«Налог на наследование или дарение» в налоговом кодексе. Установка новых архитектурных композиций в Москве - Олег Толкачев - Интервью - 2005-05-19

Н. БОЛТЯНСКАЯ – У микрофона Нателла Болтянская, в нашей студии Олег Толкачев, представитель в СФ от Москвы, зам. пред. комитета СФ по экономической политике, предпринимательству и собственности, здравствуйте.

О. ТОЛКАЧЕВ – Здравствуйте.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Олег Михайлович, тем у нас сегодня с вами две, но уж коль скоро дошли до «Эха Москвы», отвечать за все будете. И начнем мы, наверное, с вами с новой главы, налог на наследование и дарение в налоговом кодексе, что это такое?

О. ТОЛКАЧЕВ – Речь идет о реализации тех положений, которые содержатся в послании президента РФ, и они заключается в том, сводятся к тому, чтобы вопросы наследование или, точнее, налога на наследство решались на принципиально ином основании. Т.е. сделать максимально такой либерализованной, свободной процедуру наследования, и это означает, что сейчас те ставки налога, которые действуют и по разным категориям родственников, составляют от, грубо говоря, я тут округляю, от 5 до 20%, иногда там чуть больше, сейчас привести к тому, чтобы ставка равнялась нулю. И это разумно, потому что основная, скажем так, основной массив этих акций, этих операций наследования все-таки происходит, конечно, не с акциями «Юганскнефтегаза» и не с акциями «Газпрома», а все-таки речь идет о квартирах.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Квартира, дача.

О. ТОЛКАЧЕВ – Садовый домик.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Иногда машина.

О. ТОЛКАЧЕВ – Иногда, реже вклад, машина. Поэтому это вполне такие, скажем так, понятные.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Т.е., условно говоря, чтобы у меня была уверенность в том, что если, не дай бог, что-то со мной случится, мои близкие?

О. ТОЛКАЧЕВ – Это очень важный элемент, это базово важный, хочу напомнить, что эти вопросы, они в свое время были фундаментальными при решении еще вопросов о разделении Восточной и Западной Римской империи. Если помните, там во времена Константина шла речь о том, чтобы при приглашении, привлечении римлян на восточные земли, сделать именно эту операцию в Константинополе, налог на наследование был равен нулю, в отличие от Рима, где он существовал. И это как раз и привлекало римлян на восточные земли.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Т.е., отвечая на вопрос…

О. ТОЛКАЧЕВ – Это старинный вопрос, базовый вопрос человеческой цивилизации.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Отвечая на вопрос, например, Ирины из Москвы, сколько будет стоить квартира, переходящая по наследству от дедушке к внучке?

О. ТОЛКАЧЕВ – Стоимость квартиры, естественно, не изменится, а стоимость налога на наследство, базовая ставка налога будет равна нулю. Примерно такое же решение по вопросам дарения, но там чуть-чуть посложнее. Посложнее в том смысле, что дарение между близкими родственниками, ставка нулевая, а дарение между родственниками уже второй и третьей очереди, там уже ставки ниже, чем сейчас, но все-таки дарение с определенным налогом на сумму.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Когда начнется это небо в алмазах, Олег Михайлович?

О. ТОЛКАЧЕВ – Такие предложения подготовлены. И я думаю, в самое ближайшее время, во время весенней сессии, по крайней мере, первое чтение они пройдут в ГД, в зависимости от того, как будет подготовлен закон, может быть, он и успеет пройти до летних каникул в ГД.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Т.е. еще сезон?

О. ТОЛКАЧЕВ – По крайней мере, он будет внесен в ГД, я ожидаю, в ближайшие недели. Он подготовлен.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Это что касается налога.

О. ТОЛКАЧЕВ – И уже рассмотрен комитетами, уже есть первые рассмотрение.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Если говорить о родственниках первой очереди, в случае, особенно, как я понимаю, это актуально при внезапной кончине кого-то из близких, в этом случае будет их имущественная ответственность за получаемое наследство стремиться к нулю, как в математике, да?

О. ТОЛКАЧЕВ – Давайте мы все-таки разделим перемены и точно скажем, есть законодательство, это гражданский кодекс о самом порядке наследования, т.е. кто является первой очередью, кто является второй очередью, о том, что самый распространенный вариант, что если один из супругов, увы…

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Ушел из жизни.

