Политические покушения - Алексей Венедиктов, Александр Коновалов - Интервью - 2005-03-17

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – У микрофона Матвей Ганапольский, я веду дневной эфир до 16.30, отталкиваемся, естественно, от ленты новостей, главное событие сегодня – покушение на Чубайса. Если суммировать то, что мы знаем на этот момент, до того, как гости вступят в разговор, то сегодня утром было совершено в 9.30 покушение на Чубайса, возбуждено уголовное дело, нападавших ищет милиция Подмосковья. Что-то рассказали свидетели, но, в основном, то, что всем известно. Немцов считает покушение на Чубайса политическим, а Вольский сказал, что Чубайса заказали те, кого мы часто видим по телевизору. Да, еще одна интересная вещь, Чубайс знает, кто его заказал сейчас и предыдущие три раза. По поводу всех этих необычных и действительно сенсационных тем мы поговорим с нашими гостями. Это президент института стратегических оценок Александр Коновалов, здравствуйте, Александр.

А. КОНОВАЛОВ – Добрый день.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – И гл. редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов, добрый день, Алексей. Алексея я попросил прийти в эфир, потому что непосредственно перед эфиром, незадолго, он говорим с самим Анатолием Чубайсом. Я бы просил тебя, Алексей, начать, потому что ты говорил, что он добавил, пожалуйста?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Мы не обсуждали, безусловно, с ним событие, я могу сказать только, что у него настроение такое крепкое, но мрачное, чувствуется, что он зажатый. И все, что он мне сказал, что он уже потом сказал и другим, что он будет продолжать заниматься реформированием электроэнергетики, как бы ни запугивали, и продолжать эти демократические, объединение демократов, как бы его ни запугивали.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Он совсем не пострадал?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Он совсем не пострадал, но психологически, видимо, такое на волосок, грубо говоря, судя по всему, там достаточно оказалось делом случая и профессионализма охраны, это была серьезная история, судя по всему, это уж не инсценировка точно. Я бы даже сказал, не запугивание, судя по всему, хотя я в этом не специалист, но он понимает, что это серьезная история, я бы сказал так. Чубайс понимает, что это серьезная история.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Там, действительно, серьезная воронка?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Серьезная воронка.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Т.е. это на самом деле?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Серьезная история.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Мы можем констатировать, что это на самом деле было покушение на его жизнь?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это констатируют, прежде всего, специалисты-взрывотехники, но это, по-моему, уже стало публичным, потому что он тоже не специалист в этом, я имею в виду Анатолия Борисовича, он-то внутри машины был. Но судя по тому, что говорят специалисты-взрывотехники и представители следственной бригады, с которыми наши корреспонденты общаются, это даже не просто угроза, не просто запугивание, знаешь, так бывает, инсценировка в смысле запугивание, нет, это попытка уничтожения.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Попытка уничтожения?

А. ВЕНЕДИКТОВ – На сегодняшний момент, это факт.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я напомню, что информационные агентства поясняют, что там было что-то, эквивалентное 1 кг, не 100 г., килограмму тротила, на месте взрыва воронка диаметром 5-7 м, глубиной около 1.5 м, не шутка. Теперь перейдем к какой-то пробе анализа, пожалуйста, я хотел бы, Александр Коновалов, чтобы вы что-то сказали по этому поводу.

А. КОНОВАЛОВ – На мой взгляд, сейчас, конечно, ничего точно мы с вами не скажем, это было бы наивно ожидать, такого абсолютно конечного результата, следствие только начинается. И мы даже не знаем всего, я, например, слышал, что помимо взрыва, утром, по крайней мере, в утренних новостях, что там была еще перестрелка.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Была перестрелка, стреляли из «Калашникова», найдены гильзы из «Калашникова», охрана открыла ответный огонь.

А. КОНОВАЛОВ – Да, и когда, Матвей, вы заметили, что пострадал ли Чубайс, я бы сказал, что, вы знаете, когда в вас стреляют из автомата и рядом взрывается килограмм тротила, даже если вы не ранены, вы все равно пострадали. Это, согласитесь.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Слышно было, психологически, я знаю, как он обычно разговаривает и как он сегодня, я согласен с Сашей.

