очень комфортно существовать в такой системе. Мы, запуская сериал, хотели дать возможность зрителям убедиться, что их жизнь в их руках. Они могут управлять жизнью, а не она ими. Мы понимали, что и телевидение, и кино, владеют огромной силой, которую романтики от советского кино ограничивают лишь функцией правды. Никакая это не правда. Это всего лишь представление конкретных людей о правде. И очень часто, в силу опыта этих людей, мы получаем мрачное, чернушное кинематографическое пространство, в котором нет места жизни, нет места будущему, нет места эмоциональным проявлениям, характерам. Нет места преодолению, мощным людям, внутренним решениям.

Все это можно увидеть на экране. Но в английском кинематографе…

…Моя любимая кинопроизводящая компания «Working Title». Ну, нет такой Англии на самом деле, как в их фильме «Реальная любовь»! Авторы добродушно смеются над тысячами – обратите внимание! - актуальными проблемами: расовыми, экономическими, национальными, социальными, возрастными, интеграцией Англии в Европу, сложных отношениях с Америкой и так далее. Или культовое для британцев кино - «Четыре свадьбы и одни похороны», в котором с очаровательной искренностью произведены национальные характеры и ситуации. Я знаком с продюсерами «Working Title» Тимом Биваном и Эриком Феллнером. Они целенаправленно снимают позитивное кино. И наша «Няня» из этой области.

В киносообществе к позитивным комедиям у нас относятся, как к «Кубанским казакам» - снисходительно.

Мне кажется, такое придумать гораздо сложнее, чем придумать интеллектуальное кино. Я не понимаю степень ответственности авторов фильмов, после просмотра которых, в очередной раз у зрителей усиливается ощущение бессмысленности, тщетности их усилий и бытия. Вместо того, чтобы убеждать в обратном. Утверждать, что нужно и можно изменить жизнь, сделать ее таковой, каковой они – зрители – считают правильной. А правильная – она бывает разная, что тоже очень важно. Позитивное необязательно должно быть в духе реваншистских представлений о «сладком советском периоде» брежневской эпохи. Мы живем сегодня в совершенно другой стране, в другой исторической реальности.

После процесса над Ходорковским вы верите, что реваншистские настроения не будут спускаться сверху как директива?

Конечно, верю. Мы сегодня живем в глобальном информационном сообществе, в котором возвраты назад уже невозможны. Сегодня все равно надо дискутировать и убеждать. И победы возможны только в открытом политическом диалоге. Наша страна кардинально изменилась и вина телевидения, в том, что оно не проинформировало об этом наше общество.

Вы пытались это делать. Ваш проект с Игорем Толстуновым в многосерийном «День рождения Буржуя». Там были новые интерьеры, новые отношения, герои говорили о бизнесе и решали совсем новые этические проблемы.

Это была для нас принципиальная история. Кстати, интерьеры «Буржуя» снимались в Киеве, в моем офисе телеканала «1+1». Мы хотели показать другую жизнь и дать почувствовать зрителям, что для новой жизни появились возможности. Такую задачу, на мой взгляд, должно решать и современное русское кино.

Кстати, Никита Михалков может уехать из «Кинотавра» с другим, не менее почетным призом. В конкурсной программе участвуют сразу две картины: «Жмурки» (реж. Алексей Балабанов) и «Статский советник» (реж. Филипп Янковский). В них Никита Михалков, по мнению экспертов, показал отменное актерское мастерство.

Решение жюри узнаем 12 июня.