О. ТОЛКАЧЕВ – Ушел, то, грубо говоря, 50% наследства – это второй супруг, 50%, опять я не погружаюсь в тонкости, дети в равных долях. Если нет детей, то чуть по-другому. Поэтому там родители, сестры, племянники и т.д. Поэтому эта часть, естественно, остается, она не подвергается ревизии. Речь идет только о том, какую сумму нужно заплатить, пошлины, для того, чтобы открывшееся, это есть юридический термин, наследники приглашаются к наследству, иногда говорят – призываются к наследству, такие термины юридические, так вот, для открывшегося наследства, для того, чтобы вступить в права наследования через 6 месяцев после кончины человека, родственника, платить государственную пошлину не требуется.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Олег Михайлович, как я предупредила, что отвечать вам сегодня придется за все, в Москве сегодня речь идет о некой акции протеста праворуких автовладельцев, что-нибудь можете сказать об этом?

О. ТОЛКАЧЕВ – Сегодня состоялось заседание правительства РФ, я присутствовал на этом заседании, первым вопросом был вопрос о политике развития автомобильной промышленности в РФ, и среди других вопросов обсуждался вопрос об автомобилях с правым рулем, он был четко, ясно сформулирован, повторен, получен четкий и ясный ответ докладчика Христенко Виктора Борисовича. Ответ достаточно понятен, что никаких ограничительных мер, никаких репрессивных мер сегодня, по крайней мере, к автомобилям с правым рулем в данном постановлении не заложено, не предполагается. В ближайшем будущем они не предполагаются, никто их не вносит, этих репрессивных мер, но другой вопрос, что и с правым рулем, и с левым рулем автомобили, все автомобили, это важный был момент, должны отвечать тем требованиям безопасности и тем правилам, которые изложены и в ПДД, и в тех нормативных документах, которые приняты, это да, это должно быть. И по осветительным приборам, и по тормозным, и по всем остальным.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Олег Толкачев, мы продолжим после новостей.

НОВОСТИ

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Олег Толкачев в студии «Эха Москвы». И мы переходим к вопросу об эстетическом облике Москвы, о новых архитектурных и не только архитектурных композициях. Например, Олег Михайлович, такой вопрос, многие старые дома, которые, казалось бы, составляют вкус и запах старой Москвы, технически-то малопригодны к современной жизни. Будут их как-то модернизировать, в частности, пришел вопрос от Игоря о замене стальных труб на современные пластиковые, как Москва, будет этим заниматься или нет?

О. ТОЛКАЧЕВ – Москва этим занимается в таком очень серьезном плане, я вам должен доложить, что этим вопросом применения новых современных прогрессивных материалов занимается не только большое число чиновников столичного правительства, занимается лично сам мэр Москвы. Я вам могу с твердостью, с металлом в голосе сказать, что нам, москвичам, я считаю, повезло в том смысле, что Юрий Михайлович Лужков, он является таким человеком, таким руководителем, который очень внимательно, что ли, придирчиво следит за тем, чтобы все новейшие достижения были использованы. И твердо вам говорю, твердо знаю, что везде, там, где это возможно и экономически целесообразно, это, конечно, чуть-чуть дороже, но это уже на десятилетия дольше служит, эти конструкции, сегодня требования простые, закладывать только новые, только современные технологии и в строительстве, и в реконструкции. Это абсолютно точно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Олег Михайлович, скажите пожалуйста, вопрос из Лобни, правда ли, что Лобня может быть присоединена к Москве?

О. ТОЛКАЧЕВ – Пока таких сведений нет, я об этом ничего не знаю, думаю, что это, скорее, разговор, чем реальность.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Очень много вопросов, связанных со скульптурными композициями, смысл которых сводится к одному, наши слушатели считают, что идет процесс оцеретеливания Москвы, я процитировала дословно то, что написали. Что скажете об этом?

О. ТОЛКАЧЕВ – Вы понимаете, вопросы художественного оформления, они всегда очень такие вопросы деликатные, здесь сколько людей, столько мнений. Так, в общем-то, и должно быть. Но хочу сказать, что, скажем, наверное, не все, но многие или большинство памятников, которые были открыты и к дню 60-летия Победы, к празднованию, и сейчас предполагается открытие памятника царю-освободителю Александру Второму, это не работы Церетели.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Наум возмущается конной статуей великому маршалу Жукову на Манеже, считает, что там три пары совершенно прямых ног. И таких лошадок, он считает, дети у себя в тетрадках рисуют.