А. КОНОВАЛОВ – Это очень серьезный шок, а теперь еще раз вспомним, кто такой или who is мистер Чубайс, как говорят в таких случаях. Во-первых, это государственный чиновник очень высокого ранга. Во-вторых, это известный политический деятель. И в-третьих, это человек, который контролирует гигантские денежные потоки в силу своего служебного положения, вследствие этого очень легко может наступить и наступает на интересы очень многих, особенно, на мой взгляд, на интересы тех, кто занимается перепродажей электроэнергии. Он хочет четко разделить рынок на рынок производителей электроэнергии и на рынок сетей, которые доставляют это электричество. В общем, Чубайс хочет отнять кусок хлеба у очень многих.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Уже отнял у некоторых.

А. КОНОВАЛОВ – Да, кто на этом зарабатывает. И наконец, третий международный аспект, который я бы добавил, я считаю, что когда говорят о необходимости интеграции на постсоветском пространстве, говорят о том, что все обязаны любить Россию, пока все говорят об обязанностях, Анатолий Борисович делает практические дела. Очень активное проникновение российское, РАО «ЕЭС», в энергосистемы наших близких соседей.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Скажем, Грузии.

А. КОНОВАЛОВ – Это куда сильнее привязывает их к нам, чем любые заявления о любви и дружбе. Так что на трех направлениях основных, я не думаю, что надо сейчас искать зарубежный след ирландских террористов или международный терроризм, я думаю, что на этих трех направлениях и будет вестись поиск.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Но есть еще одно, четвертое, это реформа РАО «ЕЭС».

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это, собственно, и третье.

А. КОНОВАЛОВ – Это и есть экономическое.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Экономическая составляющая.

А. КОНОВАЛОВ – Контролирование, перенаправление огромных денежных потоков и даже перекрытие многих денежных потоков, т.е. изъятие возможности зарабатывать на перепродаже электричества.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо, мы не можем сейчас затронуть уже новую тему, я вот о чем хотел вас спросить, и вас, и Алексея, для вас то, что произошло сегодня, это была сенсация или что-то такое с чиновников подобного уровня могло ожидаться?

А. КОНОВАЛОВ – Вы знаете, я бы сказал не о чиновнике подобного уровня.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо, о личности.

А. КОНОВАЛОВ – О личность Чубайса. Конечно, я не скажу, я ждал со дня на день, что что-то такое произойдет, но учитывая всю противоречивость этой фигуры и количество и позитивной, и негативной энергии, которая на нем концентрируется, для одних Чубайс – воплощение зла, для других Чубайс – это символ продолжения демократических реформ. Я думаю, что, в общем, если говорить о наиболее вероятных кандидатах для такого рода силовых воздействий, то Чубайс был наверняка в первой тройке, это точно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я коротко скажу, когда я говорил сейчас с Анатолием Борисовичем, он мне сказал, что мы чувствовали, что сгущается на протяжении последних месяцев, я бы обратил внимание наших слушателей, что он не просто так ездил в бронированном автомобиле, за ним шел джип охраны. Не просто так, он это чувствовал, он знал и можно ли сказать, что он к этому готовился, я не знаю, но это его не удивило, как я понимаю. Его это не удивило.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Новости короткие и возвращаемся.

НОВОСТИ

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Продолжаем наш эфир, по поводу Чубайса тут всякие сообщения, «это жестоко, но я рада, что Чубайса хотя бы напугали, за те миллионы жизней, которые его реформы унесли», Татьяна, или – «Чубайса настолько авантюрный…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Одну секундочку, Татьяна, его не напугали, нет, зачем, а почему не отвечать?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, что он мог…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я вам могу сказать, что его не напугали, Татьяна, она рада, что его напугали – не напугали.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Всем, кто будет присылать такие сообщения, я хочу сказать – друзья, пойдите в церковь и помолитесь, потому что есть такое выражение, знаете, украинское, чорноротый, это черный рот у человека, у вас черный рот, у всех этих.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Грязный?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, черный, знаешь, не грязный, а чорноротый, т.е. человек, который говорит дерьмо.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Матвей, знаешь, есть такое выражение, особенно те, кто себя христианами, какой мерой меряете, такой и вам отмерено будет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Не желал бы я.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А это, извини, меня.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А это, господа, ваши взаимоотношения с богом, как будете слать сюда, потом, может быть, и вспомнится.

