Князь Монако Ренье III - Леонид Слуцкий - Интервью - 2005-04-06

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: У нас в гостях заместитель председателя комитета Госдумы по международным делам Леонид Слуцкий, Леонид Эдуардович, здравствуйте.

Л. СЛУЦКИЙ: Добрый день.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Вы человек, который неоднократно бывали в Монако, работали с темой политического будущего этого государства, вы были докладчиком в Совете Европы по вступлению Монако в ЕС, встречались с покойным князем, думаю, можете рассказать кое-что о стране, само существование которой в умах многих из нас ассоциируется с лазурным побережьем, галечным пляжем.

Л. СЛУЦКИЙ: С казино.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: И с гонками Формулы-1, которая раз в год там проводится.

Л. СЛУЦКИЙ: Спасибо за вопрос. Я знаю, что у нас времени немного, поэтому начну с главного. Действительно, из жизни ушел крупный европейский политик, который за 5 с небольшим десятилетий, срок большой, но тем не менее и результат можно назвать фантастическим, из государства на скале, которое занимает немногим больше 2 кв. км, он сделал процветающий рай, сказочку в хорошем смысле слова, в этой сказке наверное многие наши слушатели побывали, процветающее государство с прекрасной экономикой. На этой небольшой территории работает достаточное количество банков, кредитных организаций. Действительно, процветает игорный бизнес. И помимо знаменитых гонок Формулы-1 проводится огромное количество культурных фестивалей, среди которых в последние годы заметное место занимают известные дни России. Из жизни ушел человек, который доказал, что при наличии политической воли и понимания, как сделать правильно, нет невозможного, нет недостижимых целей. Действительно, из микрогосударства, которое веками было исключительно консервативным, находилось практически в положении французской колонии, князь Ренье III сумел создать государство, которое отвечает основным сегодняшним демократическим институтам в Европе. Я действительно был докладчиком по вступлению княжества Монако, только не в ЕС, а в СЕ – Совет Европы, это самая широкоохватная международная организация в Европе, которая в отличие от ЕС включает 46 государств-членов, и 46-м как раз стало княжество Монако, его вступление состоялось в Страсбурге прошедшей осенью 2004 года. Сейчас я переизбран докладчиком ПАСЕ по мониторингу княжества Монако на предмет выполнения обязательств, взятых при вступлении в СЕ.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Вступление Монако в совет Европы – это может быть завершающей точкой из того, что сделал князь Ренье III, но началось-то все в середине прошлого века, когда у Монако появилась конституция, вы говорили, что это были голые скалы.

Л. СЛУЦКИЙ: Которые несмотря на то, что на тот момент правила 650 лет династия Гримальди, одно из самых старинных в Европе княжеств, это была, называя своими именами, французская колония. В 1949 году мать покойного князя Ренье, скончался он сегодня утром в 8.30, отреклась от престола в его пользу. В 1962 г. была принята конституция Монако, которая закрепляла права монегасков, так именуют себя граждане княжества Монако, и основные свободы, это уже не была конституция французской колонии, это была конституция суверенного государства.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: В любом случае, князь Ренье III самим этим документом ограничил права собственной фамилии?

Л. СЛУЦКИЙ: Я бы сказал, наоборот, как раз довооружил права собственной фамилии решать ключевые вопросы на территории своего княжества, потому что до этого эти права были достаточно эфемерными.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: В определенной степени абсолютизм стал двигателем прогресса для Монако?

Л. СЛУЦКИЙ: Да, поскольку Монако было монархией на протяжении столетий, оставалось консервативным, что, собственно и позволило Монако, так же, как некоторым другим микрогосударствам в Европе сохраниться до наших дней, равно как и народу не ассимилироваться среди французов, итальянцев. Монако находится на границе Франции и Италии.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Одних 30 тыс., других 30 млн.

Л. СЛУЦКИЙ: Но до самого последнего времени понятия суверенитета для Монако с точки зрения Совета Европы было достаточно размытым. Дело в том, что все высшие должностные посты в княжестве Монако, это госминистр, глава правительства Монако, министр внутренних дел, директор департамента юстиции, большинство судей, все эти должности договором 1930 г. между Францией и Монако закреплялись за гражданами Франции.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Как и положено быть колонии.