О. ТОЛКАЧЕВ – Вы знаете, я не готов дискутировать с Наумом по поводу, как говорится, художественных воззрений, тут, наверное, лучше подискутировать с такими профессионалами в области искусствоведения. У каждого свой взгляд на это.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – А вообще как будет развиваться дело, связанное с новыми архитектурными композициями в Москве, по какому принципу мы будем открывать глаза утром и видеть новые памятники?

О. ТОЛКАЧЕВ – На самом деле, существует четкая и ясная ситуация, она прописана в законодательстве, в законах Москвы, существует, во-первых, архитектурный общественный совет, существует градостроительный совет, туда входят и приглашаются самые видные из ныне здравствующих, естественно, ученые, архитекторы, скульптуры, живописцы, туда можно прийти в открытом режиме высказать свое мнение. И там рассматриваются, на этом совете, все те предложения, которые вносятся по оформлению Москвы. Поэтому сказать так, что, допустим, общественность не знает или помимо общественности это делается, нельзя. Наоборот, самые ведущие сегодня специалисты разбирают эти вопросы и дают рекомендации. Но это еще не все. В Москве работает, официально работает при МГД комиссия по архитектурному и скульптурному оформлению, убранству, и только по решению этой комиссии можно что-то сделать. Есть решения положительные у этой комиссии, есть решения, которые комиссия отклоняет, например, по-моему, буквально недавно, где-то день или два дня назад комиссия, например, отклонила предложение создать в Москве памятник плавленому сырку «Дружба», скажем так, не бесспорное предложение.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Но закусывали-то плавленым сырком «Дружба» в юности портвейн.

О. ТОЛКАЧЕВ – Да, в юности, это понятно, что ностальгия и т.д., но комиссия четко и ясно сказала, что тот, кто вносит, они могли бы, допустим, на территории своего предприятия реализовать за собственные средства этот проект, это внесли некие предложения сырники, те, кто сыровары, нет возражений, но для города это сегодня неактуально.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Скажите пожалуйста, существует, я не знаю, микрорайон Икс, в котором собираются установить архитектурную композицию или памятник. И жители этого микрорайона, жители окрестных домов удавиться готовы, как им не нравится этот памятник. Что им делать, вот против?

О. ТОЛКАЧЕВ – Обращаться в комиссию при МГД по монументальному оформлению, комиссия, там работают и депутаты думы, дума принимает решения по этому вопросу, но все-таки изначально там есть и экспертные группы, там есть представители общественности, скульпторы, архитекторы, художники, которые с профессиональной точки зрения разбирают этот вопрос и дают свои рекомендации. Но и, разумеется, все эти вопросы решаются только и исключительно при учете мнения жителей, например, простой, вернее, непростой, может быть, но такой достаточно понятный вопрос, скажем, найти место для памятника Виктору Цою. Он решался очень непросто, поверьте, этот вопрос, и он решался не в один день. И даже, как я бы, наверное, сказал, что, пожалуй, период-то прошел больше, чем 1 год, его предлагали и на Арбате, его предлагали в разных местах. И после таких дискуссий и поисков, насколько я помню, сегодня это пересечение Ломоносовского и Вернадского, в этом районе установить памятник Цою. Вроде бы тут как-то так сошлись все мнения, что и место достойное, и удобное, и удачное, и сам памятник, хотя, наверное, любое художественное произведение вызывает всегда разные чувства у разных людей, это тоже понятно. Но, наверное, не надо повторять банальный пример, что, скажем, та же Эйфелева башня в свое время у многих.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Да до сих пор.

О. ТОЛКАЧЕВ – Не у всех, но вызывает отторжение, аллергию, насколько я понимаю, Золя ходил обедать на башню.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Чтобы ее не видеть.

О. ТОЛКАЧЕВ – Чтобы ее не видеть, единственное место, где ее не видно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Но, Олег Михайлович, я должна сказать, что я, например, совершенно не специалист в архитектуре, но очень часто слышу от многих специалистов, что якобы Москва имеет весьма эклектичный облик, что очень много всего намешано. Вы так тяжело вздыхаете, судя по всему, вас уже достали этим вопросом, да?