А. ВЕНЕДИКТОВ – К вам и вернется.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Теперь у меня к вам вопрос. И к Алексею, и к Александру. Давайте, например, убираем фигуру Чубайса, там сместили, я не говорю – погиб, сместили. Что меняется?

А. КОНОВАЛОВ – Меняется очень многое. Если сместили, значит, меняется политика государства в отношении трансформации энергосистем.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Уже ли? Т.е. получается, что он один?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Он бульдозер? Его команда, это же не просто его сместили.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Бульдозер или идеолог?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Он идеолог и теперь уже бульдозер, потому что идеология принята, он пробивал ее в борьбе, я не говорю, правильно или неправильно, я в этом ничего не понимаю, но он бульдозер, он идеолог, уход Чубайса из этой системы, следовательно, уход его команды, следовательно, меняется сама реформа РАО «ЕЭС».

А. КОНОВАЛОВ – Т.е. она будет другой, безусловно, политика в отношении электроэнергетики и очень многое изменится. То, что на Чубайса совершено покушение, вы знаете, если говорить о последствиях, я бы начал вот с чего, может быть, несколько необычно, это ведь покушение на крупного государственного чиновника, очень крупного государственного чиновника. Покушение почти успешное. И на мой взгляд, Россия, традиционно ведь в России многие ездят в бронированных лимузинах, с джипом охраны и считают, что все гарантировано, ведь за Чубайса отвечали не частные охранные структуры, а государственные. И я думаю, что это заставит очень многих.

А. ВЕНЕДИКТОВ – И частные.

А. КОНОВАЛОВ – И частные тоже, но хорошо, то это очень многих крупных государственных деятелей заставит задуматься о том, какой уровень безопасности сегодня обеспечивается в России. Второе, что тоже, на мой взгляд, не менее важно, Чубайс будет отвечать. Просто зная характер Чубайса, он не будет подрывать кого-то, но он воспользуется этим моментом для того, чтобы колоссально усилить скорость проведения реформ и радикализм действий, который он совершает в электроэнергетике.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А скажите пожалуйста, можно ли, убрав Чубайса, поступить с РАО «ЕЭС» так, как с ЮКОСом?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Она государственная, она же государственная.

А. КОНОВАЛОВ – Здесь сравнение очень трудное.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Пока, все у нас государственное.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Матвей, сейчас она государственная.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну и что?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ну и что?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Можно ли, я задаю конкретный вопрос.

А. ВЕНЕДИКТОВ – ЮКОС национализировали, вернули государству.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Мы знаем, как его вернули государству и как он стал государственным.

А. КОНОВАЛОВ – ЮКОС не национализировали, ЮКОС экспроприировали.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Экспроприировали. А РАО «ЕЭС» не надо экспроприировать, это вопрос непонятен.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, вопрос абсолютно понятен. Я спрашиваю, мы можем, например, сделать, убрав Чубайса, приватизацию, акционирование и последующую приватизацию «Единых энергосистем»?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Тут можно сделать с Чубайсом то же, что с Ходорковским, просто посадить, чего стрелять-то?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – До двух зачем?

А. ВЕНЕДИКТОВ – До трех.

А. КОНОВАЛОВ – Нет, для того, чтобы просто посадить нужен хотя бы какой-то повод.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ну ладно.

А. КОНОВАЛОВ – Хотя бы формальный, его надо придумать.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – За ваучеры приговаривается к 100 годам, можно и это, тяжело, пока один сидит.

А. КОНОВАЛОВ – Да.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Мне кажется, что последствия, на самом деле, если, опять-таки, цинично пойти и посмотреть аналитически, ведь Чубайс последние два месяца был поставлен перед выбором своими соратниками – или РАО «ЕЭС», или объединяй демократию, или РАО «ЕЭС», или становить лидером объединенных демократических сил. И мы знаем, что Путин тоже ему ставил этот вопрос – вы либо политикой занимаетесь, либо занимаетесь государственной службой, с другой стороны, нынешнее покушение, я назову этим словом, означает, что Чубайсу не оставили выбора, он не может уйти теперь из энергетики. Это будет воспринято, как трусость, испугался и сбежал.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Наоборот, именно сейчас ему и шаг в политику.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Нет, испугался, ты не понимаешь Чубайса, испугался и сбежал, он не может выбрать теперь. Путин ставит – выбирайте, друзья-соратники ставят – выбирайте, у него теперь любой выбор хуже – значит, чего-то испугался, потому что он не может выбрать.