Л. СЛУЦКИЙ: И меня часто спрашивали, когда я ратовал за скорейшее вступление Монако в Совет Европы, г-н докладчик, спрашивали меня в ПАСЕ, как бы вы посмотрели, если бы ваш премьер-министр назначался из Парижа, можно ли было бы в этом случае говорить о суверенитете России. Вопрос резонный. Поэтому пришлось немало поработать и с Министерством иностранных дел в Франции, и с французскими коллегами-парламентариями в ПАСЕ, чтобы убедить в том числе и французских коллег, что наверное нужно идти навстречу Монако, его желанию быть в единой европейской семье, извините за патетику, это так и есть, в Совете Европы. И действительно, некоторые статьи договора 1930 г. между Францией и Монако были пересмотрены и сегодня уже правящий князь, до сегодняшнего утра это был Ренье III, назначает государственного министра. Конечно, влияние Франции сохранилось, и в ближайшее время сохранится, но вступление Монако в совет Европы это самый, наверное, политический штрих, которого хотел добиться при жизни князь Ренье III, он этого добился.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Он добился этого в том числе благодаря нашему сегодняшнему гостю, деколонизатору, депутату Госдумы Леониду Слуцкому, продолжим разговор через 1 минуту.

НОВОСТИ

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Наверное, Монако достигло своей вершины – членство в СЕ, это, наверное, все, что можно сделать на международной арене, ранее до этого вступило в ООН, все, полноценное государство.

Л. СЛУЦКИЙ: Да, пожалуй, и на момент сегодняшней печальной кончины князя Ренье III Монако действительно полноценное европейское государство, член Совета Европы, и князь сделал максимум для того, чтобы обеспечить после себя своему народу суверенитет, процветание. И я хотел бы может быть с небольшим опозданием высказать то, что я обязан сказать в эфире, я хотел бы выразить от себя и своих коллег по делегации Федерального собрания России в ПАСЕ, Парламентской ассамблее Совета Европы глубочайшее соболезнование семье Гримальди, близким князя Ренье III, национальному совету, парламенту Монако в связи с тяжелой утратой. Действительно, из жизни ушел политик даже не европейского, а мирового масштаба. Никогда еще в новейшей истории по крайней мере карликовое государство не достигало таких разительных перемен, причем при многовековой до этого консервативности. В марте 2002 года князь Ренье провел конституционную реформу и одновременно реформу избирательного законодательства. По итогам реформы 9 февраля 2003 года прошли выборы в парламент Монако, я возглавлял делегацию наблюдателей от ПАСЕ. И фантастические результаты, на 24 места были избраны 21 представитель оппозиции, новой партии союза Монако, который возглавляет нынешний председатель национального совета Стефан Валери, человек и по убеждениям, и по возрасту своему далекий от старого князя и его окружения. И конечно только 3 человек осталось из старого парламентского абсолютного большинства, там по-моему и оппозиции не было. Я должен сказать, это может быть в чем-то был шаг против себя, но был шаг навстречу демократии, навстречу европейским институтам сегодняшним. И без этого, без того же членства в Совете Европы, наверное, княжества было не видать. И одновременно были ратифицированы многие европейские конвенции. Другая их часть будет ратифицирована как обязательство, взятое при вступлении в совет Европы. Одним словом, не утомляя слушателей ненужными подробностями, скажу, что правящий князь действительно сумел за считанные годы сумел развернуть Монако в сторону сегодняшних европейских стандартов. И безусловно это пошло на пользу княжеству, сегодня никто уже, никакие самые предвзятые эксперты не будут спорить о том, что Монако суверенное государство. И наверное немногие минуты, которые у нас остались, имеет смысл посвятить вопросу…

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: У нас все хорошо, у нас впереди с вами светлое будущее.

Л. СЛУЦКИЙ: Что будет в Монако без Ренье III?

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Я бы хотел сейчас на минуту оставить политику, это крайне важно, обязательно вернемся. Мне хотелось бы услышать от вас, как от человека, бывавшего в Монако, встречавшегося на высоком уровне, некоторые человеческие воспоминая и впечатления от князя Ренье III.