О. ТОЛКАЧЕВ – Вы понимаете, опять я не очень готов, скажем так, всерьез дискутировать этот вопрос, потому что любой, наверное, город имеет облик эклектичный. Когда в свое время барон Остерман прорубал проспекты в Париже, ему ведь тоже очень сильно пеняли на то, что он рушит эти замечательные парижские улицы, чрево Парижа рушит, рынки Парижа рушит. Сейчас представить себе Париж без этих прямых проспектов, наверное, трудновато, невозможно. Наверное, да, надо сказать, что Москва меняется, это факт, Москва, на мой взгляд, я москвич, я родился в Москве, видел очень много разных городов, весь СССР, различные страны видел, но мне, например, как коренному москвичу, то, что сегодня происходит, кажется полезным. На мой взгляд, Москва стала чище и ухоженнее, Москва хорошеет. То, что она меняется, это неизбежно, но это вопрос о том, понимаете ли, скажем, оставить Гостиный двор в виде руин, в виде развалин, но тогда мы сохраним этот первоначальный, первобытный образ с березами на крыше. Или там крыши-то не было, но на этих руинах. Или все-таки сделать, привести его в порядок, когда люди могут не только любоваться этой архитектурой Кваренги, но еще и проводить определенного рода мероприятия внутри этого Гостиного двора, под крышей, да, под крышей, которой не было первоначально в облике. Мне все-таки больше второй путь по душе.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Импонирует?

О. ТОЛКАЧЕВ – Такое мое мнение, хотя, наверное, есть и любители, скажем, в Риме Колизей никто не восстанавливал, там большая площадь занята развалинами, но мне пока представляется, что этот путь сохранения руинированного наследия – все-таки это не московский путь.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Будет ли расширяться в границах Москва, спрашивает Ольга.

О. ТОЛКАЧЕВ – Москва имеет свои границы, эти границы установлены. Москва имеет свою территорию, площадь в 108 тыс. га, и не вижу оснований для изменения границ, для этого нужно заключить соглашение с другим субъектом, это Московская область, по крайней мере, пока таких проработок об изменениях не было. Мне они неизвестны. Может быть, через какое-то время что-то и произойдет, но на сегодня этот вопрос не актуален.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Олег Михайлович, очень много вопросов пришло по поводу того, что существует некая, скажем так, неравная политика в отношении москвичей и приезжих в Москву. Скажем так, один из этих вопросов сформулирован так – доколе будет продолжаться дискриминация приезжих?

О. ТОЛКАЧЕВ – Вопрос очень важный, очень серьезный, должен вам доложить, что вопрос о национальных, межнациональных отношениях в Москве, он обсуждался вчера, позавчера во вторник на заседании правительства г. Москвы. Он был первым на этом заседании. Принята программа развития межнациональных отношений в Москве. И если уж совсем коротко, то вывод примерно такой, в формирование таких толерантных воззрений нужно вкладывать усилия, это важно. Но те усилия, которые нужно вложить в формирование такой терпимости, раньше называлось веротерпимость, сейчас другое слово, толерантность, они существенно меньше, чем тот ущерб, который может принести и городу, и России эта невоспитанность, некультурность, это разжигание межнациональных конфликтов. Это не только скинхеды, это не только какие-то нападения на граждан иной национальности. Это все гораздо сложнее. Это, как говорит мэр Москвы, единственная опасность, которая может привести к распаду целостности России, это разжигание межнациональных конфликтов, этого надо избегать всячески.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Олег Михайлович, и последний вопрос, который пришел только что на пейджер, уважаемый господин Толкачев, решение о таком обилии сотрудников правоохранительных органов вокруг процесса Ходорковского – это решение московское или нет?

О. ТОЛКАЧЕВ – Вообще-то говоря, процесс Ходорковского ведет суд, как вы понимаете, суд, прокуратура.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Но милиции там очень много и ведет она себя там довольно жестко.

О. ТОЛКАЧЕВ – Это процесс, который ведет суд, эти вопросы, скажем так, обеспечения безопасности, обеспечения правопорядка, это, конечно, те вопросы, которые нужно относить, в первую очередь, к судебным властям, т.е. все-таки у нас ветви власти независимые друг от друга.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Ну что же, я благодарю нашего гостя, напоминаю, что наш сегодняшний собеседник – представитель в СФ от Москвы, зам. пред. комитета СФ по экономической политике и предпринимательству и собственности Олег Толкачев. Спасибо.

О. ТОЛКАЧЕВ – Спасибо.