А. КОНОВАЛОВ – Нет, на самом деле, сейчас Чубайс ни в какую политику не пойдет, а останется, это моя точка зрения.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Может быть, это такой хитрый трюк, чтобы он не лез туда?

А. КОНОВАЛОВ – Нет, я думаю, что, понимаете, Чубайс как объединительная фигура на демократическом фланге, у него все-таки не та харизма. Представьте себе, Чубайс…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Нет, не объединительная фигура, а занимайся full-time политикой, это не значит, что он кандидат.

А. КОНОВАЛОВ – Не надо, вы знаете, помочь правым, помочь демократизации России Чубайс сможет значительно эффективнее на посту руководителя РАО «ЕЭС».

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я же говорю о том, какие вопросы перед ним ставили. Не что он решал, перед ним ставили – выбирай, и тот ставил, и эти ставили.

А. КОНОВАЛОВ – Во всяком случае, на мой взгляд, это покушение исключило для него политический путь, я с вами согласен.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо, у меня следующий вопрос, давайте вернемся к тем нескольким пунктам, которые вы, Александр, а я напомню, что у нас Александр Коновалов, президент института стратегических оценок, и Алексей Венедиктов в студии, Венедиктов в качестве гостя. У меня вопрос, вы назвали несколько этих пунктов, давайте посмотрим, у меня слово «убирать» не называется, как сказать, по Марине Королевой?

А. КОНОВАЛОВ – Попытка убрать.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Изъятие Чубайса.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Тут имеет в виду, что необязательно убивать.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, просто изъятие Чубайса из сегодняшней нашей жизни.

А. КОНОВАЛОВ – Экспликация.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Экспликация, например, да, насколько, т.е. скажу так, есть стратегия развития страны, мы ее понимаем. Это, между прочим, и укрупнение РАО «ЕЭС», и в какой-то степени подчинение, но логичное, сопредельных государств.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Либеральная империя.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Либеральная империя, да.

А. КОНОВАЛОВ – Либеральная империя – это чушь, на мой взгляд.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Сейчас, не об этом. Я не очень понимаю, просто спрашиваю вас, а что сильно изменится, если уйдет Чубайс, в генеральном, в мейджорном направлении развития энергетики?

А. КОНОВАЛОВ – Вы знаете, в энергетике как раз может измениться очень многое. А в стратегическом курсе, который вы назвали понятным и существующим, на мой взгляд, он и непонятен, и не очень существующий. Потому что для нас характерна исключительно импульсивная и реактивная политика, исключительное дерганье и шараханье из одной крайности в другую, мы то заявляем о стратегическом партнерстве с Западом, то говорим о дяде в пробковом шлеме, который хочет нам навязать прокрустово ложе.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А энергетика причем? Особенно если учесть замечание Венедиктова, что это не частная компания, а государственная.

А. КОНОВАЛОВ – А энергетика очень причем, потому что здесь личность Чубайса и его команды определяют то, в каком направлении пойдет, это одна из крупнейших государственных монополий.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну и что? Что, электроэнергия, например, из рубль восемь, сколько сейчас стоит, предположим, киловатт/час, станет 15 копеек из-за того, что Чубайс что-то в карман клал себе?

А. КОНОВАЛОВ – Ничего подобного.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Объясните радиослушателям, что изменится?

А. КОНОВАЛОВ – Она станет 15 копеек, если уберут посредников между производителями электричества и нами, потребителями.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Чего хочет Чубайс?

А. КОНОВАЛОВ – Именно этого он хочет, он хочет создать конкурентный рынок поставок электроэнергии, где конкуренция будет вас заставлять снижать цену. А кто-то хочет, чтобы 4 фирмы стояло между производителями электричества и нами, потребителями.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Уже понятно, так понятно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Мне кажется, есть очень важный аспект, который мы не затронули. Дело в том, что даже если эти люди, которые собирались, которые осуществили покушение неудавшееся на Чубайса, решали свои коммерческие вопросы, интересы свои, бизнес-интересы или мстили, например, потому что он, действительно, многим наступил на ногу, они не могли, это крупные люди. Вольский говорит, да, мы этих людей видим по телевизору, заказчиков, они не могли не понимать, что они совершают покушение или заказывают покушение на крупного госчиновника, не могли не понимать, что все ФСБ, потому что не может власть создать прецедент.