Л. СЛУЦКИЙ: Мудрые, печальные глаза. И когда я восстанавливал в памяти 5 или 6 встреч, которые у меня были с Ренье III, это первое, что запоминается. Наверное, печаль связана с гибелью его любимой супруги Грейс Келли, которая известна нам как принцесса Грейс. Ее имя носит самая большая улица княжества – авеню принцессы Грейс. И от этой утраты князь Ренье III так и не отошел. И, конечно, человек, который практически в одиночку своим мудрым пониманием реалий, в которых находится его княжество, выстраивал год за годом, шаг за шагом будущее этого государства: политическое, экономическое, культурное, спортивное, то, что произошло в Монако за несколько десятилетий, поражает. Монако стало средоточием совершенно различных интересов, но эти интересы всегда, будь то Формула-1, будь то игорный бизнес, будь то десятки ежегодных культурных фестивалей, это шло на пользу авторитета княжества, благосостоянию княжества и его населения, и конечно, повторюсь, сегодня ушел из жизни политик мирового масштаба. Думаю, что еще многие и многие эксперты, политики, парламентарии, писатели будут возвращаться к личности князя Ренье III и его феномена, но этот действительно феноменальный путь, которое прошло Монако при его правлении, это никоим образом не отвращает нас от воспоминания о нем, как о человеке сдержанным, немного печальном, неизменно мудром. Он задавал очень точные вопросы. Он спрашивал меня - г-н Слуцкий, что мы должны сделать по минимуму, чтобы в ближайшие 2-3 года вступить в Совет Европы? И я говорил о том, что необходимо пусть несколько обострить, может быть, какие-то отношения с официальным Парижем, но добиться возможностей для граждан Монако занимать высшие государственные посты в своем княжестве, потому что это есть неотъемлемое составляющее понятия суверенитет. Если я живу в Монако и не могу быть государственным министром или главой правительства, министром внутренних дел и т.д., это уже не суверенное государство, это колония. И князь Ренье III в этом плане сумел совершить революцию, это звучит очень патетически, но, по сути, совершенно верно, и эти революционные реформы, конституционная, избирательная, послужили и вступлению в СЕ и тому, что сегодня и в будущем уже вряд ли кто-то усомнится в суверенитете Монако. Конечно, Франция не будет так просто терять влияние на Монако. В ближайшем месяце должен смениться госминистр, глава правительства Монако Патрик Леклерк, последняя должность его перед занятием поста госминистра – посол Франции в Испании, его сменит политический тяжеловес г-н Пруст, который сегодня является префектом Парижского региона. И конечно, это очень будут непростые взаимоотношения, но это отношения исторические. И я надеюсь, что принц Альбер, который является пусть еще не настолько опытным политиком, как его великий отец, но, тем не менее, он сумеет и с Францией отношения разрулить должным образом, и сохранить, умножить с помощью своих коллег по Совету Европы те наработки, которые были достигнуты в эпоху правления Ренье III.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Два вопроса у меня есть до окончания нашего разговора. Неужели в Европе и в целом в мире всерьез воспринимают маленькую страну, которая зарабатывает на жизнь рулеткой и однорукими бандитами?

Л. СЛУЦКИЙ: Вопрос резонный. Монако зарабатывает на жизнь уже не рулеткой. Многие представляют, что бюджетообразующим учреждением является большее казино Монте-Карло. У нас действует в Монако несколько десятков крупных банков, в Монако действует один из лучших в мире автомобильных клубов, который сегодня во многом координирует Формулу 1 и не только те этапы, которые проходят на территории Монако в 2 кв. км. Еще, не знаю, связан ли ваш вопрос с наследным принцем Альбером. Мы очень тесно работали с ним в последние годы, он бывал у меня в Москве, бывал дома, мы очень много говорили о Монако, о его будущем, о его отце, правящем князе. Сегодня перед ним стоит тяжелейшая задача: сохранить, не дать этому богатству расползтись, исчезнуть, у него сегодня есть команда, у наследного принца Альбера, он в ближайшее время станет правящим князем Монако. И я бы хотел и как докладчик СЕ, и как друг княжества Монако, и семьи Гримальди, пожелать в эти тяжелые минуты наследному принцу Альберу быть стойким, мужественным, и помнить о главной задаче, которая стоит перед ним: сохранить результаты, которые были достигнуты его без преувеличения великим отцом. Мы сегодня скорбим вместе с народом Монако. И я думаю, что у нас будет возможность еще, в том числе и в эфире "Эхо Москвы", большое спасибо за приглашение, вернуться и к княжеству Монако, и к его роли в Европе, и к личности Ренье III, который не дожил до 31 мая, ему должно было исполниться 82 года, очень немного. И еще раз глубочайшее соболезнования семье и близким скончавшегося правящего князя Ренье III.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Вопрос как к российскому законодателю от Натальи: "Глядя на процветающее княжество Монако, может быть, нам нечего боятся угрозы распада России на удельные княжества? Глядишь, и будем жить как в Монако".

Л. СЛУЦКИЙ: Спасибо за вопрос. Здесь вопрос немного ироничный, по крайней мере я его так рассматриваю. Россия и Монако – это абсолютно разные государства и по площади, и по истории. Но я хочу Наташу успокоить. Я думаю, что Россия не распадется на удельные княжества. Федерализм в России, и это не пустые слова, укрепляется. А что касается княжества Монако, то туда нужно приезжать и действительно пропитываться духом, того, что неразрешимых задач даже для карликовых государств и государств-лилипутов не бывает. И пользуясь этим впечатлением, думаю, что мы сумеем и у себя дома очень и очень многое сделать.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Я в продолжение ответа на вопрос Натальи замечу, может быть, у нас нет своего князя Ренье III. Спасибо большое, всего доброго.

Л. СЛУЦКИЙ: Спасибо, Володя.