А. КОНОВАЛОВ – Вот уж напугали.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Нет, власть не может создать прецедент, это то, что вы сказали, не может власть пропустить, любит она Чубайса, любит Путин Чубайса, не любит.

А. КОНОВАЛОВ – Взорвали президента Кадырова, власть что, проглотила.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ну ладно, президента Кадырова.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Прошу прощения, есть очень хороший вопрос от какого-то Иваныча. Иваныч, подписывайтесь, пожалуйста, нормальными именами.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Что, у него папа Ваня, Иваныч, давай.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Смотрите – «господа, вы не думаете, что эта специально организованная акция, чтобы Путин увеличил репрессии? Т.е. не есть ли это каким-то поджогом рейхстага в нашем российском каком-то виде?»

А. ВЕНЕДИКТОВ – Не про Чубайса.

А. КОНОВАЛОВ – Понимаете, я бы так мог подумать, но для этого нужны люди, нужны институты, которые способны просчитывать трехходовки хотя бы, пятиходовки, т.е. просматривать ситуацию и последствия действий на несколько шагов вперед. Я у нас сейчас ни таких людей, ни таких институтов не вижу.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А я отвечу Иванычу, что для усиления правоохранительных органов вполне достаточно использовать те теракты, которые проводятся, для этого необязательно организовывать.

А. КОНОВАЛОВ – Что еще там надо усиливать?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Да.

А. КОНОВАЛОВ – Чего им не хватает?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Нет, я дело в том, что, все-таки вернусь к своей мысли, Матвей, и возражу Александру, что те люди, которые организовали покушение на Чубайса, они не могли не понимать, что вся государственная машина начнет сейчас самозащищаться, потому что Чубайс – один из них, Чубайс – государственный чиновник номер один. И даже если это были коммерческие интересы, на какой риск пошли люди, какие интересы были затронуты.

А. КОНОВАЛОВ – Значит, интересы оправдывали риск.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Значит, огромные, совершенно верно, значит, огромные интересы, чтобы вызвать на себя огромную машину МВД, ФСБ.

А. КОНОВАЛОВ – Они просто постараются отвести это от себя.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это понятно, тем не менее.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я еще раз хочу вам задать вопрос, потому что эта меня история мучает, если помните, у нас в эфире был в одном из эфиров Глеб Павловский, и Глеб Павловский, когда мы тут дискутировали о развале правого движения, кто может возглавить и т.д., он неожиданно улыбнулся и сказал – Чубайс. Чубайс, потому что вы правильно говорили, это мощная фигура, понимаете, его либо ненавидят, либо любят, понимаете?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Бульдозер.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Последний мой вопрос к вам, как вы считаете, не есть ли это операция по выведению Чубайса из политического поля? Может быть, по тем причинам, о которых сказал Алексей, что теперь ему, что это трусость, что он уходит и т.д. Т.е. вывести Чубайса окончательно из политики, потому что вопрос 2008 г. остается.

А. КОНОВАЛОВ – А он окончательно из политики не уйдет. Почему вы решили, что его вывели окончательно из политики? Да, он останется главой РАО «ЕЭС», он не будет лидером партии или лидером новых объединенных демократов, но он своей позицией, безусловно, будет влиять в эту сторону.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ему президент приказал не влиять.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я по-прежнему считаю, что это было покушение на уничтожение, а не на запугивание, поэтому это не только была попытка вывода из политики, это была попытка вывода.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо, а уничтожение по этой причине, о которой я сказал?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я думаю, что там эти люди, знаешь, лидер партии, которая на выборах получила 3.5%, для этих людей ничего.

А. КОНОВАЛОВ – Это не мотивация для килограмма тротила.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Да, это верно. А человек, который одним росчерком пера перераспределяет миллиарды долларов, миллиарды долларов, это мотивация.

А. КОНОВАЛОВ – И лишает их куска хлеба, который они считают вполне законным для себя.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо, Алексей Венедиктов и Александр Коновалов, президент института стратегических оценок, у нас есть такая заставка на «Эхе», как никогда она актуальна, она звучит так – все еще только начинается. Спасибо большое, что вы пришли на этот эфир.

А. КОНОВАЛОВ – Спасибо вам.